Глава 32
Даур не спешил оборачиваться. Внешне спокойный, он тяжело оперся о подоконник. Мизинец правой руки скрыт от Леннарда небрежно брошенной перчаткой. Со стороны казалось, будто Даур погружен в размышления, на самом деле он аккумулировал магию. Она стекалась к нему из окружающего пространства, вязкая, искрящаяся, готовая послушно обрушиться на предателя. Даур вытягивал ее из стен, из парка, мертвого тела Артура – всего, до чего дотянулся мысленным взором. От обилия потоков энергии, ее стремительного прироста подташнивало, но он понимал, собственных сил может не хватить.
Весь мир – как гигантская паутина, потоки энергии, текущие в разных направлениях, с разной силой. Асвейг пока нет, но жертвы подготовлены. Даур мог с точностью назвать место открытия прохода – Музыкальный салон. Как банально!
Наморщив переносицу, Даур аккуратно, стараясь не привлекать внимания, сотворил магическую весточку. Тайные уже в Майтрефе, пусть первым делом заглянут в салон, зачистят его. Асвейг намного страшнее Леннарда, нужно разрушить печать, предотвратить возвращение полудемоницы.
Получилось. Письмо улетело.
Даура тревожила еще одна непонятная ниточка. Она соединяла кузена и некого человека. Тот не обладал магией, поэтому Даур не мог его вычислить. Человек находился без сознания, ответные импульсы слабые, но важно другое – неизвестному грозила смерть. «Кого ты выбрал сожертвой? – мрачно раздумывал ильер – С кем связал свою жизнь?»
Однако мизансцена затянулась, пора оборачиваться.
– Прекрасная принцесса таки проболталась.
Леннард мельком глянул на кровать. Он видел, проклятие снято, но это не имело значения, придется сойтись с кузеном в очном поединке. Вопреки бахвальству перед Вайолет, Леннард сомневался в превосходстве над кузеном, поэтому планировал его ослабить. Что ж, путь наверх невозможен без испытаний, зато не останется сомнений, кто сильнее.
– Сразу видны пробелы в твоем образовании.
Даур смерил родственника презрительным взглядом. Перчатка за ненадобностью осталась лежать на подоконнике.
– Эдмон? – поднял брови Леннард и, пододвинув стул, оседлал его задом-наперед. – Каюсь, жадность победила. Просто убить хорошего мага – непростительная расточительность!
– Кровь подарил Асвейг?
Двоюродные братья перебрасывались фразами-недомолвками, но отлично понимали друг друга. Леннард ощущал потребность похвастаться достижениями перед благодарным слушателем, а Даур тянул время. Если ребята подоспеют вовремя, схватка выиграна. Если задержатся, исход битвы непредсказуем. Одного взгляда на ауру Леннарда хватило, чтобы понять, его потенциал заметно возрос. Оставалось только гадать, какими секретами снабдил кузена дневник жреца, а то и сама Ма’И. И порадоваться, что он не выпил Артура и Элен, оставил их для Асвейг.
Пока противники прощупывали почву, Вайолет медленно приходила в себя. Ее состояние напоминало тяжкое похмелье.
– Очнулась, – кивнул на кровать Леннард.
Даура встревожило, что двоюродный брат заметил это первым. Как бы не навредил!
– Не бойся, – легко угадал его страхи кузен, – девица не пострадает. Ты уже здесь, все знаешь, надобности в живце нет.
– Равно как и в свидетеле, – резонно заметил ильер и чуть сместился, занял более выгодную позицию.
Леннард усмехнулся и мазнул взглядом по стонущей Вайолет:
– Тяжелый откат! Малышке повезло, что она написала письмо и попыталась отдать его мертвецу, иначе бы ты рыдал над ее трупом.
– Напрасно ты! – покачал головой Даур. – И Артура не следовало трогать.
– Каждому свое, – развел руками Леннард и, растеряв былую насмешливость, жестко добавил: – Только «мое» украли. Ты тоже мог править, но предпочел лизать зад человеку с алой кровью. Ты, темный маг! Неудивительно, что Ма’И от тебя отвернулась. Прощай!
