4. Берлин. Глаза цвета Марианской впадины

*Стелла*

— В Берлине проживает три с половиной миллиона жителей на площади в восемьсот девяносто два квадратных километра. — Автобус трогается, а в динамиках раздается голос Анны. — Город являлся столицей различных режимов Германии. Сначала был столицей Пруссии, спустя сто лет — столицей Германской империи, потом столица Веймарской Республики и в тысяча девятьсот тридцать третьем году столицей третьего Рейха. После войны был столицей Германской демократической республики, и наконец стал столицей объединенной Германии. Ни одна столица мира не меняла так часто свое назначение, как Берлин. — Чувствую себя ленивцем, но мне не хочется запоминать эти даты и факты. Половину из сказанной информации пропускаю мимо ушей, но определенно Берлин был столицей очень большого количества государств. Меня больше интересовали объекты с их историей, а не голые факты.

— Мы начинаем экскурсию, с того места, где возник город Берлин. — Автобус набирает скорость, провозя нас вдоль реки, разрезающей город на две части. — В тринадцатом веке на берегу реки Шпрее возникли две рыбацкие деревни Кёльн и Берлин. Позже оба города были объединены и по общему соглашению оставили название Берлин.

Как удивителен мир. Кто бы знал, что из двух деревень может возникнуть такая империя, изменившая ход всей истории.

В ярких утренних лучах широкие улицы, обрамленные по краям невысокими каменными домами, без спроса окунают в атмосферу старины. По сравнению с современными зданиями мегаполисов, это просто уголок другой жизни и новых ощущений.

Автобус останавливается недалеко от площади святого Николая и дальше наше путешествие пройдет пешком. Пожалуй, этого я ждала больше всего. Вдохнуть воздух Берлина и сфотографироваться с каким-нибудь немцем. Захватываю рюкзак с вещами и, дождавшись, когда все пассажиры впереди выйдут, покидаю следом свое место. Улыбаюсь хмурому Бруклину, но он лишь кидает равнодушный взгляд в ответ и пропускает вперед.

Так, мне нужен какой-то план, которого стоит придерживаться. А то такими темпами мы не уплывем далеко. Подумаю об этом позже, а пока надо понять, что ему интересно и что нас может сблизить.

Все туристы окружают гида, слушая ее рассказ. Я же поднимаю голову высоко вверх, рассматривая две башни церкви святого Николая, построенной еще в тринадцатом веке и обозначающие месторождение Берлина. Разворачиваюсь спиной к краснокирпичному зданию и делаю селфи на фоне высокого строения с большими витражными окнами. Идем дальше по неширокой улице, вымощенной брусчаткой, и оказываемся возле Красной ратуши.

Бруклин заинтересованно смотрит на Анну, рассказывающую нам историю этого здания, названного так по красному кирпичу, из которого оно было построено. А я не понимала, что же такого он в ней нашел. Неужели то, что она брюнетка и, вероятно, очень умная, раз знает столько цифр и историй, в сумме дали взрывную смесь. А вдруг я знаю больше ее? Мне и шанса не дали проявить эрудицию.

Осматриваю с головы до ног девушку и останавливаюсь на безымянном пальце руки, замечая кольцо. Расплываюсь в довольной улыбке, понимая, что Анна не свободна и, если бы она хотела интрижку, то сняла бы колечко. Внутренняя богиня ликует от того, все в моих руках.

С фонтаном Нептуна я просто не могу не сфотографироваться. Все, что связано с океанами — моя страсть, а этот эталон идеального мужчины в виде античного бога морей Нептуна просто вне конкуренции. Пока делаю несколько снимков, узнаю от Анны, что четыре женские фигуры рядом с Нептуном символизируют четыре большие реки Германии: Рейн, Эльба, Одер. Девушка запинается, поперхнувшись.

- И Висла, — добавляю я, заканчивая ее мысль.

— Правильно, спасибо. Рейн, Эльба, Одер и Висла, — соглашается со мной. Я же ловлю взгляд парня, что автоматически обернулся, посмотреть на того, кто знает реки Берлина. Так, отмечаю про себя, что можно блеснуть географическими знаниями.

Наша группа двигалась дальше, и я хотела совершенно случайно оказаться рядом с Бруклином, но мама Хлои снова утянула интересной историей, связанной с Германией и ее молодостью. Переходим реку и попадаем на остров музеев. После современных строений Чарльстона, остров музеев в Берлине был словно другой планетой. И я ни капли не пожалела о том, что поехала в эту поездку. Пока задерживаемся тут и слушаем историю этого острова, снова наблюдаю за парнем. Сосредоточенно рассматривает какое-то здание, а потом хмурится и опускает глаза к земле, вспоминая что-то свое. О чем же ты думаешь, Брук, и почему ведешь себя так, словно ты далеко от Берлина?

