Глава 18

После обеда Ханиэль отводит меня в так называемые «Магические залы» — странное серое каменное здание метров пять высотой в форме куба. Стены сплошные ровные без украшений и окон. Дверь выполнена из того же камня, что и фасад, и больше похожа на плиту с ручкой.

Входить немного страшновато, и я рада, что рядом со мной Ханиэль.

За дверью оказывается коридор с такими же каменными серыми стенами и полом из того же камня. Но под потолком кружатся светлячки, а на стены нанесены разноцветные светящиеся цветочные узоры, и страх сменяется восхищением. Появляется ощущение, словно я попала в другой волшебный мир.

На каждой дверной ручке затейливый значок. Коридор упирается в светлое помещение, но что там, узнать не удаётся, поскольку Ханиэль стучится в первую дверь слева, а потом открывает её и входит.

Под потолком этой комнаты горят огоньки, похожие на звёзды. Вдоль стен расставлены шкафы с книгами, а в центре стоят три письменных стола, за которыми что-то пишут эльфы. Два брюнета кажутся совершенно обычными, а вот третий эльф с серебристыми, словно расплавленное серебро, волосами, сразу привлекает внимание — черты его лица настолько красивы и гармоничны, что сердце пропускает удар. А когда он поднимает на нас свои светло-серые глаза, приходится приложить усилия, чтобы не залипнуть.

Жалею, что так коротко подстриглась — наверняка эльфам больше нравятся длинноволосые девушки. А ещё я зря не надела платье — в этой тунике моя красивая фигура практически незаметна. И хотя у меня сложилось мнение, что эльфы не особенно обращают внимание на одежду, но ведь встречают-то по одёжке. И чувствовать себя красивой — приятно.

— Шамиэль, привет! — здоровается Ханиэль. — А я привёл тебе ученицу.

— Здравствуйте, — отвечает нам впечатливший меня эльф. — Мама о вас предупреждала. Я уже почти закончил, пожалуйста, минуточку подождите.

— Хорошо.

Шамиэль что-то спешно дописывает, затем поднимается:

— Идёмте.

Теперь получается оценить и то, что он высок, и его широкие плечи, и длинные ноги.

После того как выходим из здания, Ханиэль произносит:

— Я, пожалуй, пойду. Когда вы закончите? Хочу зайти за Дариниэль — боюсь, как бы она не заблудилась.

— Зайди часа через три.

— Хорошо.

Ханиэль уходит, а мы с Шамиэлем переходим через дорогу и заходим в небольшой одноэтажный каменный домик. Всё это время я стараюсь успокоить заполошно стучащее сердце и взять себя в руки, но получается с трудом — слишком уж Шамиэль близко.

— Сейчас я живу тут, — поясняет эльф. — Мы начнём с изучения базовых знаков, поэтому, чтобы никому не мешать, займёмся этим у меня дома. А когда придёт время попрактиковаться, вернёмся в Магические залы.

Миновав прихожую, проходим в просторную комнату, напоминающую кабинет. У правой стены камин, перед ним два удобных кресла. Вдоль стен расставлены стеллажи с книгами и свитками, у окна — большой письменный стол, заваленный бумагами, книгами, свитками и карандашами. Перед ним два стула с высокими спинками. Пол обычный деревянный, а стены выкрашены белой краской. Статуэток, ковров или картин здесь нет. В комнате ещё две двери, помимо той, через которую мы зашли, но поскольку они закрыты, узнать, что за ними, не удаётся.

Красавчик осматривает рабочий стол и вздыхает:

— Прости! Мне нужна минутка, чтобы убраться.

Открывает верхний ящик стола, перекладывает туда свитки и почти все бумаги, книги стопкой пристраивает на краю столешницы. Затем кивает на один из стульев:

— Присаживайся.

Сам занимает второй, оказываясь ко мне непростительно близко, после чего хмурится:

— Мама говорила, что ты из другого мира. И ты человек.

Поскольку он ждёт моего ответа, киваю:

— Верно.

