Глава 18

Рейялар Фаррис, лорд Черного утеса, первый наследник Кровавых василисков и главный следователь Службы Особых Поручений его величества короля Таредина Пятого, шел по длинному коридору королевского дворца. Губы его были так сильно сжаты, что превратились в одну жесткую линию.

Василиск уже много часов был напряжен до предела. Казалось, что весь он превратился в каменную статую, которая по какой-то неведомой причине продолжает двигаться.

Буквально несколько минут назад ему сообщили, что Таредин Пятый готов-таки принять его на срочной и незапланированной аудиенции. Это его-то! Рейялара, первого помощника, главного дознавателя и собственную правую руку правителя всего Рольдана!

Таредин явно неспроста выдерживал паузу. Он знал, зачем к нему идет его лучший следователь.

Но откуда? Как он мог проведать, что между наследником Кровавых василисков и простой девочкой, едва выпустившейся из монастыря, есть какая-то связь? Даже своему отцу Рейялар не говорил, что нашел свою пару среди людей. Никто не был в курсе, что сын Черного утеса предпочел своей избранницей человека…

Впрочем, до короля могли дойти слухи о том, что его следователь проявлял повышенный интерес к одной из подозреваемых по делу холодного маньяка. Но тогда это означало, что среди его людей завелась крыса.

Потому как все остальное время василиск тщательно скрывал личность девушки, которой повезло стать его новым увлечением. Или не повезло – это как сказать.

Вывод? Это точно не случайный прохожий или шальные слухи.

Продолжая вышагивать по коридору четкой походкой воина, василиск еще сильнее сжал челюсти. Почти до хруста.

Неведомый доносчик еще не знал, что скоро его обнаружат, после чего последует неминуемая расправа.

Но сейчас главное было не это. Главное – вызволить Матильду. А это, скорее всего, окажется крайне сложной задачей.

Когда перед лордом Фаррисом распахнулись золоченые двери покоев его величества короля, солнце уже стояло высоко в зените. Его девочка провела в подземной тюрьме под дворцом целую ночь и все утро. И сердце василиска болезненно сжималось и обливалось кровавой яростью при мысли, что он это допустил.

– Ты пришел, мой верный следователь, – проговорил Таредин, не поворачивая к нему головы.

Король сидел за большим лакированным столом, на котором была начерчена карта Балбеса – стратегической игры с фигурками. Прямо сейчас его величество вел партию с самим собой и делал вид, что крайне занят этим нехитрым занятием.

«Он даже не назвал меня по имени, – отметил про себя Рейялар. – Сегодня я для него – просто верный следователь. Преданный пес…»

Лорд Фаррис прекрасно умел считывать проскальзывающий в словах скрытый подтекст.

– Да, ваше величество, – низко склонил голову василиск, как и было положено.

Таредин чуть лениво повернул к нему голову, почесав короткую черную бороду с признаками ранней седины.

Правитель Рольдана был уже немолод, при этом у него до сих пор так и не появилось ни одного прямого наследника, несмотря на три минувших брака. Ни одна из жен не приносила ему детей, а две из них и вовсе погибли при неизвестных обстоятельствах. Фавориток он не заводил, предпочитая охоту и военные развлечения со своей свитой победам на любовном фронте. Поговаривали, что его величество и вовсе не интересуется женщинами, но подобный слух не принято было разносить в приличном обществе.

– С какой же целью ты здесь, Фаррис? – продолжал король. – Признаться, у меня много дел и я едва выкроил для тебя минутку, как для старого друга.

С этими словами правитель взял одну из фигурок на столе и передвинул ее чуть вперед.

– Полагаю, вы знаете, ваше величество, – не стал ходить вокруг да около василиск. Он слишком долго ждал этого момента, чтобы теперь вести неспешную беседу. Возможно, Таредин не даст ему столько времени. – Вчера в королевскую тюрьму поступил новый узник, подозреваемая по делу холодного маньяка. Это человеческая девушка по имени Матильда Лиар…

Как только Рейялар начал говорить, король больше не отводил взгляда от его лица. Однако светло-карие глаза с какой-то бледной голубизной внутри оставались холодны и безучастны.

