Глава 2. Гаранор

— В два у вас обед с сонором Сабасом, на четыре назначена пресс-конференция в Гранд-холле, вечером ужин с сонориной Сольт и её родителями.

Камила дежурно озвучивает расписание на остаток дня, я дежурно делаю вид, что внимательно её слушаю, а сам думаю о том, где йорги опять носят Ксанора. Вчера он пропустил встречу с инвесторами (видимо решил, что отель на Майкоре сам собой построится), сегодня не явился на собрание совета директоров.

Хотел бы я знать, в какой дыре он застрял на этот раз и когда соизволит вытряхнуть из неё свою задницу.

— Завтра в десять вас ждут в Палате соноров, а потом… — Секретарь запинается, замечая, что я не обращаю на неё внимания. — Сонор Хорос, мне продолжать? — спрашивает несмело, перекатывая в пальцах стилус.

Поднявшись с кресла, я подхожу к окну. Вдалеке за кованой оградой виднеются припаркованные аэрокары.

— У нас гости?

— Представители свадебных агентств, насколько мне известно, — отвечает Камила.

Усмехаюсь. Среагировали быстро. Что ж, удачи Фелисии.

Возвращаюсь обратно, бросаю взгляд на секретаршу, и она тут же опускает голову, сосредотачиваясь на экране сейта. А я пытаюсь сосредоточиться на голосе Камилы, но понимаю, что мне сейчас не до её голоса. Этот запах… Приторный, сладкий. Резко втягиваю носом воздух.

Светлый. Здесь. В этих стенах.

Или скорее Светлая. Уж слишком сладко пахнет. Что-то такое ванильно-карамельное, словно ко мне в дом притащили огромную конфету. У каждой феи свой особый аромат, и у этой он слишком яркий. Слишком… вызывающий.

Да, вот оно, подходящее слово.

Ксанор вернулся домой со шлюхой-Светлой? Нет, о возвращении братца мне бы сразу доложили. Значит, это к Фелисии. Одна из «представителей свадебных агентств»? Снова не могу сдержать усмешки. Ещё не хватало, чтобы моей свадьбой занималась какая-нибудь фея.

— Сонор Хорос, может, мне зайти попозже? — напоминает о своём существовании секретарша, и я возвращаюсь в реальность, хоть никак не получается отделаться от этого запаха.

Даже появляется желание пойти взглянуть на его обладательницу. Отгоняю от себя эту мысль и приказываю Камиле продолжать.

Выходные в Аликантаре? Почему бы и нет?

Знакомство с родственниками Фелисии? Что ж, придётся перетерпеть.

Игра в кроппер с Бельтраном? Я его легко уделаю.

Если до всего этого меня не посадят за убийство Хороса-младшего.

Мысли с этого чудовища, брата, незаметно перескакивают обратно на фею. Боги, как же сладко она пахнет. Не удивительно, что наши предки подсаживались на них, как на какой-нибудь наркотик. А хотя… я ведь встречался с феями и раньше, но что-то не припомню, чтобы меня так прошибало.

Может, никакая это не фея, а духи́, симулятор, которыми облилась одна из явившихся к Фелисии девиц? Запах меня отвлекает, раздражает, сбивает с рабочего настроя.

Да когда же она отсюда уберётся?!

Отсылаю секретаршу, тянусь за сигарой. До обеда с Сабасом ещё час, так что можно расслабиться. Надеюсь, дыму удастся перебить этот запах, пока он окончательно не въелся в стены моего дома и не протравил мне все лёгкие.

Я так и не успеваю раскурить сигару. Ощущение инородной магии буквально прошивает меня насквозь. Пара секунд, и я уже внизу, вижу, как маленькая крылатая дрянь воздействует на мою невесту. И даже блокаторы ей не мешают.

Какого йорга?!

Хватаю девчонку за руку и рывком подтягиваю к себе, разрывая связь между ней и Фелисией.

Первые мгновения ни та, ни другая не понимают, что здесь только что произошло. А потом у феи включается мозг, глаза её расширяются (красивые, к слову, глаза: большие, пронзительно-синие), а с лица сходит краска. Пытается вырваться, оттолкнуть, даже ударяет меня в грудь — не потому что такая смелая, а потому что умирает от страха. Отпускаю, и она отскакивает от меня чуть ли не в другой конец комнаты. Напуганная, съёжившаяся, сейчас она очень похожа на нашкодившего зверёныша.