— Она сказала, что в тебе проснулся магический дар. Можно, я возьму тебя за руку? Хочу убедиться.

— Конечно! — взволнованно киваю я, протягивая ему ладонь.

Его холодные пальцы смыкаются на моей кисти. Это простое касание, в котором нет ничего интимного, заставляет моё сердце пуститься вскачь. Происходящее смущает, в животе трепещут бабочки. Отвожу взгляд от идеально красивого лица Шамиэля и заставляю себя посмотреть в окно, чтобы хоть немного отвлечься. Не очень-то хорошо у меня это получается, но всё-таки то, что я хоть немного взяла в себя в руки, радует.

— Не волнуйся, — по-своему истолковывает моё учащённое сердцебиение эльф. — У тебя действительно проснулся магический дар.

— Хорошо, — киваю я.

Он отпускает мою кисть, вызывая сожаление, а потом уточняет:

— Мама говорила, что в мире, где ты жила до этого, магии не было?

— Верно.

Взглядом задерживаюсь на кистях моих рук, сложенных на столе, и замечаю, что они стиснуты до побелевших костяшек. Намеренно расслабляю их и стараюсь вернуть себе самообладание. Вот только это очень сложно сделать, когда нас с Шамиэлем разделяет лишь пара десятков сантиметров, и я слишком остро чувствую запах его тела: пыльных книг, чернил, лаванды и чего-то неуловимого, что вызывает ассоциации с библиотекой. С местом, где я очень любила проводить время.

— Получается, ты ничего не знаешь о магии? — продолжает хмуриться Шамиэль.

— Ничего, — стараюсь отвечать коротко, чтобы не выдать своё волнение.

— Ладно. Тогда начну с основ… Весь наш мир пронизан магическими потоками. Магия есть в воде, воздухе, животных, растениях. У эльфов и некоторых представителей других рас внутри формируются магические потоки, позволяющие накапливать магию в организме, — его голос звучит размеренно, бархатисто и обволакивает. — Можно позволять ей выходить тремя способами: выплёскивать, вытягивать нитями, наполнять магией руны. У каждого метода есть свои достоинства и недостатки. Выплёскивая магию потоком, есть риск не рассчитать силы и отдать слишком много. Работа с нитями требует кропотливости и терпения. Руническая магия самая мощная, но на создание рунического заклинания требуется время. Пока тебе всё понятно?

— Да, — киваю я.

Мне приходится прилагать усилия, чтобы сосредоточиться на словах, а не на своём влечении. И это оказывается не так просто, как мне бы хотелось. Но всё-таки у меня получается.

— Раз тебе это понятно, продолжу. Чтобы руна обрела силу, её нужно нанести на камень или минерал специальным мелом. Но поскольку иногда необходимость в рунах появляется не только в каменистой местности, можно использовать для создания рун специальную смесь камня и мела. Сейчас покажу.

Он достаёт из шкафчика письменного стола мешочек, открывает его и демонстрирует тёмно-серый песок:

— Смесь выглядит вот так. Её можно нанести на любую поверхность.

— И как только нанесёшь руну, она сразу же активируется? Или как это происходит? — объяснение эльфа увлекает, хочется узнать о магии больше.

— Подробнее про руны я объясню позже, не переживай, — улыбается Шамиэль, и я залипаю на эту улыбку.

Если бы был конкурс улыбок, этот эльф точно занял бы первое место. В моём мире с такой улыбкой он мог бы продать всё что угодно. Я бы точно купила.

Шамиэль пододвигает мешочек поближе ко мне:

— Можешь потрогать. Для изготовления этого порошка применяется особая технология, измельчающая и шлифующая камни с мелом.

Запускаю пальцы в мешочек. Порошок на ощупь похож на очень твёрдый песок, но не такой рассыпчатый.

— А почему он тёмно-серый, а не белый? — спрашиваю первое, что приходит на ум, лишь бы не молчать. Потому что если молчать, в голову лезут разные неуместные мысли и желания.

