Глава 24

Открыв глаза, лежала, пытаясь понять — это был сон или явь. Настолько все было реально! Все эмоции чувствовались как свои: материнская любовь, страх, отчаяние, боль разлуки, ненависть. Но самым невыносимым для меня было то, что я видела, как умерла моя мама…

Я была уверена в том, что то, что мне снилось, было правдой, что это произошло тогда, тридцать восемь лет назад, в том городке, где был мой дом малютки, откуда, спустя пять месяцев после моего появления, меня забрали мои приемные папа и мама.

Уставившись в потолок, окончательно проснувшись и скинув остатки сна, пыталась собрать мысли и понять, как информация, полученная в сновидении может помочь… Валх! Вот самое главное, что мне нужно. И я отчетливо видела эту тварь! Теперь я знаю, кто у них главный, кого надо стереть с лица Сардария и Харса. Эта мразь, убившая мою маму, сотворившая столько зла в этом мире не имеет право на существование! Как когда-то говорили в период Великой Отечественной войны — без суда и следствия!!!

Столько ненависти и ярости, которые переполняли меня в эту минуту, не испытывала никогда ни к одному живому существу на свете! Если бы этот треклятый Валх предстал бы передо мной сию же секунду — разорвала его голыми руками, не задумываясь. Никогда не могла даже помыслить о том, чтобы убить кого-то. Теперь жаждала этого всем сердцем, всей душой. Все мое естество требовало мести!

— Лиззи! Девочка моя! Ты очнулась! — вывел меня из дум всполошившийся Валеус.

— Очнулась? — удивилась я.

— Да, — он подошел ближе ко мне, присел на кровать и встревоженно спросил: — Почему ты плачешь?

— Плачу? — словно эхо повторила в ответ. Я даже не чувствовала слезы, лившиеся все время из моих глаз. Пока мой ректор не сказал об этом, даже не замечала их. Они просто тихо текли по моим щекам, не отвлекая от моих размышлений.

— Я и не заметила слез, — грустно улыбнулась ему, приподнялась на подушке и только сейчас заметила, что нахожусь у него в спальне. — Валеус, почему я у тебя?

— Ты потеряла сознание вчера в комнате у девочек, — обеспокоенно пояснил он. — Ты не помнишь?

Вчерашний день, вернее вечер, явственно предстал в моей памяти: вот я шагнула в портал в замке отца и вышла в комнате Валеуса, потом наша вспыхнувшая безумная страсть, вот мы уже беседуем в комнате у девочек …

— Помню, — неуверенно кивнула в ответ. — Меня словно жгло изнутри. Что это было? Ты же наложил заклятие на меня, и я с магией договорилась.

— Огненная магия слишком своенравна, — улыбнулся он с нежностью. — Они не поладили друг с другом: твоя и моя.

— Моя? — вытаращила в изумлении глаза.

— Огонь твоего деда и мой — одинаковой силы, они никак не могли поделить территорию, — хмыкнул он. — Вот пока они внутри тебя срастались в единое целое, магия валькирии решила поберечь твое сознание.

— Господи! Как много магий внутри меня, — рассмеялась я.

— Она одна, — улыбнулся он и ласково провел по моим волосам. — Обычно инициация проходит не так бурно, как это было у тебя. Наверное, сказывается то, что ты долго была вдали от своего мира.

— Надеюсь она закончилась, и я больше не буду отключаться, — недовольно пробурчала в ответ.

— Я тоже на это надеюсь, — неуверенно проговорил магистр.

— Валеус, не пугай меня, что значит “я тоже”? Ты не уверен? — растерянно протянула я.

— Я наложил заклинание так же, как в прошлый раз на твою маму и ее подруг. И тогда сомневался в результате и сейчас, — серьезно проговорил мой ректор. — Если это сработало с ними, думаю должно и помочь тебе. Тем более ты договорилась со своей сущностью. То что огненные поспорили между собой, ничего страшного. Твой дед и мой дед тоже часто спорили за чашкой ароматного кофичо. Думаю их магии, скрытые в нас с тобой, об этом вспомнили.

