Глава 29

Оливия спала, когда мы неслышно вошли в гостевую комнату в доме Валеуса, любезно предоставленную им влюбленной парочке, после того, как оборотень принес свою пару на руках через портал к ректору.

Фольдар сидел в кресле рядом с кроватью, на которой мирно посапывала его возлюбленная, неотрывно наблюдая за ней. Увидев нас, парень прижал указательный палец к губам, призывая нас не шуметь, хотя никто и не собирались этого делать.

— Как она? — шепотом спросила у него.

— Уже лучше, — одними губами ответил оборотень. — Я так напугался, когда ее скрутило, не знал, что делать. Схватил на руки и собрался было бежать уже к лекарю, но тут вдруг открылся портал прямо в кабинет к мистеру Магиору.

— Оливия сама его построила, — еле слышно пояснил Валеус.

— Она же не умеет, — воскликнула я, за что получила шиканье от мужчин, прижала ладошки ко рту и испуганно вытаращила глаза.

— Пойдемте в кабинет, — предложил ректор и, когда Фольдар запротестовал, качая головой, против того, чтобы оставить свою пару в одиночестве, пояснил ему: — Ты почувствуешь, когда девушка проснется.

— А если ей станет хуже? — нахмурился оборотень.

— Тоже поймешь, но будем надеятся, что этого не произойдет, — улыбнулся Валеус.

Выйдя из комнаты, где спала Оливия, направились обратно в кабинет магистра, чтобы можно было обсудить и состояние девушки и мою вылазку.

— У нее кто с кем поспорил? — присаживаясь в кресло, когда вошли в комнату, угрюмо поинтересовалась я.

— Думаю магия оборотней и эльфов, — спокойно ответил Валеус.

— Они-то что не поделили? — искренне удивилась я.

— Светлые эльфы недолюбливают оборотней из-за их, скажем так, двуличности. Они считают, что это кощунственно по отношению к волку, закрытому в теле человека, — хмыкнул Фольдар.

— Бред какой-то, — нахмурилась я. — Так это ваша природа! Вы-то здесь при чем?

— Мы не при чем, — улыбнулся парень. — Но эльфы считают, что мы должны давать больше свободы своему зверю.

— Вы его взаперти держите? — непонимающе уставилась на него.

— Нет, Лиззи, — вмешался Валеус. — Светлые эльфы слишком трепетно относятся ко всему живому.

— Но обвинять оборотней в том, что они не дают свободу своему волку — это как-то странно, — протянула я.

— На Сардарии очень много странного, — вздохнул мой суженый. — Темные эльфы не ладят со светлыми, хотя отличаются друг от друга только источником своих сил, оборотни не дружат и с теми и другими, считая их слишком властолюбивыми, но корыстью отличаются только темные. Маги не выносят гномов и дворфов, считая их чем-то вроде слуг, боятся некромантов, которых я бы отнес к отдельной расе, и все кругом создают видимость мира и дружбы, в тайне не особо любя друг друга.

— Вот тебе и светлый дружный мир Сардарий, — усмехнулась я. — А нам с подругами было все равно кто мы и откуда, просто подружились и все.

— Ну вас сплотило то, что вы оказались в чужом мире, — равнодушно пожал плечами Фольдар.

— Может ты и прав, — согласилась с ним и, лукаво подмигнув, добавила: — С Хадараем ты подружился же!

— Не совсем, — вздохнул оборотень. — Я ему не особо доверяю из-за его предков. Но очень надеюсь, что он действительно лучше.

— Думаю, если бы он был таким же, как они, то не был бы с Ингиеллой, — задумчиво ответила я. — Где они, кстати?

— Не знаю, были у тебя в комнате, — пожал плечами Фольдар.

— Можно я одним глазком посмотрю? — спросила разрешения почему-то у Валеуса, намереваясь заглянуть в свою комнату.

— Только аккуратно, — кивая, хмыкнул он.

Я уже более умело запустила свои потоки магии, создавая портал. Моя сила слушалась беспрекословно, сплетаясь в овал прохода гораздо быстрее, чем обычно. Как только портал был готов, прежде чем шагнуть в него, я постучала по столу, привлекая внимание тех, кто был в моей комнате, если конечно там кто-то был. Не дождавшись ответа, осторожно шагнула в него и замерла на выходе, умилившись открывшейся моему взору картине: двое влюбленных голубков безмятежно спали, обнявшись, лежа на моей одноместной кровати, прикрытые лишь одеялом.

