Глава 43

К Илейсе наш отряд, а его уже можно было считать таковым, так как одних оборотней было двадцать голов, плюс еще пятнадцать аспидов, как оказалось разбредшихся по лесу, дабы не быть заметными, подобрался ближе к утру, только-только начало светать. Притаившись в густых зарослях на опушке леса, Орши, папа и Цидияс пристально наблюдали за окраиной столицы.

Митас подошел к нам и позвал Ингиеллу за собой. Нахмурившись, мы с Оливией смотрели им вслед, тихо удаляющихся вглубь леса.

— Куда это они? — недоуменно спросила меня подруга.

— Только еще одного предателя нам не хватало, — настороженно пробубнила я.

— Там Мар, — сухо ответил Хадарай, вместе с нами смотревший вслед удаляющейся вместе с оборотнем своей девушки.

— Отец Ингиеллы? — ошалело прошептала Оливия. — Он пришел с ними? Почему сразу не сказался ей?

— Не до этого было, — ответил своей паре Фольдар. — Если бы Мар сразу показался дочери, мы бы еще долго не выдвинулись. Пока есть время… — он тяжело вздохнул и продолжил: — да и будет ли потом возможность?

— Фольдар, не говори так, пожалуйста, — умоляюще попросила я. — Давайте будем думать только о хорошем.

— Ты же понимаешь, Лиззи, — ответил мне эльф, — что кто-то не вернется с поля боя?

— Типун тебе на язык, — отвесила увесистый подзатыльник Хадараю Оливия. — Может и боя никакого не будет?

— Ты чего дерешься? — вытаращил глаза на мою подругу эльф.

— А ты чего обстановку нагнетаешь? — шикнула Оливия.

Хадарай обиженно насупился и замолчал, Фольдар, хитро посмеиваясь, притянул к себе свою пару, чмокнул ее в макушку и что-то прошептал тихо на ухо, от чего подруга захихикала, косясь на эльфа. Я лишь, глядя на эту троицу, усмехнулась и обреченно покачала головой.

Меня уже начинало раздражать тягостное ожидание непонятно чего. Вот чего эти трое мужчин там высматривают? Чего ждут? Когда совсем стало невмоготу, подошла к ним, неслышно присела возле отца и уставилась туда же, куда смотрели они.

— На что вы так пристально смотрите? — тихо прошептала я.

— Ждем, — еле слышно ответил папа.

— Кого? — не унималась я.

— Ни кого, а что, — улыбнулся в ответ папа.

— Лиззи, — вклинился Цидияс, — на самом деле мы спорим с твоим отцом, — альфа покосился на некроманта и лукаво хмыкнул. — Вот разреши наш спор, пожалуйста. Сидилла говорит, что пойдет с вами, а я категорически против. Я вообще считаю, что каждая из вас должна пойти поодиночке. Одна девушка не привлечет внимание, три — будет подозрительно. Моего сына и Хадарая многие знают в столице, и если они появятся в сопровождении своих пар, их схватят. Эльфу скорее всего ничего не будет, папочка защитит, а вот мой сын пострадает.

— Пап, он прав, — сочувственно посмотрев на отца, согласилась я с оборотнем. — С тобой нас тем более схватят сразу. Ты наверняка в розыске.

— Лиззи, ты предлагаешь одной отправляться? — недовольно раздув ноздри, угрюмо поинтересовался отец.

— Да, поодиночке легче пробраться незаметно к замку, — кивнула в ответ. — Папуль, я в конце концов валькирия, смогу постоять за себя.

Вместо ответа отец притянул меня к себе, крепко обнял и еле слышно шепнул:

— Я не могу еще и тебя потерять.

— Обещаю тебе, ты меня не потеряешь, — прикрыв глаза, с нежностью проговорила я. — Но и ты обещай выжить!

— Постараюсь, — хмыкнул он.

— Нет! — недовольно протянула я. — Именно обещай!

— Обещаю, — грустно улыбнулся он, поцеловал меня в темечко и настороженно посмотрел на мою хитрую ухмылку.