Я искренне и весело рассмеялась. Мне действительно полегчало после убеждений моего мужчины, стало как-то более уверенней и спокойней.

— У моих подруг будет также? — озабоченно спросила я.

— Не знаю, — усмехнулся Валеус. — Они перепугались, увидев, как ты упала без чувств. Захотят ли теперь инициироваться?

— Захотят, — хмыкнула я. — Иначе нам не одолеть Валха.

— Кого? — удивленно воскликнул магистр. — Лиззи, Валх — наш создатель!

Как мне хотелось сейчас выругаться: грязно, жестко и во весь голос! Создатель хренов!

— Убийца ваш Валх, — вместо ругательств тихо проговорила я, опустив глаза вниз. — Мне снился сон, Валеус, о моей маме. О том, как она оставила меня в детском доме, о том, чего ей это стоило и о том, какая судьба ждала ее дальше. Валеус, ее убил Тень. Их повелитель! Что такое тайницы в храмах Валха?

— Жрицы свято чтут это место, никого туда не допуская, — недоуменно ответил мой ректор. — Лиззи, не мог верховный бог свершить такое!

— Валеус, — еле слышно обратилась к нему и, пристально посмотрев в глаза, задала наводящий вопрос: — А что если он не бог?

— Но… — с сомнением протянул мой мужчина и задумчиво замолчал.

— Мама как-то догадалась об этом, — тихо продолжила я. — Она называла своего убийцу уверенно по имени! И он не отрицал этого. — Валеус хотел запротестовать, но я остановила его: — Понимаю, что ты мне хочешь возразить, что это был всего лишь сон. Но пойми, милый, он был таким явным, как будто я присутствовала там! Понимаешь?

— Это были видения, — кивнул магистр. — Лиззи, если это действительно так, то наш мир, он же… Мы давно уверовали в то, что нас создал верховный бог, что он и его дети сделали нас такими, какие мы есть: маги, эльфы, оборотни, гномы и прочее. Они создали наш мир, вдохнули в него жизнь, подарили нам магию. А теперь получается все это неправда? — растерянно протянул он.

— Может и правда, — я прижалась к своему мужчине, — я не знаю. Откуда вам известно о сотворении Сардария?

— Сохранились манускрипты, которые… — он осекся и затравленно посмотрел на меня.

— Хранятся в храме Валха, — закончила я за него. — Ты сам их видел?

— Да! — твердо ответил Валеус. — Много тысячелетий назад на Сардарии не было ничего — пустота. Один из сыновей верховного бога бродил между мирами и наткнулся на наш. Ему понравилось тут и он захотел поведать о нем своему отцу. Он привел его сюда, захватив своих братьев, сестер и любимую жену. Но кроме сына Валха и его жены Свирии, Сардарий не приглянулся больше никому. Все равно Валх решил вдохнуть сюда жизнь и сотворил тут все ныне существующее. Он оставил свои воспоминания об этом. Я как наследник престола читал их. Они хранятся в главном храме Валха в королевстве Мардиг.

— Можно было бы догадаться где главный храм, — невесело хмыкнула я. — В этих самых тайницах и хранятся откровения вашего создателя?

— Да, моя сладкая, — закивал головой задумчивый Валеус. — Ты знаешь, сдается мне, что Тень действительно Валх. Но вот истинное ли это его имя? Может он выдает себя за бога, пользуясь тем, что кроме магии валькирий, ни одна другая на него не действует.

— Именно так он и объяснил моей маме свое божество на Сардарии, — ответила я, мысленно восторгаясь тем, что мой ректор сам до этого додумался. — Не думаешь ли, милый, что эти воспоминания слегка подкорректировали?

— Почему нет, — пожал плечами магистр. — От темных эльфов можно ждать все, что угодно.

— Ну из-за одного Хаарацея не надо обо всех плохо отзываться, — попыталась возразить я.