— Что там? — нетерпеливо поинтересовался Валеус.

— Подожди, милый, — прошептала я. — Они спят.

— Лиззи? — сонно хлопая глазами, произнесла подруга.

— Она самая, — хмыкнула я и улыбнувшись участливо поинтересовалась у нее: — Ты-то как?

— Я отлично, — прогоняя остатки сна, ответила Ингиелла. — И если ты у меня спросила “ты-то”, значит мы все повзрослели, — тихо рассмеялась она. — И Оливия скорей всего также не очень свое взросление перенесла, как и ты.

— Мне было хуже, чем вам двоим, — ответила ей. — Ты у нас самая стойкая оказалась.

— Это потому, что темные с темными легче договариваются, — вклинился хрипловато Хадарай и попросил меня: — Лиззи, дай нам час на сборы и мы прибудем к вам.

— Хорошо, через час я за вами приду, — кивнула в ответ и шагнула обратно в незакрытый портал.

Как только оказалась в кабинете ректора, мужчины вопросительно уставились на меня, безмолвно требуя объяснений.

— Спали они, вдвоем на моей кровати, а я их разбудила, — пояснила им. — Попросили час на сборы и я их доставлю сюда.

— Сами пусть приходят, — махнул рукой Валеус. — Она теперь сможет портал построить.

— К тебе? Ты не закрыл свой дом? — удивилась я.

— От валькирий никогда не закрывал, — ответил он.

— Почему? — вмешался Фольдар.

— Потому, что всегда верил в их невиновность, — спокойно ответил мой суженый и, не дожидаясь дальнейших расспросов, пояснил: — Понимаешь, парень, когда они явились на поле брани под самый конец, в их глазах не было страха, боли, в них было отчаяние. Оно хорошо читалось в их взглядах. И то с каким напором они принялись обвинять Хаарацея, не вызывало сомнений в их правоте. А вот то, что тот уже рассказал про затопленные пещеры, наводило на мысль о его лжи — до этого момента он никому не говорил об этом, а их темные пещеры достаточно ценные для Сардария — там находится один из источников священных илий, так необходимых в лекарстве. Да, эльф уже потом начал рассказывать, что изобрел способ добывать их и под водой, но я не особо этому верю.

— Вы считаете, что там нет воды? — заинтересованно спросил Фольдар.

— Уверен в этом! Тогда нам показали единственный отсек в пещере, в остальные не пошли, под заверения и Хаарацея и Зорида, что в остальных тоже самое. И император достаточно быстро обвинил валькирий в предательстве, хотя пойманный вражеский воин сказал об этом гораздо позднее, — горько усмехнулся Валеус. — Твой отец и отец Лиззи, пришли к такому же мнению немного позже, когда страсти поулеглись и они начали трезво мыслить. Но оба явились ко мне с призывом бросить вызов Зориду. На все мои доводы, что сейчас не время, нужно уличить его в измене, и Цидияр, и Сидилла обвинили меня в трусости. Альфа опомнился первым, пришел с извинениями, но я не держал зла ни на одного, ни на другого. Некромант же оказался более упертым, особенно после того, как исчезла Роэла…

— Папа очень переживал ваш разрыв, хотя и не хотел этого признавать, — сухо пояснила я.

— Знаю, милая, — ласково усмехнулся Валеус. — Он очень упрям, пытался в одиночку найти доказательства того, что император на самом деле предатель и что Тени пришли на Сардарий благодаря ему. Но это не совсем так, маги и темные эльфы вступили с ними в сговор очень давно, раз, зная о том, что Валх на самом деле и не Валх, продолжали почитать его, как бога. Я не хочу сейчас искать, кто первым это начал, для меня главное закончить это и изгнать врагов из нашего мира.

— Я с вами, — твердо произнес Фольдар. — Вся наша стая с вами!

— Благодарю, — улыбнулся ректор.

— Но есть одно дело, которое нужно провернуть… — жестко проговорил оборотень.

— Вызволить Мара? — слишком лукаво задал вопрос мой суженый.

— Именно, — не заметив хитрющего взгляда ректора, кивнул Фольдар. — У отца не получается сделать это честным путем, придется устроить нашему бете побег.

