Глава 11

Охотничий зверь в душе Актаура рычал — догнать, догнать! Добыча! Добыча!

Сбежала.

Он потеребил клочок ткани, разрывая его на мелкие ниточки.

Оставил Ирию там, где лежала — пусть Берес подумает, что произошло. И где, в конце концов, охрана. Кто здесь хозяин дома, а кто гость?

Ткань рассыпалась, а заклятие, которое читал над ней Актаур, связывало мельчайшие частицы с другими, к которым эта ткань раньше прикасалась.

Поисковая магия — самое сильное магическое умение семьи Аль-Танинов. Найти что угодно, в глубокой пустыне — навык, определяющий выживание. И Аль-Танины искали. Искали воду, пищу, животных. Алмазный песок и золотую руду. И людей. Затерявшихся и беглецов, мужчин и женщин, простецов и магов — всех.

Если Аль-Танин пошел по следу, остановить его может только смерть, но к цели он придет. И в этом ни для кого не было секрета.

Перед глазами на мгновение помутилось, а затем знание, в каком направлении идти выкристаллизовалось с точностью проложенного по карте маршрута.

Меток было две — одна находилась в квартале бедняков, вторая двигалась туда. И была уже очень близко от первой.

Бежать по земле было неудобно и медленно. Актаур повертел головой и увидел прислоненные к стене одного дома бочки, запрыгнул на них, затем — на плоскую крышу дома.

Догнать! Догнать!

Актаур несся по ночному городу, и крыши под его ногами мелькали как ступеньки лестницы. Выше, ниже, большой промежуток, маленький, вплотную — но на этаж больше, огромный промежуток, но на этой крыше кто-то оставил шест. Неслышной тенью преследуя добычу, он пересек город.

И все равно опоздал.

Дикарка, завернувшаяся все-таки в черную паранджу, прижалась к стене дома и прислушалась.

Глядя на нее, Актаур затаился. Увидел, как она поправила паранджу на голове, зажала рот — и попалась охраннику.

Его женщину втащили в дом. В тот самый, где была и вторая метка. Значит, она безошибочно пришла к своему младенцу.

Какая хорошая способность, подумал он. Прекрасно усилит его род. Эта женщина должна быть его, и только его!

Но, похоже, это будет труднее, чем он рассчитывал.

Женщина, вместо того, чтобы прийти к нему, и пожаловаться на похищение младенца, взяла и сбежала!

Хотя… Если она проснулась раньше него, то вполне могла и заглянуть к нему. Рот наполнился кислым привкусом. Актаур сплюнул, не пожалев воды тела. Эти рабыни… Надо будет отослать их, сразу же. Чем они могут быть полезны?

Из дома донесся женский крик: “Нет, нет!”

Актаур мягко спрыгнул с крыши, перекатился и замер в нескольких шагах от входа. Три магических шарика слетели с его ладоней один за другим. Первый сразу ушел под землю, второй полетел вокруг дома, а третий впечатался в стену и просочился сквозь нее.

И завяз. Проникнуть в дом через стену было нельзя — мешало зачарование стены. Шарик растаял, не вызвав возмущения сигнализации.

Второй шарик тем временем принес знание, что снаружи больше никого нет. Утащивший в дом дикарку охранник оставался внутри, вместе с еще кем-то.

Что ж, придется войти и забрать свое.

Дверь без скрипа начала открываться, и Актаур задержал дыхание, когда увидел на пороге жреца Черных песков с младенцем на руках.

Младенец был опутан черной сетью заклятия, и еле слышно надрывался от крика. Похоже, сеть блокировала звук.

Три ножа один за другим свистнули и впились в тело жреца. Тот начал заваливаться назад, но младенца не выпустил. Актаур в два шага пересек разделяющее их расстояние и выхватил младенца из слабеющих рук.

В комнате замерцал и погас магический светильник. Теперь Актаур торчал в двери слишком заметной фигурой — для находящихся внутри людей.

Он тут же шагнул за край стены, пропуская сбоку от себя заклятие огня.

Находившийся внутри маг резко и отрывисто зашипел. Охранник шагнул вперед, отпихивая уже умершего жреца в сторону от двери, и его меч рубанул воздух совсем рядом с лицом Актаура.

Ребенок в руке недовольно заверещал, привлекая к себе внимание.

Охранник снова ударил, на этот раз целясь в ноги.

Актаур сделал еще шаг назад, и сложил пальцы в заклятии. Колдовать одной рукой было неудобно, но другим вариантом был оставшийся единственным нож. А нож гораздо короче меча, и ударить им он не успеет.

С пальцев слетело заклятье паралича, и охранник на мгновение замер. Актаур прикрылся им, как щитом, от ледяных игл, и пнул охранника в живот. Тот беззвучно пролетел половину комнаты и рухнул на стол. Стол не выдержал и развалился, столешница упала с подломившихся ножек. А из пола вынырнул первый шарик и повис под потолком вместо погасшего.

Еще два шага внутрь, через тела охранника и жреца. Прямо к запертой в клетке женщине.

Но путь преградил маг, не подпуская к цели.

— Нет! Я первый ее нашел! Она моя! — прошипел он, и Актаур с удивлением понял, что перед ним див.

— Она не твоя.

Женщина в клетке прошипела что-то невразумительное. Наверняка возмущена, что ее делят.

Актаур снова увернулся от заклятия дива. И даже успел выпустить свое. Див сделал пару шагов назад и замер, подняв руки. А затем его пальцы замелькали в сложном плетении — и Актаур ощутил сдавливающую шею удавку. Ребенок на руках запищал и задергался, и в такт ему отрывисто и резко заговорила женщина.

Див не слушал, он продолжал плести заклинание. Вырываясь, Актаур тоже делал пассы свободной рукой, но бесполезно, и зрение начало сужаться в точку от нехватки дыхания. Див довольно осклабился.

— Удачно, очень удачно. Женщина, младенец, плата за младенца и твой труп. Я наконец-то смогу вернуться в Парящий город!

Дикарка что-то сказала, на все том же отрывистом и грубом говоре.

И из тела дива внезапно показалось острие ножа, а Актаур снова смог дышать. Он поднял взгляд на женщину. Она стояла снаружи клетки, и в ее руках было странное подобие копья — нож, примотанный лентой к расщепившейся ножке стола.

С противным хлюпаньем самодельное копье вышло из тела дива, и тот повалился на пол, к ногам Актаура. Она убила дива! Дива! Одного из народа бессмертных змееликих!

Женщина тем временем пнула труп дива, что-то ему говоря. Она понимала, что происходит? Понимала речь дива?!

С почти священным ужасом и благоговением Актаур смотрел как дикарка наставила копьё на него. И махнула рукой, требуя отдать… Ребенка?

Он протянул малыша. Женщина поспешно вцепилась в младенца, и прижала к себе, урча что-то успокаивающее. Копье при этом не опускала.

Она кивнула на дверь, явно указывая ему на выход.

— Боюсь, что этого я как раз сделать не могу, — сказал Актаур на дивной речи и потянул с лица платок. — Ты пойдешь со мной.

— Нет, — покачала головой женщина.