Душу выворачивает, когда оказываемся на площади Бебельплац, где в тысяча девятьсот тридцать третьем году было сожжено более двадцати тысяч книг «антинемецких» авторов. Но больше всего впечатляет мемориал сгоревшим книгам. Под ногами под стеклянной плитой глубоко вниз уходят под землю пустые белые книжные стеллажи. Тело бросает в дрожь от ощущения безысходности и горечи чьей-то ошибки.

Прохожу дальше и сделаю снимок с огромной стопкой книг, характеризующей первое книгопечатание. Всё завораживает и погружает в историческое прошлое. Жаль, что встреча с Берлином длиться всего один день. Уверена, мы видим миллионную долю, что тут происходило и что помнит каждый булыжник.

Идем вдоль улицы унтер ден Линден, чтобы посмотреть на знаменитые Бранденбургские ворота и Рейхстаг. Боль войны отзывается в каждой клеточке тела, когда Анна рассказывает, как город был разрушен на восемьдесят процентов, как восстанавливали его потом женщины своими руками.

На этом наша экскурсия оканчивается и Анна отпускает всех, оповещая, что нам надо вернуться в назначенное время к нашему автобусу.

У нас есть почти три часа свободного времени, за которое надо успеть что-то поесть и добраться до одного из уцелевшим кусков Берлинской стены, на который я планировала взглянуть. Зову с собой Хлою, но у них с мамой билеты в оперу. Улыбаюсь, понимая, что оперу отменить никак нельзя.

Группа словно термиты разбегаются по площади в разных направлениях. Такое ощущение, что они не впервые тут и знают, куда им идти. Я же достаю телефон и настраиваю маршрут до заранее обозначенной точки в виде флажка. Пешком идти час, на метро всего полчаса. Учитывая дорогу туда-назад остается чуть больше часа, чтобы перекусить.

Пересекаю в одиночестве площадь в нужном направлении и замечаю одинокую фигуру парня, что смотрит на здание. Ммм… может позвать его с собой? Первая пришедшая мысль сразу же прорастает и отдает команду ногам идти.

— Привет. Еще раз. — Подхожу к Бруклину, но он никак не реагирует. Словно меня нет. Достаю телефон и, встав рядом, наклоняюсь к его плечу и, улыбнувшись, быстро наставляю на нас камеру телефона и делаю селфи.

— Зачем? — поворачивается резко ко мне и смотрит в глаза словно я на допросе.

— На память, — улыбаюсь в ответ, всматриваясь в его необычные глубокие, темные глаза.

— Не думаю, что хочу, чтобы меня помнили.

— У тебя глаза цвета Марианской впадины, — уголки его бровей возле переносицы ползут вверх, услышав такое сравнение. — Брук, слушай, ну хочешь составить компанию?

— Нет.

— Есть одно интересное место. Называется Берлинская стена, — игнорирую его ответы, ведь он даже не послушал мое предложение.

— Мы проезжали ее.

— Да, но не останавливались. Интересно посмотреть участок, который делил когда-то Берлин на две части. Или, — аккуратно спрашиваю, — у тебя другие планы?

Прищурившись, задумывается, ты я продолжаю уговаривать.

— Мы успеем, не волнуйся. — Борется с желанием послать меня, но, очевидно, что у него нет четкого плана, а чем заниматься три часа до автобуса пока не решил. Ему нужен маленький толчок. — К тому же я не очень ориентируюсь по карте и в этих "штрассе". Думаю вдвоем мы точно не заблудимся. Ты же все равно не решил, что будешь делать почти три часа, поэтому предлагаю отличный вариант. — Вздыхает, внутренне соглашаясь со мной, но внешне конечно никогда не признается.

— Значит, идем, — беру инициативу в свои руки и, подхватывая парня под локоть, разворачивая его в сторону дороги.

— Ладно, пошли, — соглашается, но без энтузиазма. — Может на метро?

— Предлагаю туда пройтись пешком, а назад на берлинском метро с его станциями-призраками, — говорю замогильным голосом, будто хочу напугать и внушить страх.

— Да их уже нет, это байки.

— Вот и проверим. — Разворачиваемся и идем по маршруту, указанному в Гугл картах. Улыбаюсь сама себе, не веря, что он согласился.

— Почему путешествуешь один? — разбавляю наше молчание несколькими каплями проявленного интереса.

— Может потому же, почему и ты.

— О, тогда мы удачно встретились, — подмигиваю парню, — и не мог бы ты идти помедленнее, Брук. Я не успеваю за тобой.