9. Берлин. Вибрации

*Бруклин*

— Из-за непрерывной вибрации в транспорте, текст постоянно дрожит перед глазами. Глазным мышцам приходится активно работать, чтобы адаптироваться, и это приводит к быстрому утомлению и снижению резкости зрения. — Проговариваю, заглядывая между сидениями, чтобы Стелла услышала. Медленно поворачивается, вскинув брови, и, ухмыльнувшись, захлопывает журнал. Наклоняется ко мне, откладывая глянцевый ширпотреб на свободное сидение рядом.

— Ого, какие глубокие знания.

— Это можно узнать из википедии, — пожимаю плечами, предугадываю ее следующий вопрос и опережаю ответом.

— Буду знать, — улыбается следом. — Может, тогда поговорим? При вибрации языком же не напрягаются глазные мышцы. Этим можно заниматься и при движении. — Отвечает вполне серьезно, еще не понимая до конца, что ее слова звучат двояко. Вибрировать языком. В движении. Иными словами — “разговаривать”? Или нет? Прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, и жду, когда до нее дойдет смысл ее же слов. И девушка понимает. Опускает на пару секунд глаза, расплываясь в улыбке, и снова поднимает на меня уже игривый взгляд. На лице ни грамма стеснения от того, что ляпнула пошлость, а наоборот девушка довольна тем, что так вышло.

— У меня есть другое занятие, — показываю ей наушники и вставляю один в ухо, не дожидаясь ответа. Пожимает плечами и поднимает с сидения журнал. Конечно, знать какой сейчас цвет в моде или что за новый аромат от Шанель вышел, важнее собственного зрения. — И что сейчас в тренде?

— Сейчас в тренде Бентическая фауна Ога Бэй, — заворачивает умную фразу, но тут же подвигает мне журнал, чтобы я сам убедился. Окидываю взглядом журнал и в углу замечаю название журнала “Океанология”. Черт. Ога Бэй. Не знаю, где это и зачем изучать фауну этого места, но определенно это выглядело глупо сейчас. Я выглядел глупо. Девушка отворачивается к окну и, открыв журнал, демонстративно читает.

Почему меня вообще волнует, что будет с ее зрением?! Ухмыляюсь сам себе и откидываюсь на спинку стула, включая музыку.

***

Пытаюсь вытянуть ногу, чтобы выпрямить затекшую ногу, но чувствую, как упираюсь во что-то. Разлепляю веки под монотонный гул двигателя. В приятной для глаз темноте наклоняю шею из стороны в сторону, чтобы размять ее. Прикрываю рот рукой, зевая, и опускаю глаза вниз. Рядом, вытянувшись на свободных сидениях, между прочим оплаченных мной, лежит Стелла.

— Эй, — касаюсь плеча и бужу ее, — это мои места вообще-то.

— Отстань, слышу тихий бубнеж, — ты все равно их не занимаешь.

— Сейчас хочу занять.

— Брук, ну серьезно, — бубнит, не открывая глаза и даже не собираясь освобождать места. — Дай поспать.

Переворачивается на другой бок и, подмяв подобие подушки под голову, засыпает дальше. Черт, нет желания ругаться, поэтому упираюсь головой в стекло и погружаюсь в поверхностный сон.

— Уважаемые пассажиры, — слышу сквозь сон голос Анны. — У нас небольшая стоянка на пятнадцать минут. — Открываю глаза и понимаю, что уже утро. Стеллы нет, и я наконец-то могу свободно вытянуть ноги и расслабиться. Слишком рано для кофе. Выйду на следующей остановке. Но шуршание и шелест пакетов вокруг так и не дают уснуть, все время вырывая из сна.

— Мы отъезжаем, — снова голос Анны, — проверьте, пожалуйста, на местах ли ваши соседи. — Усмехаюсь внутренне. У меня и соседей-то нет. Открыв глаза, смотрю в окно на просыпающийся в утренней заре лес. Интересно, мы уже на территории Нидерландов?

Двери автобуса закрывается, и мы трогаемся. Транспорт неповоротливо выкручивается среди других таких же автобусов на стоянке. Складываю руки в замок и поднимаю над головой, вытягивая затекшее тело. И замираю, понимая, что сидение впереди пустое. Нет. Этой кудрявой блондинки нет.

— Стойте, — не задумываясь кричу на весь автобус. — Тут не хватает одной девушки.

— Кого-то нет? — обращается Анна по микрофону. Встаю и иду по проходу в начало автобуса и рассматриваю пассажиров. Она ведь могла и пересесть.

— Девушка, кудрявая такая, Стелла. — Анна жестом показывает водителю остановиться, а сама быстро сверяется с документами.

— Бруклин, правильно? — обращается ко мне.

— Да.

— Так, есть такая. Вы же знаете, как выглядит девушка? — киваю в ответ, ожидая, чего она хочет. — Пойдемте со мной. — Кивает и покидает автобус через открытые двери. Выхожу следом, осматриваясь по сторонам в поисках Стеллы.

Усмехаюсь, замечая миниатюрную фигурку в шортах и облегающей футболке. Блондинка крутит головой, видимо, пытаясь понять, где её автобус. Мне даже кажется, что она ещё не понимает, что автобус уехал. Прижимает к себе какую-то косметичку и стаканчик кофе.

— Вон та, — указываю рукой в сторону кафе, — в шортах.

— Бруклин, можешь сбегать и забрать ее, а я успокою пассажиров. — Закатываю глаза от просьбы. Но не успеваю ничего возразить, потому что девушка уже скрывается в автобусе. Быстрым шагом иду навстречу Стелле, что уже направилась в противоположную сторону, обнимая себя, утопая в утренней прохладе.

— Эй, — окликаю блондинку, — ты поедешь дальше с нами или остаешься тут?

— Оу, Бруклин, где наш автобус? — Искренне удивляется, не догадываюсь, что он уехал.

— Он уехал и, если бы не я, то ты бы тут осталась.

— Я же говорила, что ты всегда рядом, — улыбается, прикусывая губу. Не уверен, что на меня это действует. — Подожди, что значит осталась? А что всех пассажиров не ждут?

— Все пассажиры уже давно в автобусе и ждут тебя, — беру её под локоть и веду в сторону нашего транспорта. — Что можно было делать так долго, если все уже давно вернулись? — спрашиваю прежде, чем понимаю, что вопрос не совсем корректный.

— Мне надо было повибрировать, — говорит так, словно это тоже самое, что почистила зубы.