Вокруг него стремительно набух гигантский радужный пузырь. Он с сокрушительным грохотом взорвался, обрушив на их головы потолок. К счастью, несущие балки частично уцелели, иначе спальня превратилась бы в общую могилу.
Вайолет в ужасе сжалась калачиком у подушек, уставившись на дыру над головой. Каким-то чудом ее не задело. Дауру повезло меньше. Его отбросило к окну. Еще немного, и ильер распластался бы внизу со сломанным позвоночником. К счастью, двоюродному брату не хватило сил. Сплюнув сгусток крови, Даур утер рот тыльной стороной ладони и, пошатываясь, поднялся на ноги. Подпитывавшие энергией нити обрублены, но ничего не мешало Леннарду перехватить их, влить в себя. Одно единственное заклинание доказало: кузен преуспел в магии. Даур мог лишь догадываться, из чего состоял взорвавшийся шар – явно чья-то уникальная придумка.
Неприятно признавать, но время работало на родственника. Возможности Даура ограничены тем, что он сумел скопить до схватки, когда как на стороне двоюродного брата Асвейг и неизвестные пока резервы. Вряд ли Леннард явился в спальню сразу же после убийства слуг. Они застали его за неким преступным делом, иначе бы не попытались задержать. Ничего не мешало кузену закончить начатое, пока Даур возился с Вайолет. От мысли о ней ныло сердце. Магистр даже подумывал заключить сделку, чтобы сохранить ей жизнь, останавливало лишь то, что двоюродный брат мог не выполнить условий. Но как же он силен! Аура сияет, раскалилась от силы.
– Жаль! – прокомментировал неудачу Леннард. – Какая эффектная точка бы вышла! Но нет так нет, уничтожу тебя привычным способом.
Сноп алых искр сорвался с его пальцев, ударился в выброшенный Дауром щит. Одна магия против другой. Алое против синего. Раздраженный упорством противника Леннард усилил напор. На лбу Даура выступил пот. Из носа сочились капли крови. Стиснув зубы, он вытянул обе руки, не позволяя щиту прогнуться, истончиться. Воздух перед магами гудел, закручивался спиралью.
Все закончилось внезапно и резко: заклинания поглотили друг друга. Комнату снова сотряс взрыв, уже не столь мощный, как прежний.
– Неплохо! – убрав попавшие в глаз влажные волосы, сдержанно похвалил Даур. – Но недостаточно для звания лучшего мага.
Взгляд его уперся в заинтересовавшую его с самого начала нить. Нужно ее уничтожить.
– А, – от Леннарда не укрылось, на что смотрел противник, – заметил? Это расплата за длинный язык. Я предлагал леди, – он кивнул на Вайолет, – стать императрицей, играть на моей стороне, она отказалась.
– И тебя это задело? Чью жизнь ты связал со своей?
Обоим требовалась передышка, чтобы унять дрожь в мышцах, собраться с силами, можно и поговорить.
– Моего отца, – чуть слышно пробормотала Вайолет, в полной мере осознав ужас происходящего.
Кто бы ни победил, ей придется надеть траур.
– Именно, – кивком подтвердил ее слова Леннард. – Хотел сделать леди покладистее, но, как выяснилось, она не любит ни себя, ни отца.
Даур шумно вздохнул. Ситуация осложнилась. Маркиз не просто отец Вайолет, он его гость, член Верховного совета, его жизнь нужна империи. Выходит, придется сначала уничтожить связующую нить и только потом кузена. Но Леннард именно этого и ждал, наверняка заготовил ловушку. Придется рискнуть, нанести удар по двоюродному брату и за краткий миг до его ухода в мир иной испепелить связь.
– Ты дважды попытался меня убить, теперь мой ход.
– А кто сказал, что мы собираемся играть по правилам? – расхохотался Леннард и бросил в пространство: – Эдмон, твой выход!
Вайолет с визгом вжалась в спинку кровати, с трудом подавив желание натянуть одеяло на голову, когда в комнате материализовался старший из братьев Лар’Нессов, по-прежнему мертвый, с пугающими алыми глазами.