— Если бы только из-за него, — тяжело вздохнул мой ректор. — Лиззи, моя любимая девочка. Наш мир погряз в интригах, хотя может казаться, что это не так. Маги и темные эльфы жаждали власти столько, сколько существуют на Сардарии. Мой предок, первый из правящих Магиоров, Хаамар, не был безумен из-за смерти своей жены Аллиории, мало того, он был виновен в ней. Но об этом история молчит. Я опущу этот момент, он хоть и постыден, но не так важен в дальнейшем повествовании. Так вот, совместно с правителем темных эльфов Гридомом они захотели завоевать водные королевства. Ты должна знать об этом из истории, это рассказывают еще на первом курсе, правда ссылаясь на безумие императора. Они потерпели поражение, Гридом пал там же, мой предок вернулся в свой замок, отравленный их ядом. Закрывшись у себя, он не пытался воскресить свою убитую им же красавицу жену, он пробовал вылечить себя.

В отместку за военный поход на свои владения водный повелитель — Тарантон — запретил приближаться к своему королевству, создав массу проблем для тех, кто не может перемещаться через порталы и летать по воздуху. Только сыновья Хаамара и Гридома, Камис и Хадар, смогли прийти к компромиссу с Тарантоном. Сегодня те путешественники, что пользуются водными гладями для своих перемещений платят дань за это. И это лишь маленькая толика их преступлений, — тяжело вздохнул Валеус и продолжил. — Зорид — потомок моего деда и черной эльфийки Гириды. Она была родной сестрой владыки Дрига, отца Хаарацея, и им же приставлена к императрице. Убийство моей бабушки было спланировано очень тщательно, все участники преступления подбирались скрупулезно. Поверь мне, милая, тот лекарь был лишь маленькой каплей. Но именно эта мелочь позволила раскрутить весь заговор. Более десяти высокопоставленных особ, приближенных к императору, были замешаны в этом. Гирида после разоблачения взяла всю вину на себя, ни малейшей улики не указывало на ее брата. Все якобы было придумано эльфийкой, именно она захотела занять место императрицы.

— Может и правда она придумала, — с сомнением вклинилась в рассказ своего ректора. — Почему ты думаешь, что этот Дриг был замешан?

— Не думаю, я уверен! Зорид долго не знал, кто была его мама, дед позаботился о том, чтобы стереть ее имя с лица земли. Но учась в академии, он подружился с Хаарацеем и довольно часто бывал у него в гостях. Там же он и узнал всю правду о своем происхождении. Да и женщина, пусть даже темная эльфийка, не решилась бы на такое самостоятельно, — в сердцах ответил Валеус.

— Милый мой господин Нейрус, — шутливо усмехнулась я, — ты настолько плохо разбираешься в коварной женской натуре? — увидев слегка удивленные глаза своего ректора, продолжила: — Кто-то совсем недавно пытался уличить меня в корысти при выборе женихов для подруг, вопрошая, кого именно я припасла для себя. Не напомнишь мне, кто же это был?

— Напомню, — лукаво улыбнулся мой мужчина. — Я. Напомнить ли тебе, любимая моя, что ты мне ответила?

— Подожди, — остановила его поток слов, мечтательно прикрыв глаза. — Как ты меня только что назвал?

— Любимая моя, — промурлыкал ректор. — Все же напомню тебе, как ты мне объявила, что я буду последним магом в академии на кого ты положишь глаз.

— Милый мой, любимый мой господин Нейрус, — томно пропела в ответ. — Я оба глаза положила на вас еще на первом курсе, но вы не досягаемая глыба — ректор академии, второй после императора во всей империи, к тебе прислушиваются не только подданные маги, но и эльфы, гномы, орки. А я обычная девочка с немагического мира, в котором табу отношения с преподавателями. Вот и приходилось мне отбиваться от твоих приставаний.

— Приставаний? — изумленно воскликнул Валеус. — Лиззи, да я боялся тебя пальцем коснуться, чтобы браслет не появился.

— А мне так этого хотелось, — горестно вздохнула и потупила глазки, введя своего мужчину в легкий ступор.

— Тебе правда этого хотелось? — разулыбался он, я лишь кивнула в ответ и провела по его щеке. — Лиззи, — осторожно произнес он и пристально, горящими желанием глазами посмотрел на меня.

Я не стала ничего отвечать, призывно подставила ему свои губы, ожидая сладкого и желанного поцелуя, не заставившего себя долго ждать.