Очень сильно нашкодившего.

И очень сильно меня разозлившего.

— Гаранор, ты меня напугал, — нервно улыбается Фелисия, переводя растерянный взгляд с меня на девчонку и обратно.

— Не представишь мне свою гостью? — разрываясь между желанием не дышать и вдохнуть поглубже заполнивший комнату аромат, прошу я.

— Это сонорина Лэй. Она из свадебного агентства «Фелисидад». Я ведь не перепутала название? — растерянно обращается к фее Фелисия.

Она всё ещё под воздействием. Это видно по мутному взгляду и глуповатой, немного рассеянной улыбке.

На кой йорг нужны блокаторы, если они вообще ничего не блокируют?!

Фелисия не понимает, что с ней произошло. И не поймёт. Если бы воздействие было сильным, агрессивным, она бы ещё могла что-то почувствовать — слабость, недомогание, головную боль. Но девчонка действовала аккуратно, можно сказать, филигранно. Чего добивалась? Надо будет выяснить. И разобраться, откуда взялась в Кадрисе эта сверх меры одарённая крылатая.

— Мы с сонориной Лэй обсуждали наше возможное сотрудничество, — тем временем просвещает меня Фелисия. — Меня очень заинтересовали её предложения, и я бы хотела, чтобы именно она занялась организацией нашей свадьбы.

Фея продолжает молчать. Только смотрит на меня своими большими синими глазами, в которых плещется страх… и продолжает пахнуть так, что у меня у самого вот-вот случится помутнение в мозгах.

После слов невесты становится ясно, чего добавилась эта Лэй. Фелисия никогда не принимает поспешных решений. Она будет думать, выбирать, сравнивать до последнего, пока точно не будет уверена, что для неё самое лучшее. В этом мы с Сольт похожи. Я такой же. Не люблю спешки в принятии важных решений.

В отличии от Ксанора. Который живёт одним днём и которому плевать на всех и всё.

— Прежде чем подписывать контракт с «Фелисидад», я бы хотел побеседовать с сонориной Лэй наедине.

Девчонка бледнеет ещё сильнее, рискуя слиться цветом лица со своей блузкой, верхние пуговицы которой провокационно расстёгнуты, и я невольно цепляюсь взглядом за серебряный кулон в виде полумесяца. Просто побрякушка или знак принадлежности? Интересно, из какого она рода?

— Как скажешь, дорогой, — послушно соглашается невеста.

Послушание — одно из тех качеств в людях, которые я ценю превыше всего. Оно и многие другие достоинства Фелисии делают её идеальной спутницей жизни.

Надо почаще себе об этом напоминать. Может, тогда взгляд не будет цепляться за пуговицы на чужих блузках и всякие побрякушки в вырезе этих самых блузок.

— Пройдёмте со мной, сонорина Лэй, — говорю Светлой.

Девчонка прижимает ладони к узкой, облегающей юбке, пытаясь сдержать дрожь в пальцах. Понимает, где может закончиться этот разговор — в управлении полиции. Что ж, может, туда я её и отправлю. После того как сам с ней разберусь.

Если она раньше не потеряет сознание от страха.

— Сонорина Лэй, — распахиваю перед Светлой дверь, предлагая ей скорее выметаться.

— Следую за вами, сонор Хорос, — скрипит зубами девчонка.

Отводит взгляд в сторону, едва не вжимается в дверь, всем своим видом показывая, что лучше расплющится о створку, чем случайно меня коснётся. А я не спешу освобождать ей пространство для манёвров, комфорт феи — не моя забота.

Стоит нам оказаться за дверью, как в комнату заскакивает помощница Фелисии — невысокая суетливая девушка с лицом, усыпанном веснушками.

— Надеюсь, вы уже придумали хоть какое-нибудь объяснение своей выходке. Если нет, у вас осталась от силы пара минут, чтобы это сделать, пока мы не поднялись наверх.

— Не понимаю, о чём вы, — на удивление спокойно заявляет девчонка.

