Глава 11 · О долгах и расплатах

Возвращаться за Ури не пришлось. Как, впрочем, и общаться с принцем. Весь обратный путь он был занят обустройством моего быта, то и дело выпадая из реальности. Я только и успевала ухватить своего спутника за край куртки, чтобы уберечь от встречи то с фонарным столбом, то с особенно ретивым доставщиком. Под конец мне и вовсе надоело это дело, отчего я самым безнравственным образом вцепилась в локоть принца и потащила его за собой. Благо память меня не подвела.

– А как сейчас называется это место? – поняв, что так и не узнала, где же теперь проживаю, уточнила я.

– Сад или Болото. Выбирайте любой из вариантов. Те, кто никогда не будет там жить, зовут Болотом. Это не так обидно, когда страдаешь весь день от песка и солнца, – без тени насмешки пояснил Валиар.

Мне даже вина в его голосе послышалась, словно принц чувствовал свою ответственность за то, что не все живут в таком прекрасном месте. Севший на ладонь комар чуть поубавил мою радость, но решения не изменил.

– Значит, Сад, – кивнула я, хотя вариант с болотом был роднее. Да и мой деревянный домик стоял вовсе не в окружении яблонь. Но облазить свой новоприобретенный огород я собиралась чуть позже. Ночь и так короткая, а планов на нее…

– Торопитесь? – Мое возбуждение не скрылось от спутника, и он задал закономерный вопрос: – Не желаете поделиться?

– Едва ли вы найдете интересной ночную уборку и прополку доставшегося огородика, – растянула губы в улыбке я.

Принц посмотрел на меня с осуждением, будто знал, что огород может потерпеть, а вот обитатели шестого дома – нет. Осталось только разобраться с защитой и сбежать от охраны, но и здесь у меня имелся план. Точнее – связи, воспользоваться которыми я очень надеялась.

Надеялась, но не рассчитывала на такое быстрое исполнение желания. Я сбилась с шага, отчего принц был вынужден меня поддержать: едва мы пересекли границы Сада, он больше не отвлекался. Зато я крутила головой, разглядывая окрестности, и никак не могла пропустить видение Гретхен, сидевшей на соседском заборе.

Она была столь печальна, что я замерла и шепотом спросила у принца:

– А чей это дом?

– Лорда Анвентара. Желаете навестить Далиара?

– Нет, – Я качнула головой и в считаные мгновения оказалась за своей калиткой. – Не буду мешать милорду отдыхать после тяжелого трудового дня. Больше можно не провожать! – крикнула я и убежала в дом. Ритм задавал доносившийся мне вслед смех. Но лучше так, чем объяснять, отчего вдруг у меня напрочь испортилось настроение.

– Вы вернулись! – радостный возглас встретил на пороге, а затем Ури буквально повисла на моей шее. Девушка уже успела сменить дворцовую форму на обычное платье с узкими (не в пример дворцовым нарядам) рукавами, немаркого темно-синего оттенка. – Продукты уже доставили. Я приготовила ужин. Прикажете подавать?

– Если голодна, – отмахнулась я. – Меня в городе покормили, – пояснила, желая избежать лишних вопросов.

– Понятно, – чуть приуныла девушка. Тяжело вздохнула, будто и сама решила отказаться от ужина, но была мною остановлена:

– Ешь давай, – подозревая, что иначе Ури попросту спрячет еду в холодильный шкаф, распорядилась я. – Я выйду в сад, посмотрю, что у нас растет. А ты пока поешь. Приду – проверю, – грозно посулила я и вышла через заднюю дверь.

В лицо дохнуло влагой. На цыпочках, чтобы обойтись без жертв среди улиточного населения, выползшего на замшелые плиты двора, я обошла дом и замерла в нерешительности. Гретхен все еще сидела на заборе и печально смотрела на соседский дом, где не горело ни свечи, не говоря уже об осветительных сферах.

Оглядевшись, не слушает ли нас кто, и не обнаружив никого постороннего в пределах двора, я приблизилась к девушке. Деревянный забор доставшегося мне дома не вселял уверенности, а потому я предпочла остаться на ногах.

– Забирайся сюда, – Гретхен махнула на ограждение соседнего дома, на котором устроилась сама. Невысокое, облицованное глиной сооружение, на котором кое-где встречались наросты мха, производило лучшее впечатление, вот только что обо мне подумают, если увидят?

Хмыкнув собственным странным мыслям, я ухватилась за протянутую руку и приземлилась рядом. Гретхен, ни говоря ни слова, сняла перчатку и сжала холодными пальцами мое запястье. Но я была уже готова, а потому уход в тень не заставил ошарашенно выдыхать и пытаться проморгаться.

– О чем ты хотела спросить?

В выцветшем мире, что окружал нас теперь, Гретхен в своем черном одеянии больше не казалась инородным пятном. Возможно, оттого она и носит данный цвет? Да и видит ли она другие, если живет между миром живых и мертвых…

– Я хотела попросить провести меня за ограду. Обещала йаринам силу, но делиться ею во дворце, когда у каждого кактуса есть по несколько ушей…

– Хорошо, я отведу, – меланхолично согласилась Гретхен и так же тихо добавила: – Но я хочу, чтобы ты меня пригласила.

– Зачем?

– Из твоего сада можно увидеть больше, чем отсюда, – девушка кивнула на забор. – А войти внутрь я не могу. Что-то мешает.

Ее лицо исказила гримаса злости. И мне стоило больших усилий не дрогнуть, видя, как меняется хорошенькое личико.

– Если не станешь обижать Ури, приходи, – кивнула я и с видимым облегчением выдохнула, когда Гретхен вновь вернулась к ставшей привычной маске равнодушия.

– Обещаю, – серьезно сказала она и спрыгнула с забора, заставляя края юбки взметнуться вверх, обнажая белый, без единого пятнышка, подъюбник. Чего нельзя было сказать о моей одежде: на подоле уже имелись зеленые пятна от потревоженных растений. – Идем. Я провожу до выхода, но дальше – не проси. Он скоро вернется, а я хочу посмотреть.

– Лорд Анвентар искал тебя. Тогда, на приеме, – отчего-то решила сказать я.

– Да? – Ушки собеседницы странным образом заалели, хотя до сего момента мне казалось, что здесь не может быть ярких цветов.

– Вы знакомы?

– Нет, – Гретхен активно замотала головой. – Я не подхожу близко. Даже когда становлюсь человеком, стараюсь держаться подальше.

– Но не можешь.

– Не могу, – сокрушенно призналась она и потянула меня в сторону выхода. До самой границы Сада с ее губ не сорвалось ни слова. – Позовешь, когда нужно будет тебя забрать. Но не слишком далеко отсюда, – она кивнула на массивную ограду белого особняка, отмечавшего начало района. – Не торопись. Я буду здесь всю ночь.

– Постараюсь вернуться пораньше, – тем не менее сообщила я и, дождавшись, пока Гретхен исчезнет из виду, направилась к Императорскому тракту.