Да, папа правильно разгадал то, что я сейчас собиралась сделать. Обняв его, я выпрямилась и вышла из леса. Они могут долго спорить, правильно или нет идти поодиночке, так и не прийти ни к какому решению, а время не ждет, еще немного и самос взойдет окончательно, разбудив и жителей Илейсы. Значит пришлось взять все в свои руки.

Оглянувшись, посмотрела на троицу, засевшую в кустах, изумленно наблюдающую за мной, прошептала им одними губами: “До встречи на площади”, и опрометью бросилась к небольшим одноэтажным хижинам, стоящим на окраине города.

Это конечно очень здорово, что я решилась первой бежать навстречу врагам, но вот дальнейшего плана у меня не было. Для начала, хотя бы, надо найти во что переодеться, или, на худой конец, укрыться. Прижавшись к первой же хибарке, покрутила головой в поисках какой-то одежды. Ну мало ли, на Земле иногда встречается еще уличная сушка белья, почему здесь этого не может быть?

Но мне не повезло: в округе не было ни одной бельевой веревки.

— Вот же, черт! — тихо выругалась я. — Где они бельё-то сушат?

Я почти вышла уже с окраины Илейсы, двигаясь в сторону более богатых районов, нежели этот, когда неожиданно кто-то, приложив нож к горлу, тихо прошипел:

— Не дергайся. Мне нужен только кошелек.

— А если у меня его нет? — испуганно пискнула в ответ.

— Тогда посмотрим, что есть, — хмыкнул грабитель и грубо развернул меня к себе лицом.

Это был гоблин, довольно высокий для своего вида, немногим выше меня. Но самое главное, на нем был серый легкий балахон до самой земли с глубоким капюшоном.

— То что надо, — зловеще улыбнувшись, прежде чем этот чудо-грабитель успел что-либо сообразить, я точным поставленным апперкотом заехала ему в челюсть.

Конечно рисковала, все же у гоблина был нож, но он не ожидал нападения от молодой девушки-мага, чем я и воспользовалась, уложив его в нокаут на сыру земельку. Пока грабитель пребывал без сознания, сняла с него его балахон, немного повозившись, так как этот с виду невысокий разбойник, был достаточно коренаст и тяжел, быстро накинула его на себя, и как можно скорее скрылась с места неудавшегося ограбления, прихватив с собой на всякий случай и нож. Так себе оружие в магическом мире, но чем черт не шутит, авось пригодится.

Облегченно выдохнув, отбежав на приличное расстояние от распластавшегося гоблина, немного перевела дух и уже неспешно, как будто гуляя, побрела к дворцовой площади. Город начал просыпаться, кое-где открывались торговые лавочки, в основном продуктовые, остальные же были закрыты плотными ставнями. Либо хозяин таверны не соврал и торговля действительно приостановлена, либо местные продавцы продовольственных товаров еще дрыхнут и будут позже.

Дабы не привлекать к себе внимания в практически проснувшемся городе, пришла в небольшой сквер, присела на лавочку в тени маленького ветвистого деревца, облокотилась на спинку и принялась наблюдать за окружающей обстановкой.

Время тянулось бесконечно долго и томительно, к тому же самос начал припекать и в балахоне, пусть и достаточно легком, но становилось жарко. А еще дико хотелось есть и пить! Примерно через час, мой желудок уже начал попискивать. Не хватало еще его недовольным урчанием распугать лениво прогуливающихся по скверу горожан, которые не обращали никакого внимание на меня, мирно сидевшую в тенечке и изображающую дрему.

— Есть хочешь? — я вздрогнула, услышав знакомый голос Оливии.

— Зверски, — хмыкнула я.

Подруга была в дамском летнем плащике и шляпке с вуалькой, закрывающее ее лицо. Она присела рядом и протянула мне вчерашний сэндвич с вяленым мясом, оставшийся от провианта, услужливо собранного хозяином таверны Фольдару и Бриару.

— Воды нет? — нагло поинтересовалась я, жадно вгрызаясь зубами в сэндвич.

— У Ингиеллы, — ответила Оливия.

— А она где? — покрутив головой, спросила я.

— Не знаю, — пожала плечами подруга. — Я первая ушла, Цидияс всучил мне провиант, воду обещал ей отдать.

— Как у нее встреча с отцом прошла? — доедая сэндвич, полюбопытствовала я.