— Уже, — хитро улыбаясь, ответил магистр.

— Когда? — ошеломленно выдохнул оборотень. — Как?

— Совсем недавно. С помощью землеройки, — довольно ответил Валеус.

Я удивленно уставилась на своего мужчину, не совсем понимая кто такие землеройки и чем они помогли, а вот Фольдар наоборот, потрясенно и восторженно смотрел на ректора, явно понимая о чем он.

— Поясните мне, — раздраженно вздохнула я. — Кто это и чем они так примечательны?

— Это стихийники, — начал оборотень. — С такими способностями их не много, но они одни из немногих, кто уверен в непричастности валькирий, из-за чего впали в немилость Зорида. Поэтому и стараются не высовываться лишний раз. Как вам удалось с ними договориться?

— Ты знал, что мистер Эсса обладает такой способностью? — хитро ответил вопросом на вопрос Валеус и, улыбаясь, посмотрел на парня.

Я повернулась на Фольдара и, увидев его ошеломленный взгляд, поняла, что он даже не предполагал о такой возможности нага. Про себя вообще молчу, я-то думала, что эти змеелюды способны только на то, чтобы драться, а тут тоже какие-то способности.

— Вот, — весело хмыкнул Валеус, разглядывая удивленное лицо парня. — И об этом никто не знает, кроме меня и Орши.

— Вот это да! — восторженно прошептал Фольдар. — Я всегда подозревал, что он особенный из-за его капюшона со звездами.

— Это не просто звезды, — хмыкнул ректор. — Они-то ему и помогают рыть землю, там где это казалось бы невозможно.

— Не хочешь ли ты сказать, милый, что мистер Эсса отсутствовал на занятиях из-за того, что рыл подкоп? — прищурившись спросила у своего мужчины.

— Хочу, милая, — радостно ответил он. — И у него все получилось. А у Орши — спрятать Мара.

— Где он? — нетерпеливо воскликнул оборотень.

— У орков, там где его не достанут ни Тени, ни ищейки, ни император с эльфом, — ответил Валеус.

— Папа знает? — счастливо улыбаясь, спросил парень.

— Да, но не видел его еще, — кивнул в ответ магистр и уже серьезней добавил: — Орши поговорил с вашим бетой, тот действительно был на Харсе, и прошел через темные эльфийские пещеры…. Как я и предполагал, затоплен один отсек, который ничем не примечателен. Он утверждает, что видел полуразрушенную клетку, в которой, скорей всего, и держали валькирий. Выйдя в другой мир, Мар попал в густой туман, из которого выбирался почти на ощупь. Когда он вышел из него, то наткнулся на старушку, подсказавшую ему, где искать пристанище воинов, отправляющихся на ту сторону, как она назвала Сардарий. Вместо того, чтобы вернуться за нами, бета побрел в указанную сторону и наткнулся на дозор. Сбежать-то он сбежал, но его уже схватили тут и обвинили в измене. Так что ваш соплеменник действительно побывал на Харсе, но ничего примечательного не узнал. Встреченная старушка что-то интересного не поведала, только молила избавить их от этих тварей. Думаю, жители того мира будут нам благодарны за избавление их от гнета самозваного Валха.

— Вот теперь вырисовывается цель нашего визита на Харс, — довольно хмыкнула я, но договорить не успела, так как по полу забегали голубые искорки, постепенно собираясь и неспешно сплетаясь в единое целое, в конце концов явив нам портал, из которого шагнула, визжащая от восторга, Ингиелла, а следом, качая головой, Хадарай.

— Лиза! — завопила подруга и бросилась ко мне радостно обниматься. — Я сама его сделала! Представляешь!? Вот этими ручками сделала! Сама! Портал! И никуда-нибудь, а в кабинет к ректору! Лизка, — она продолжала вопить, — строим портал на Харс, и ай-да мочить там этих проклятых Теней.

— Остуди пыл своей возлюбленной, Хад, — рассмеялась я. — На Харс мы отправимся, но только когда Оливия поправится.

— Она не очнулась? — успокоившись, встревоженно спросила Ингиелла.

— Спит она, — хмуро пояснил Фольдар. — Почему у тебя так гладко прошло? Ты же такая же, как и они, из другого мира.

— Темный с темным договорился быстрее, — осторожно ответила подруга. — Я же из оборотней, хоть и нет второй личины, но магия ваша течет во мне.