– Избавься от него! – Леннард ткнул пальцем в Даура. – Тело выкини из окна. Хочу подстраховаться, вдруг кузен у нас живучий.
Магистр бегло оценил изменившуюся ситуацию. Она складывалась не в его пользу. Леннард умудрился сохранить прижизненные умения брата, вместе с тем связав его прочнейшими нитями подчинения. Чувствовалась рука Асвейг – сам бы кузен не справился. Теперь Эдмон – почти идеальный воин. Он не ощущает боли и не подвержен усталости.
– Неужели всесильный ильер струсил? – ядовито подтрунивал Леннард. – На глазах у дамы сердца! Или до сердца она не добралась, только до органа ниже пояса?
Пошлая шутка взбесила Даура, но он тут же напомнил себе, что кузен в какой-то мере прав. Он не проявил к Вайолет достаточного внимания, сосредоточился на собственных заботах.
– Надо же, не сработало! – удивленно хмыкнул Леннард. – Крепкие у тебя нервы, не то что у Эдмона. Вывести его из себя было так легко. Эдмон, фас!
Леннард взмахнул рукой, и лич ринулся в атаку. Блеснул, метя в грудь Даура, сиреневый луч. Магистр предполагал нечто подобное и уклонился, нанес свой удар. Эдмона протащило по полу и приложило о стену. Сверху посыпались осколки зеркала – той части, которая уцелела. Они вонзались в мертвую плоть, оставляя после себя чернильные отметины из запекшейся колдовской крови. Эдмон ответил контрударом шипящих шаров с обеих рук. Расчет прост – хоть один да достигнет цели. Не в этот раз. Смерть не изменила возможностей двоюродного брата, Даур успел изучить их при его жизни, равно как его тактику боя. Леннарду следовало направлять Эдмона, а не пустить все на самотек. Понимая, что в следующий раз мертвый кузен прибегнет к силовой волне, ильер поспешил закончить поединок. Эдмон заслужил покой. Синее пламя обуяло его тело, превращая в пепел.
И тут Даур ощутил резкую боль, сложившую его пополам. Из легких будто вышибло воздух. Закашлявшись, он опустился на колени, оперся руками о пол. В ушах звенело. Казалось, еще немного, и из них хлынет кровь.
– Нравится? – Леннард не собирался скрывать, что именно он нанес удар исподтишка.
– Пока не очень, – прохрипел ильер и через силу выпрямился, заглянул в глаза кузену. – Я еще жив, удар посредственный.
– Должны же мы попрощаться. Как-то невежливо отправить родственника в другой мир без напутствия.
Леннард равнодушно поддел носком сапога кучку пепла – все, что осталось от Эдмона.
Даур заскрежетал зубами. Идиот, кузен провел его как желторотика! Эдмон – лишь отвлекающий маневр, призванный вымотать противника. И вроде ильер это понимал, но отчего-то верил, будто Леннар ударит после, а не во время. Даже обидно – из двоюродного брата получился бы шикарный заместитель, но ничего не вернешь, не исправишь.
– Неосмотрительно! – укоризненно покачал головой Леннард. – Вложить столько силы! До встречи в Бездне, Даур.
Подняв руки на уровень груди, он сложил пальцы в форме шара. Между ладонями забили молнии, соткался из воздуха гудящий прозрачный шар. Внутри его бушевала гроза, разряды не стихали даже на мгновение. Леннард действовал нарочито медленно, понимая, что Даур не сможет ответить быстрой контратакой. Однако смерть в планы ильера не входила. Костяной мизинец Даура снова засветился. Губы беззвучно плели паутину проклятия. На смертельное бы не хватило сил, но оно и не требовалось. Даур собирался иссушить противника, выпить из него энергию. Без рабочего материала даже самый великий маг – всего лишь носитель теоретических знаний.
