Глава 9. Леона Дэйвисон

Похоже, теперь я понимаю, почему моего босса за глаза называли Безумным Максом. Так это ведь чистейшая правда!

Нет, ну какой нормальный будет прыгать с моста? И еще: вот какой нормальный будет тащить еще и меня топиться?!

Эгоизм в квадрате. Нет, в кубе даже.

А он еще и улыбается.

Я бросала на мистера Стоуна злые взгляды, посылала лучи негодования и думала, писать ли мне уже завещание. У меня не работа, а полоса препятствий, не меньше.

А еще я до сих пор ощущала на губах его поцелуй… И у меня, наверное, даже уши пылали от этого воспоминания.

У меня точно безумный босс. Ну, а у него совершенно бесхребетная секретарша.

Может, послать работу в далекие дали и уволиться? Эта мысль вызывала восторг, пока я не представила свою зарплату. И во мне проснулась внутренняя жабка, которая начала промывать мне мозги – мол, тебе эта комбинация цифр будет только сниться, если уволишься, как и личная библиотека и ремонт в квартире, за которую ты пока ни цента не заплатила. И вправду я за квартиру еще не платила – мне моя жилплощадь в Бруклине досталась от тетушки, которая сунула мне ее, по сути, за символическую сумму. Можно даже счесть подарком – за такие деньги в Нью–Йорке не купишь даже землю под домик–коробку из–под холодильника, не то что квартиру в престижном районе.

В общем, моя жадная сторона победила, потому решено было запастись успокоительным и терпеть. А еще прикупить железный нрав – все же к отношениям я не готова, а к отношениям на работе и подавно.

Но в свой подъезд, до которого меня довез босс, я заходила в смешанных чувствах, до сих пор ощущая на губах поцелуй и помня его запах – хвоя и мята, смешанная с горьким шоколадом.

И банджи–джампинг. Нет, босс точно безумный!

И, награждая этим эпитетом мистера Стоуна и еще сотней других, я с утра рыскала по всем полкам и шкафам в поисках брючного костюма, купленного когда–то мамочкой. Купленного, но не надетого еще ни разу. После получаса поисков я готова была уничтожить весь запас успокоительного Нью–Йорка, но мой бюджет спасла родительница, которая внезапно позвонила:

– Привет, солнышко! – раздался на том конце провода приятный голос мамочки

– Приве–ет! – я с радостью вытекла из шкафа и, устроив свою тушку на полу, в окружении вещей, начала сразу же жаловаться, раз появились уши: – Мам, у меня босс безбашенный! Он вчера заставил меня кататься с ним на американских горках! А после… – потом вспомнила, что мамочке инфаркт не пойдет, потому решила не говорить про мост и довольствоваться лаконичным: – А после много чего. В общем, ты не в курсе, куда я дела купленный тобой брючный костюм?

– Уау! – выдохнула миссис Дейвисон. – Лео, я хочу познакомиться с твоим боссом!

– Чтобы придушить? – задала я вполне вытекающий из моего торопливого нытья вопрос.

– Неа, чтобы пожать руку.

– Зачем это? – не поняла я.

– Как зачем? Этот мужчина вывел из амебного состояния мою дочь. Вон, даже покатал на горках, а еще: ты наконец вспомнила про мой подарок на твое поступление в колледж, – последняя фраза являлась ничем иным как жирным, огроменным таким намеком. Да, ну не люблю я брюки.

– Я… Я не забывала! – пошла я на контрнаступление. Попыталась.

– Ага, – насмешливо произнесла мамуля, а после елейным голосом спросила: – И сколько лет ты не забывала? Лео, ты успела выпуститься и вот, работаешь уже.

– Ну, мама… Лови белый флаг, ты крута, – признала я очевидное. – И где же мой подарок, который мне не терпится надеть?

– Отдала Зои еще два года назад, – легкомысленно отмахнулась родительница. – Лучше расскажи про своего босса. Как зовут? Не женат ведь? Красивый? Сколько лет?

– А раньше сказать не могла? Что отдала? – я со стоном приподнялась, обвела взглядом пространство спальни… В принципе, меня можно похоронить после прыжка с моста прямо тут же.

– Склероз не дремлет, Лео. Я говорила. И лучше давай про босса, а то сама приеду смотреть на него.

– Мам, а может действительно приедешь? И поможешь мне с уборкой? – надежда умирает последней, да.

– Я подумаю, – пообещала миссис Дейвисон и напомнила: – И ты мне не ответила на целую кипу вопросов!

Я вновь легла на свою одежду, посмотрела в потолок, который, похоже, тоже мне сочувствовал, чтобы не видеть красоту пейзажа вокруг, и принялась отвечать:

– Максом Стоуном, не женат, красивый… наверное. Что–то еще?

На том конце провода послышался звонкий смех. Я насупилась. Что смешного–то?

– “Красивый… наверное” – Лео, ты серьезно? – прокомментировала мама. – Бывают и не наверное красивые?

– Он совершенно безумный! И весь в татушках и… и… И… – я отстранила телефон от уха, посмотрела на время… Цифры подействовали на меня похлеще самого крепкого кофе – я рывком поднялась. – И я сейчас опоздаю на работу!

А дальше скомкано попрощалась с матерью, пообещав, что договорим вечером, и потом понеслась как угорелая по квартире, собираясь, – я раньше никогда не опаздывала и в принципе это дело терпеть не могла.

Однако с мистером Стоуном опаздывали мы вместе – он лишь на пару минут позже ворвался в приемную, где я уже сидела с моськой “я прилежная, я давно на работе”. Белозубо улыбнувшись и напомнив про сеанс самоубийства, босс направился в свой кабинет.

Я же нервно пригладила ткань юбки и включила ноутбук. Да к черту все!

Меня мучил мандраж – мистер Стоун ведь не будет заставлять меня прыгать с такой высоты? И, если все же будет настаивать, то лучше уже приготовить если уж не завещание, то заявление на увольнение по собственному желанию. Так, на всякий случай.

С этими, далеко не самыми приятными, мыслями я и принялась за работу.