— У Оливии, я так понимаю, эльф хотел изгнать волка, — аккуратно поинтересовался Хадарай.

— Скорее волк эльфа, — угрюмо ответил оборотень.

— Никто не хотел никого изгнать, — вклинилась я. — И никакого волка нет в Оливии, две магии: темная и светлая, как обычно поспорили, кто сильнее, но видимо смекнули, в отличии от моих огоньков, что могут причинить хозяйке вред, вовремя остановились. Ну или валькирия вмешалась!

— Ты абсолютно права, моя милая, — приобнял меня Валеус и чмокнул в висок, посмотрел строго на парней и шикнул: — А вам двоим, чтобы не расстроить все наши начинания, придется окончательно подружиться друг с другом!

— Да, мы это больше по привычке, — виновато почесав свой затылок, произнес Фольдар.

— Да, — поддержал его Хадарай. — Дружим изо всех сил.

— Ну вас, — махнул на них рукой Валеус и обратился ко мне: — Лиззи, ты говорила, что поняла цель вашего визита на Харс.

— Да, точно, — улыбнулась в ответ. — Мы найдем там союзников в борьбе с Валхом, ну и заодно спасем и тот мир.

— Ну где один, там и два, — поддержала меня Ингиелла и шутливо продолжила. — Спасать так уж всех! Чего уж мелочиться-то!?

— Я понимаю, что вам кажется это веселым приключением, — сурово проговорил Валеус, сверля нас обеих недобрым взглядом. — Но позвольте вам двоим напомнить, что вас ожидает отнюдь не увеселительная прогулка. Вы втроем отправитесь в пасть к врагу. Пусть с вами будут аспиды, но это все равно опасно!

— Да, девочки, — поддержал ректора Хадарай. — Не стоит их недооценивать.

— Никто не недооценивает Теней, — примирительно проговорила я. — Тем более после нашего с Бриаром похода в замок, я более серьезно настроена на путешествие в другой мир. А это все — нервные шуточки. И мне, и девочкам, скажу прямо, немного не по себе от предстоящего.

— Я не хочу пускать туда Оливию одну, — пробурчал Фольдар.

— Еще один! — раздраженно выдохнула я. — Вам нельзя с нами, поймите вы это!

— Почему? — раздув ноздри, вклинился и эльф.

— Да потому, что мы, валькирии и Тени — скорее всего дети одного предка, Харс примет нас как родных, а что будет там с вами, никто не знает. И вместо того, чтобы идти к цели, мы втроем будем вынуждены беспокоиться за вас, — возмущенно почти закричала я.

— Не надо кричать, Лиззи, — обиженно произнес оборотень. — Мы же переживаем.

— Фольдар, все будет хорошо, мы вернемся оттуда целыми и невредимыми, — попыталась успокоить парня Ингиелла.

— Я очень надеюсь на это, — вздохнул он и, улыбнувшись, поведал нам: — Оливия проснулась, пойду к ней.

Оборотень подошел к двери, обернулся на ректора, который в ответ согласно кивнул, дернул за ручку и торопливо вышел.

— Ждем третью, — радостно воскликнула Ингиелла. — И ты расскажешь нам, как сходили в замок.

— Да особо и нечего рассказывать, — ответила ей и усевшись поудобнее в кресле, продолжила: — Меня больше беспокоит наше предстоящее путешествие. Медальон и кристалл мы с Бриаром нашли, Валеус с ними поработает и выудит информацию. А вот нас что ждет?

— Опасность, — присела рядом на подлокотник подруга. — И ты это тоже понимаешь. Но с нами будут прелестные змейки, они нас будут оберегать.

— Надеюсь, — хмыкнула я.

— Девочки, — вмешался мой суженый, — я призываю вас быть осторожными. О Харсе нам мало что известно, и я понятия не имею, с чем вы там столкнетесь.

— С туманом и старушкой, — задумчиво произнесла я.

— Не факт, что так и будет, — ответил мне Валеус.

— При чем тут туман и старушка? — хмуро поинтересовался Хадарай.

— Мар там был, — ответил ему ректор, что говорило о том, что мужчина доверяет эльфу. — Он и поведал об этом.

— Вы спасли моего папу? — с надеждой спросила Ингиелла.

— Да, вытащили из темницы, — кивнул в ответ магистр, не уточняя, как это было сделано.