Вайолет в ужасе наблюдала за происходящим. Чувства толкали ее к Дауру – защитить, обнять, но девушка силой воли удерживала себя на месте. Что толку, если она упадет рядом на колени, заслонит собой от страшного заклинания? Умереть вдвоем, возможно, романтично, только вот Вайолет хотелось жить. Не одной – вместе с Дауром. «Так и ограничишься всхлипами? – злобно мысленно шикнула она на себя. – Давай, делай что-нибудь, борись!»
Леннард не принимал ее в расчет, считал беспомощной человечкой. Победа над страхом далась тяжело, но Вайолет таки расцепила пальцы и поднялась с кровати. Она двигалась медленно, стараясь не запнуться об обломки. Ее цель – осколок зеркала.
Вайолет представила, как фиолетовая кровь заливает рубашку Леннарда. По губам пробежала легкая улыбка, предвкушение скорой смерти врага придало сил. Босые ноги осторожно ступали между обрушившихся кусков потолочных панелей. Взгляд все чаще обращался к полу возле туалетного столика. Пепел девушка старалась не замечать. Эдмон ведь не воскреснет, не слепится в голема?
Но, вопреки надеждам, Леннард не упускал ничего из виду.
– Ну и куда это мы собрались? – полюбопытствовал он и преградил Вайолет дорогу.
Девушка заскрежетала зубами от досады и с удивлением поймала благодарный взгляд Даура. Сама того не понимая, она спасла жизнь отцу. Уничтожить нить недолго, главное, прицелиться, знать, в какую именно точку ударить. Магистр давно ее наметил и, воспользовавшись моментом, тем, что кузен отвлекся, рассек магическое волокно. Нить натянулась, зазвенела и вспыхнула черным пламенем, не успев довести смертельный импульс до сердца жертвы. В следующий миг в голове Вайолет прозвучало: «В сторону!»
Едва различимая сеть опутала плечо Леннарда. Маг уловил движение за спиной, почуял магию и попытался уйти от удара, однако не успел.
– Бездна! – прошипел Леннард и, позабыв о Вайолет, метнул колдовской шар в кузена.
Он торопился, ощущая, как капля за каплей утекает в воздух магия. Его магия, его сила.
Крик Вайолет заглушил стон ильера. Он грузно повалился на пол. Запахло паленым. Брызнула кровь – словно черничный сок. От нее потемнела рубашка. Кровь проложила дорожку по губам, стекла тонкой струйкой на пол. Но Даур не умер, во всяком случае, пока он ощущал металлический привкус во рту и бесконечную боль, наполнившую каждую клеточку тела. Несмотря на тяжесть состояния, ильер криво улыбнулся, смахнув языком кровяную каплю. Леннарду опять чуточку не хватило. Не везет сегодня кузену!
Ко всему можно привыкнуть, даже к боли.
Даур не шевелился. Зачем, если наградой станет еще один удар. Вряд ли на этот раз Леннард промахнется. С одеревеневшими мышцами изображать труп несложно, гримаса на лице тоже получилась естественной. Кончик языка по-прежнему касался губы – идеальный последний штрих для покойника. «Ближе! Еще ближе!» – нетерпеливо молил Даур, походя отмечая, как неровно, с перебоями бьется сердце. Он старался не думать о том, откуда вытекает кровь. Если Леннард останется жив, это станет не важным.
Тихо плакала в сторонке Вайолет. Жаль, нельзя попросить ее выглянуть в окно, проверить, не подъехали ли сотрудники Тайной стражи.
Сердце стучало все реже и реже.
Даур цинично подмечал каждое изменение в собственном теле. Тяжело дышать, он не чувствовал собственных ног. Боль – одно большое облако. Уже не острая, ноющая: притерпелся. Но пока Даур мыслит, пока ощущает магию в костяном мизинце, бой не проигран.
Убедившись, что ильер неподвижен, Леннард занялся собой. Он потом подойдет, проверит.
– Ничего, справлюсь без Асвейг, – шипел Леннард, пытаясь избавиться от паутины чужого колдовства. Она въелась в кожу – прощальный подарок могущественного кузена. – Смотри, Даур, если ты меня совсем без магии оставишь, скормлю волкам! Никакой тебе могилы, никакого пафосного надгробия!