– Да, мне известно о такой, – кивнул Таредин и снова передвинул какую-то фигурку. – Славно, что удалось найти виновника преступлений так быстро. Полагаю, это, как всегда, ваша заслуга, лорд Фаррис. И вы, несомненно, получите от меня щедрую награду. Как насчет ста тысяч золотых и суверенитета Костяных и Кровавых гор?

Следователь дернулся, как от удара.

Суверенитет Костяных и Кровавых гор означал бы, что государство василисков отделилось бы и стало свободно от власти Рольдана. Его народ сам смог бы избрать себе короля… И, учитывая, что их осталось всего три клана, главенствующим из которых был Кровавый, сам Рейялар рано или поздно, скорее всего, оказался бы… Красным князем.

Повелителем василисков.

Но Таредин никогда не согласился бы на подобное отделение и изменение границ Рольдана. Уже множество раз василиски приезжали ко двору с подобными дипломатическими миссиями, и всегда их ждал провал.

С чего же сейчас Таредину так легко отказываться от ценных горных ресурсов, которые всегда так манили его и грели душу, принося в казну миллионы золотняков в год?

Здесь определенно все было не так просто, как хотелось бы. Увы. И главный следователь его величества не имел бы эту должность, если бы не почуял подвох мгновенно. И не напрягся.

Если бы отец Рейялра когда-нибудь узнал о том, что его сын тут же не согласился на предложение, целуя старые ноги Таредина Пятого, а стал вести диалог дальше, его бы удар хватил. Как и еще полсотни глав василисковых домов.

Все они мечтали о независимости уже очень давно.

Даже если ценой этому стала бы кровная вассальная клятва Таредину. Василиски живут долго, гораздо дольше даже самых искусных магов. И как вода точит камень, так время подтачивает даже самые продуманные договорные обязательства. Не через пять, так через пятьдесят лет обязательно найдется лазейка и василиски станут свободным народом.

– Позвольте уточнить, ваше величество, – сдвинув брови, начал Рейялар, и не думая рассыпаться в благодарностях, – за какие заслуги я и мой народ удостоены такой чести?

Вопреки тому, что вопрос выглядел страшным нарушением этикета и правил, Таредин не рассердился. Напротив, он едва заметно улыбнулся, буквально одной стороной лица, и ответил, откинувшись назад в широком позолоченном кресле:

– За то, чтобы никто и никогда не узнал, что погибшая на плахе Матильда Лиар была обладательницей плекса Крови, мой дорогой друг. Никто. И никогда.

Несмотря на то что слова короля давно уже затихли, они все еще продолжали звучать в ушах главного следователя.

– Что значит… погибшая на плахе? – через силу выдохнул Рейялар, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а перед глазами темнеет. Он стиснул зубы, едва сохранив остатки самообладания.

Этого просто не могло быть. Не могло! Судебный процесс в Унтаре никогда не был таким быстрым даже в отношении государственных преступников. Общественность в лице высшей знати всегда требовала соблюдения хотя бы минимальных формальностей, опасаясь, что если они сами однажды станут частью подобного преследования, то и их ждет казнь в ближайшие после ареста часы.

Но неужели Таредин нарушил установленный порядок? Неужели его страх перед собственной сестрой настолько велик?..

И понимает ли он то, что Матильда – его родная сестра?..

Должен понимать. Ведь только королевская кровь могла унаследовать магию пятого плекса.

Все эти мысли проносились в голове главного василиска как ураган, разметая все на своем пути, уничтожая и выжигая внутренности, пока его величество король Рольдана молчал.

Прошло несколько бесконечно долгих мгновений, в течение которых наследник клана Кровавых василисков все больше терял связь с реальностью. И если бы в следующую секунду правитель не стал говорить, существовала большая вероятность того, что Рейялар не выдержал бы напряжения. Он, всю жизнь привыкший сохранять самообладание и не показывать никому то, что творится у него внутри, скорее всего… убил бы Таредина Пятого из рода Ливейнов.

