Глава 8

Наслаждаясь вкуснейшим обедом, хмурюсь:

— Получается, у вас нет понятия измены?

Ханиэль улыбается:

— Конечно же, есть. Но все воспринимают измену по-разному, поэтому обычно обговаривают, что имеют в виду, в начале отношений.

— А почему ты мне не предложил обговорить? Не считаешь, что мы в отношениях?

— Считаю. Может быть, у вас как-то иначе, но у нас занимаются сексом только с той, с кем хотят серьёзных отношений.

— Я отношусь к сексу так же.

— Это хорошо. Что касается того, что я считаю изменой… Думаю, для меня измена — это обман. Например, если тебе кто-то понравится, ты начнёшь с ним встречаться, а мне об этом ничего не скажешь… Наверное, для меня измена, это если ты перестанешь делиться со мной тем, что для тебя важно. Конечно, я не хочу, чтобы ты делилась прямо всем-всем, только самым значимым. Например, что с кем-то поцеловалась или тебе кто-то нравится.

— Но разве тебе не будет больно такое обо мне узнать?

— Думаю, это будет зависеть от наших отношений. Если мы с тобой начнём отдаляться друг от друга и тебе понравится кто-то другой, я расстроюсь. А вот если я буду чувствовать, что у нас всё хорошо, что мне хватает твоего внимания, тогда то, что ты поцелуешься с кем-то другим, совсем меня не расстроит.

— Получается, тебе главное, чтобы наши с тобой отношения были хорошими и крепкими?

— Верно. А что для тебя измена?

Чувствую себя ханжой на его фоне, но отвечаю честно:

— Для меня изменой будет даже поцелуй. Или если ты будешь уделять какой-то девушке больше внимания, чем мне… Похоже, я собственница.

Ханиэль улыбается:

— Мужчины у нас обычно однолюбы. Но помимо этого, население нашей страны малочисленное, так что все со всеми знакомы. До встречи с тобой мне никто не понравился настолько, чтобы захотелось отношений, так что у тебя просто нет причин волноваться.

— Правда?

— Правда.

— Но ты же скажешь мне, если вдруг тебе начнёт нравиться другая?

— Скажу. Не переживай.

— И ты не будешь возражать, если вдруг у меня завяжутся отношения с Тираэлем?

— Не буду. Но если у тебя появятся чувства к кому-то ещё, сперва скажи мне, а уже потом целуйся, — смеётся он.

— Договорились.

— Ты должна знать, что прежде чем привести нового мужчину в дом, тебе необходимо познакомить его с остальными. Ну, или в нашем случае, со мной.

— Но ведь ты говорил, что всех здесь знаешь.

— Верно. Но ты должна представить его в официальном статусе. Мы только начали встречаться, но если у нас всё и дальше будет так же хорошо, если мы поймём, что готовы провести вместе остаток жизни, тебе нужно будет учитывать и моё мнение при выборе других мужей.

— Хорошо.

— Тогда договорились. Я уже наелся, поэтому вернусь к работе. Если у тебя ещё появятся какие-нибудь вопросы, ты всегда можешь прийти ко мне… И ещё. Я понимаю, что ты из другого мира, поэтому какие-то наши порядки могут показаться тебе непривычными. Или тебе может не понравиться что-то в наших с тобой отношениях. Если подобное произойдёт, непременно скажи мне. Мы всё обсудим и обязательно найдём решение, устраивающее всех.

— Хорошо… Я сама помою посуду и приберусь на кухне, об этом не переживай.

— Тогда я пойду. До вечера.

— До вечера.

То, что он дал мне разрешение встречаться с Тираэлем, удивляет. И то, что он это не считает изменой, тоже. Получается, я переживала напрасно⁈

К мысли, что мне могут одинаково нравится двое мужчин и у меня могут быть отношения с обоими, нужно привыкнуть. Казалось бы, меня воспитывали иначе, мне должна претить подобная норма. Но стоит представить, что двое этих шикарных мужчин мои, что могу наслаждаться ими обоими, и я ощущаю себя вполне готовой перенять ценности эльфов. Зачем выбирать, если можно этого не делать? Опять же, в моём мире есть поговорка: «Одна голова хорошо, а две лучше». Хорошая же поговорка. Немного переделать и получится: «Один эльф хорошо, а два лучше». А ещё говорят: «Не лезь со своим уставом в чужой монастырь». Если в этом мире именно такие правила, то что я могу поделать? Остаётся только расслабиться и получить удовольствие.

