102

Зоя

Телефон я включила ближе к вечеру и сразу же обалдела, увидев количество пропущенных звонков и сообщений. Оно исчислялось даже не десятками, а сотнями! И больше всего было, естественно, от Глеба.

Однако его сообщения я отложила на потом, сначала прочитала всё, что писали мне коллеги.

«Зойка, Глеб тебя разыскивает, ты что натворила-то?» — Николай.

«Глеб Викторович готов заглядывать под каждый куст в поисках тебя», — Сашка.

«Зоя-я-я, принц не нашёл хрустальную туфельку и очень расстроился!» — Светка.

«Зоя, вас ищет Глеб Викторович. Попросил меня посмотреть по камерам, когда вы покинули дом», — Вадим.

«Возвращайся скорее», — Тамара.

Блин блинский! Золушке не повезло, что в её сказке не было мобильных телефонов. Иначе её нашли бы гораздо раньше, и никаких туфелек не понадобилось бы!

А потом я открыла сообщения от Глеба…

«Зоя, нам нужно поговорить. Пожалуйста, вернись».

«Ничего себе не придумывай. Просто приезжай и поговорим».

«Зоя! Я волнуюсь!»

«Слава богу, Алиса сказала, что ты добралась до сестёр».

Да-да, Геля — предательница… Хотя я не просила её не говорить Алисе, но только потому что понимала — всё равно бесполезно. Да и… ладно уж. Пусть знают, что я дома, а то и правда решат, что пропала.

И, наконец, последнее сообщение…

«Зоя… я тебя люблю. Я не так хотел это сообщить, не в мессенджере, но раз ты уехала и я без понятия, вернёшься ли… Может, если я напишу это, ты всё же передумаешь и вернёшься? Пожалуйста, дай мне шанс всё исправить».

Исправить… что он собирается исправлять? Исправляют, когда что-то испорчено. То есть Глеб думает, что он испортил… эм… отношения со мной? Теперь не будет никакого секса, а…

Стоп, дура! Он же написал, что любит!!!

Кажется, мой мозг был не в силах осознать это сразу, раз принялся рассуждать о пустяках, проигнорировав самое главное.

Любит. Любит. Любит! Меня…

— Зой! Ты чего так покраснела-то? — начала тормошить меня Геля, с которой мы в этот момент сооружали кляр для рыбы, чтобы пожарить её на ужин. — Жарко? Окно открыть?

— Нет, — я отложила муку в сторону и прикоснулась ладонями к щекам. Действительно — горят… — Знаешь, поеду я, наверное. Пора. Пока пробок нет.

— Ах, пробок… — понимающе протянула Геля и хмыкнула. — Ну ладно. Лиске написать, что ты выехала?

— Не нужно. А то ещё… у ворот встретит…

— Пописать с дорожки не успеешь?

— Геля!

Сестра изобразила «рот на замке», и я закатила глаза. Воспитываешь её, воспитываешь…

.

Возле ворот меня встретил не Глеб, а Тамара. Вадим тоже тут был, выглянул на мгновение из своей будки, кивнул, улыбнулся и вновь скрылся внутри.

— С возвращением, — сказала Тамара и выразительно посмотрела на часы на своей руке. — Спасибо, что хоть не очень поздно. А то я боялась, что придётся тебя ночью караулить.

— Караулить? Зачем? — удивилась я.

— Поговорить с тобой хотела. До Глеба.

Я даже смутилась. Судя по тому, как он сегодня всех переполошил, о том, что происходит между нами, не судачил только ленивый…

— Пошли, по дороге пообщаемся, — хмыкнула Тамара, полюбовавшись на моё малиновое от неловкости лицо, и мы зашагали по дорожке к служебному входу. Несколько секунд шли молча, а потом Тамара произнесла, заставив меня остолбенеть: — Зойка, ты забыла правила хождения по лестницам.

— Что?..

Она засмеялась, кинув на меня лукавый взгляд. Уцепила под руку и вновь зашагала дальше по тропинке, разъясняя:

— Так ты сказала мне пару недель назад, не помнишь? Тогда под зонтиком, во время дождя. Я думаю, то же самое ты можешь сказать и себе сейчас. Ты, как и я, забыла, что по лестницам ходят снизу вверх и начинают всегда с самой первой ступеньки.

— А-а-а, — протянула я, поняв аналогию. — Ну да. Вот только ты не желала идти наверх, потому что не могла рассмотреть, что там, а я…

— А ты считаешь, что Глеб уже наверху, а ты — внизу. И между вами слишком длинная социальная лестница.

— Типа того, — я вздохнула. М-да, о нас с Глебом уже не только судачили, а просто догадались, что мы… Тьфу, то есть я и он…

— Ну вот и не думай о том, что находится наверху. Начни с первой ступеньки. И сделай шаг ему навстречу.

— Думаешь, стоит?

Я действительно сомневалась. Потому что в моей жизни всё-таки уже был один богатый парень, и ничем хорошим это не закончилось.

— Генриетта Максимовна сегодня сказала, что впервые видит Глеба влюблённым, — фыркнула Тамара, и я не удержалась от улыбки. — А это, знаешь ли, показатель.

Да, наверное, она права. Однако, когда стоишь у подножия длинной лестницы, невозможно не бояться того, что таится на её вершине.

И не сомневаться, что ты вообще сможешь проделать этот путь…