Глава 25

Я вернулась в академию спустя три дня после моего маленького “женского недомогания”. Валеус с утра построил портал в мою комнату, чтобы могла собраться на занятия. После моей отключки, девочек так и не видела, все время провела в доме своего обожаемого ректора. Мы так много разговаривали обо всем: о моей жизни на земле, приемных родителях, его родителях. Только беседуя со своим мужчиной поняла, что абсолютно ничего не знаю о его маме. Ректор с удовольствием поведал о ней. На мою радость, бывшая императрица жива и здравствует до сих пор. Хоть тут без эксцессов. Она зельевар, спокойно живет в уединении в замке своих предков, ухаживает за любимым садом и грустит о погибшем муже.

Валеус с невероятной теплотой и нежностью рассказывал о своей матери, леди Каверс. Он углубился в свои детские годы, высказав немного сожаления о том, что его отец, на тот момент уже действующий император, ввиду своей загруженности, очень мало времени проводил с маленьким сыном, в отличии от императрицы. Леди Каверс старалась уделять маленькому Валеусу все свое внимание, научив того премудростям зельеварства с самых, наверное, пеленок.

С какой теплотой мой магистр повествовал о матери, с такой же скорбью рассказывал и о Домаре. Не зная императора, я представляла его грозным и твердым, каким в моем понимании должен быть любой уважаемый правитель. Но магистр меня удивил, рассказав о том, насколько был нежным его отец по отношению к своим близким, хотя подчиненным спуску не давал, но действовал не силой, а любовью. В итоге его подданные старались не подводить своего правителя из-за огромного уважения и любви к нему. Но, к сожалению, не все. Гнилая душонка, как оказалось, существует не только в земном мире, но и на Сардарии.

Отправляя в мою комнату, Валеус с нежностью обнял меня, и мне захотелось послать все занятие далеко в лес и остаться с ним еще. Но вместо этого, уныло шагнула в портал, обернулась к ласково улыбающемуся ректору и помахала ему рукой.

— Война войной, а учится надо, — недовольно буркнула я, перефразируя известное изречение короля Пруссии, побрела в ванну.

Появившись на занятиях, я произвела фурор: мои мальчики так восторженно меня встретили, как будто я отсутствовала не три дня, а три года — подходили обниматься, чмокали в щеку. Дольше всех около меня задержался Бриар, нежно поглаживая мою руку и преданно смотря в глаза.

— Бриар, мы с тобой договорились, — тихо напомнила некроманту о нашем разговоре, где четко дала понять, что между нами ничего не может быть.

Молодой человек с сожалением вздохнул, печально улыбнувшись, и наконец отступил от меня в сторону.

Максимус же, наоборот, не изъявил никакого желания вообще подходить ко мне, только осторожно кивнул в знак приветствия и вошел в аудиторию. Я облегченно вздохнула, разговор с Фольдаром для него не прошел даром, значит его глупых шуток могу больше не опасаться.

На самих занятиях не было ничего примечательного, и когда они закончились, я с облегчением вернулась к себе. Прилегла на кровать, кинув чпаг с учебниками на стул, закинула руки за голову и принялась размышлять о том, как нам с девочками попасть в пещеру. Я все же опасалась, что они могут быть действительно затоплены, тогда мы можем просто утонуть там. А еще надо понять, как строить порталы. Валеус упоминал о том, что лучше валькирий это никто не делал. Надо просить его помочь в этом. Я не имела ни малейшего понятия, как их строить.

Стук в дверь помешал мне думать дальше. Раздраженно вздохнув, встала с кровати, подошла к двери и сердито открыла ее.

— Лиззи! — завопила Оливия и кинулась обниматься, как только я распахнула дверь. — Как же мы переживали! Как ты себя чувствуешь?

— На все сто, — хмыкнула я, запуская подруг в свою комнату.

— Рассказывай, как все было, — в нетерпении выпалила Ингиелла, плюхаясь на мою кровать. — Как Валеус? Не подвел?

— Девочки! — возмутилась я. — Это касается только нас двоих, — шикнула сердито на них.

— Ой, да ладно тебе! — беспечно махнула рукой Оливия, присаживаясь рядом с итальянкой. — Ну как он? Ну расскажи!

— Милые мои, — возмущенно пыхнула в ответ. — Вы не о том думаете! Нам с вами надо понять, как пробраться в темные эльфийские пещеры — это раз. И вам двоим надо тоже инициироваться.