Однако король заговорил:

– Нет, конечно, девочка еще жива, – кивнул он. – Но могу ли я говорить с тобой откровенно, Рей? – обманчиво мягко продолжил король. И, заметив короткий вымученный кивок василиска, напряженного до предела, начал объяснять: – Ты же понимаешь, что я не могу позволить… этой милой малышке… выйти из тени? – Таредин говорил медленно, словно тщательно подбирал слова. – Ежели о ее существовании станет известно, оппозиция в лице нескольких десятков дворянских фамилий снова поднимет головы. Мои враги, как коршуны, слетятся к Матильде Лиар, поднимут ее на флаг и с ее именем на устах пойдут штурмовать столицу. Девочка станет разменной фигурой в Балбесе. – Он кивнул на игральный стол, где уже расположились в боевые порядки крохотные гидры, драконы, грифоны и еще десяток разных магических существ. Король поднял одну из них, оказавшуюся самой маленькой и почему-то вообще единственной в своем роде фигуркой на поле, – фею. Маленькую девочку с крылышками, которая казалась самой беззащитной и уязвимой.

Главный следователь никогда не вникал в смысл человеческой игры Балбес, но он был в курсе, что все существа на поле находились в количестве нескольких штук. И двигались они маленькими армиями.

Однако сегодняшнюю партию Таредин явно разыгрывал по собственным правилам. И фея у него была всего одна…

– А знаешь, что будет ценой такой игры, Рейялар? – продолжал неторопливо говорить король, устанавливая девочку с крылышками в верхнюю часть карты, туда, где расположился нарисованный замок. – Ценой будет мой трон.

– При всем моем уважении, вы преувеличиваете, ваше величество, – как можно более спокойно ответил василиск, стараясь ничем не выдать свое состояние.

Теперь он заметил, что на карте вокруг замка уже выстроились несколько армий. А одна фигурка с короной на голове стояла в углу под защитой гораздо меньшего количества воинов.

Король не обратил на его слова ни малейшего внимания. Он придвинул к замку еще одну армию.

– Я все рассчитал, Рей, – сказал он спокойно. – Королевские силы велики, но не всемогущи. Сейчас народ спокоен. Как стог сена, который будет лежать без движения, если его не трогать. Но стоит бросить один зажженный факел, как все вспыхнет…

Рейялар стиснул зубы.

– Если вы казните девочку, об этом быстро станет известно, – проговорил Рейялар неторопливо. – Это будет невозможно скрыть. И… что скажет ваша добрая матушка, ее светлость королева Ивалия?

Таредин глубоко вздохнул.

На самом деле король не был злым человеком. Василиск никогда не замечал за ним особенной жестокости. И сейчас он никак не мог понять, что заставляет правителя вести себя… так. Почему страх затмевает ему взгляд? Возможно, он уже вовсе не тот уверенный и сильный властелин, которым был когда-то?..

Однако сейчас, когда Таредин устало посмотрел в окно, у василиска появилась надежда, что он передумает. Он был в курсе того, что в политике нет места сочувствию, однако надеялся на благоразумие короля. В конце концов, у Таредина еще было время, чтобы упрочить свое положение. Найти новую жену и родить наследника. Матильда, как женщина, в любом случае не являлась главной претенденткой на трон. Высочайшим повелением короля она могла стать принцессой, получить нормальную жизнь, которую заслуживала. На которую имела право с рождения.

В этом не было ничего сложного и сверхъестественного.

Однако… вышло иначе.

– Она умрет, Рейялар, и это дело решенное, – наконец махнул рукой Таредин, и все внутри василиска оборвалось. – Ее существование слишком опасно. И будет всегда таким оставаться. Этого не изменить. А теперь, будь добр…

Король махнул рукой так, словно пытался вымести из покоев неприятного посетителя, как мусор.

Василиск сжал челюсти, из последних сил сдерживаясь. Кровь внутри него кипела.

Однако небольшим осколком сознания, которым еще не завладела кровавая ярость цвета его собственных глаз, Рейялар понимал: если он нападет на повелителя, то через несколько секунд его самого скрутит стража. Он кончит свои дни на плахе почти в то же время, что и сама Матильда.

Да… Таредина он бы убил. И ему для этого даже не понадобилось бы оружие. Но этого ли он добивался, когда шел сегодня к нему на аудиенцию?..

