Глава 16

Филипп. – Смотрел смету? – спрашивает Бурковский в трубку, – тебе ее еще вчера отправили. – Смотрел, – включаю громкую и креплю телефон к держателю. – И?.. Все в силе? Нах*й бы его послать. Но… в силе. Ему нужны мои бабки, а мне опыт. – Ты в баре? Я подъеду. – В баре, но я занят. Завтра на нейтральной территории встретимся. Я позвоню. Занят? Он?.. Чем, интересно? Новые фото писюшки Крис друзьям показывает? Жму отбой и разворачиваю тачку к Старому лесу. Прав он, конечно, нечего мне там делать, но нихрена, перетопчется. Раньше об этом думать надо было. Бар битком и, похоже, здесь тематическая вечеринка. Что-то в стиле Полицейской академии. Наряжены в основном девчонки. В полицейскую форму из сексшопа. За угловым столом как всегда друзья Бурковского, самого его не вижу, поэтому, продираясь через толпу, беру курс на барную стойку. Там тоже аншлаг – не подобраться. Но Крис я вижу. В фуражке на глаза, синей рубашке с коротким рукавом и черном жилете. Волосы собраны в аккуратный пучок на затылке. Останавливаюсь. Двумя глубокими вдохами разгоняю тесноту в груди. Глушу раздражение данным мне от рождения рационализмом – не тратить ресурсы на заведомо бесперспективные идеи. Кристина одна из них, даже учитывая то, что я сам приложил к этому руку. Да, тоже виноват. Да, жаль. Но на этом все. За стойкой их двое. Крис и молодой паренек, очевидно новый бармен, потому что раньше я его здесь не видел. Работают в четыре руки, но она явно главная. То и дело дает ему короткие указания и постоянно следит за его действиями. В какой-то момент она словно чувствует меня. Замирает на секунду, хмурит брови и быстро проводит ладонью по шее. От этого мимолетного жеста на языке неожиданно растекается ее вкус. Сглатываю, и в этот миг она поворачивает голову и смотрит четко на меня. Пугается будто. Бледнеет и резко отворачивается. Иду вперед. Решительно расталкиваю атакующих бар копов и даже отжимаю у лоха стул. Не собирался с ней никак контактировать больше, но тут прям под кожей зудит задать пару вопросов. Кристина начинает нервничать. Движения становятся дергаными, резкими. Спина и плечи неестественно ровные, глаза прячет. – Водки? – деловито интересуется новый бармен с именем Константин на бейджике. Тоже в полицейской форме европейского образца и даже с наручниками на поясе. – Сок. Яблочный. Удивленно вскинув брови, кивает. Я жгу взглядом спину Крис, но она держится – делает вид, что не видит меня. Получаю стакан и терпеливо выжидаю еще минут двадцать. Бред, но ситуация неожиданно заводит. Кровь в венах начинает шипеть, и под ребрами жжет азарт. Наконец, очередь желающих вдариться алкашкой рассасывается, остаются два каких-то чувака, пьяная блондинка, кокетничающая с Костиком, и я. Крис высыпает лед в ведерко и протирает салфеткой стойку. После чего вскидывает на меня горящий взгляд. – Еще сока? Едва не сносит волной ее агрессии. Обдает холодом и тут же в жар кидает. – Любимый твой где? Вспыхивает как спичка. В глазах молния сверкает, а губы поджимаются и заметно бледнеют. – Понятия не имею. – Ммм… – тяну, машинально подаваясь вперед и втягивая ноздрями ее еле уловимый запах, – как у вас там с расписанием? Окошко не появилось? – Для тебя никогда не появится, – проговаривает тихо, скашивая взгляд в сторону Константина. Иногда мне кажется, что за дерзостью она прячет свою слабость. Не боится шуток на грани и за словом в карман не лезет, но я видел ее уязвимой и беспомощной. Те качества, которыми манипулируют большинство женщин, она тщательно прячет за неприступным фасадом. – У тебя дебют был, – понижаю голос, – я прав? – А у тебя, видимо, нет. – Значит, прав? В первый раз? Держит лицо. Независимость и смелость играет. Заломив бровь, выдвигает подбородок вперед. Красивая девочка. Очень. Все, что видел – все понравилось. – Тебя не касается. Вцепившейся в стойку Данил, местный официант, требует срочно два дайкири. Крис берет с полки бутылку рома, отмеряет норму и заливает его в шейкер, добавляет туда сок лайма, энергично трясет. – Почему промолчала? Она снова косится на Костика и Данила, но те внимания на нас не обращают. Я жадно впитываю ее эмоции – стыд, смущение, возбуждение. Понравилось ей тогда. Оргазм ее до сих пор ощущается на члене фантомными тугими спазмами. – Это так важно? – интересуется с беспечным видом. – О таком обычно предупреждают. – Почему же не спросил сам? Потому что Тёмочке твоему любимому поверил. Взгляды твои призывные видел. Бл*дь… потому что самому пробки выбило. На вопрос не отвечаю, а она вроде и не ждет ответа. Ставит на стол два бокала, насыпает на дно по маленькой ложечке коричневого сахара и выливает содержимое шейкера в один из них. – Значит, нормально все у вас? Я не стал причиной конфликта? – Не-а… все отлично. Бродившее все это время в крови глухое раздражение собирается в области солнечного сплетения и концентрированным ударом бьет в виски. Сучка. – Так может, повторим? – атакую жестко. Принимает. Отводит взгляд, переключая внимание на второй дайкири. Снова прячется за невозмутимостью. Ловко открывает крышку и профессиональным движением выливает коктейль в бокал. – Данил, забирай. Тот забирает заказ и исчезает, а Кристина усмехается одним уголком губ. – С тобой уже не интересно. Хочется разнообразия. Колючки выпустила. Скалится, кусает. Как Тёмыч к ней подход нашел? За какие, мать твою, заслуги она с ним? Хоть убей – не понимаю и даже, что ответить ей, не нахожусь. Чувствую смачный удар по плечу сзади, и в следующее мгновение на соседний стул усаживается сам Бурковский. Лицо Кристины застывает нечитаемой маской, но я успеваю заметить мелькнувшую в ее глазах обиду. Врет, значит, про идиллию. – Здорово! – наиграно весело и гостеприимно, – а ты как здесь? На завтра же договорились? Смотрю утырку в глаза. Он уже изрядно пьян, взгляд мутный, движения заторможенные. Крис изображает бурную деятельность. – Если бы знал, что ты бухой, не приехал бы… – Ну, давай тогда, – дергает головой в сторону выхода, – завтра протрезвею, поговорим. Встаю со стула и, обхватив предплечье Артема, тащу за собой. Идет, тихо посмеиваясь. Кристина занимается очередным заказом и даже бровью не ведет. Волоку его в коридор и швыряю в стену. Потирая ушибленное плечо, громко ржет. – Если трепанешь кому-нибудь, – предупреждаю тихо, – я тебе язык выдеру. – Оооо!.. За репутацию волнуешься? – Я предупредил. И… еще раз услышу, что ты пилотку Кристины всем подряд показываешь, урою на*уй. – Да? – взвивается мгновенно, – а тебе, бл*дь, какое дело?! Ты че приперся? Она видеть тебя не хочет, ясно! Противно ей! – Ага… не меньше, чем от тебя. – Не приближайся к ней, понял! – Спи спокойно, – разворачиваюсь на выход, – мне такого добра не надо.