— Ура! — всхлипнула подруга. — Когда я смогу его увидеть?

— Не знаю, — пожал плечами Валеус. — Он не в очень хорошем состоянии пока, сказывается длительное пребывание в заключении.

— Он оборотень, малыш, поправится обязательно, — попытался ее успокоить Хадарай. — Вот увидишь!

— Ты уверен? — уткнувшись ему в плечо, заплакала подруга.

— Как ты говоришь, на все сто, — поглаживая ее по спине, успокаивал эльф свою вечную.

Пока они стояли обнявшись, Ингиелла тихо всхлипывая, эльф, нежно поглаживая, утешал ее, мы с Валеусом сидели молча, не зная, что можно сказать. Наконец мне пришло в голову, как сменить тему, и я с энтузиазмом поинтересовалась у подруги:

— Ингиелла, когда ты научилась строить порталы?

— Это все Хад, он меня обучил, — улыбнувшись, отозвалась она, отрываясь от своего парня. — Поначалу было сложно, он все твердил посмотри внутрь себя, а я не понимала как. Но затем как-то само собой получилось, увидела внутри себя голубоватый дымок, улыбающийся мне, и потоки хлынули тонкой струйкой строить полупрозрачный овал.

— Тоже дымок, — хмыкнула я. — Куда построила портал?

— На поляну к аспидам, — рассмеялась подруга. — Они удивилась нам с Хадараем, но радостно поприветствовали обоих, даже глаза не покраснели. А ты куда?

— Домой, — тихо произнесла я. — В свою детскую…

— На Землю? — удивленно ахнула Ингиелла.

— Да, — грустно улыбнулась ей.

— Значит и я так могу? — она повернулась и вопросительно посмотрела на Валеуса, затем на своего эльфа.

— Сможешь, — ответил ей ректор. — Но надо поднатореть в этом.

— Когда все закончится, обязательно туда вернусь, — твердо заявила она.

А я с испугом посмотрела на Хадарая, который при ее словах, печально опустил глаза в пол. Он так же, как и мой суженый, боялся этого и с ужасом ждал такого исхода.

— Ингиелла, — позвала я подругу и осторожно поинтересовалась у нее: — Ты хочешь насовсем вернуться?

— На Землю? — искренне удивилась она. — Нет, конечно, — беспечно махнула рукой. — Я соскучилась по родителям, хочу им сообщить, что со мной все хорошо и теперь мой дом на Сардарии, там где мое сердце. — Подруга с нежностью посмотрела на своего вечного, который слишком недоверчиво поглядывал на нее. — Милый, ты что? — недоуменно поинтересовалась она у него.

— А что ты хотела? — ответила я за парня. — Ты только что сказала, что хочешь вернуться.

— Но я не это же имела в виду! — воскликнула Ингиелла. — Хад, да я не представляю, как мне жить без тебя!

— Ты в следующий раз, когда будешь вспоминать про земной дом, аккуратней выбирай выражения, — пояснила я ей. — Наши мужчины боятся, что мы захотим вернуться туда насовсем.

— Боимся, — ласково улыбнулся Валеус. — Боимся потерять вас. Помните об этом, и не только тогда, когда будете думать о своем мире, но и тогда, когда отправитесь на Харс.

— Хорошо, — поднявшись с кресла, я подошла к своему мужчине и нежно обняла его. — Обязательно будем помнить об этом.

— Мистер Магиор, — обратился к ректору задумчивый Хадарай, — почему вы с девочками отправляете аспидов?

— Потому, что эти змеи очень хорошо чувствуют Теней, это первое, — принялся пояснять Валеус. — Второе, я отчего-то уверен, что они потомки Харса, вынужденные переселенцы, для животных у них очень хорошо развит интеллект, и в-третьих, аспиды благосклонны к валькириям, как к своим соплеменникам. Проще говоря, они принимают всадниц за равных. Наши подруги, напившись как-то, довольно весело покатались на змейках. Ну думаю, ты в курсе, — лукаво подмигнул он смущенному эльфу. — Никого, даже меня, без острой необходимости, ни за что на свете эти три сестрицы не посадили бы к себе на спины и не полетали бы над просторами долины ради забавы. Если я не ошибаюсь в своих догадках, то аспиды будут проводником для наших девушек на Харсе.

— Вы считаете они защитят их? — с надеждой спросил эльф.