— Страшно как-то, — протянула Ингиелла. — После того как ты бахнулась в обморок у нас, мы с Оливией немного струхнули. Не хочется также.

— Я бахнулась, скорее всего из-за двух огненных магий, привыкших спорить друг с другом, — тихо рассмеялась я. — Мой дед и дед Валеуса, как мне недавно поведали, привыкли спорить, попивая ароматный кофе. Оба были огненными магами, а валькирия во мне решила поберечь мой рассудок.

— Это тебе твой ректор так объяснил? — хмыкнула Ингиелла.

— Он самый, — кивнула в ответ. — И я приняла эти объяснения. Он мне сказал, что так бурно никто не инициируется. Так что не факт, что у вас будет тоже самое.

— Это получается, что Ингиелла сможет в волка превращаться? А что могу я? — удивленно спросила Оливия.

— Надо узнать, чем был примечателен твой отец, — ответила ей подруга. — А вот у оборотней не только способность оборота, но и быстрая регенерация, скорость, нюх и тд и тп.

— У кого узнать, чем обладал мой папа? — тихо поинтересовалась Оливия.

— Можно у мальчиков, — фыркнула итальянка, не обратив внимания на скорбный голос подруги. — Но у нас теперь есть в сообщниках целый ректор!

— Не в сообщниках, а в союзниках, — поправила я ее и подошла к Оливии, обняла и попыталась приободрить: — Не грусти, моя хорошая. Так распорядилась судьба!

— Я понимаю тут, — подруга указала на голову, — а вот здесь, — она ткнула пальцем в район сердца, — болит. Понимаешь? Оба моих родителя, и папа, и мама погибли. И я никогда не увижу их.

— Оливия, — подключилась и Ингиелла. — надо отомстить за Мальду и Айшара. Мы с тобой просто обязаны пройти инициацию.

— И что тебя останавливает? — грустно поинтересовалась подруга.

— Ты, в случае отключки, попадешь в стаю. А я к темным эльфам, — уныло ответила итальянка. — Девочки, я боюсь не инициации, а Хаарацея. Он же сдаст меня с потрохами.

— Ты говорила об этом с Хадараем? — спросила я.

— Нет, — твердо ответила она.

— Так поговори! — воскликнула я. — Ингиелла, Хад очень рассудительный молодой человек, он подозревает своего отца и вряд ли потащит тебя в свое королевство.

— Ты права, сегодня же и поговорю, — вздохнула Ингиелла и сменила направление нашей беседы: — Я считаю, что соваться в темные пещеры нам пока не время. Может посетим замок твоего деда первым?

— Тоже такого же мнения, — вклинилась Оливия. — Первым делом туда отправимся, потом уже в темные пещеры.

— Я вас удивлю, дорогие мои подружки, — серьезно произнесла я. — Нам с вами придется посетить сам Харс.

— Харс? — хором воскликнули они.

— Да, — уверенно кивнула в ответ. — И думаю, что как раз эльфийские пещеры — это вход туда.

— Ну что ж, — тяжело вздохнула Ингиелла, — Оливия, нам с тобой просто срочно надо инициироваться.

— Ура!!! — завопила подруга и рассмеялась. — Остается одна проблемка…

— Девочки, милые мои, дорогие мои подружки, моя комната к вашим услугам, — расхохоталась я.

— Может у Фольдара? — задумчиво протянула Оливия.

— А вот там точно нет, — жестко произнесла я. — Там Сотзи.

— Ну попросить его где-то переночевать. В чем проблема? — непонимающе протянула Ингиелла.

— Проблема в том, дорогая, что он засланный казачок, — как можно спокойней ответила я. — Ради ректора ли, или ради Фольдара — не понятно.

— Думаю Фольдара, — тихо произнесла Оливия. — Он мне рассказал о его откровении с вами.

— А говорил никому, — рассмеялась в ответ.

— Ну я же никто, — шутливо покачала головой она.

— И ты молчала! Ничего мне не сказала! А еще подруга, называется, — Ингиелла обиженно показала язык своей соседке и обратилась ко мне: — Значит, остается только твоя комната, Лиззи

— Ну так вы скажите, когда мне ее освободить, пойду к ректору на поклон. Пускай приютит на ночь, — весело усмехнулась я.

— Так сегодня и начнем. Чтобы наше “женское недомогание” как раз к выходным закончилось, — шутливо-надменно ответила Оливия.