* * *

Ночь вступила в свои права, окрашивая город в темные тона. Вспыхнувшие фонари порождали тени, а вышедшие на охоту ночные птицы заставляли вздрагивать. Мне даже пришлось пару раз резко уворачиваться от летевших прямо в лицо сов. Но я справлялась и провожала их завистливыми взглядами. Где-то глубоко внутри росло желание взлететь и промчаться ветром по этим узким улочкам, сорвать шляпки с дам, вырвать из рук прохожего газетный лист… Моя улыбка померкла, скованная страхом. А смогу ли я вернуться? Вспомню ли, что было до, если вновь стану ветром? Что останется от меня нынешней, если возобладают инстинкты?

Я не знала ответов, а спросить было не у кого. Кардалис и Сам-Яр? Великий, возможно, и знал, какая судьба ждет развоплотившегося духа, но скажет ли… Да и хочу ли я знать правду? Пока есть надежда – я могу мечтать. С другой стороны, – меня затопила горечь, – будет ли это иметь значение, если все человеческое во мне исчезнет? Не станет ли это выходом?

Шум вокруг становился все громче, знаменуя близость к Императорскому тракту, но долг был еще не оплачен и вместо того, чтобы свернуть в сторону криков, я, напротив, развернулась и начала отдаляться от людей. Уходить в Южное предместье не стала: слишком далеко, да и вряд ли там не осталось никого, кто бы следил за порядком. Сжала проступившее на пальце кольцо. Еще немного – и долг будет оплачен.

Удачным местом для выполнения обязательств я посчитала тихий двор. Ни одно из двух выходящих сюда окон не светилось. Зато паутина, занавесью скрывавшая их, лишний раз подтверждала заброшенность выбранного мной места. Как и высокий слой песка, устилавшего плиты. Казалось, его никто не убирал уже пару недель.

Присела, запустив пальцы в песок. Холодный, если не сказать ледяной.

– Во имя уплаты долга. Услышь и приди, – шепотом проговорила я, зная, что не имеет значения, кричишь ты или шепчешь. Кольцо сжалось и осыпалось. Но там, куда падали частицы его праха, начала собираться фигура пса. Истощенного, с торчащими ребрами. Он щерил зубы в оскале, готовый дорого продать свое существование.

– Что случилось?

Я бросилась к низшему духу, без страха сунула ему в пасть руку и даже не поморщилась, когда он ее прокусил. Да, так быстрее: кровь – лучший проводник силы, легче покидает дарителя или жертву, скорее приживается у нового носителя. Оттого низшие духи и воплощались в хищников.

– Кто вас так? – повторила я вопрос, свободной рукой перебирая песчинки, составлявшие шкуру животного. – Маги?

Йарин резко мотнул хвостом.

– Тогда кто?

Ответом стал раздраженный рык. Дух выпил уже больше половины имевшегося у меня резерва, но не останавливался. А я… не хотела отказывать. Пусть и могла запретить ему, перекрыть доступ – сейчас я была сильнее, – но продолжала делиться, понимая, что дух берет не для себя – для всех тех, кому не хватило сил прийти и воплотиться.

Наконец пес выпустил мою руку и, ослабев, упал в песок. Его голова рухнула на лапы, а глаза закрылись. Он делился полученной от меня силой, но мы оба понимали, что этого слишком мало для всей стаи. Они ведь подпитывались напрямую: не верой, а силой, жизненной ли, магической или божественной, плотью или кровью. И чтобы довести их подобного состояния, необходимо было перекрыть им все потоки.

– Что с вашими талиарами? – холодея от посетившей меня мысли, спросила я.

У меня никогда не было свиты или низших духов в услужении. Оттого и низшие водные в Триере лишь терпели мое присутствие, не подчиняясь и не подпитывая, но если бы они дали клятву служения или нас связывал иной долг… Находясь на краю, я могла бы их выпить, иссушить, забирая скопленные ими силы для себя. Продлевая собственное существование. И триерские низшие это понимали, оттого и недолюбливали. Иерархия – не просто слово среди сущностей. Это одна из причин, почему я не хотела вступать ни в чью свиту, ведь тогда, при необходимости или желании, тот Великий, кому я присягну, сможет не только делиться со мной силой напрямую, но и получить все, принадлежащее мне.

«Их больше нет, – выдохнул йарин. Шелест песка складывался в слова: – Последнего мы лишились накануне. Он выпил почти все, что у нас было, но и этого не хватило. Все уходило как в пустоту. И чем больше мы отдавали, тем быстрее оно нас поглощало. Что-то и сейчас тянет из нас силу. Почти все, что ты дала нам… – Пес закашлялся, исторгая из себя раскаленный докрасна песок. – Эта ночь станет последней».

Я слышала его голос: обреченный, потерявший всякую надежду, отчаявшийся… И мне становилось больно. По-настоящему, будто я уходила вместе с ними. Будто каждое слово ставило и меня на край гибели.

– Вы привязаны к пустынным талиарам? – быстро уточнила я. Пес лишь прикрыл глаза. – Я не могу принять вашу верность…

«Мы понимаем».

Йарин действительно понимал. И я чувствовала, что ни он, ни стая не станет осуждать меня, если сейчас я просто уйду. Но я не могла их бросить. Просто не могла.

– Саер, я, талиари Альн-Ари, требую долг крови. Явись немедленно, – я говорила тихо, каждое слово мое тонуло в тишине, но сомнений в том, что их услышат, не было. Наши должники всегда знали, когда их требуют на суд. Рыжий исключением не стал.

Взметнулся песок, знаменуя открывшийся портал. Сапоги утонули в образовавшейся с появлением йарина дюне.

– Что вы здесь делаете? – недовольно выдохнул мужчина, но осекся, заметив меня и лежавшего рядом йарина.

– Мне нужен принц. Валиар. Прямо сейчас. Приведи его, и долг будет погашен.

Рыжий исчез, не проронив ни слова. А я… я гладила умиравшего духа по голове.

– Я не могу принять вашу верность. Но если вы готовы служить людям… Они потомки бога. Во дворце мощный дух-хранитель. Им нужны верные стражи, а вам нужна сила. Союз возможен.

– Союз с кем? – Голос раздался у меня за спиной. Недовольный, сердитый, но знакомый. – Саер передал, что вам необходимо мое присутствие. – Принц обошел нас и присел на корточки, не рискуя, однако, касаться морды песчаного пса. – Йарин? В городе?

– Я его позвала. А теперь – и вас.

– Я заметил. Но чего вы хотите, Шериан?

– Вы должны мне, – начала, собираясь с мыслями. – Не только деньги. Деньгами нельзя оплатить спасенную жизнь, – говоря это, я лукавила. Если плата назначена сразу, то деньги считались достойной платой.

– Пусть будет так, – нахмурившись, кивнул принц. – Продолжайте.

– Я хочу, чтобы вы приняли их на службу. Всю стаю. Ваш дух-хранитель силен, а покровитель – еще сильнее. А они – остались без хозяина и ищут нового.

– Тогда почему не вы? – Валиар задал самый логичный вопрос, но он заставил меня отвести взгляд.