— Некогда было спрашивать, — отмахнулась Оливия, я в ответ лишь вздохнула, а подруга продолжила беседу: — Что дальше делать будем?

— Попить бы сначала, — заныла я. Сэндвич утолил мой голод, но вот жажду вяленое мясо лишь усилило.

— Пошли уже к дворцу поближе, монах в синих штанах, — тихо рассмеялась подруга, — может по дороге найдем тебе воды.

— Сама ты монах, — шутливо огрызнулась в ответ, послушно поднялась с лавочки, и побрела к выходу из сквера. Оливия, немного посидев еще, тоже встала и пошла за мной следом. Так, друг за другом, на почтительном расстоянии мы добрались до торговой площади, на удивление пустовавшей сегодня. На сколько мне известно, это место пусто было лишь раз в году — перед началом грандиозной осенней ярмарки. Но до этого мероприятия почти три месяца, поэтому пустота площади выглядела настораживающе. К моему огромному сожалению не работал и фонтан, вздохнув я плюхнулась на его ограждение и недовольно осмотрелась по сторонам.

— А вы не подскажите, почему тут пусто? — услышала писклявый голосок Оливии, пытающейся разузнать что случилось у кого-то.

— Сами ничего толком не знаем, мисс, — услышала отвечающий ей мужской голос. — Нам объявлено, что в империи неспокойно, торговля пока приостановлена. Я бы на вашем месте убирался отсюда поскорее.

— Да вы что? — удивленно воскликнула подруга. — Конечно, конечно. Что же такого случилось в этот раз? — запричитала она.

— Я слышал, — заговорщически зашептал мужчина, которого я не видела, сидела у неработающего фонтана, не шелохнувшись, напряженно слушая о чем же таком поведает собеседник подруги. — Что ректор Магической Академии Сардария сговорился с нашими врагами с другого мира, пытается вернуть свой трон, от которого сам же отрекся. Вот ждут его нападения со своими союзниками.

— Да вы что? — заахала Оливия. — Нужно быстрее убираться к себе, подальше от столицы.

— Я с вами, мисс, полностью согласен, — поддержал ее собеседник. — Сегодня же вечером мы с моей милой женушкой и тремя детишками отправимся к ее матушке в Фирд.

— И правильно сделаете, — продолжала щебетать подруга.

— Я пойду, мисс, пора собираться в дорогу, — попытался попрощаться он, но Оливия его остановила:

— Раз тут ничего не работает, не подскажите, где можно взять воды? Очень жарко.

— Вот возьмите, и не благодарите меня.

Я не видела, что именно собеседник передал подруге, но в надежде, что это спасительная влага, готова была сорваться со своего места и ринуться к Оливии с протянутой рукой. Но подруга сама подошла ко мне, незаметно кивнула, зовя за собой следом, при этом игриво помахала небольшой фляжкой.

Нахмурившись, я поднялась и потопала с этой площади в указанную сторону. Как только мы скрылись между небольшими закрытыми лавочками, я бесцеремонно выхватила флягу из рук Оливии, и отбросив всю предосторожность, жадно принялась пить воду.

— Ты бы хоть проверила ее, — недовольно цокнула языком подруга.

— Ты не представляешь, как мне хотелось пить, — удовлетворенно улыбнувшись, промурлыкала я в ответ. — Теперь можно двигать ко дворцу разведать, что там происходит.

И только я это проговорила, как раздался звук горна. Переглянувшись, мы с подругой выбежали обратно на площадь, на которой собралось достаточно много народу. Все, замерев в ожидании, уставились на глашатого, читающего скорбным голосом послание императора, стоя на ограждении фонтана.

— Любимые мои подданные, — громогласно зачитывал он свиток в руке. — Я, император Зорид, с огромной тревогой вынужден сообщить, что свершилось то, чего мы все боялись и опасались. Сегодня мне донесли печальные вести: Валеус Магиор вошел в город, ведя за собой отряд Теней.

Я обращаюсь ко всем боеспособным жителям нашей империи: присоединяйтесь к нашему войску! Дадим надлежащий отпор врагам!!!

— Сука! — зло прошептала я. — Надо торопится, милая Оливия. Чувствую, действо вот-вот начнется.