Рамиэль приходит как раз к концу уборки.

— Привет! Готова продолжить знакомство с нашим миром? — улыбается она.

— Привет! Я готова, — отвечаю с улыбкой.

— Ты сегодня выглядишь иначе. Неужели Ханиэль набрался смелости и сделал первый шаг?

— Это так заметно?

— Сегодня ты расслабленная и довольная. Но если тебя смущает эта тема…

— Немного смущает, — признаюсь я. — Куда мы пойдём?

— Продолжим осматривать город. А ещё начну тебе показывать разные мастерские. Если захочется чему-то научиться, скажи, и я договорюсь.

— Хорошо.

Выходим на улицу и сворачиваем направо. Точку зрения Ханиэля на брак я услышала, но женский взгляд не помешает, поэтому произношу:

— Я пока не знаю, что в вашем мире можно обсуждать, а какие темы табуированы, поэтому заранее прошу прощения, если что-то нарушу.

— Табуированные темы?

— Темы, которые не принято обсуждать с посторонними. Неуместные или слишком личные вопросы.

— А! У нас нет табуированных тем. Ты можешь спросить о чём угодно. Но если я не захочу что-то обсуждать, я тебе об этом скажу. И поскольку ты из другого мира, объясню, почему не хочу об этом говорить… У тебя появились вопросы?

— Да, — киваю я. — Скажи, у вас действительно в семьях чаще всего одна женщина и несколько мужчин?

— Так и есть.

— А ты замужем?

— Да. У меня трое мужей. А ещё есть сын и дочь.

— О!

— В твоём мире не приняты браки одной женщины с несколькими мужчинами?

— Не приняты. У нас существуют страны, где у одного мужчины может быть несколько жён, но в основном брачный союз заключается между одним мужчиной и одной женщиной.

— У нас тоже могут состоять в браке двое, но так обычно бывает у тех, кто пока не встретил других мужей, у совсем юных эльфиек.

— Ханиэль сказал, что мне потребуется его одобрение, если я захочу встречаться с кем-то ещё.

— Верно. Перед тем как начать новые отношения, ты должна рассказать о них тому, с кем отношения начались раньше. Обычно наши мужчины стараются ужиться друг с другом, поскольку им сложно найти пару, но изредка бывают случаи, когда у них это не получается. Тогда женщине приходится жить на два дома. Это не особенно удобно, но если любишь, неудобства можно перетерпеть… Получается, Тираэль тоже предпринял активные действия?

— Откуда ты обо всём знаешь?

— Работа у меня такая, — смеётся Рамиэль, — подмечать отношения окружающих и помогать им их наладить в случае, если они не справляются. Страна у нас небольшая, эльфов не так уж много, поэтому очень важно, чтобы все со всеми ладили. И я в этом помогаю. А что касается Тираэля, то только слепой не заметил бы, что ты ему нравишься.

— Вот как, — услышанное наполняет меня счастьем.

— Именно так. Ханиэль и Тираэль в хороших отношениях, так что тебе не о чем переживать.

— А как устроен быт в семьях, где несколько мужей? Я так поняла, денег у вас нет? Получается, зарабатывать их не нужно?

— Верно. Тебя интересуют домашние обязанности?

— Да.

— Тут как кто договорится.

— Получается, нет того, что должен делать только мужчина или только женщина?

— Верно.

— Ханиэль говорил, что обычно мужчины становятся воинами и охотниками. Для женщин есть какие-то запреты или у вас существует негласное неодобрение?