— Ну вас, — обиженно отмахнулась в ответ. — Это не я придумала.

— Да мы даже и не думали, что ты, — рассмеялась Ингиелла. — Тебе бы такое в голову не пришло.

— Конечно же нет, — фыркнула я. — Осталось дело за малым. Как-то к ректору попасть и у него остаться на ночь.

— Да просто иди и все, — недоуменно пожала плечами Оливия.

— Попробую, — хмыкнула в ответ.

— Вот и определились, — кивнула она. — А с этим Сотзи надо будет разобраться, — злобно улыбнулась Оливия. — Ишь какой. Следит, значит, за моим оборотнем. Это моя прерогатива!

— Разберемся, — поддержала ее Ингиелла.

— Только после, — я вздохнула и решила рассказать им о своих видениях: — Девочки, я во сне видела маму… Как она отнесла и подкинула меня к дому малютки, потом поехала домой и встретила ЕГО…

— Кого? — воскликнули они хором.

— Тень, — еле слышно ответила я. — Она называла его по имени… Он убил ее…

— Лиззи! — со слезами в голосе произнесла Ингиелла и подошла ко мне, приобняла.

— Я в порядке, — слабо улыбнулась ей. — Его зовут Валх.

— Как? — недоуменно воскликнула Оливия. — Лиззи, это же местное божество.

— Я знаю, — закивала в ответ. — Но я голову готова дать на отсечение, что это действительно он. Но вот бог ли? Сомнеываюсь в этом…

— Ну дела! — протянула Ингиелла и воинственно заявила: — Милые мои подружки-валькирии, план действий таков: оставшиеся проходят инициацию, дальше отправляемся в замок деда Лиззи, а затем посетим Харс и выясним, что за чертовщина тут готовится!

— Ну что за чертовщина, могу рассказать: Зорид и Хаарацей готовят новое вторжение, думаю совместно с Валхом, но затем эти два веселых брата убьют предводителя Теней, и на этот раз предателем выставят Валеуса! Вот этому надо помешать! Я не переживу, если с моим обожаемым ректором что-то…

— Так, так, так, — протянул нагло ухмыляющийся сосед Фольдара. Как он вошел, мы не заметили, но Сотзи явно слышал больше, чем нужно. — Валькирии, собственной персоной. Прав мой отец, вы не те, за кого себя выдаете, — зло хмыкнул он. — Зорид будет рад!

— Интересно, — скривилась в усмешке я. — Что скажет император о том, что ты и твой отец считаете невиновными валькирий?

— Милая моя, Лиззи! — нагло хмыкнул он. — Это легенда, придуманная для того, чтобы подобраться к оборотням. Они явно что-то скрывают. А тут такая удача — три валькирии!

— И кто же сотворил такую легенду? — попыталась допытаться я.

— Так я тебе и сказал, — фыркнул он.

Внезапно Сотзи вздрогнул, удивленно округлив глаза, рухнул на пол моей комнаты.

— Куда ты денешься!? — за спиной мага оказался Хадарай, легонько приложивший лазутчика тьмой, чтобы отключить его сознание. — Надо его ректору доставить.

— Хад, что ты тут делаешь? — изумленно воскликнула Ингиелла.

— Фольдар рассказал мне о своем соседе, попросил следить за ним, когда сам не может. Сегодня у него занятий много, а Сотзи сослался на недомогание и ушел с практики. Я последовал за ним. Наш герой не поднялся к себе в комнату, а прямиком направился к вашей, — Хад кивнул на Ингиеллу и Оливию, — Потоптался возле нее, прошептал заклинание “Караопус”…

— Кара что? — перебила Оливия.

-”Караопус”, - улыбнулся эльф. — Оно позволяет отследить перемещения объекта слежки. Заклинание и привело его к твоей, Лиззи, двери. Девочки! — возмутился он. — Неужели тяжело было наложить заклятие тишины?

— Милый, не сердись, — примирительно произнесла Ингиелла. — Мы совсем упустили то, что нас могут подслушивать.

— Теперь вы знаете, что могут, — сердито пробурчал он и посмотрев на меня, скомандовал: — Строй портал к ректору.

— Я не умею, Хад, — оторопело отозвалась я.

— Как не умеешь? — недоуменно произнес эльф. — Ты же прошла инициацию!

— Ну так магию же запечатали вроде, — растерянно пожала плечами.