– Я не могу брать ответственность за тех, кого не смогу защитить. Моих сил недостаточно для стаи. – Признание далось нелегко, но чувствовать все отведенное мне время вину за брошенных без помощи низших… Не самых худших низших. Это было сильнее меня. – Чего вы хотите взамен?

– И вы готовы дать мне, что бы я ни попросил?

Меня напугал тон, каким Валиар задал вопрос.

– Да, – почти неслышное согласие сорвалось с моих губ.

– И имя свое назовете? Истинное?

– Если такова будет цена. – Внутри меня что-то стремительно умирало. А молчание затягивалось.

– Хорошо, – с усилием произнес принц. – Оставьте нас. Я должен обговорить детали с новыми подданными. Саер, проводи Шериан на улицу. Угости чем-нибудь. Я подойду к вам позже.

– Идемте. – Рыжий подал мне руку, помог подняться. Но все то время, что мы покидали двор, я не сводила взгляда с йарина. А он не отрываясь смотрел на меня. И мне чудилась вина в его глазах.

– Это мое решение, – прошептала я. Пес недовольно рыкнул, словно моя попытка снять с него ответственность разозлила песчаного духа.

– Идемте, – настойчивее произнес Саер. – Вы правы, у них мало времени, а милорд должен обговорить все, чтобы никто не чувствовал себя обманутым. Не волнуйтесь, если его высочество принял решение, оно уже не изменится.

Саер исполнил приказание принца: вывел меня на освещенную фонарями улицу, купил какие-то фрукты, облитые сладким сиропом, и торжественно вручил мне шпажку. Вторую оставил себе и, не смущаясь, принялся откусывать.

Я не чувствовала вкуса. Все мои мысли занимала последующая расплата. Мне хотелось бежать, но собственное обещание не давало сдвинуться с места в ожидании своей участи.

Саер успел сходить к воспрявшему торговцу уже трижды, отчего тот, собиравшийся было уходить при нашем появлении, теперь держался неподалеку. Еще бы, не придется выбрасывать, напротив – заработает. Рыжий даже не пытался торговаться и уплетал успевшие помяться фрукты. Он было сунул мне новую шпажку, но я показала едва надкушенную предыдущую, и страж отстал.

Валиар нашел нас не скоро. Молча кивнул Саеру, отступившему назад, махнул торговцу, забирая у того последнюю сладость, и протянул мне.

– Я не хочу, спасибо.

Его высочество устало вздохнул.

– Саер, вы можете возвращаться, – отпустил рыжего отдыхать Валиар. Дождался, пока тот исчезнет, и повернулся ко мне. – Император согласился принять на службу вашу стаю. Сегодня они восстанавливают форму, а с завтрашнего дня приступают к патрулированию столицы и окрестностей. Как полагаете, справятся?

Я кивнула. Новость была хорошая, но вместе с облегчением принесла мне и усиливающуюся тревогу. Глубоко вздохнула, набираясь смелости, приподнялась на носках, чтобы дотянуться до уха принца, и была остановлена его отрицательным кивком.

– Тсс, – он приложил палец к своим губам, призывая меня к молчанию, и продолжил: – Я не потребую награды за то, что совершил. Ни сейчас, ни в дальнейшем. Даю слово.

– По… почему?

Напряжение, сковывавшее меня, отпустило, и ноги подкосились. Принц удержал, хотя выглядел не лучше. Мы оба были истощены, но продолжали делать вид, что все в порядке.

– Столице не помешает дополнительная охрана. Как и дворцу, – отвернувшись, пояснил он. – Я должен поблагодарить вас за стражей, которые не смогут предать. И… теперь я спокоен. Вы всегда будете под присмотром. Даже если снова обманете защиту. Как вы покинули Сад?

Я промолчала. Валиар устало улыбнулся, чуть склонив набок голову.

– Как и ожидалось.

– А вы за мной следили, – упрекнула я, но без огонька. Как-то равнодушно, больше по привычке, чем из желания досадить.

– Грешен. – Принц развел руками. Один из кусочков фруктов с противным шмяком упал на мостовую. Но, кажется, это было к лучшему.

Мы одновременно опустились на корточки, желая то ли рассмотреть получившуюся кляксу, то ли убрать ее, но замерли, глядя друг на друга. Кто из нас отвел взгляд первым – я не знаю, но, когда решилась вновь посмотреть на собеседника, утонула в его глазах. Это было сродни шторму, торнадо, что подхватывает тебя и больше не отпускает. Вот только… я не искала выхода.

– Ваше высочество, император требует вас во дворец, – голос Саера расколол наше молчание. – Он настаивает, чтобы вы прибыли немедленно.

Я видела, с какой неохотой принц поднимается. Как сжимаются его губы, как недовольно хмурятся брови, а в глазах вспыхивает раздражение.

– Проводи Шериан домой, – приказал Валиар рыжему и уже для меня, совсем другим тоном, добавил: – Прошу меня извинить. Я навещу вас позже, если вы позволите.

– Завтра, – поправила я. – Когда выспитесь и отдохнете. Только в этом случае я разрешаю вам прийти.

– Я учту, – усмехнулся принц. Еще раз посмотрел на меня и переместился.

Мы с Саером остались одни.

– Император действительно требовал принца к себе? – спросила я, чтобы подтвердить догадку.

– Не так срочно, – уголки губ рыжего дрогнули. – Но разве вы хотели продолжения?

Он говорил вроде бы обычные слова, но мне отчего-то стало жарко. Кровь прилила к щекам, а мне было невыносимо смотреть в глаза собеседнику. Словно он узнал какую-то постыдную тайну.

– Проводить вас в ваш новый дом?

– А разве есть другие варианты? – Деловой тон, каким были сказаны последние слова Саера, привел меня в чувство.

– Полагаю, вы не просто так выбрались ночью в город. И, поскольку это не противоречит приказу, готов проследовать с вами, провожая вас домой. Как вы слышали, указаний относительно маршрута и времени сопровождения мне не поступило.

– Зачем вам это? Вы отдали свой долг.

– Хочу разобраться с тем, что происходит, – спокойно ответил страж. – Вы знаете больше, чем говорите нам. Возможно – из-за недоверия, возможно – не хотите выдавать свой источник, причин может быть много. Но раз уж мне довелось узнать о вас чуточку больше, нежели остальным, я предположил, что вы сможете довериться мне. Я готов помогать.

Я заколебалась. С одной стороны, мне все еще было необходимо попасть на Большой Императорский тракт и встретиться с чересчур осведомленной купеческой дочерью. С другой – посвящать в свои дела кого бы то ни было… С третьей – Саер действительно знал больше остальных и не выдал, да и сам был «законом и порядком» в стране, что тоже давало некоторые привилегии.

– Хорошо, – смирившись с неизбежным (Валиар ведь не оставит заинтересовавшие меня дома без присмотра), согласилась я. – Но вы ни во что не вмешиваетесь. Как тень. Вы есть, но вас не видно, пока не присмотришься. Справитесь?