От такой наглости я даже сбиваюсь с шага. Останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

— Ты серьёзно собралась играть со мной в эти игры, крылатая?

На бледных щеках вспыхивает румянец, не то негодования, не то стыда. Впрочем, вряд ли последнее — взгляд она больше не отводит, смотрит мне прямо в глаза.

Во мне снова разгорается раздражение. Не в том ты положении, девочка, чтобы строить из себя оскорблённую невинность. Но я не успеваю вложить эту простую истину в её маленькую хорошенькую, на далеко не смышлёную головку. На другом конце коридора показывается Камила, явно чем-то взволнованная.

Быстро приблизившись, она шепчет мне на ухо:

— Сонора Хороса только что привели.

Привели?

Мысленно выругавшись, понимаю, что мне сейчас не до феи и не до её никчёмных попыток приобщиться к такому знаменательному событию, как свадьба будущего правителя Грассоры.

— Можете идти, сонорина Лэй, — коротко бросаю девчонке и предупреждаю: — Чтобы я вас возле своей невесты больше не видел. Вам всё ясно?

Светлая застывает на миг, а потом сдержанно кивает:

— Думаю, так будет лучше для всех, — давая понять, что так будет лучше в первую очередь для неё и что ей не терпится оказаться от меня на другом конце света.

— Вас проводят, — подзываю охранника.

Передав тому выскочку-фею, направляюсь вместе с Камилой к лестнице. При виде нас явившиеся к Фелисии девицы напряжённо замирают. Окидываю их быстрым взглядом и, убедившись, что все они низшие, поднимаюсь вместе с секретарём наверх.

— Я хочу, чтобы ты навела справки о той Светлой. Элении Лэй. Свадебное агентство «Фелисидад». Успеешь к вечеру?

— Всё сделаю, — заверяет меня помощница. — Сонор Хорос ждёт вас в вашем кабинете.

Мысленно уговаривая себя оставаться спокойным, настолько, насколько это вообще возможно, иду разбираться с чудовищем.

Чудовище, по досадной случайности являющееся моим единокровным братом, сидит, развалившись в кресле, и явно страдает похмельем. Тёмные почти не пьянеют, но Ксанору и в этом удаётся отличиться. Не раз его возвращали домой в невменяемом состоянии. К счастью, сейчас Ксанор вменяем.

Если так вообще можно выразиться о Хоросе-младшем.

— И нянька уже тут как тут. — Брат откидывается в кресле и салютует мне бутылкой минералки.

— Ты пропустил две важных встречи, — сразу перехожу я к делу.

Нет смысла читать ему мораль, как и пытаться вправить ему мозги. Такого легче прибить, чем образумить и заставить навести порядок в том бардаке, в который он превратил свою жизнь.

— Главное, что ты на них был. — Ксанор залпом опустошает бутылку минералки, бросает её в ведро и заводит руки за голову. — Всё порешал, всё урегулировал. Ещё упрёки будут?

— Тебя кто-нибудь видел?

— Я бы не отказался от конкретики, — скалится братец. — Кто? Где? Когда? Вот, например, прошлой ночью меня видели две Светлые. Всего и полностью, в… хм, мельчайших подробностях.

Не успеваю спрятать эмоции, морщусь, и Ксанор ухмыляется. Я никогда не понимал его болезненной увлечённости Светлыми, но у брата в голове намешано столько дерьма, что удивляться тут нечему.

Благодарить за это следует моего отца. За его интрижку с секретаршей, за служебный, мать вашу, роман, как в каком-нибудь дешёвом сериале. Низшая залетела, и папаша не придумал ничего лучшего, как признать её приплод своим законным сыном, да ещё и отписал ему половину семейного бизнеса.

Видите ли, ему было мало одного наследника.

Так я превратился в наседку.

Чтобы передавать силу своему потомству, Тёмные выбирают в спутницы жизни низших. Они, что пустые сосуды, — вливаешь в них родовую магию, они передают её детям. Тёмный дар проявляется только в мальчиках, в девочках, если и просыпается, то быстро их убивает. К счастью, современная медицина решила эту проблему — последние полтора века у Тёмных не рождалось дочерей.

Современная медицина, к слову, помогает также решать проблему незапланированной беременности. Жаль, папаша в своё время об этом не вспомнил.