— Одно другому не мешает, — уверенно произнес Хадарай. — Ты можешь построить портал…теперь.

— Но я не знаю как! — возмущенно воскликнула я.

— Посмотри внутрь себя и поймешь как, — очень “понятливо” объяснил эльф.

— Посмотри в себя, — недовольно пробурчала я, но послушалась его совета.

Я изо всех сил пыталась, но как это надо делать не представляла. Прикрыла глаза, глубоко вздохнула… А дальше что? Открыла глаза и уставилась на Хадарая, внимательно наблюдающего за мной. Но вместо ответа противный эльф только хмыкнул и покачал головой. Сердито поджав губы, я снова прикрыла глаза и попыталась “посмотреть внутрь себя”… И ничего не поняла. Ну как построить этот чертов портал?

Мои попытки договориться с собой нарушила голубоватая арка, возникшая посреди моей комнаты, из которой шагнул Валеус.

— Что у вас тут произошло? — сердито поинтересовался он.

— Вот, — показала ему на лежащего на полу Сотзи.

— Кто его так? — хмуро спросил ректор.

— Я, мистер Магиор. Он подслушал девочек и хотел сдать их императору, — отрапортовал Хадарай.

— Лиззи! — возмутился мой магистр. — Надо защиту ставить! Ты же умеешь!

— Я не подумала, что нас могут подслушать, — виновато отозвалась я.

— Не подумала она, — раздраженно ответил он. — Когда ты повествуешь о чем-то важном, думаешь не думаешь — ставь. Пыталась рассказать о своих видения? — я лишь кивнула в ответ. — Тем более. Малыш, вам троим надо быть аккуратнее. Тем более сейчас, — он посмотрел на лежащего без сознания мага и тяжело вздохнул: — Он нам ничего не скажет, придется прибегать к проверенному средству.

— Нейрус? — улыбнулся Хадарай.

— Да, — кивнул в ответ Валеус. — Покопается у него в мозгах, вытащит все, что надо. Дальше уже твоя работа, Хадарай. Ты у нас спец по стиранию памяти.

— Чего? — ошалело протянула Ингиелла. — Спец по чему?

— Память может отредактировать твой эльф, — буркнула Оливия и хмуро взглянула на Хадарая.

— Да, я тоже могу копаться в мозгах, — раздраженно выпалил он. — Может потом все выясним, сейчас решим вот эту проблему, — небрежно пнул Сотзи носком ботинка.

— Не боишься, что очнется, — обиженно поинтересовалась Ингиелла.

— Он очнется тогда, когда я захочу, — фыркнул Хад, вызвав тем самым неподдельное удивление у нас троих.

— Хадарай, после обо всех своих способностях расскажешь своей вечной, не время сейчас, — с досадой выпалил мой ректор. — Помоги лучше доставить его ко мне.

Эльф согласно кивнул, взял бесчувственного мага за ноги, Валеус схватил Сотзи за руки и они шагнули в портал ректора. Мы с подругами не стали ждать особого приглашения, последовали за ними. Оказавшись в гостинной Валеуса, ректор усадил бесчувственного адепта в мягкое кресло, подошел к небольшому комоду, стоявшего возле противоположной стены, выдвинул верхний ящик и достал оттуда веревку. Вернувшись обратно, ловко связал Сотзи и посмотрел на Хадарая.

— Может Сидиллу вызвать сначала? — осторожно спросил эльф.

— Попробуем без него, — хмуро отозвался Валеус. — Не будет говорить, позовем Нейруса.

Хадарай послушно кивнул и вплотную подошел к бесчувственному магу, уставился на него, и, я готова поклясться, что видела, как тьма от мага переметнулась к эльфу. Сотзи тут же раскрыл глаза и испуганно покосился на ректора.

— Ну что, лазутчик, — насмешливо обратился к нему магистр. — Будешь говорить, или нам Сидиллу звать.

Сосед Фольдара лишь угрюмо поджал губы и отвернулся.

— Я так понимаю, мистер Магиор, надо вызывать отца Лиззи? — усмехнулся Хадарай.

Мы с подругами все это время стояли неподвижно, наблюдая за разыгравшейся сценой допроса.

— Может утюгом его или паяльником? — нахмурившись произнесла Оливия.

— Здесь ни того, ни другого нет, — прошептала ей в ответ я.

— Забыла, — хмуро хмыкнула она. — Значит, без твоего отца никак.