— Это из-за технологии изготовления. Побочный эффект, я бы сказал. Если тебе интересна технология производства, можем сходить к мастерам, которые изготавливают этот порошок.

— Не нужно, — качаю головой я.

— Как скажешь… Так вот. Величина рун не влияет на силу их действия, но если нет накопителя, разумнее сделать руну побольше, чтобы влить побольше силы.

— Получается, руны ещё нужно активировать, влив в них магическую силу?

— Верно. До активации это всего лишь значки. Но поскольку в нашем мире повсюду разлита магия, руны будут постепенно напитываться и сами, а потом сработают. И заклинание будет активно до тех пор, пока не исчерпается заряд. Поэтому рисовать руны где попало не стоит. Мы с тобой начнём изучать рунические заклинания, а потом и остальные виды взаимодействия с магией. Но практиковаться будем исключительно в Магических залах — там есть комнаты с магическими рассеивателями, так что даже если что-то пойдёт не так, никто не пострадает.

— Понятно.

— Давай начнём изучение. Вот эта руна всегда пишется в начале заклинания, — он рисует круг. — Она концентрирует магическую энергию и передаёт её остальным рунам. Затем следуют руны, благодаря которым мы определяем, как заклинание будет действовать. Дальше прописывается интенсивность заклинания, расстояние до его активации, площадь покрытия и другие параметры. Завершается заклинание вот таким знаком, — он рисует странную закорючку, напоминающую тройку. Руны должны быть нанесены очень точно, поскольку любое искажение меняет их смысл. Например, если ты нарисуешь в начале заклинания вот так, — он рисует овал, — заклинание не заработает. А если вот так, — он перерисовывает странную тройку, только вверху делает острый угол вместо закругления, — энергия, вложенная в заклинание, просто рассеется в пространстве.

— Но тогда получается, что при использовании смеси для рисования рун любой ветерок моментально испортит заклинание.

— Не совсем. Как только заклинание активируется, ветер, дождь или что угодно другое для него не страшны. Но до этого момента нужно проявить осторожность. Именно поэтому важно овладеть всеми способами использования магии, а не только руническим. А теперь потренируйся наносить первый и последний знаки заклинания, — он протягивает мне карандаш и листок.

Всё оставшееся время старательно тренируюсь в рисовании. У меня неплохо получается, но мой строгий учитель настаивает, чтобы я продолжала:

— Как только у тебя получится безошибочно написать пятьдесят удачных рун подряд, я сочту, что ты научилась. Но не раньше. Важно, чтобы ты хорошо рисовала их даже в случае, если это занятие становится монотонным и скучным. А ещё нужно, чтобы у тебя появилась мышечная память.

Его доводы меня убеждают. Но я не думала, что обучение магии будет протекать именно таким образом — как нудные прописи. Ожидала, что будет больше веселья.

К концу занятия у меня наконец-то получается завершить задание. Шамиэль удовлетворённо кивает:

— Отлично! На этом мы сегодня можем закончить. Завтра покажу тебе простейшее руническое заклинание, и как только ты его освоишь, приступим к практике.

— Хорошо, — киваю я.

— Обычно, когда я учу детей, то после занятия награждаю их конфетой. Но как быть с такой взрослой ученицей, не знаю.

В голову сразу начинают лезть варианты того, как именно Шамиэль мог бы меня наградить. И поцелуй — самое целомудренное в этом списке. Отгоняю от себя образы, навеянные воображением, и произношу:

— Ничего не нужно.

— Хорошо. Давай тогда провожу тебя до двери.

Становится интересно, как Шамиэль поступит, если Ханиэль за мной ещё не пришёл. Подождёт вместе со мной? Захлопнет дверь и оставит меня на улице в одиночестве? Когда он вёл урок, было заметно, как его увлекает магия и как эльфу хочется мне всё объяснить. Но стоило уроку закончиться, лицо Шамиэля сразу же превратилось в бесстрастную маску. Как будто его тело рядом, а мысли витают где-то далеко.

Ханиэль обнаруживается у порога. Поднимается с корточек и улыбается:

— А вот и вы!