То, что Тёмные женятся на низших, не означает, что для продолжения рода подойдёт любая шалава. Потенциальную мать будущих Тёмных тщательно проверяют, и, если девушка не проходит проверку, с ней прощаются. Моя мать прошла проверку, её прошла Фелисия. У нас с ней будут хорошие дети.

А вот в случае с Ксанором вышел прокол. Он рос слабым, болезненным ребёнком, и сила его едва не убила. Он поздно научился её контролировать, да и сейчас иногда случаются неприятные сюрпризы. Впрочем, Ксанор сам по себе один большой неприятный сюрприз.

— Я говорил о прессе. В ближайшие месяцы журналисты будут следить за каждым нашим шагом, и мне важно, чтобы ты вёл себя нормально.

— Нормально — это как?

— Не как последний мудак.

Я опускаюсь на край письменного стола и скрещиваю на груди руки. На всякий случай. Ладони так и чешутся вмазать паскуднику за то, что я вынужден выполнять ещё и его работу, за то, что на него никогда нельзя положиться. За то, что вокруг него плодятся скандалы с такой скоростью, словно он какая-нибудь актриска-алкоголичка. Его поведение может нанести ощутимый удар по моей карьере. Особенно сейчас в преддверии выборов.

— Добрый, заботливый братец, — улыбка брата больше напоминает оскал недобитой дворняги. — Ты, как всегда, в своём репертуаре. Единственное, что тебя волнует, — это ты, твоя драгоценная личность с кристально чистой репутацией и твоя выдающаяся жизнь.

— Меня и твоя волновала. Раньше. Но если тебе самому на неё плевать…

— Всё, я пошёл. — Ксанор нетерпеливо вскакивает с кресла.

Хватаю его за плечо, останавливаю, сжимаю пальцы. Наверное, сильнее, чем следовало бы. Брат кривится и раздражённо спрашивает:

— Что ещё?

— Больше не пропадай и будь добр, делай свою работу, пока я не позаботился о том, чтобы у тебя не осталось ничего.

— И как же ты, интересно, это сделаешь? — ухмыляется братец. — Сотрёшь моё имя из завещания волшебным ластиком? — Он сбрасывает мою руку, а на меня снова накатывает злость, которая ещё до конца не отпустила после знакомства с той крылатой выскочкой.

В последний момент останавливаюсь у черты, которую ещё никогда не переступал. Никогда не бил брата, хоть порой от желания хорошенько ему врезать темнеет в глазах.

У самых дверей Ксанор замирает и шумно втягивает носом воздух:

— Мм… феячьим духом пахнет. Решил развлечься перед тем, как поставить крест на своей жизни? Это я о женитьбе. Горячо поддерживаю! Поделишься контактом? Думаю, мне такая тоже понравится.

— Иди проспись.

— Жадина. А Фели знает? Впрочем, она же тебя поддерживает во всех твоих начинаниях и, уверен, возражать не станет.

— Иди. Проспись, — цежу сквозь плотно сжатые зубы.

Ксанор поднимает в примирительном жесте руки и уходит. Постепенно его шаги стихают в коридоре, вот только в душе у меня никак не стихает злость на брата.

Раскуриваю сигару, оставленную в пепельнице, и немного успокаиваюсь, но всё равно продолжаю думать об этом геморрое и о том, как поведение Ксанора может отразиться на грядущих выборах. В последнее время он стал неуправляем, никто не может его обуздать, даже я. Если только…

Ещё один дефект Ксанора… ладно, его особенность — он не чувствует чужую магию. Совсем. В этом он неотличим от низших.

А ещё он сходит с ума по Светлым…

Вызвав Камилу, возвращаюсь в кресло и с нетерпением жду появления своей помощницы. Та появляется почти мгновенно, бесшумно проскальзывает в кабинет и замирает у дверей с сейтом в руках.

— Как только соберёшь информацию о Лэй, сразу скидывай её мне, — напоминаю на всякий случай. — И ещё, отмени ужин с Сольтами, у меня на вечер появились планы.

— Мне стоит внести их в ваше расписание?

— Нет, это личное, — прерываю Камилу и отпускаю, возвращаясь мыслями к крылатой устроительнице свадеб.