В этот момент василиск резко выдохнул, несколько секунд оставляя свое тело без дыхания. От отсутствия кислорода перед глазами потемнело, и от легкого недомогания волна ярости притухла. А в следующий миг он упал на одно колено перед королем и проговорил:

– Ваше величество, я, Рейялар Фаррис, лорд Черного утеса, первый наследник Кровавых василисков и один из первых претендентов в Красные князья Костяных и Кровавых гор, уже взял в жены Матильду Лиар. Став княжной василисков, Матильда Лиар потеряла право претендовать на трон Рольдана. А ее смерть по приказу вашего величества может означать эскалацию конфликта между василисками и людьми, а как следствие, начало военного противостояния. В данный момент, как официальный представитель Костяных и Кровавых гор, я прошу вас поменять свое решение и отпустить Матильду Лиар на исконные земли василисков.

Таредин Пятый молчал так, словно ничего более шокирующего не слышал в своей жизни. Его глаза широко округлились, а лицо побледнело. Впрочем, не прошло и нескольких секунд, как он взял себя в руки и выдохнул:

– Человеческая женщина стала княжной василисков? – переспросил он, изогнув бровь. – И как к этому отнесся лорд Фаррис-старший, твой отец?

Рейялар поднял взгляд на короля, изо всех сил стараясь себя не выдать. Ничем не дать понять его величеству, что никакого брака не было. Что он блефует.

– Он с честью принял решение своего наследника, – ровно ответил Рейялар.

– Почему же мне ничего не известно об этой свадьбе?

– Потому что она проходила втайне, – коротко сказал следователь. – Не все главы родов василисков согласны с таким союзом.

– О, это мне понятно, – с легким смешком кивнул Таредин. С его лица начало исчезать напряжение. Похоже, его вполне устраивал предложенный главным следователем вариант развития событий.

Ведь ему не нужно было убивать. Не нужно скрывать. И…

– Но ты же понимаешь, что раз ситуация поворачивается подобным образом, то мое предложение о независимости Костяных и Кровавых гор более не действительно, верно?

…не нужно дарить василискам свободу.

– Понимаю, ваше величество, – склонил голову Рейялар, давая себе клятву, что его отец никогда не узнает, от чего он отказался ради жизни одной человеческой девушки.

Пусть и его истинной пары…

– Ну что ж… Раз дело обстоит таким образом… – протянул Таредин. – То, конечно же, я освобожу леди Фаррис…

Казалось, весь мир, что мгновение назад давил на плечи Рейялара, наконец упал, позволив ему дышать свободно. Легко. Не грозясь сломать ребра и выплюнуть легкие от сковывающего душу ужаса и страха за жизнь любимой женщины.

– Встань, мой верный друг, – протянул король, позволяя наконец василиску подняться с колен и снова называя его синонимом «верного пса». Таредин улыбнулся и, когда василиск уже мысленно покидал его кабинет, чтобы торопиться в тюрьму, добавил: – Я жду в ближайшее время документ, удостоверяющий ваш союз, Рейялар.

Василиск слегка побледнел, но ни единым движением не выдал эмоций.

– Конечно, ваше величество. Я в ближайшее же время телепортируюсь в Черный утес вместе с Матильдой и заберу документы с гербовыми печатями Кровавых василисков, включая письменное разрешение на брак моего отца, – сказал он невозмутимо.

– Что ж, это прекрасно, – покивал головой Таредин. – Тогда не буду задерживать вас на пути к своей леди, лорд Фаррис.

Рейялар низко склонил голову, пятясь к двери спиной вперед. Он долго не поднимал головы еще и потому, что боялся показать на лице все то, что скрывал столь долго.

У каждого был свой предел терпения. У Рейялара тоже.

Но, позволив себе эту легкую паузу, он снова посмотрел на короля, и тот не прочел в его лице ничего, кроме благодарной улыбки послушного вассала.

Верного пса.

И лишь когда дверь в покои его величества Таредина Пятого закрылась за наследником Кровавых василисков, а коридор наполнили его быстрые шаги, напряжение стало отступать. А вся злость и бешенство наконец отчетливо отразились в ярко-красных глазах с вертикальными зрачками. И в изогнутых губах, шепчущих сквозь зубы:

– Ты еще вспомнишь этот день, Таредин. Слово Красного князя…