— Зови его, Лиззи, — обратился ко мне ректор, повергнув меня в неподдельный ступор. — Просто позови.

— Папа, — послушно произнесла я, растерянно смотря на своего магистра.

— Уверенней, милая, — попросил он.

— Папа! — громче позвала я. — Папочка, помощь нужна.

Я не верила, что это сработает, однако, когда началось слабое мерцание, постепенно становясь все ярче и ярче, уже пыталась удержать свои глаза, вылезающие от удивления из орбит. Когда портал окончательно сформировался, и из него шагнул отец, я в изумлении фыркнула.

— Детка, что случилось? — кинулся первым делом ко мне Сидилла.

— Пап, у нас тут вражеский разведчик, который никак не хочет раскрывать свои секреты, — скороговоркой произнесла я и рукой указала на связанного в кресле соседа Фольдара.

Отец повернулся в сторону, которую я указала, удивленно уставился на испуганного мага. Он абсолютно не обратил внимание на то, что мы находимся у Валеуса дома, что мои подруги со мной, да и Хадарай тут с нами. Вместо этого некромант вплотную подошел к ошалевшему парню, взял стул и присел возле него, внимательно разглядывая.

— Неплохо ты его приложил, эльф, — хмыкнул отец. — Растет сила деда в тебе. Хорошо, если в тебе нет его жажды власти.

Я посмотрела на Хадарая, глаза которого потемнели от возмущения. Он открыл было рот, чтобы возразить Сидиллле, но я его остановила.

— Пап, сын за отца не в ответе, а Хад вообще внук, — вступилась за эльфа.

— Очень хочется верить, дочка, что Хадарай не пойдет по стопам своих родных, а разомкнет этот порочный круг предательства и лжи среди темных эльфов, — угрюмо проговорил отец.

— Пап, в истории были и хорошие темные эльфы. И если уж углубляться в глубь веков, то правители магов тоже не особо-то отличаются благородством, — напомнила я и покосилась на Валеуса, который и усом не повел на мой выпад.

Я ни в коем разе не хотела задеть своего суженного, но мне действительно было не по себе от нападок отца на эльфа. Отчего-то верила ему, что он действительно на нашей стороне, что будет помогать ценой своей жизни.

— Мистер Нейрус, — тихо проговорил Хадарай, — вы вправе мне не доверять, но я постараюсь вам доказать, что это не так.

— Не надо мне ничего доказывать, — напряженно отозвался отец. — Лиззи права, сын за отца не в ответе. Правильное изречение. Ты главное, парень, ее не подведи, — он указал на Ингиеллу и устремил свой взор на Сотзи. — А с тобой, дорогой мой, пообщаемся.

Сидилла прикрыл глаза и замер. В комнате ровным счетом не происходило чего-то сверхестественного, как я не пыталась что-либо почувствовать, кроме парфюма моего ректора ничего не ощущала. Ну либо мое сознание не хотела больше замечать что-то, кроме моего любимого мужчины. После того, как мы обменялись браслетами, я стала настолько остро реагировать на своего магистра, явственно слыша его эмоции и чувства, а его запах… Он сводил меня с ума. Вот и в данный момент никак не могла сосредоточиться на том, что делает мой отец, втягивая носом аромат моего мужчины.

Я настолько ушла в себя и свои мысли, что и не заметила, как пристально за мной наблюдает виновник моих грез. Валеус, лукаво улыбаясь, поглядывал на меня, и его взгляд намекал мне на то, что как только вражеский шпион откроет все тайны моему отцу, а тот поведает их нам, меня ждет спальня ректора. Ну я против этого ничего не имела, только за. Мой магистр лишь только хмыкнул и отвел глаза, устремившись на Сидиллу, так и сидящего неподвижно возле Сотзи с закрытыми глазами.

Найдя в себе силы, отвела взор от магистра, пошарила по девочкам, изумленно остановившись на Хадарае. Глаза эльфа были полностью черными. Выглядело это настолько жутко и устрашающе, что я невольно прижала ладонь ко рту, сдерживая испуганный возглас. Вопросительно посмотрела на Валеуса, тот лишь улыбнулся и успокаивающе покачал головой. Но мне было все равно, я не понимала, что делает эльф. Попыталась открыть рот и спросить об этом его самого, но Хадарай перевел свой взгляд на меня и приложил палец ко рту, останавливая мой вопрос.