Рыжий лишь снисходительно усмехнулся. Хотя еще бы ему не веселиться: вся его работа – быть чьей-то тенью.

* * *

Нужный нам дом утопал во мраке. Ни в одном из окон, выходивших во внутренний двор, не промелькнуло ни огонька. И хоть время еще не перевалило за полночь и с самого тракта доносились одиночные крики, все обитатели близлежащих домов предпочли отдых наблюдению за пьяными драками. Оно и правильно. Магазины защищали установленные заранее барьеры, и никакой пьянчуга, в каком бы состоянии ни находился, не смог бы их пробить. А те, кто смог бы, – боевые маги – в столице были либо на службе у короны, либо отсутствовали как вид.

– Который дом? – лаконично уточнил Саер.

– Шестой.

Страж кивнул и потянулся к внутреннему карману своей куртки. Быстро что-то там перебрал и извлек на свет небольшой позеленевший от времени ключик.

– Что или кого мы должны найти? – поинтересовался страж, подбираясь к задней двери.

Я не стала спрашивать, как он понял, какая именно нам нужна. Все же Саер провел в столице больше времени, чем я.

– Дочь купца, – сообщила я то, что успела узнать от Гретхен.

– Которая? – после паузы осведомился рыжий.

– А их несколько?

Страж кивнул.

Тогда не знаю. Наверное, стоит со всеми поговорить.

– Ночью? – Саер демонстративно вздернул бровь, намекая, что едва ли найдутся желающие разговаривать на отвлеченные темы в полночь.

И нам бы отступить и вернуться утром, но внезапно в нужном нам доме вспыхнул свет. Ослепительно ярко для чернильного мрака ночи. А после из той самой двери, через которую мы хотели попасть в дом, выбежала второпях одетая девушка. С вывернутым наизнанку чепцом, незатянутым корсетом, в нижней юбке и разных башмаках. Она бежала стремглав, не обращая внимания ни на что, только изо рта ее доносилось сдавленное «целитель Ерхан» и «только бы успеть».

– Не желаете навестить почтенного лекаря? – подумав, предложил мне рыжий. – Полагаю, вместе с ним нас пустят в этот дом и посреди ночи.

– Вы его знаете?

– Не доводилось видеть. Но не беспокойтесь, он будет сотрудничать.

Я хмыкнула. Вот в чем в чем, а в умении стража убеждать я не сомневалась: едва ли кто-то осмеливался отказаться от выгодных предложений короны.

Не смог отказать и целитель Ерхан. От осознания, что его посетила внутренняя стража, мужчина сначала затрясся, отчего его ночной колпак упал на пол, где и был забыт, а после, когда понял, что нужен он для оказания помощи, а не для заключения под стражу, выдохнул и выразил горячее желание проследовать куда угодно. Вот прямо в чем был: длинной ночной рубашке и без колпака.

– Переоденьтесь и подготовьтесь, – приказал рыжий. – Вы мучились от бессонницы, оттого и были готовы отправиться на помощь немедленно, – начал излагать легенду Саер. – Мы ваши подчиненные. Она – сиделка, – страж кивнул в мою сторону. – Я – телохранитель. Без нас вы отказываетесь работать. Боитесь за свою безопасность и не хотите, чтобы плоды ваших трудов были уничтожены чьими-то грязными руками.

– А у девушки есть разрешение? – осторожно поинтересовался целитель.

Обидно. В Саере он ни мгновения не сомневался. Даже доказательств никаких не потребовал, когда мы нагло появились у него на пороге.

– У девушки есть благословение, – усмехнулся рыжий, а у целителя глаза на лоб полезли.

Я скромно улыбнулась: представляться жрецом мне было не впервой.

– Или предъявить еще и рекомендации?

– Нет, все в порядке, – старательно закивал целитель. Впрочем, его уверенности надолго не хватило, и он уточнил: – Но разрешение на работу сиделкой у нее имеется, правда? Не хотелось бы проблем с законом. Я человек маленький… – залебезил лекарь.

Правда, это не мешало ему собираться. И, что характеризовало его с лучшей стороны, первым делом он бросился к чемоданчику с инструментами, а не к висевшим на спинке стула штанам.

К моменту появления на крыльце служанки мы втроем уже были готовы. Позевывая, я открыла дверь и, выслушав сбивчивые объяснения девушки, позвала целителя. Господин Ерхан сбежал вниз как настоящий герой. Опасения вызвал момент, когда мужчина запнулся о ступеньку и чуть не пропахал носом лестницу, но Саер успел удержать щуплого лекаря. Посему служанка даже и не думала интересоваться, отчего на ночной вызов спешит такая большая компания, хотя пришла она за одним Ерханом.

Нам потребовалось всего пять минут, чтобы добежать до нужного дома. И, мне показалось, я знаю, отчего расстояние так стремительно сократилось: наверняка Саер в темноте подколдовывал.

В доме царил настоящий хаос. Поднятые по тревоге слуги беспорядочно бегали то вверх, то вниз по лестнице. В их руках я успела заметить и ночной горшок, и отчаянно смердящий отвар – повела носом, определяя состав, но ничего примечательного не обнаружила: обычное рвотное, – и серебряную статую Кардалиса, приобретенную явно не за полную цену – с такой-то кривой ногой.

– Магистр Ерхан, слава Пресветлому, вы наконец здесь! – Из одной из комнат нам навстречу выскочил запыхавшийся, раскрасневшийся, довольно упитанный мужчина. Без ночного колпака, но в длинной сорочке. Видимо, среди людей за пятьдесят подобные вещи были весьма популярны.

– Показывайте. И расскажите, что случилось. Ваша служанка ничего кроме «беда у нас» не пояснила.

– Так беда же! Там! – воскликнул отец семейства, быстро перебирая короткими ногами. Конечная точка нашего маршрута была ясна и без указания пальцем. Можно было просто идти на звук. Или даже крик и звон. А то и вовсе – запах. Всех этих веских знаков непорядка было хоть отбавляй. – Что угодно отдам, только спасите кровинушку!

Не церемонясь, Саер отодвинул главу семейства, давая целителю первым зайти в комнату. После пропустил меня, и лишь за тем – отчаявшегося отца. А отчаяться было от чего.

На широкой кровати с подвязанными шторками балдахина металась в бреду молоденькая девушка. Бледность на ее лице могла посоперничать с моей в первые дни после потери последнего верующего. И ее рвало. Не приходя в сознание, отчего суетившимся у кровати женщинам приходилось успевать переворачивать несчастную во время очередного приступа. И кровь… Мне не доводилось видеть столько крови на простынях с того момента, как…

Я отвернулась, не желая вспоминать тот день. Тогда я не смогла помочь, как ни старалась. Один ничтожный дух не может подарить жизнь тому, кто родился мертвым. А Марика не верила в богов, не пошла ни под чью длань, а потому я даже не знала, кто вправе вмешаться в ее судьбу, когда люди развели руками. Мы потеряли их обоих той ночью. Сбежавшую с большой земли девушку и ее нерожденного ребенка. И сейчас, стоя в комнате другой несчастной, борясь с подступающей дурнотой, я держалась за Саера и молилась всем известным богам, чтобы ей повезло больше, чтобы Ерхан справился.