— Да нет. Просто женщины обычно выбирают что-то полегче. Всё-таки, чтобы стать воином, нужно много тренироваться, а ещё уметь терпеть лишения. То же самое справедливо и для охотников. Зачем выбирать что-то настолько сложное, если можно приносить пользу другим способом?

— Понятно.

— А кем ты работала до того, как попала к нам?

— Программистом… В моём мире нет магии, зато очень развиты технологии. У нас изобрели машины, помогающие в вычислениях, а также выполняющие многие другие функции. Например, с их помощью можно общаться, играть в игры, смотреть на них видео… Это сложно объяснить. Но я не думаю, что мои знания как-то вам пригодятся.

— Ничего страшного. Всегда можно найти новое дело, которое понравится. Никто тебя не торопит, можешь спокойно осмотреться и подумать.

— Это хорошо.

— Что насчёт резьбы по дереву?

— А что насчёт неё?

— Мы как раз подошли к мастерской, где ею занимаются. Хочешь посмотреть?

— Конечно.

Мастерская располагается в одноэтажном деревянном доме с окнами в пол. Помещений всего два: гостиная с креслами, камином и небольшим кухонным уголком и комната со столами, за которыми эльфы что-то вырезают из дерева. Когда входим, на нас устремляются любопытные взгляды. С места поднимается стройная эльфийка с голубыми волосами, которой по виду лет тридцать:

— Здравствуйте! Я главный мастер Диллиэль. Рада приветствовать вас в своей мастерской. Давайте, я вам всё покажу и расскажу, чем мы занимаемся.

Она с гордостью показывает статуэтки, посуду, мебель, двери, ставни. Что-то она сделала сама, но большую часть изготовили другие мастера. Работы настолько тонкие и сложные, что вообще непонятно, как такое можно сделать.

Потом мы посещаем мастерскую по изготовлению изделий из глины. Здесь учат лепить посуду, статуэтки и небольшие скульптуры, а также разрисовывать их.

У художников тоже имеется отдельная мастерская. Она напоминает открытый павильон, и её окружает сад, похожий на японский: сочетаются растения, камни и вода; никаких ярких акцентов или чего-то выбивающегося из общей картины; кустарники и деревья круглой формы; всё очень гармонично вписывается в окружающий мир. Художников оказывается всего трое: мужчина, женщина и ребёнок лет десяти. На стенах развешены лучшие работы, и среди них есть как изображения других эльфов, так и пейзажи или натюрморты.

Последним на сегодня местом, которое мы посещаем, становится священная роща, напоминающая парк, засаженный разными высокими деревьями. Оказывается, после смерти эльфа его тело превращается в дерево. В священную рощу переносят только деревья эльфов, сделавших что-то очень значительное при жизни. Считается, что рядом с деревом сохраняется дух эльфа, поэтому в священную рощу можно прийти, чтобы подумать или найти решение. А ещё эти деревья защищают эльфов в самые сложные моменты.

Может быть, дело в самовнушении, но пока брожу среди этих величественных деревьев, испытываю умиротворение и спокойствие. Тревоги отступают, и кажется, что со всеми сложностями можно справиться.

Рамиэль провожает меня домой. Ханиэль пока не вернулся, поэтому решаю заняться ужином. В холодильнике нахожу пакетик крупы, похожей на гречку, мясо и овощи. Набираю в кастрюльку воду, ставлю на плиту, а потом озадаченно смотрю на десять одинаковых кристаллов, заменяющих приборную панель. Можно было бы воспользоваться методом тыка и поэкспериментировать. Но а вдруг что-то сломаю? Плита наверняка тоже на магии, и это вызывает опасения.

Так что нарезаю мясо, готовлю салат и жду Ханиэля.

Вернувшись и услышав о моём затруднении, он улыбается:

— Идём, научу. Крайний правый кристалл нужен для блокировки плиты от детей. Нажимаешь его и удерживаешь пять секунд, тогда плита включится. Первые четыре кристалла слева соответствуют четырём конфоркам и управляются они так же, как и краны в ванной. Нажатием на следующий кристалл можно настраивать размер конфорки под посуду (работает для последней включённой). Этот нажимаем, если есть опасения, что содержимое может выкипеть, при его включении температуру уже регулирует плита. Остальные кристаллы нужны для духовки: включение, проветривание, освещение.