Немного позже, лежа в объятиях своего мужчины, водя пальчиком по его гладкой груди задала мучивший меня вопрос:

— Валеус, как ты стал ректором?

— По просьбе Зорида, — хмыкнул он. — Предыдущий ректор, магистр Эфинерс был уже очень стар, он возглавлял академию еще во времена моего деда. Настало время отпустить его на покой. Он пришел с прошением к императору об отставке, имея приемника — Сидиллу Нейрус.

— Папа? — изумленно воскликнула я. — Но…

— Не перебивай, пожалуйста, — хмыкнул мой ректор и, поцеловав меня в макушку, продолжил: — Твой отец был единственным, кто смог бы возглавить Магическую Академию Сардария, но он отказался. Признаться, поначалу я недоумевал о его поступке, но затем разгадал замысел — Сидилла был занят поисками. Отчаявшись вернуть свою любимую жену, он бросил все силы на поиски доказательств их невиновности, шаг за шагом приближаясь к действительным злодеям… Думаю открытие об истинных предателях его скорее всего обескуражило. Но мы сейчас не об этом. Так вот, Зорид с легкостью принял отказ некроманта, пробурчавшего какую-то нелепую причину своего нежелания управлять лучшей академией этого мира, и предложил возглавить ее мне — своему советнику.

— Ты был советником императора Зорида? — ошеломленно воскликнула я.

— Да, — невесело усмехнулся мой ректор. — Когда мой отец пал, а валькирий обвинили в предательстве, я понял, что вступи на престол, долго не проживу — максимум пару лет и уйду тихо от какой-то нелепой болезни, которую якобы пропустил… И ведь в это же поверят! Высший маг, огненный магистр пропустил болезнь — ну с кем не бывает! Излюбленный метод смены власти на Сардарии, — грустно вздохнул он.

— Офигеть, — присвистнула я. — Я была уверена, что у вас тут все чинно и благородно, а это то еще дно…Как впрочем и везде.

— Самое ценное, что есть на Сардарии для очень многих — власть и магия, — задумчиво протянул Валеус и с легкой иронией поинтересовался у меня: — В том мире не так?

— Так, — согласно кивнула в ответ. — Все тоже самое: власть и местная магия — деньги. Получается, что человеческая сущность, и абсолютно не важно кто он: маг, оборотень, вампир, гном или обычный люд — одинакова во всех мирах?

— Получается так, — согласился со мной Валеус.

— Так как ты стал советником Зорида? — продолжала любопытствовать я.

— А куда меня было девать? — досадно усмехнулся Валеус. — Я как никак истинный наследник, кто его знает что у меня на уме? Это было стратегическим шагом с его стороны — держать меня ближе к себе, чтобы знать о моих помыслах.

— Правильно, на Земле есть такая пословица: “Держи друзей близко, а врагов еще ближе”, - хмыкнула я. — Как ты думаешь, зачем Зорид все же решил отдалить тебя и предложил стать ректором?

— Сидиар, — немного зло выдохнул мой магистр. — Он не просто личный слуга императора, но и его советник теперь. Я сомневался в том, что его принудили приблизить к себе Сидиара, но после того, как ты сказала, что он Тень, все колебания исчезли. Ты в чем-то права, что Зорид будто пленник у себя в замке, но он не так прост, как это может показаться Валху.

— Ты уже не сомневаешься, что это именно он? — улыбнулась я.

— Что он себя именно так величает — нет, а в том, что он и есть верховный бог… — протянул Валеус. — Валх не бог — это точно, выдает себя за него. Надо выяснить, как убить его, тем самым обезглавить его войско.

— Мы оружие против него, — тихо произнесла я. — Валькирии. Только мы втроем сможем одолеть эту мразь.

— К моему глубокому сожалению, любовь моя, ты права, — тяжело вздохнул мой мужчина. — Как бы мне не хотелось тебя не вмешивать во все это, уберечь, но без вас троих у нас ничего не выйдет.

— Я рада, что ты это понимаешь, — улыбнулась в ответ. — Почему именно валькирии могут противостоять этим магам?