— До завтра, — кивает нам Шамиэль и закрывает дверь, не дожидаясь ответа.

— Как прошло занятие? — интересуется Ханиэль.

— Нормально, — киваю я.

— Если тебе что-то будет непонятно, не стесняйся спрашивать. Шамиэль та ещё ледышка, но учит действительно качественно.

— Ледышка?

— Ты же видела его лицо, — пожимает плечами Ханиэль. — Вечно он мыслями где-то витает. Мы уже к этому привыкли и не обращаем внимания. Он на самом деле не высокомерный, просто обычно очень погружен в себя. А так всегда поможет, чем сможет, и учитель он хороший.

— А откуда ты знаешь, что он хороший учитель?

— Дети его хвалят, да и старшие тоже.

— Понятно.

Красивый, а ещё добрый. Прямо комбо. Вот только я не заметила, чтобы Шамиэль проявил ко мне хоть каплю интереса. На мои вопросы отвечал охотно, но на этом всё.

Ужин уже готов, так что Ханиэль раскладывает еду по тарелкам, и мы садимся за стол. Аппетита впервые за всё время, как я сюда попала, нет, я вяло ковыряюсь и почти не ем.

— Ты сегодня какая-то тихая, — произносит Ханиэль.

— Прости.

— Не извиняйся. Не стоит. Если расскажешь, в чём дело, может быть, я смогу помочь.

Прикусываю губу. С одной стороны, как-то неловко признаваться в том, что мои мысли занимает другой мужчина. А с другой — не хочется, чтобы у меня были секреты от Ханиэля. За всё это время он много раз доказывал, что достоин доверия. Но вдруг на этот раз всё будет иначе? Вдруг он разозлится?

После непродолжительных метаний произношу, словно окунаюсь в ледяную воду:

— Мне понравился Шамиэль.

И жду реакции.

— Понравился в том же смысле, что и мы с Тираэлем? — уточняет Ханиэль.

— Да.

На лице Ханиэля появляется облегчение:

— Так вот в чём дело! А я уж начал переживать, что ты передумала выходить за меня замуж и подбираешь слова, чтобы мне об этом сказать.

— Ты что! — возмущённо откладываю вилку. — Как ты мог так подумать⁈ Я уверена в своих чувствах к тебе и хочу стать твоей женой!

— Это радует, — улыбается Ханиэль. — Но давай вернёмся к Шамиэлю. Ты ему тоже понравилась? Твои чувства взаимны?

— Не думаю, — грустно вздыхаю я.

— Вот оно что! Сочувствую. Но не отчаивайся раньше времени. Возможно, ему просто нужно узнать тебя получше?

— Ты так считаешь?

— Шамиэль обычно думает о заклинаниях и работе в Магических залах. Я слышал, что они с коллегами пытаются решить какую-то важную проблему. Может быть, он просто слишком занят, и не задумывается о том, что его ученица в дополнение ко всему ещё и очаровательная женщина?

— Очаровательная женщина? — кокетливо улыбаюсь я и возвращаюсь к еде.

— После ужина я намереваюсь показать тебе насколько, — с намёком произносит Ханиэль.

Глядя в его горящие глаза, сглатываю:

— Тогда мне стоит поужинать побыстрее.

Аппетит возвращается, начинаю чувствовать вкус еды, так что доедаю её с удовольствием.

После этого мы с Ханиэлем поднимаемся на террасу. Под его неистовыми поцелуями и жадными касаниями чувствую себя самой красивой и самой желанной. Посторонние мысли выветриваются, а все мои мысли и чувства сосредотачиваются на Ханиэле.

Перед сном прижимаюсь к своему эльфу всем телом, обвиваю его руками и ногами. Думаю о Тираэле, по которому я уже успела очень сильно соскучиться. А ещё корю себя за то, что имея отношения с двумя самыми лучшими мужчинами, хочу ещё кого-то кроме них. Но снятся мне не они, а холодный среброволосый красавчик с безразличным взглядом светло-серых глаз.