– Что последнее она пила или ела? – спросил целитель, ни на мгновение не отрываясь от успокаивавшейся под его пальцами девушки. Ее тело перестало сотрясаться. Рвота временно остановилась.

– Что? Зачем вам?

– Она отравлена, – устало отозвался Ерхан.

С каждым мгновением, с каждой частицей отдаваемого несчастной резерва он выглядел все хуже. Еще немного – и целитель понадобится уже ему. Но девушка вдруг застыла, ее грудь практически перестала вздыматься, а по коже пробежали искорки разворачивавшегося стазиса.

– Я стабилизировал состояние. Это даст нам время, но я должен знать, что она приняла, чтобы избавиться от ребенка. – Целитель перевел уставший взгляд на нас с Саером. – Осмотрите комнату и дом. Ищите…

Саер исчез прежде, чем целитель закончил фразу. Впрочем, и без его подсказок было ясно, что искать следует яд или лекарства. Последние, если превысить дозировку, справлялись с уничтожением человеческого организма чуть ли не лучше специально изготовленных ядов, а купить их можно было в любой аптеке.

Стараясь лишний раз не смотреть на окровавленную простыню, я протиснулась мимо женщины, причитавшей у кровати дочери, – теперь у меня было время заметить явное сходство. Простоволосая, с наметившейся сединой, она выглядела едва ли не хуже, чем затихшая в стазисе девушка.

– Выйдите, вы мешаете работать моей помощнице, – бросив на меня быстрый взгляд, потребовал целитель.

– Но?..

– Сейчас мы спустимся вниз, госпожа Петен, и вы расскажете мне все, что посчитаете нужным. Как и ваш муж, и ваши дочери. Мои коллеги тем временем осмотрят дом. За Элизой присмотрит Шериан, – погасил зарождавшийся в глазах обеспокоенной матери пациентки вопрос Ерхан. – Чары продержатся несколько часов. И будет лучше, если мы не станем тратить их на пустые препирательства. Каждая минута, потраченная впустую, приближает похоронную процессию. Идемте. – Ерхан ловко перехватил госпожу Петен под локоть и довел до двери. – Соберите всех: и домочадцев, и прислугу. Господин Петен?

Отец пострадавшей кивнул и, поддерживая жену, одним взглядом заставил сгрудившихся у двери дочерей, слуг и домочадцев отступить. Я еще успела заметить мелькнувшую в проеме веснушчатую физиономию младшенькой и острый носик средней.

– Я спущусь через минутку, – заверил целитель, плотно закрыл за супругами дверь и сполз прямо по ней, даже не думая о чистоте брюк. – Подайте, сделайте милость, мою сумку, – попросил мужчина.

А я заметила, как у него на висках вздуваются вены, а неестественная бледность заливает все лицо. Кажется, его состояние было куда хуже, чем показалось на первый взгляд.

Не теряя времени, я подхватила сумку магистра и, обойдя кровать, протянула ему. Придержала, пока мужчина что-то искал, и, почувствовав острый запах хвестара, едва не сплюнула.

– Вы пусты? – уточнила очевидное. Целитель отхлебнул из бутылька и кивнул.

– До капли. Весь резерв. Пару часов это даст, но зараза слишком быстро распространяется. Даже с учетом стазиса девушка к утру сгорит, если мы не найдем противоядие. Знать бы еще – от чего…

Он выругался, но я пропустила это мимо ушей. Запах крови, пота и рвоты мешал сосредоточиться, а потому я не могла уловить отголоски ароматов, прошедших здесь за день. И, как назло, силы во мне даже на легкий ветерок не хватит.

Ответом на мои молитвы стал одинокий удар потревоженного колокола.

– Саер? – позвала я, зная, что рыжий услышит. Он и услышал – появился прямо передо мной, обеспокоенный и удерживавший в руках с дюжину разнообразных склянок. – Мне нужно в храм. Прямо сейчас. Очень быстро.

– Проследите, чтобы в эту комнату никто не входил, – распорядился страж и, сгрудив свою добычу в руки ошалевшего целителя, кивнул мне на кресло. Я без лишних слов в него уселась, чтобы спустя секунду сорваться к главным дверям храма. Открытым даже ночью, как и было положено.

До алтаря добежала в мгновение ока, рухнула на него без сил и расслабилась. Теплый поток подхватил, увлек подальше от тяжелой реальности, забрал тревожные мысли…

– Шериан. – Саер потряс меня за плечо, вырывая из пьянившего силой океана. – Я должен буду доложить его высочеству о случившемся. Вы слишком долго отсутствуете дома, а в сложившейся ситуации я не могу обеспечить вам должную безопасность без привлечения посторонних.

– Хорошо, только верните меня… – Мне показалось, что в сумерках храма мелькнула чья-то фигура.

– Куда? – нахмурился рыжий, резко оборачиваясь.

– Обратно, – попросила я, хватаясь за стража. – У нас мало времени.

– Мало времени для чего? – Фигура Верховного Шаона соткалась по другую сторону алтаря. – Я могу вам чем-то помочь, Шериан?

Я заколебалась. С одной стороны, что-то внутри протестовало против участия жреца в моем деле. С другой – он мог оказать неоценимую помощь. Саер, видя колебания на моем лице, медлил.

– Полагаю, дело, для которого вам потребовалась сила, весьма непростое, – усмехнулся Верховный. Провел ладонью по алтарю, словно проверяя, сколько благодати там осталось. – Возможно, благословение бога не станет для вас лишним…

– Вы правы. – Я облизнула пересохшие губы и пообещала: – Обязательно к нему обращусь, если не останется выхода. – Лицо жреца не дрогнуло, но мне почудилось, что он недоволен. – Саер?

Рыжему не потребовалось объяснений. Подхватив меня на руки, он вынес нас из храма и, усадив обратно в кресло, перенес в комнату к Элизе. Целитель вздрогнул, когда мы появились прямо перед ним.

– Выйдите, – потребовал рыжий, для пущего эффекта жестом открывая дверь и левитируя магистра за пределы комнаты. – И не входите. – И уже мне: – Что я должен сделать?

– Откройте окна и дверь. И сообщите напарнику, чтобы мне не мешал и не рисковал появляться в этой комнате.

Я закрыла глаза, сосредотачиваясь и призывая редкого для столицы гостя. Волны холодного северного ветра прокатились по дому. Хлопали выбиваемые двери, настежь распахивались окна, вылетали ящики из столов, с кастрюль срывались крышки, а пробки вышибало из бутыльков. Звенела посуда в потревоженных порывами шкафах.

Саер исчез, словно догадывался, что и его не пожалеет обрушившийся на дом ветер. В один миг температура в доме и окрестностях упала до начала зимы. Изморозь поползла по стенам, а собравшиеся внизу люди выдохнули облачка пара. Они были напуганы, требовали объяснений от целителя, но тот лишь судорожно мял свою сумку. Лишь девушка на кровати осталась недвижима. Стазис надежно оберегал ее не только от заразы внутри, но и от обуявшего все вокруг холода.