— Есть предположение, которое высказал Мар. Он успел подать мне весточку, до того, как его схватили. Бета считал, что вы и они имеете общего предка. Когда-то, на стыке времен, ваши предшественницы и темные маги имели одного родителя. Мар много размышлял над тем, почему валькириями рождаются только девочки, а Тенями — мальчики. Не знаю откуда, не успел с ним поговорить, он узнал, что Тени — это только мужчины. Эти маги таят в себе лишь темные силы, тогда как всадницы вбирают в себя свет. Думаю из-за этого вы и способны противостоять друг другу.

— Интересная теория, — задумчиво произнесла я. — Но почему ваша магия на них не действует, а их на вас да?

— Понимаешь, Тени могут впитывать в себя магию любого мира, приспосабливаться в нем, но думаю только лишь темную, а магия Харса, она что-то вроде защиты для них, для нас чужда, — пояснил он свои домыслы.

— Валькирии также способны питаться силами других миров, — продолжила размышлять я. — На Земле магия другая, в привычном вам понимании ее нет совсем, там наука правит, техника. Но это лишь творения человеческого разума… Получается, что людские умственные способности и есть земное волшебство… — я немного помолчала, пытаясь собрать мысли воедино, вспоминая свой сон, и, когда мне это удалось, радостно воскликнула: — Любимый мой мистер Магиор! Мама в видениях говорила этому проклятому Валху, что Земля не приняла его, она высасывала его силы. Во сне он был пусть и не дряхлым стариком, но достаточно пожилым уже мужчиной. А валькирия наоборот — цвела и пахла…

— Что делала? — удивленно уставился на меня Валеус.

— Очень хорошо выглядела, — скороговоркой пояснила я и продолжила дальше развивать свою мысль, чтобы она не успела ускользнуть из моей головы: — Это значит, мой милый, что валькирии, светлые создания, с добрыми чистыми помыслами, и любой мир их примет, как родных. Поэтому и мне, и девочкам так комфортно было на Земле… Она приняла нас как своих детей, понимаешь… — я вскочила на кровати в нетерпении, абсолютно не обращая внимание на свою наготу, принялась расхаживать по этому “аэродрому” туда-сюда, радостно сверкая глазами. Наконец остановившись и посмотрев на своего офонаревшего от моего дефиле ректора, ликующе воскликнула: — Валеус, нам с девочками надо на Харс!

— Ты с ума сошла, Елизавета! — негодующе ответил мой магистр, глаза которого вместо пылающего страстью огня, загорелись пламенем протеста.

— Милый, там много ответов на наши тайны! Понимаешь? — досадливо поинтересовалась у него.

— Лиззи, суженая моя, там вас ждет верная смерть! — возмутился он.

— Валеус, кто из Сардария там был? — прищурившись, поинтересовалась у него, мне ответом лишь было растерянное пожатие плечами: — А я тебе отвечу, — хмыкнула я. — Или Зорид, или Хаарацей. Мама в дневнике ясно дала понять, что эти двое нашли какое-то оружие против правителя Теней! А как иначе они бы это сделали, не побывав там?

— Все равно это опасно, — не унимался мой мужчина. — Я не переживу, если с тобой что-то случится, малышка.

— Малышка? — склонив голову, лукаво улыбнулась я. — Откуда ты знаешь это слово?

— Ну на Сардарии же есть малыши, — уклонился он от ответа.

— Э нет, — подозрительно протянула я. — На ребенка я мало уже похожу. Кто из моих подруг тебя этому научил?

— Ингиелла, — ответил Валеус и рассмеялся, увидев мое вытянувшееся лицо: — Лиззи, видела бы ты свое лицо, — поддразнил, вспоминая мой выпад в его сторону. — Я просто нечаянно подслушал их воркование с Хадараем. Она назвала его малыш и, на его протестующее восклицание, объяснила парню, что это значит. Мне понравилось, я взял себе на вооружение. И, между прочим, я тебя так уже называл.

— Пропустила мимо ушей, — буркнула я. — Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?

— Я не специально, милая, — весело хмыкнул он. — Обходил территорию после нападения на Максимуса, а они мило беседовали, прогуливаясь неподалеку.