Подруга в ответ лишь согласно кивнула, и мы с ней незаметно растворившись в толпе, быстрым шагом отправились на дворцовую площадь. Мы шли молча, не разговаривая, боясь выдать себя своим же негодованием по поводу лжи, прозвучавшей на закрытой ярмарке.

Чем ближе мы подходили к нашему пункту следования, тем тревожнее становилось на душе. Я боялась опоздать, чувствовала, что представление устроенное императором на площади у фонтана, явно было дано с опозданием. Скорее всего там уже все действующие лица на месте.

Довольно скоро добрались до места, с удивлением обнаружив толпу, стоящую в напряженном ожидании возле замка императора.

— Что здесь происходит? — поинтересовалась Оливия у какого-то мага.

— Вон, — указал он ей рукой на струящиеся темной дымкой силуэты, стеной стоящие напротив дворца.

— Это Тени, — ошеломленно выдохнула подруга.

— Да, — сокрушенно ответил ей маг. — Их привел бывший наследник.

— А сам он где? — осторожно спросила у него Оливия.

— Не знаю, — с ненавистью ответил он и оборвал разговор, пытаясь пробиться сквозь толпу поближе.

Мы, не сговариваясь, побрели следом, но в итоге пробиться к самому началу так и не смоги. остановились где-то посередине, пытаясь хоть что-то разглядеть через плотную массу горожан. Посмотрев по сторонам, я удивленно заметила, что в пару магов от меня стоит кто-то, одетый почти в идентичный моему балахон. Пристально смотря на странного мага, укрытого капюшоном, я чуть не взвизгнула от радости, когда он отодвинул его немного с головы и шутливо подмигнул мне. Это была Ингиелла! Слава Богу, нашлась!

Немного попривыкнув к нервной толкучке, заметила, что в подобные балахоны одеты не только мы с подругой: немного поодаль, ближе к началу столпотворения стояла очень знакомая фигура, напряженно дергавшаяся на месте, пытаясь сквозь магов рассмотреть, что творится на дворцовой площади.

— Лирака! — дернув меня за рукав, осторожно прошептала Оливия.

— Да, — шепнула я. — Ее надо придержать. Наломает дров.

— Ингиеллу видела? — поинтересовалась подруга, я лишь кивнула в ответ, пытаясь сообразить, как остановить обезумевшую от тревоги тетушку.

Я торопливо крутила головой по сторонам, пытаясь высмотреть в толпе хоть одно знакомое лицо, но никого не встретила, по крайней мере вблизи нас с подругами. Единственное, что выцепил мой взгляд: две женщины, кого-то мне напоминающие, пристально и неотрывно смотрели на происходящее с невероятной тоской. Одна из них скользнула по мне взглядом, перевела его на подругу, стоящую рядом, посмотрела на нее с нежностью, и вернулась опять на площадь. Догадка пронзила меня, как стрела Амура, в самое сердце! Не может этого быть! Но она так была похожа, хотя волосы и были спрятаны под нелепый чепец, который носили все, кто работал в тавернах или трактирах, да и одета она была, как обычные подавальщицы — в коричневое платье с коротким рукавом, темно-серый передник. Но вот глаза, зеленого цвета, да и веснушки, которые я все же смогла разглядеть не смотря на расстояние — у меня не оставалось сомнений, в том, что это именно она.

Тем временем, Ингиелла как-то смогла пробиться к Лираке. По видимому тоже её узнала, не смотря на балахон. Она встала у моей тётушки и за спиной, немного наклонив голову к ней. Лирака обернулась к подруге, пристально взглянула на неё и отрицательно качнул головой.

— Где ты, Валеус? — выкрикнул или Зорид, или Илилей.

Из-за скрывающей императора толпы, ни мне, ни девочкам, не было видно, кто именно из этих двоих был. Я вытянула шею, словно лебедь, пытаясь рассмотреть вопрошающего, вышедшего немного вперёд с нашей стороны. Только сейчас я заметила, что все, кто собрался на дворцовой площади — в основном мужчины, женщин было совсем мало, по пальцем можно пересчитать. Скорее всего, это были те, кто откликнулся на зов императора, дать отпор врагу.