— Понятно. Можно, я сама приготовлю, а ты мне будешь подсказывать?

— Хорошо.

Под его руководством добавляю приправы, готовлю кашу, жарю мясо и заправляю салат. Некоторые ингредиенты кажутся незнакомыми, так что старательно всё запоминаю. Мне бы самой не понравилось, если бы, вернувшись с работы, пришлось готовить для взрослого человека, который весь день лентяйничал, так что хочу взять на себя часть домашних хлопот.

Отмечаю, что посуда здесь очень хорошего качества: она греется ровно и ко дну ничего не пригорает.

После ужина отправляемся смотреть на закат. И снова я наслаждаюсь прекрасным зрелищем в обществе красивого мужчины.

Он берёт меня за руку и начинает поглаживать мою ладонь большим пальцем. Никогда не подозревала, что ладонь может стать эрогенной зоной, но текущий опыт говорит именно об этом: чем дальше, тем сильнее возбуждаюсь. Наконец, не выдерживаю, наклоняюсь к Ханиэлю и притягиваю его к себе. Впиваюсь в его губы поцелуем. Он отвечает не менее страстно.

Эльф не выдерживает первым: достаёт меня из кресла, усаживает себе на колени и запускает руку под мою тунику. Дыхание перехватывает. Зарываюсь пальцами в его волосы, прижимаюсь так тесно, как только получается. В моё бедро упирается твёрдый член, обозначая желания его тела.

Когда Ханиэль стягивает с меня тунику, отстраняюсь:

— Ты что! Не здесь же! Нас ведь могут увидеть!

Он проказливо улыбается, подхватывает меня на руки и встаёт:

— Раз стесняешься, пойдём в спальню.

Там он опускает меня на кровать, впивается в мои губы требовательным поцелуем и стягивает с меня шорты вместе с трусиками. Снимает с себя рубаху и расстёгивает ремень:

— Теперь я понимаю, почему парни так не любят брюки и шорты на девушках.

— Почему?

— Потому что юбку можно просто задрать. Не придётся тратить столько времени на раздевание. И имей в виду: трусики я теперь тоже не одобряю.

Он подтягивает меня ближе к краю кровати, заставляя широко развести ноги. С нажимом проводит ладонью по моей шее, груди, животу и спускается ниже. Начинаю подрагивать от возбуждения. Убедившись, что я уже влажная, Ханиэль притягивает меня к себе и, удерживая за бёдра, насаживает на свой член. Всхлипываю от острого чувства наполненности и прикусываю губу.

Сморю на Ханиэля снизу вверх. Наслаждаюсь его напрягающимися мышцами, выражением лица, тем с какой страстью он на меня смотрит. Чувствую себя красивой, желанной, особенной. Из-за этого возбуждение смешивается с щемящей нежностью и восхищением. Чтобы не кончить слишком быстро, отворачиваюсь и прикрываю глаза. Вот только с закрытыми глазами ничего не остаётся, как сосредоточиться на наших стонах, скрипе кровати и ощущениях внизу живота. И оказывается, что это не менее возбуждающе. Кончаю так бурно, что тело выгибает дугой. И Ханиэль кончает тоже, судя по теплу, что разливается у меня внутри.

Он ложится рядом и прижимает меня к груди:

— Нужно сходить помыться.

— Это обязательно? — похоже, силы окончательно покинули моё тело и я превратилась в медузу.

— Могу сам тебя вымыть.

— Давай.

Он касается губами моей щеки, встаёт и берёт меня на руки, затем опускает в ванну и старательно отмывает.

Чувствую себя странно. Вроде бы и неловко, ведь я уже взрослая женщина. Но и приятно. Причём даже не сам процесс мытья, а его забота. Да и сил нет совершенно. И, если откровенно, мне очень нравится происходящее.

Ханиэль укутывает меня в полотенце, относит в спальню, укладывает в кровать и уходит мыться. А я погружаюсь в сон.