Я устала стоять, да и стало как-то зябко и немного неудобно красоваться в чем мать родила, пусть и перед любимым мужчиной, но все же, прилегла обратно к нему под бочок и положила свою голову на его широкую грудь.

— Сотзи, сосед Фольдара, упомянул, что нападение на Максимуса было не первым, — вспомнила я.

— Сотзи, — задумчиво протянул Валеус, — сын управляющего императорской сокровищницей, ничем не примечательный маг, вдруг вознесшийся так высоко.

— Что-то не так? — настороженно поинтересовалась я. — Он уверял, что подслушал тебя и Орши.

— Ты поверила этому? — внимательно посмотрел на меня, я лишь отрицательно покачала головой. — И правильно, — вздохнул он. — Я никогда особо не интересовался этим парнем, ну живет кто-то с Фольдаром, не я же распределяю их по комнатам. Мое внимание на этом маге заострил Цидияс, когда его сын учился еще на втором курсе. Подозрительным ему показался, сказал, что чувствует, если не опасность, то какое-то неприятие от него. У оборотней очень хорошо развито чутье, хотя Теней так, как вы, они не ощущают, больше реагируют на чужеродную личность. Я стал присматриваться к этому Сотзи, и ведь прав был альфа — странный парень: живя в одной комнате со сверстником, абсолютно не общается с ним. Такого просто невозможно! Какой бы скрытный ты не был, рано или поздно, пусть и не слишком откровенно, но общаться будешь: шутить, грустить, сплетничать в конце концов. А тут полная тишина.

— В тот день, когда я отправлялась к отцу с дневником, он прям сама откровенность был, сказал что его отец не верит в виновность валькирий, что он сам того же мнения, и вот эту чушь, что смог вас подслушать, — поведала я.

— Кто он такой на самом деле? — подозрительно протянул Валеус.

— Засланный казачок, — устремив свой взор в белоснежный высокий потолок, ответила я.

— Лиззи! — рассмеявшись, ректор притянул меня к себе, и ласково поцеловал мой носик. — Мне евнуха твоего хватило, а тут еще казачок.

— Так это лазутчик, — попыталась пояснить я, но увидев удивленно-смеющееся выражение лица своего магистра, поняла, что и это объяснение не сработало, вздохнула и попыталась еще раз: — Что такое шпион ты знаешь? — но на мою досаду, мужчина лишь громче расхохотался и отрицательно покачал головой. — Тогда как у вас называют вражеского засланца?

— Разведчик, — удивил меня Валеус.

— Так просто? — хмыкнула я.

— Он не мог нас подслушать, Елизавета. Даже наложив на себя тысячу заклинаний, незаметным для Орши не остался бы. Одна из способностей орков — абсолютное видение сквозь маскирующие заклятия.

— Об этой способности мне известно, — самодовольно усмехнулась в ответ. — Поэтому мы с Фольдаром и не поверили ему. Но нападения же раньше были?

— Были, — кивнул мой ректор. — За все время моего управления академией их было восемь.

— Сотзи, если не изменяет мне память, говорил о пяти, — попыталась вспомнить я. — Зачем это нужно Теням?

— Эти нападения были спланированы на меня, Лиззи, — равнодушно ответил он.

— Что??? — воскликнула я и уставилась на спокойного магистра.

— Да, но всегда что-то шло не по их плану, на пути вставал кто-то из адептов и пару раз зацепило преподавателей.

— Они хотели убить тебя? — ошарашенно вскрикнула я.

— Не кричи, милая. Не думаю, что прям уж и убить, — спокойно улыбнулся магистр.

— Валеус, их магия отравляла организм Максимуса, — напомнила я ему. — А он оборотень, у них самая лучшая регенерация.

— Ну скажем не самая лучшая, вампиры могут похвастаться идеальной восстанавливающей способностью. Но, боюсь, ты права милая, даже им будет тяжело вылечится от яда темных магов, — невозмутимо пояснил он. — И только магия валькирии сможет помочь бедняге, отравленному Тенью. Что ты и проделала с Максимусом, сама того не понимая.

— Я просто обняла его, — пояснила ему. — И почувствовала, как мое тепло переходит к нему. Лишь немного после поняла, что это значило.