Вздохнув, посмотрела по сторонам и поняла, что единственная, кто сейчас беспокоится и трепыхается: мои подруги, Валеус, не считая момента, когда он меня успокаивал, эльф, отец и связанный Сотзи — были практически неподвижны. Постаравшись неслышно выдохнуть, присоединилась к их застывшим фигурам.

Наше действо затянулось надолго, мое тело начало затекать и требовало немедленно куда-нибудь приместить его. Устало переминалась с ноги на ногу, беззвучно вздыхая. Сейчас я напоминала ребенка, который стоит в очереди в магазин за никому не нужной колбасой. Почему мне вспомнилось именно это? Я улыбнулась своим мыслям, добывая из памяти раннее детство, в котором достаточно времени проводили в очередях: за колбасой, хлебом, мармеладом, молоком — да всем почти, и не только съестным.

— Сидиар, — выдохнул отец и утомленно покрутил головой, разминая шею.

— И все? — разочарованно произнесла я.

— Нет, моя милая, — рассмеялся он. — Его подослал личный советник Зорида следить за Фольдаром, дабы поймать Цидияса.

— Вот это многоходовочка, — рассмеялась Ингиелла.

— Да уж, ловили одну рыбку, а поймали трех, — раздраженно произнесла Оливия.

— Ну не поймали, — протянул Валеус. — Хад, ты справился? — он указал на Сотзи, который опять ушел в бессознательное состояние.

— Вы во мне сомневаетесь? — самодовольно хмыкнул эльф.

— Немного, — не обращая внимание на его напускное самолюбование, равнодушно ответил ректор. — Лиззи только напугал.

— И в мыслях не было, — усмехнулся Хадарай и подмигнул мне, вызвав недоумение Ингиеллы.

— Зачем им цеплять Цидияса? — поинтересовалась Оливия.

— Затем, милая, что твоя подруга Лиззи права, отец Ингиеллы побывал на Харсе, — ответил Валеус. — Я прав, Сидилла?

— Да, — угрюмо кивнул отец и с тревогой посмотрел на меня. — Лиззи! Я против!

— Я знаю, папа, — твердо ответила я. — Но у нас нет выбора. Мы должны втроем туда пойти.

— Да, мистер Нейрус, — поддержала меня Ингиелла. — Кроме нас никто не сможет. Почему-то я уверена, что у нас получится. Папа оборотень, его заметили. Мы, скорее всего, сойдем там за своих.

— Мы с Фольдаром отправимся с вами, — вклинился Хадарай.

— Нет, милый, — покачала головой итальянка. — Мы втроем. В замок деда Лиззи — пожалуйста, на Харс — нет!

— К сожалению, — тяжело вздохнул ректор, — твоя вечная права, эльф. Нас там ждет смерть, ну или по возвращению.

— Но их опасно туда троих отпускать! — воскликнул отец. — Как ты это не понимаешь!? — он свирепо смотрел на Валеуса.

— Они не втроем пойдут, Сидилла, с ними пойдут мои девочки, — улыбнулся ректор.

— Аспиды? — задумчиво спросил отец. — А ты прав, мой друг. Змейки, хоть и юны, но уже вошли в полную мощь. Они смогут защитить подруг.

— Вы уверены? — вклинился Хадарай.

— Не очень, — правдиво ответил Валеус. — Но это лучше, чем они пойдут туда одни. Аспиды чувствуют Теней так же хорошо, как и валькирии. Либо они потомки переселенцев Харса, либо сами оттуда. Магия Теней на них не особо действуют. Она не отравляет их так, как нас.

— Мне остается только верить вам, мистер Магиор, — хмуро отозвался эльф и кивнул на Сотзи, все еще пребывающего в бессознании: — С ним что делать будем?

— В комнату его отнести, уложить на кровать. Ему же сегодня нездоровилось, — криво усмехнулся Валеус. — Вот пусть отдыхает. Что ты ему внушил?

— Ну во первых, я стер ему напрочь все, что он успел подслушать. Мистер Нейрус, — восторженно обратился Хадарай к моему отцу, — после вас чистить память настолько просто. Вы потрясающи!

— Спасибо, — рассмеялся Сидилла и театрально поклонился эльфу.

— Нет, я серьезно, мой однокурсник, Фархус, довольно также не слабый некромант, но работает не так гладко, как вы, — выпалил Хадарай и запнулся…

— Это кому вы чистили память? — подозрительно протянул мой ректор.