— Я здесь, Зорид, — ответил Валеус, вышедший также как и император с нашей стороны. — И я обвиняю тебя и владыку тёмных Эльфов Хаарацея в том, что вы, двести лет назад ради обретения власти вступили в сговор с Тенями. Вы устроили войну, в которой тогда полегло много невинных, только ради убийства моего отца!

На площади повисла гробовая тишина. Горожане, собравшиеся здесь, с изумлением смотрели на двоих, стоявших друг напротив друга мужчин: действующего императора и отрекшегося наследника. Эти двое сверлили друг друга яростным взглядом, свирепо сжимая и разжимая кулаки.

Один из горожан, немного выйдя из толпы, довольно громко спросил, обращаясь к моему суженому:

— Господин Магиор, это очень серьезное обвинение. У вас есть доказательства того, о чем вы сейчас сказали?

— Конечно, — усмехнулся Валеус.

Он вытащил из своего тёмного сюртука, даже в такой ситуации остался верен своему стилю, медальон, высоко поднял его над головой и прочитал заклинание.

Медальон послушно раскрылся и, словно кинопроектор, начал транслировать ожившие картины прошлого. Довольно хорошо было видно, как в каком-то трактире сидели трое мужчин, двоих из которых можно было легко узнать: император Зорид и владыка Хаарацей — а вот третий был скрыт от любопытного гнома. Но в какой-то миг он обернулся, и толпа, пристально следящая и слушащая все, что показывал медальон, ахнула — Сидиар. Прав был Клавдий, это и есть предводитель Теней. Отчетливо было слышно, как эта троица обговаривает детали своего плана свержения Домара, как Сидиар объясняет Зориду, что в момент, пока большинство будет пытаться помочь умирающему императору, он снимет щит с якобы предводителя, которого тот героически и победит на глазах у изумленной публики. Они обмусоливали каждую подробность, до мельчайших штрихов обдумывая все.

Пока все внимательно наблюдали за происходящим, мы с Оливией подобрались к тетушке и Ингиелла.

— Лирака, — положа руку ей на плечо, тихо позвала её. Она обернулась, с надеждой глядя на меня. — Я не дам Илидею пострадать. Прошу тебя, не вмешивайся!

— Лиззи! — плача, начала она. — Он мой сын.

— Мы посмотрим за ней, — две женщины, в униформе подавальщиц стояли рядом.

Зеленоглазая неотрывно смотрела на Оливию, силясь не заплакать. Вторая, кареглазая, с такими же чувствами глялела на Ингиеллу.

— Мама! — первой пришла в себя Оливия, по щекам которой заструились слезы.

— Не может быть! — зашептала и Ингиелла. — Папа был прав, уверяя, что ты жива!

— Да, милая, — еле сдерживая слезы прошептала Шираса. — Мы с Мальдой не могли перенестись назад, домой на Сардарий, не могли найти ни тебя, ни Оливию. ни тебя. Лиззи, — валькирия с сожалением посмотрела на меня, перевела взгляд на дочь и с невероятной нежностью произнесла: — Какая же ты уже большая, — слезы хлынули у нее из глаз, опустив голову вниз, чтобы справится с эмоциями, она подняла ее и продолжила: — К сожалению, наши с Мальдой силы еще слишком слабы, мы не сможет выступить с вами и дать отпор этим тварям. Но будем рядом, уж щит или подлечить кого-то от их яда сможем.

Для объяснений сейчас был неподходящий момент. Позже, скорее всего, много позже.

— Лирака, — обратилась к моей тетушке вторая валькирия, — не мешай девочкам. Они справятся.

Тетя тяжело вздохнула, опустив голову вниз, обреченно кивнула головой.

— Как же так?! — раздался чей-то удивлённый возглас из толпы. — Это все было ради трона? Столько жертв, ради власти???

Тем временем, медальон закончил показывать сговор троих нечестных магов, Валеус, спрятав медальон, вскинул подбородок и с ненавистью глядя на императора, набрал воздух в лёгкие, громко произнес:

— Я Валеус Магиор, единственный наследник Домара Магиора, сын убитого тобой императора, вызываю тебя…

— Нет! — закричала я. — Валеус, стой! — скинув балахон и расправив крылья, взметнулась вверх.