— Обняла, говоришь, — ревниво произнес мой ректор.

— Валеус, — рассмеялась я, — нельзя быть таким ревнивым.

— Не давай мне повода, — невозмутимо отозвался он.

— Когда я давала тебе повод? — нахмурившись, поинтересовалась у него.

— Возьмем для начала Хадарая, потом Фольдара, — начал перечислять Валеус.

— Подожди, Фольдар тут при чем? — непонимающе уставилась на него.

— Хорошо, не берем оборотня, берем самого императора, — приподнял многозначительно бровь мой мужчина, напоминая мне мой танец и променад на балу.

— Ну не могла же я отказать Зориду на глазах у всех? — изумленно воскликнула в ответ.

— Конечно не могла, — безмятежно согласился он.

— Валеус, ты издеваешься надо мной, — хныкнула я, сделав плаксивое лицо. — Специально, чтобы уйти от темы.

— Какой? — как будто искренне не понял, вскинул брови вверх и удивленно уставился на меня.

— От посещения нами тремя Харса, — напомнила ему.

— Лиззи, нет! — скинув маску безразличия прорычал ректор.

— Валеус, да! — вскрикнула негодующе в ответ. — Мне кажется и Мар там был, — протянула задумчиво.

— Почему ты так думаешь? — заинтересовался он.

— А откуда он узнал, что Тени — это только мужчины? — серьезно посмотрела на него и продолжила: — Лишь только побывав там! За что и поплатился. Отец Ингиеллы жив?

— Да, милая, — напряженно вздохнул Валеус. — Оборотеня держат в Израце — самой надежной темнице империи.

— Почему он там, а не в клане? — недоумевала я. — Он же не подданный императора!

— Цидияс ведет переговоры с Зоридом о его выдаче клану, упирая на то, что преступление, которое якобы совершил его бета против всего Сардария, а не только магической империи. Но во время их бесед Сидиар все время рядом, он и протестуют против передачи Мара его альфе.

— Что лишний раз доказывает, первое: Сидиар — Тень, второе — Мар действительно был на Харсе и его там заметили, что стало причиной его ареста, и враги опасаются, что, выйдя из-под их опеки, бета очень многое может рассказать.

Мой мужчина задумчиво уставился вверх, переваривая мои домыслы. Видно было, как он напряженно обдумывает, сопоставляя какие-то факты у себя в голове. Помолчав еще какое-то время, задумчиво поджимая губы, Валеус изрек:

— Ты знаешь, Лиззи, до сегодняшнего нашего разговора никогда не задумывался о том, что можно как-то попасть на Харс. Почему-то ни мне, ни Сидилле это не приходило в голову. Вот, похоже, Мара эта идея посетила. Думаю ты права, моя милая. Он был там, и Зорид с Хаарацеем тоже посещали мир Теней.

— Вы были у так называемых прорывах? — тихо поинтересовалась я.

— Цидияс был там, — кивнул мой ректор. — И ничего интересного не обнаружил. По его словам, когда спокойно и никто не пытается пробраться в наш мир, там все спокойно — ничто не указывает на то, что именно в этом месте где-то есть вход в другой мир.

— Где это место? — спросила я.

— Недалеко от гор Сцыми, — тихо проговорил он, а я напряглась: это название мне было знакомо. — Там есть небольшое озеро, местные гномы называют его Арат, вот на берегу его и образовываются прорехи.

— Сцыми, — задумчиво повторила я. — Где же я слышала это название? Не могу никак вспомнить.

— Может на уроках? — предположил Валеус.

— Подожди, милый, не мешай мне поймать свою догадку, — попросила его, чувствуя что вот-вот, еще чуть-чуть и вспомню откуда мне известно название этих гор…И вспомнила же: — Аспиды…, - ошарашенно воскликнула я.

— Что аспиды, при чем тут они? — недоуменно спросил магистр.

— Валеус, мамин дневник… Она упоминает об этих горах. Они с Ширасой и Мальдой оказались там, их приютило семейство крылатых змей, — еще одна догадка озарила меня и я изумленно посмотрела на своего мужчину: — Что ты там делал?