А я… я глубоко дышала, впитывая все запахи, подхваченные ветром. От аромата клюквенного морса, с которого сорвало крышку, до зельского ягодника, аромат которого доносился от ковра. Едва заметный, практически выветрившийся…

Мое появление внизу заставило домочадцев прильнуть друг к другу еще сильнее. И это даже несмотря на то, что внешне я уже не отличалась от обычных людей.

– Господин Ерхан, – позвала я. – В комнате Элизы остались следы зельского ягодника.

Мужчина умчался наверх быстрее, чем я успела договорить. Хотя это и легко объяснимо: яды, в составе которых были эти милые голубенькие ягоды, действовали быстро и калечили весь организм, если вовремя не принять меры. А учитывая, что за целителем могли послать не сразу (ночь все же), что успел натворить ягодник…

Я перевела взгляд на отца семейства.

– И, господин Петен, мой вам совет: смените алхимика. Иначе в скором времени вам также понадобятся услуги господина Ерхана. И не в качестве консультации.

Вносить ясность, в каком деликатном деле потребуется помощь целителя, я не стала. Отец семейства и так покраснел, как девица на первом свидании, и отвел взгляд. Что не помешало ему спустя каких-то две минуты самому броситься за мной:

– Господин Ерхан справится с лечением моей дочери? – уточнил мужчина, протирая выступивший на лбу пот.

– Вероятнее всего. Вы же не стали бы обращаться к плохому специалисту, лишь бы сэкономить?

На лице собеседника заиграли желваки. Кажется, теперь, когда ситуация начала обретать ясность, почтенный купец как раз размышлял, как бы сэкономить.

– Но, если беспокоитесь о дочери, можете обратиться в храм Пресветлого. – Мой лоб прочертила морщинка: так старательно я вспоминала, к кому же мог обратиться купец. – Алер Дарон, к примеру, имеет практику во дворце. Думаю, его навыки вас устроят.

– Сначала посмотрим, что Ерхан сделает, – пробурчал себе под нос купец. Вероятнее всего, он уже успел взять себя в руки и, поскольку состоянием дочери уже занимались, перешел к другим, более актуальным вопросам. – Кто компенсирует мне погром в доме?

– Вы сами? – предположила я, поднимаясь по лестнице.

Мужчина недовольно поджал губы.

– Я не просил проводить у меня обыск.

– Вы просили сделать все возможное для спасения вашей дочери, – напомнила я.

– Но этот погром! – Купец всплеснул руками. – А мне за лечение платить нужно, а тут слугам работы… Знаете, как дорого содержать полный штат? А разбитое стекло?

Чем ближе мы подходили к комнате пострадавшей, тем громче и яростнее становились жалобы купца.

– В моем доме находилось настоящее сокровище – и теперь оно уничтожено. Я разорен! Вы отказываетесь возместить мне ущерб! Я буду жаловаться императору!

Я хмыкнула. Вот и до угроз дошли. Еще немного – и это мы окажемся виноваты в отравлении его дочери. А там еще и компенсацию потребует за моральный и физический вред. И лечение бесплатное.

Кажется, что-то подобное промелькнуло в глубоко посаженных глазках, но тут я краем глаза заметила, как справа от меня проявляется силуэт затянутого в черную форму стража. Не Саера – нет. Этот господин был сам холод во плоти. Я бы заподозрила его в родстве с монаршим семейством, но черты лица подводили. Все же император и его наследники на контрасте с этим господином имели более мягкие черты. Здесь же одной линией подбородка можно было зарезать насмерть.

– Будьте аккуратны в словах, – посоветовал появившийся господин купцу и наградил его внимательным взглядом, под которым отец семейства сначала стушевался, а после и вовсе глубоко задышал, как выброшенная на берег рыбка. Но страдания хозяина дома не нашли отклика в сердце моего нового спутника. – Леди Шериан, мне поручили ваше сопровождение.

– А Саер?

– Лорд Дираен отстранен за допущенную вольность в толковании приказов, – сухо сообщил мне собеседник.

– Я не уйду, – предупредила я, глядя прямо в глаза стражу.

Тот щелкнул пальцами, отрезая нас от окружающего мира завесой безмолвия. Купец, все это наблюдавший, опасливо присел и закрыл голову руками, чтобы, не дай боги, не услышать чего-нибудь лишнего. Он уже, кажется, не рад был, что пошел за мной, пытаясь стребовать компенсацию. Нашел, понимаешь ли, слабое звено.

– У меня нет приказа уводить вас силой. Только сопровождать, – одними уголками губ улыбнулся новый страж.

– Я хочу, чтобы вернулся Саер, – потребовала я, но блондин только головой покачал.

– Лорд Дираен предал доверие его высочества и понесет за это наказание.

– В таком случае доверие его высочества предала я, а не он. Я захотела сюда идти и отвечать за свое решение буду сама.

– Я сообщу принцу вашу позицию, – спокойно, будто мое желание заменить стража нисколько не задело его чувств, пообещал собеседник.

– Как вас зовут? – смиряясь с неизбежным, спросила я.

– Можете звать меня лордом Антеяром.

– Я не буду вас звать, – по-детски насупилась я.

– Договорились, – кивнул блондин и исчез.

Увы, я не питала иллюзий по поводу его полного отсутствия в моей жизни. Наверняка же так и остался стоять за моим плечом и кривить холеную физиономию, пользуясь тем, что никто этого не видит!

– Леди… – голос купца уже не звучал так уверенно, как прежде. – Я… простите меня. Злые духи с пути сбили, – заискивающе проговорил он, а я поморщилась: опять духи во всем виноваты.

И почему, если происходит что-то плохое – виноваты духи, коллеги, родственники или несчастный камень, о который запнулся рассеянный прохожий? Но если эти самые духи помогли, не дали оступиться и расшибить лоб, то тут уж человек сам молодец, ибо умный и предупредительный.

– Злые духи не только с пути сбивают, – буркнула я и поспешила сбежать к Ерхану, пока купец еще чего-нибудь не ляпнул.

А магистр времени не терял. По капле вливал в приоткрытый рот Элизы дурно пахнущий состав. Припомнив собственные опыты с противоядиями, была вынуждена признать: чем приятнее зелье на вкус и запах, тем меньше его эффект. Либо, если вам не повезет, больше, но уже в другом ключе. Отчего-то яды пахли всегда до одури приятно, так и подзуживая попробовать. В то время как противоядия или сильные лекарства словно мстили за проявленное малодушие, награждая не только обширным списком побочных эффектов, но и мерзейшим запахом и вкусом. Дескать, скушал сахарка ложку – держи и соли поварешку.

– Госпожа Шериан? – Целитель Ерхан повернул в мою сторону голову, но руки продолжали держать склянку с мутным стеклом над губами Элизы.

– Вы убедились, что это именно он? – уточнила я, присаживаясь на край кровати пострадавшей. Ей все равно, а мне стоять не придется.