— Эм… — замялся молодой человек. — Вы только не подумайте чего плохого… Ну мы как-то опоздали из города и вот… Ну нам пришлось! Не хочется быть наказанным за маленькую оплошность.

— Хад, выкладывай все, не заставляй меня просить Сидиллу о помощи, — угрожающе прошипел Валеус.

— Мистер Магиор, можно я вам потом все расскажу, — потупил свой взор эльф.

— Что значит потом??? — уже возмущенно завопила Ингиелла.

— Милая, ну были моменты, которые требовали от нас такого вмешательства, — уклончиво начал Хадарай. — Но это было до тебя. Правда!

— Вы издевались над девушками? — возмущенно продолжала наседать его вечная.

— Да бухали они, как слоны, Ингиелла, — заступилась я. — Их постоянно ловили, потому что гудели на всю округу, вот и чистили память тем, кто их “палил”.

— Лиззи! — рассмеялся Валеус. — Я мало, что понял из твоей тирады. А ты, Сидилла, что-то можешь пояснить?

— Могу, — довольно кивнул отец. — Пили твои адепты, скорее всего до потери самоконтроля.

— Надо будет словарь составить, — шутливо пробурчал мой ректор. — Я иногда понять не могу, что она говорит.

— Я сама тебе его напишу, — улыбаясь, скривила гримасу своему мужчине и скомандовала виновато стоящему эльфу. — Хад, продолжай! Что ты ему внушил?

— Что у него разболелся живот, он ушел с занятий, пришел в комнату и уснул, — охотно поведал Хадарай. — Если Фольдар вернулся, он только подтвердит мои слова.

— Пойдет, — довольно кивнул Валеус.

— Мистер Нейрус, — обратился эльф к моему отцу. — А вы почувствовали защиту Сотзи?

— Да, — кивнул отец и одобрительно посмотрел на парня. — Ты молодец! Действительно растешь! Я вернул ее назад, после того, как ты вычистил память парня.

— Глянь-ка, — недовольно фыркнула Оливия. — Все предусмотрели, вражины. И защиту установили на этого козла!

Все трое мужчин удивленно уставились на подругу, а мы с Ингиеллой расхохоталась в голос, смотря на их вытянувшиеся от удивления лица некроманта, ректора и эльфа: никто из них не знал, кто такой козел и почему Оливия обозвала Сотзи именно им.

— Я когда словарь тебе буду составлять, это слово тоже включу, у него несколько обозначений, — и, посмотрев на бессознательного лазутчика, добавила: — Может пора уже этого отправить в его комнату.

— Да, — кивнул ректор. — Хадарай, мы с тобой отнесем его в комнату. Потом ты берешь Ингиеллу и Оливию и возвращаешься. С этого дня вы с девочек не спускаете глаз. Лиззи остается у меня. Ты же не против, Сидилла? — вежливо поинтересовался Валеус у отца.

— Друг, она взрослая девочка, да и браслеты ваши… остальное формальность, — все же немного недовольно прозвучало это из уст папы.

— Пойдем, — скомандовал магистр эльфу.

Валеус сотворил портал в комнату Фольдара и Сотзи, развязал мага, взял его за ноги, Хадарай за руки, и они шагнули в арку. Буквально через пару минут вышли обратно, но уже с удивленным оборотнем.

— Фольдар! — взвизгнула Оливия и подбежала к своему истинному.

— Что у вас произошло? — обнимая свою девушку, изумленно поинтересовался парень.

— Сотзи нас подслушал, — начала рассказывать ему подруга. — А Сидилла с Хадараем его почистили.

— И что же вы такое обсуждали? — нахмурился Фольдар.

— Давайте все по порядку, — проговорила я. — Для начвала хотелось бы послушать, что такого папа извлек из мозгов твоего соседа, Фольдар. — Тяжело вздохнув, продолжила: — Затем поведаю о своем раннем детстве, которое явились мне видениях.

Валеус предложил переместиться в столовую, где, к нашему удивлению, уже был накрыт стол. Усевшись, разложили по тарелкам скромный ужин, и отец принялась за рассказ.