— С чего ты взяла, что я там был? — уклонился от ответа он.

— Где ты подобрал маленьких змеек? — не унималась я, подозрительно уставившись на своего магистра.

— После Цидияса, — улыбаясь, начал рассказывать Валеус, — я решил сам отправиться к прорывам, чтобы разобраться — как целое войско смогло незаметно прорваться. Недалеко от поселка гномов наткнулся на трех изгололавших маленьких детенышей аспидок: Кулию, Далию и Рамию. Они настолько были слабы, что только моя кровь могла бы им помочь выжить…

— Поэтому они тебя слушаются? — уточнила я.

— Да, малышка, — улыбнулся он и продолжил: — Пришлось отложить свой поход к Арату и вернуться домой. О том, что около Сцыми было целое семейство аспидов я не знал. Тогда там действительно нет никакого прорыва, Лиззи.

— Почему? — удивленно поинтересовалась у него.

— Потому, что эти змеи чувствуют черных магов, — серьезно ответил он. — Они не дали бы им пройти.

— Может семейства там не было, когда случилась битва? — засомневалась я.

— Нет, — отрицательно качнул головой ректор. — Аспиды оседлые существа. Они веками живут на одном месте. И если там было семейство с главой, значит змеи там жили уже достаточно долго, — немного помолчав, тяжело вздохнул и продолжил: — Получается нам дурили голову не одно столетие, заставив думать, что прорыв один единственный и именно там.

— Тени же появлялись оттуда? — задумчиво поинтересовалась я.

— Да, Лиззи, и их почти всегда первыми замечали гномы, — жестко ответил он, а я лишь присвистнула в ответ: мало нам эльфов и магов, тут еще и гномы.

— Валеус, а что если нападения в академии были направлены не на тебя? — изумившись внезапной мыслью, еле прошептала я.

— Думаешь хотели напасть на девочек? — мой ректор скривил удрученно губы, задумавшись.

— Уверена, — кивнула в ответ. — На семейство напали, и напали в том количестве, достаточном для того, чтобы уничтожить всех, живущих там. Они свидетели, что на Сцыми нет прорывов. Их просто убрали, милый. Да и валькирии почувствовали бы, что там есть прорыв. Они ведь ни разу не были в эпицентре событий?

— А ты ведь права, моя хорошая, — грозно хмыкнул он. — Ни одна из всадниц никогда не была на месте: они просто убирали Теней, а прорыв сам собой затягивался.

— Вон оно как, — усмехнулась в ответ.

— Надо с ними поговорить, — задумчиво произнес ректор.

— Поговорить? — округлив глаза, уставилась на своего мужчину. — Ты имеешь в виду аспидов?

— Они умеют разговаривать, любовь моя. А с вами тремя, после инициации, будут болтать намного охотнее, чем со мной, — хмыкнул он, утвердительно кивая.

— Они же совсем крошки тогда были, — непонимающе проговорила я. — Что они могут вспомнить?

— Все, Лиззи. Их память отличается от нашей, — лукаво смотря на меня, пояснил мой магистр. — Аспиды помнят даже момент своего рождения.

— Ох, ты, батюшки! — потрясенно воскликнула я. — Так пошли к ним! — вскочив с кровати, принялась бегать взад-вперед по комнате.

— Не сегодня, моя милая, — усмехнулся Валеус, повернувшись на бок и подперев свою голову рукой, внимательно наблюдал за моей беготней по своей спальне. — Тебе пока не стоит показываться в академии пару дней.

— Это еще почему? — остановилась я и недоумевающе посмотрела на хитро усмехающегося мужчину.

— Ну во-первых ты пропускаешь занятия из-за легкого женского недомогания, — хмыкнул он.

— Легкого женского недомогания? — рассмеялась я. — Ты это серьезно?

— Да, — спокойно ответил Валеус и продолжил: — Во-вторых, у меня на тебя планы.

Он так молниеносно вскочил с кровати, что я взвизгнула от неожиданности, повалил на спину на теплую простыню и принялся покрывать мое тело жаркими, требовательными поцелуями. Против таких его планов не возражала абсолютно, я их поддерживала руками и ногами…