Работа двигалась медленно, но пальцы сантиметр за сантиметром очищали тело от проклятия.
Воспользовавшись тем, что по комнате больше не летали колдовские шары, Вайолет подобралась к Дауру, опустилась на колени и склонилась над «телом». Каких трудов ильеру стоило не утешить ее! Всхлипывая, девушка скользила пальцами по его щеке, затем коснулась шеи… Лишь бы не вскрикнула, нащупав пульс! Нет, только вздрогнула, быстро заглянула в лицо, проверяя. Пришлось взглядом запретить радоваться.
– Вы специально? – нагнувшись еще ниже, спрятав лица обоих под водопадом волос, шепнула Вайолет.
Она не верила. Глаза ее влажно блестели.
– Встреть и проводи, – так же тихо ответил Даур.
Лучше ее отослать: слишком тягостно для обоих. Не стоит Вайолет видеть смерть. Вдруг она в порыве чувств покончит с собой? Вайолет не производила впечатления экзальтированной особы, но сильное потрясение порой меняет людей, приводит к минутному помешательству. Зачем все, если Вайолет тоже не станет? С собственной гибелью Даур смирился. Рано или поздно все уходят, он успел пожить и принести пользу государству. Впереди ждала последняя услуга короне. А Вайолет… Отец ее простит, император осыплет милостями, без знатного жениха не останется. Главное, чтобы сейчас она ушла. Куда, зачем – не важно.
Девушка моргнула: поняла, и украдкой коснулась окровавленных губ.
Даур на мгновение смежил веки. Вот так, успокоиться и действовать, как только она уйдет. Заклинание выбрано.
Асвейг не спешила. Магистр не удивился бы, если бы она не пришла вовсе. Хозяйка Старой башни не из тех, кого волнуют дела живых. Свою плату она в любом случае получит. Возможно, смерть Леннарда даже принесет ей больше дивидендов. Полудемоница сейчас лакомилась душой Эдмона и выжидала, чем все закончится для второго брата.
– Можно… Можно мне хотя бы умыться? – обернувшись к Леннарду, сдавленно попросила Вайолет.
Она напоминала привидение: бледная, со спутанными волосами и опухшими глазами.
– Убирайся куда хочешь! – отмахнулся Леннард.
Он без труда найдет ее в любом уголке замка. Дальше – вопрос. Леннард пока не решил, как поступить с малышкой, но склонялся к тому, чтобы подложить ее в постель к сильнейшему из оставшихся магов. Немного дурмана, немного внушения, и он обезвредит очередного врага. Не пропадать же ритуалу Асвейг!
Бросив полный отчаяния взгляд на Даура, Вайолет, пошатываясь, поднялась на ноги и поплелась в двери. Каждый шаг давался с трудом. Она сознавала, что, возможно, больше не увидит любимого, но не могла ослушаться его. На руках и одежде запеклась чужая кровь, оставила на губах прощальный поцелуй.
Даур жадно вслушивался в удалявшиеся шаги, со щемящим сердцем представлял встревоженное, ставшее родным лицо. Но вот стукнула дверь. Магистр задержал дыхание. Еще немного. Все, Вайолет ушла достаточно далеко, настало время выяснить, чего стоит Даур. Пока он разочаровывал себя.
Печальный образ Вайолет поблек перед глазами, его сменили разноцветные нити. Магии в комнате достаточно, нужно только собрать ее, сложить нужный паззл.
Леннард почти справился с проклятием. Сейчас кузен сожжет последнее звено и обнаружит, что враг лишь притворялся живым. Воспользовавшись тем, что Леннард стоял к нему боком, Даур приподнялся на локтях и сфокусировал взгляд на первом позвонке врага. Руки дрожали от напряжения, тело казалось одной сплошной раной. «Merli quer’ete!» – сорвалось с языка вместе с сформированным заклинанием. Костяной мизинец задымился. Тончайшие магические струйки сформировали Бич Бездны, одновременно с хлестким ударом по шее Леннарда унося в небытие сознание создателя.