Отец Сотзи, маг-искатель Сугум, обладающий довольно посредственной силой, служил при дворце младшим помощником казначея. И это его, мягко говоря, не устраивало: жалование маленькое, уважения никакого — так подай-принеси. А тут сын еще подрос, надо его определять на учебу. Сотзи не далеко ушел от отца в способностях, также ничем не примечательная магия, способная только искать и собирать ценные камни и материалы, чтобы более сильные маги могли вдохнуть в них силу, с помощью заклинаний. Кристаллов, которые добывались в гномьих горах, было недостаточно, чтобы обеспечить всех желающих ими. Вот искатели и зарабатывали тем, что с помощью своих способностей находили материалы, пригодные для создания, пусть и слабых, но артефактов, доступных большинству населения Сардария. Лично мне они напоминали хрюшек, ищущих дорогущий трюфель, хотя ни тех ни других никогда в глаза не видела за работой

Отец Сотзи не хотел такой незавидной участи для своего сына и пытался найти возможность для того, чтобы пропихнуть своего отпрыска в одно из лучших учебных заведений этого мира — Магическую Академию Сардария. И нашел, вернее случай представился сам. Родитель нашего лазутчика случайно подслушал разговор Зорида и Сидиара, которые обсуждали бету клана Вольных ветров, чудом пробравшегося на Харс. Но эти двое не могли понять, каким образом Мар миновал охрану, установленную на входе в родной мир Теней, а также не могли выпытать у него, что удалось разведать там. Сидиар сетовал над тем, что пробраться в стаю оборотней не получается, нужен кто-то, кого можно подселить к сыну альфы, поступающего в академию.

Сугум, в это время разбирающий по алфавиту записи своего шефа, с появлением императора и его личного слуги, притих в нише, спрятанной за шторкой, в казначейской комнате. Как только он услышал о том, что они ищут кого-то, кто может следить за Фольдаром, вышел из своего укрытия и предложил услуги своего сына, взамен на место управляющего сокровищницей империи, а Сотзи, дабы наблюдать за сыном альфы, поступит в академию.

Зорид был против, а вот Сидиар, видимо учуяв гнилое нутро Сугума, уговорил императора воспользоваться предложением младшего помощника казначея. В итоге Сотзи поступил в академию, был поселен вместе с Фольдаром, но вот выведать что-то у сына будущего управляющего так ничего и не выходило. Да он и сам не особо старался — чтобы хоть что-то узнать, надо было подружиться со своим соседом, но видимо парень так увлекся своим заданием, что вместо сближения, наоборот отдалился настолько, что за четыре года проживания в одной комнате с объектом наблюдений не продвинулся к своей цели на на миллиметр, тем самым поставив под угрозу не только себя, но и своего папеньку.

Явивщийся в академию Зорид, якобы узнать как продвигается расследование по поиску нападавших на Максимума, пообщался с Сотзи, недвусмысленно дав тому понять, что времени у того осталось очень и очень мало, и если он до окончания этого курса ничего не выведает, то окажется в темнице вместе со своим папашей. Вот парень и решил активизироваться, сначала разоткровенничавшись со мной и Фольдаром, но поняв, что это не возымело хоть какого-то действа, решил следить за нашей компанией. А вот уже это имело результат, да еще какой. Хорошо, что Хадарай вовремя подоспел, иначе этот гаденыш сдал бы нас с потрохами.

— Нашли шпиона, — рассмеялась Оливия, когда папа закончил свой рассказ.

— Он ведь даже не пытался со мной общаться! — недоуменно воскликнул Фольдар. — Как Сотзи думал что-то выведать?

— Ему думать нечем, — фыркнула Ингиелла.

— Я тоже так думаю, — поддержала ее подруга.

— Получается, что в академии есть люди, верные императору, — задумчиво протянула я.

— Лиззи, — хмыкнул Валеус, — да тут все преданы Зориду. Мало кто сомневается в его геройстве.

— М-да уж, — уныло вздохнула в ответ. — Теперь моя очередь повествовать о своих снах.

Все присутствующие внимательно посмотрели на меня, мне не оставалось ничего, кроме как рассказать о своих видения, явившихся пока мои магии спорили друг с другом, вырубив меня почти на двенадцать часов.

Мое повествование было тяжелым не только для меня, но и для моего папы. Чем дальше углублялась в свои видения, тем больше хмурился мой отец. К окончанию моего рассказа, он поднял голову вверх, явно пытаясь справится с накатившими слезами.

— Сидилла, — тихо обратился к нему Валеус. — Мы отомстим за нее.

— Всенепременно! — жестко отозвался отец.