— Да, Хадарай. Змейки не дадут в обиду наших девочек, — улыбнулся ректор.

— Может навестим их? — вклинилась Ингиелла и, увидев удивленные взгляды мужчин, постаралась пояснить: — Ну мы как покатались на них, так больше носа не казали, не считая моего внезапного портала к ним. Не хорошо как-то.

— Кстати, — протянула я и полюбопытствовала у подруги: — Почему ты построила портал именно к ним?

— Я старалась вспомнить что-то захватывающее, когда вызывала свою магию для стройки, — весело усмехнулась она, — и почему-то вспомнился наш умопомрачительный полет на трех сестрах. Это же было великолепно! И только не говори мне, — лукаво посмотрела на меня, — что ты считаешь иначе.

— И не скажу, — улыбнулась в ответ. — В тот день все было сногсшибательно: Новый год, тоска по дому и родным, хмель в голове, прогулка и внезапное открытие, познакомившее нас с аспидами.

— А на следующий день трепка от твоего ректора, — рассмеялась подруга.

— Так вы втроем наследили там, — шутливо усмехнулся Валеус.

— Ну кто знал, что вы так легко чуете магию, — фыркнула Ингиелла. — Если бы знали заранее, были бы более осторожными.

— В том состоянии — вряд ли, — смеясь только глазами, ответил ей мой суженый. — Кто был там, понял сразу.

— Почему тогда не наказали нас? — удивлённо спросила подруга.

— Так и кто вы, знал с самого первого дня, как только вы появились в академии, — ответил ректор. — Меня обижало то, что никто из ваших родных, приютивших вас, не рассказал об этом мне… Особенно Сидилла.

— О, — рассмеявшись протянула я. — Мне иногда казалось, что папа боялся собственной тени. Он так меня застращал своим "Опасно", что я ходила и оглядывалась, особенно первый год. А вот когда появились девочки, стало проще.

— Как ты поняла, что они такие же, как и ты? — поинтересовался Хадарай.

— Прежде, чем я их подловила, почувствовала в них что-то родное, земное, — улыбнулась в ответ. — Понаблюдала за ними и больше уверилась в своих подозрениях — они отличались от остальных адепток, взять хотя бы нежелание носить эти безумные платья.

— Эти пышное нагромождение вороха юбок, — поддержала меня Ингиелла. — У нас такие были в веке восемнадцати, девятнадцатом.

— Сейчас там какой? — хмыкнул Валеус.

— Двадцать первый, — ответила я.

— Земле так мало лет? — искренне удивился Хадарай.

— Нет, конечно, — хмыкнула Ингиелла. — Были периоды до нашей эры, мезозойский, палеозойский, да куча ещё. Миллионы лет, летоисчисление началось гораздо позже, когда появились люди.

— Люди не сразу заселились? — продолжал удивляться эльф.

— Хад, — начала раздражаться его вечная, — я не очень хорошо разбираюсь в эволюции, да и учёные до сих пор спорят откуда мы взялись, пока многие придерживаются мнения, что от обезьян.

— А это кто? — вклинился и Валеус.

— Животные такие, — рассмеялась я. — Кстати, а тут аналогов нет. Медведи, собаки, лягухи, а обезьян нет. Почему? — вопросительно посмотрела на своего ректора.

— Елизавета, — рассмеялся тот, — откуда же я знаю?

— Ты же все-все знаешь, — расхохоталась я. — Жаль не умею рисовать, а так бы изобразила тебе бибизянку.

— Кого? — вытаращил глаза мой суженый, давясь от смеха.

— Я в детстве так обезьян называла, — смеясь, пояснила ему.

— Мне кажется ты была прелестной маленькой девочкой, — ласково проговорил Валеус.

— Не думаю, — лукаво усмехнулась Ингиелла. — скорей всего была сорванцом, таким же как и я. Лиз, как попадёшь домой, возьми обратно фотографии, покажешь своему ректору себя маленькой.

— Только если ты свои прихватить, — поддразнила её в ответ.

— Обязательно! — деловито хмыкнула подруга. — Чтобы Хадарай заранее знал, на кого будут похожи наши дети.

Выражение лица упомянутого эльфа заставила прыснуть от смеха всех троих: меня, Ингиеллу и Валеуса. Немного отойдя от шока, и Хадарай присоединился к нашему веселью.