101

Глеб

Он очень удивился, проснувшись утром до безобразия поздно и не обнаружив под боком Зои. Как-то не ожидал… думал, что откроет глаза — а она здесь. Поцелует её, понежит, а потом они поговорят. Ну или сначала поговорят, а потом уже всё остальное.

Однако Зоя оправдывала своё негласное прозвище «Золушка» и сбежала от «принца» — только он её и видел. Точнее, не видел. И надеялся, что убегала она всё же не в полночь и успела хотя бы немного выспаться. Хотя… может, Зоя до сих пор в доме, просто в саду гуляет? Или на кухню пошла… неважно, что сегодня выходной, могла ведь всё равно решить сделать завтрак. Зная Зою — вполне могла. Она, кажется, и вовсе отдыхать не умеет.

Глеб попробовал позвонить ей, но Зоин телефон оказался недоступен. Тогда Глеб набрал дежурившего в ночь Вадима и попросил его посмотреть по камерам, когда с территории особняка вышла Зоя.

Охранник перезвонил через пятнадцать минут и очень удивлённым голосом сообщил, что в пять часов утра. М-да… Нет, Золушке всё же до Зои далеко. Ну вот зачем, зачем ей понадобилось убегать?! Взрослые же люди оба и ничего противозаконного не совершили. И про Альбину Глеб ей сказал, так чего прятаться? Всё равно ведь поговорить придётся.

«А если не придётся? — вдруг подумал мужчина и разом похолодел от макушки до пяток. — Может, она решила уволиться? И вообще не захочет меня видеть, а все бумаги передаст с Николаем…»

Мысль была слегка абсурдной, но Глеб так распереживался, что ещё с час носился по особняку и спрашивал всех про Зою — не видели ли её, не говорила ли она что-то? Когда вернётся, почему уехала? И просил позвонить ей, опасаясь, что Зоя добавила его номер в чёрный список. Но дозвониться ни у кого не получалось, зато получалось бросать на Глеба офигевшие взгляды, а потом многозначительно перемигиваться у него за спиной, и думать, что он не замечает. Да и плевать! Пусть сплетничают. Если Зоя действительно решила сбежать, то помусолят и успокоятся, а если нет, то сплетен всё равно не избежать. Днём раньше, днём позже…

Настроение было отвратительным, ещё и Алиса капризничала, не понимая, куда делась Зоя и почему они не могут пойти загорать, как планировали накануне. Глеб старался не огрызаться и поминутно косился на телефон, глядя на недошедшее сообщение в мессенджере и уже начиная волноваться, всё ли с Зоей в порядке. А то, может, он насчёт увольнения переживает, а она в аварию на такси попала?

— Дядь Глеб, всё нормально, — заявила ему Алиса ближе к полудню, когда у Глеба уже началась нервная чесотка. — Я тебе раньше не говорила, потому что… ну, чтобы не волновать… Я ещё утром списалась с Гелей, но Зои у них не было. А сейчас она ответила, что Зоя как раз пришла.

— Пришла, — проворчал Глеб, не зная, радоваться ему или нет. — Ушла отсюда в пять часов утра, а к ним пришла только в двенадцать. И где она была семь часов?!

— А меня больше интересует, почему Зоя уехала, ничего не сказав ни тебе, ни мне! — парировала Алиса и мрачно посмотрела на Глеба. — Ты её обидел?!

— Нет, — выдохнул мужчина, но уточнил: — Надеюсь, что нет…

А ещё через два часа, как раз когда они с Алисой собирались обедать, неожиданно явилась Альбина. Глеб, до этой минуты и не подозревавший, что девушки нет в доме, изрядно удивился, когда Николай сообщил ему о её возвращении и просьбе прийти к ней в комнату, как только освободится.

— Не вопрос, — кивнул Глеб, ощутив мимолётное чувство вины перед своей теперь уже бывшей девушкой. Всё утро искал Зою, а про Альбину даже не вспомнил! — Зайду через полчаса.

Из-за этого обещания обед застревал в горле, и Глеб, так и не доев своего цыплёнка табака — всё равно Зоя готовит лучше! — пошёл к Альбине, справедливо решив, что лучше поесть после разговора. Если он, конечно, выживет.

Альбина сидела в кресле возле окна и задумчиво смотрела на сад. У неё было какое-то странное лицо — Глеб раньше такого не видел. Альбина вообще всегда казалась ему человеком исключительной приземлённости и практичности, но сейчас выглядела так, словно смотрит не на улицу, а себе в душу.

— Я думаю, нам надо расстаться, — произнесла она спокойно, как только заметила вошедшего в комнату Глеба, и мужчина, покачнувшись от удивления, поспешил сесть в кресло напротив. Чёрт, он думал, что подобное придётся говорить ему, однако озвучила Альбина… Неужели узнала про них с Зоей? Нет, глупость! Откуда? Да и тогда она, скорее, впилась бы ему ногтями в лицо, а не сидела такая задумчиво-одухотворённая перед окном.

Но ещё через мгновение Альбина поразила Глеба гораздо сильнее.

— Ты меня не любишь, и я тебя — тоже, — продолжила она, отворачиваясь наконец от окна. Посмотрела на собеседника и вздохнула. — А я хочу, чтобы меня любили. Я только сегодня поняла, что меня никто и никогда не любил. Представляешь? Мне почти тридцать, а меня никто не любил… А я хочу. Очень хочу. Понимаешь?

Глеб кивнул. Ещё бы он не понимал. Кто же этого не хочет? Хотя… Раньше Альбина отчего-то не заморачивалась.

— Что случилось? — спросил он осторожно, глядя девушке в глаза. И вздрогнул, когда они неожиданно наполнились слезами. Вполне искренними, не наигранными… Но так и не пролились, остались там, в глубине глаз, добавив им какого-то безумного блеска.

— Ничего, — шепнула Альбина, не отворачиваясь, и криво улыбнулась. — Я просто… приняла обычную человеческую симпатию и, наверное, жалость, за влюблённость. Я ошиблась…

Глеб ничего не понял и уточнил:

— Ты про меня?

— Нет, — она мотнула головой. — Тебе я просто была удобна, как и ты мне. Но теперь я не хочу так. Хочу по-другому. Я видела… понимаешь, видела, как это бывает, когда любят.

Глеб решил не спрашивать, что всё это значит и где Альбина что-то там видела. Пустое любопытство. Да и не его это дело, если честно.

Впрочем, он и так догадался, что Альбина, по-видимому, умудрилась в кого-то влюбиться, и сильно. И кажется, безответно…

— Я сегодня уеду, ладно? Сначала заеду в… — она на мгновение запнулась, — нашу квартиру, соберу вещи. Потом к себе. Ты… не обижаешься на меня? Мне бы не хотелось, чтобы ты обижался.

— Не обижаюсь.

— Вот и отлично, — вздохнула Альбина и, откинувшись на спинку кресла, устало закрыла глаза.

И что — это всё? Глеб чувствовал себя странно. Он готовился к битве и скандалу, а Альбина сама… ему даже не пришлось ничего говорить!

Выходя из комнаты, Глеб оглянулся и посмотрел на девушку. Она по-прежнему сидела в кресле с закрытыми глазами, вот только теперь её щёки влажно блестели от пролившихся слёз.