– Провел несколько тестов. – Целитель кивнул на прикроватный столик, где в стеклянной чашке дымился неизвестный мне состав. – Но вы нашли верно. Правда, обычно зельский ягодник не вызывает настолько быструю и обширную реакцию.

– Они ужинали курицей с большим обилием южных специй, – нахмурившись, ответила я. – Возможно что-то прореагировало таким образом, что эффект усилился.

– Возможно, – протянул мужчина. – Но я должен буду доложить в стражу. Для того чтобы избавиться от ребенка, не используют средства из ягодника. Это яд в первую очередь для матери, и если девушка рассчитывала таким образом скрыть позор…

– Она могла и не знать, что принимает, – предположила я, вглядываясь в лицо пострадавшей. Если проклятие принца ее рук дело, то от свидетеля следовало избавиться, что с ней и произошло. А ребенок – чем не мотив для ненависти, если зачат был без согласия. Вот только едва ли кто-то стал бы осуждать купеческую дочку, если бы та от принца родила. Это скорее в интересах короны – избавиться от бастарда, пока он не пришел претендовать на место под солнцем.

– Позовите Валиара, – попросила я, понимая, что без поддержки его высочества дело не решить. – И опросите всех домочадцев, знали ли они о положении девушки и, если знали, как к нему отнеслись.

Тишина не ответила, но вот магистр Ерхан едва не выронил открытый бутылек с противоядием. Чудом успела подхватить его прежде, чем содержимое растеклось по и без того мокрой постели.

– Аккуратнее, – попросила я, протягивая склянку со спасенным содержимым целителю.

– Вы же сейчас не имели в виду его высочество, старшего принца и наследника? – шепотом, как будто громкость беседы могла повлиять на мой ответ, спросил мужчина, занося было руку над губами Элизы.

Прежде чем отвечать, выставила ладонь точно под склянкой.

– Именно его, – подтвердила я, приготовившись ловить. Но нет, в этот раз целитель покачнулся, однако не выпустил из рук лекарство. – Вы знакомы?

– Все целители столицы имели честь разговаривать с наследником, – уклончиво ответил собеседник.

– Пробовали лечить его брата, – поняла я.

– Это было невозможно, – сглотнул целитель. – О чем я и сказал его высочеству. Возможно, чересчур резко, но…

– …крайне доходчиво, – закончил за него обсуждаемый субъект. – Шериан, почему, когда я прошу вас вернуться домой, вы не можете выполнить такую простую просьбу?

Я промолчала, переводя вопрос в разряд риторических.

– Что здесь происходит? Шестой дом по Императорскому тракту? Его вы искали?

– Все верно, – согласилась я. – И искала, и нашла – все вовремя. Но вам все равно расскажут, где и что я делала. Поэтому будет быстрее, если вы поприсутствуете.

– Я понял, что вы позвали меня не из-за высочайшего доверия, – хмыкнул наследник. – Так чем могу быть полезен на этот раз?

– Я могу говорить здесь? – уточнила я, бросая взгляд на замершего целителя. После появления наследника он, казалось, забыл, как дышать.

– Разумеется, – тоном, не оставлявшим сомнений в том, что все, кто откроет рот в неподходящий момент, отправятся на встречу с Ани-Арли, произнес Валиар.

– Мне стало известно (не спрашивайте откуда), что дочь купца, проживающая в этом доме, и является тем самым человеком, кому ваш брат обязан проклятием. Я попросила Саера помочь мне проникнуть сюда. Я хотела поговорить с девушкой, но оказалось, что дочерей у купца три, а одна из них и вовсе при смерти. И опять яд, – пожаловалась я. – Он как будто меня преследует.

– Ерхан? – позвал принц, подходя к кровати и внимательно изучая чуть порозовевшую Элизу. И хоть простыни не успели перестелить, а девушку вымыть, ни один мускул не дрогнул на лице наследника. В отличие от целителя. Его присутствие принца заставляло нервничать.

– Да, ваше высочество?

Понимая, что от неловкости Ерхан может в очередной раз потерять столь ценное лекарство, я перехватила его из рук целителя и заняла его место подле Элизы. Поступок в интересах пациента, но никак не приятный для допрашиваемого мага. Теперь я и все присутствовавшие (поручиться за их количество я не могла) могли явственно лицезреть, как подрагивают руки мага. Да уж, ваше высочество, подданные от вас в восторге.

– Каковы прогнозы по состоянию девушки? – Наследник сделал вид, что не замечает нервозности целителя, и отвернулся, освобождая собеседника от своего пристального внимания. Теперь его взгляд был устремлен на меня, но мне было не привыкать.

– Госпожа… – В комнате ощутимо повеяло холодом, словно кто-то вознегодовал. И это была вовсе не я. Ерхан сглотнул и исправился: – Леди Шериан нашла следы яда. – Выждав, не последует ли окрик с любой из сторон, мужчина продолжил: – У меня была заготовка нейтрализатора для зелий с зельским ягодником, поэтому, проверив предположение леди, я начал отпаивать пострадавшую. К сожалению, на то, чтобы стабилизировать ее состояние и выиграть время на поиски, я истратил весь резерв, поэтому провести глубокую диагностику ауры не в состоянии. Тем не менее, оценивая состояние госпожи Элизы уже сейчас, могу заметить, что наблюдается положительная динамика. В Лабиринты Аскольда она если и отправится, то не из-за яда.

– Когда мы сможем с ней поговорить? – удостоверившись, что опасность для жизни девушки отсутствует, уточнил Валиар.

– Если обойтись без дополнительных вливаний силы и исцеляющих чар, то завтра. Прошу прощения, уже сегодня к вечеру.

– А если мы привлечем еще одного целителя? Или двух? Сколько потребуется, чтобы мы смогли поговорить с девушкой уже сейчас или в течение часа?

– А это будет безопасно? – Я покосилась на молчаливую Элизу. Вот так, даже не считаясь с ее мнением или мнением ее семьи, решаются вопросы в императорской семье. Впрочем, не мне осуждать наследника. Ведь не понимать, зачем его зову, я не могла.

– Если один целитель будет обезболивать, а другой – контролировать процесс регенерации, так будет даже лучше. Я не могу сейчас оценить процент повреждения тканей, но за восстановлением некоторых из них лучше следить, когда пациент в сознании. Иначе можно перестараться, и девушке придется обращаться к целителям за исправлением огрехов при регенерации.

– Антеяр.

Продолжать Валиар не стал. Надменный лорд исчез тут же, без объяснений поняв, что от него требуется. Не прошло и двух минут, как в комнате стало еще теснее, а меня отстранили от девушки. Два облаченных в черную же форму целителя заняли предписанные им места.

– Господин Ерхан, принесите клятву о нераспространении лорду Антеяру и спуститесь вниз. Антеяр, на вас опрос домочадцев. Через час у меня должна быть информация обо всех жителях дома, их передвижениях за последний месяц, интересах и знакомствах. Привлеките всех, кого посчитаете нужным, – выдал указание его высочество.

Целитель хотел было что-то сказать, но принц поспешил закончить:

– Вас позовут, когда ваше присутствие станет необходимым.

Вот так легко. Понадобился – позовут, не нужен – жди. Хотя в некоторых ситуациях лучше не знать, из-за чего столько черномундирных появляется в одном доме.

Наверное, целитель был со мной согласен, оттого поспешил выйти, пока его не выволокли из комнаты. А подобный финал был вполне возможен, учитывая, каким крокодилом смотрел на господина Ерхана лорд Антеяр.

– Работайте, – распорядился принц и не погнушался наложить на подчиненных чары, лишавшие возможности слышать. Перехватил мой осуждающий взгляд и напомнил: – Разве вы хотите, чтобы посторонние узнали о вас больше необходимого?

– Тогда вам стоило бы наложить эти чары и на себя.

– Увы, мое любопытство простирается слишком далеко, чтобы я мог себе это позволить. Но, полагаю, беседу о границах моего любопытства стоит отложить. Девушка приходит в сознание.

Тело Элизы и правда мелко задрожало, словно кто-то начал дергать за сотни невидимых ниточек. Это длилось недолго. Девушка застонала и, справившись с дрожью, открыла глаза. Подняла руки, заметила, как трясутся пальцы, как выделяются на фоне бледной до синевы кожи вены и… Нет, не заплакала, хотя это была самая ожидаемая реакция. Напротив, она странным образом успокоилась. Один из целителей удовлетворенно усмехнулся, давая понять, кто только что избавил нас от истерики.

– Кто… вы? – низким, хрипловатым голосом, как после долгого сна, спросила девушка, переводя взгляд с меня на принца. Замерших по обе стороны от нее мужчин она словно не видела. Хотя ничего удивительного в этом и не было: они могли просто сузить зоны ее восприятия, что, видимо, и сделали, находясь с пострадавшей в прямом контакте. По крайней мере, я видела, как уменьшаются отеки на ее теле, а само по себе это так быстро не происходит.

– Вы меня не узнаете? – очень спокойно, даже мягко переспросил принц.

– Нет, – подумав не меньше пяти минут, сопровождавшихся сдвинутыми к переносице бровями и нахмуренным лбом, все же ответила девушка. – Мы… знакомы? – осторожно спросила она, напрягаясь. В ее глазах мелькнул страх. – Я… что со мной?

– Уже все хорошо, – улыбнулся Валиар, сделал шаг ближе и, присев на краешек кровати, взял девушку за руку, запечатлел краткий поцелуй на тыльной стороне ладони, отчего Элиза смущенно покраснела, и попросил: – Расскажи мне, что случилось прежде, чем ты потеряла сознание?

Он был так мил с ней, что я не заметила, как сжала пальцы в кулаки. Усилием воли разжала ладони, но справиться с обидой было сложнее. Внутри все негодовало: то есть умеет его высочество быть человеком, спрашивать, уговаривать, всем своим видом и тоном давая понять, как важно ему твое внимание, как он нуждается в тебе?.. Вот так вот – кому-то угрозы, а кому-то уговоры. Одно его оправдывало: новый подход прекрасно работал с Элизой.

– После ужина я поднялась к себе, – зардевшись, начала говорить она, не обращая внимания на то, что в первый раз, по ее же словам, видит Валиара. – Тали, наша служанка, поставила в мою комнату новый букет хризантем. – Девушка бросила быстрый взгляд на подоконник, но, кажется, не заметила, что букет давно лежал на полу, растоптанный в суматохе. – Я боялась, тянула время, но я должна была это сделать… – По щекам девушки все же покатились слезы. – Срок становился все больше, еще немного, и кто-то бы заметил. Отец… он бы не принял нас никогда. – Она всхлипнула. Ее взгляд заметался, словно она не видела больше никого перед собой. – У меня не было выбора. Просто не было. Это грех, я знаю, в храме мне говорили, что поступать так не следует… Но я не могла. Кому бы я была нужна такая? – Она коснулась живота свободной рукой. – Он посмеялся. Сказал, что хорошо провел время. А я… сама виновата. Лорды не женятся на простолюдинках. И я…

– Ты ему отомстила? – понимающе предположил Валиар. Мне хотелось закрыть уши, чтобы не слышать, чтобы не чувствовать всю ту боль, что разливалась сейчас в воздухе, но я боялась пропустить что-то ценное.

– Я… да. – Элиза замерла. Ее взгляд остановился на ладони, удерживаемой принцем.

– Что ты сделала? Как отомстила? – без намека на осуждение продолжил задавать вопросы Валиар.

– Я… пошла к его дому. Хотела еще раз поговорить. Заставить его передумать. Но он уже уехал развлекаться. К продажным девкам… – Элиза дернулась. Кулачок свободной руки ударил о постель. – Я не хотела. Но больше я ничего не могла. Он сказал, я не первая такая. И никто мне не поможет. Но есть способ отомстить. Мне было так больно…

– Все позади. – Валиар коснулся губами сжатых до хруста пальцев собеседницы. – Боль пройдет, ведь ты отомстила? Нашла способ заставить его пожалеть?

– Да. Прокляла. – На лице Элизы расцвела блаженная улыбка. – Он должен был поплатиться. Условие… Он сказал, оно невыполнимо. Я и сама не знала такого духа.

Я похолодела. Еще одно слово, один вопрос и…

– А уж о том, чтобы дух готовил… Да и Арден никогда из чужих рук ничего не возьмет. А тут… – Девушка хихикнула. – Ему не нравился мой отвар, так пусть пьет нечистоты!

– Пусть, – согласился Валиар, бросил на меня взгляд и отвернулся. – Его звали Арден? Он так тебе представился?

– Нет. – Элиза отрицательно качнула головой. – Так назвал его…

Больше она не успела сказать ни слова. Крик заполнил всю комнату. Я не могла этого выносить. Шум ветра перекрыл для меня агонию брошенной глупышки. Целители суетились, пытались что-то предпринять, принц колдовал, но все было тщетно… На пороге комнаты, пройдя сквозь закрытую дверь, стоял Морьен. Кивнул мне, приветствуя, подошел к кровати и поймал мечущуюся Элизу за руку. За призрачную ладонь, которая медленно отделялась от тела.

– Идем, – тихо позвал он застывшую в оцепенении душу. – Я отведу тебя в славное место. Без боли, невзгод и упреков. Пойдешь со мной?

Тень Элизы кивнула. Морьен еще раз кивнул мне, уже прощаясь, и исчез вместе с девушкой. Улыбающейся тепло и открыто, будто видела перед собой не посланника Ани-Арли, а любимого человека. В ту же секунду крик оборвался.

– Она ушла! – крикнула я, видя, как мучают уже мертвое тело целители, пытаясь вернуть ушедшую душу. У меня перед глазами все плыло, и я подозревала, что не от внезапного дождя в комнате. Отвернулась, чтобы утереть слезы, и почувствовала, как меня обняли. Повернулась в кольце рук принца, поймала его печальный и понимающий взгляд.

– Поплачь, – тихо сказал принц, прижимая меня к себе. – Слезы приносят облегчение.