24

Окончательно засмущавшись, я неприветливо буркнула:

– Простите, я не знакомлюсь… с незнакомыми.

Увидев, с какой иронией бровь парня поползла вверх, отвернулась. Еще не хватало, чтобы этот красавчик надо мной насмехался! Хотя, пусть думает, что ему хочется! Мне то какое до этого дело?

– А с кем вы знакомитесь? – не выдержал он.

Я сложила на груди руки крест-накрест, вздернула подбородок, и рассерженно уставилась на двери кабины. Не буду ему отвечать!

Лифт, надо заметить, подался моим мысленным уговорам, и со скрипом, но пополз на нужный этаж. Издал звонкий «дзинь» и распахнул свою пасть, являя взору оживленный холл первого этажа.

Не оборачиваясь на парня, я гордой походкой выплыла из тесной кабины, и поплыла в сторону выхода. Немного запуталась в ногах по дороге, чуть шлепок не потеряла, но это так, мелочи. И я очень надеюсь, что наглый красавчик не провожал меня взглядом.

Держа в руках пакет с пирожком и кефиром, тоскливо посмотрела за горизонт. Алика говорила, что здесь в паре минут ходьбы дикий пляж. Про него мало кто знает, потому туристов там почти не бывает. Местные только.

Задрала голову, взглянув на окна своего номера. Там толстый томик истории музыки. Тишина. И тоска… Просто смертная!

Ну неужели я не имею права хоть на пару часов позволить себе покутить? Не в клуб же шлепки свои навострила. Просто пляж посмотрю. Окунусь пару раз. И сразу назад!

Так я и сделала, уже через десять минут оказавшись на пляже. А найти его и правда непросто. По тропинке парка, через лысый лесок, сквозь кустарники, и вот на утесе протоптанная дорожка со ступенями к дикому пляжу. Точно бы не нашла, если бы Алика вчера со мной подробным маршрутом не поделилась.

Нашла большой горячий камень посреди гальки, сбросила сарафан, оставшись в купальнике, уселась, и с наслаждением умяла свой пирожок, глядя, как заходящее солнце окрашивает воду в теплый оранжевый. Ласковое солнце приятно нагревало открытую кожу.

Отряхнув руки, решительно двинулась к берегу. А как только ноги коснулись воды – захлестнул детский восторг. Водичка то какая! Просто космос! Мягкие пенные волны играли со мной, маня зайти глубже. Я и сама не заметила, как поплыла десятка два метров. Когда обернулась и увидела, как далеко находится берег, стало тревожно.

Грести назад решила в тот же момент. Но приветливое, ласковое море было со мной не согласно – забеспокоилось, посылая мне одну волну за другой. Пыталось утащить заблудшего гостя на дно.

Я выбилась из сил уже через пару минут. Захлебываясь, молотила руками. Кричала! Ныряла в попытке скрыться от бушующих волн, и снова хватала ртом спасительный воздух.

Что за дура такая?! Сидела бы в номере! Учила свою историю музыки!

И сколько бы я не гребла – берег оказывался все дальше и дальше, а меня все сильнее затягивало непобедимое буйство воды.

– Кто-нибудь… – просипела на последнем дыхании. – Помогите… – Да. Уже не кричала. Скорее пищала, как беззащитный котенок, которого бросили в мир, оставив наедине со смертельной опасностью.

Как котенка меня и вытащил кто-то на берег. За шкирку. Как долго я болталась в воде понятия не имею – потеряла счет времени.

Разум прояснился только, когда я снова открыла глаза, и увидела, как над лицом нависает обладатель зеленых глаз из того самого лифта.

Губы почему-то саднило, будто я только что с кем-то отчаянно целовалось. Горло царапало. Закашлялась.

Парень заботливо постукал меня по спине, и помог повернуться на бок.

– Ты совсем идиотка?! – следом наехал.

– Чего?! – уперевшись в землю руками, уставилось на него.

– Не видела, что волны квадратные?! Зачем в воду полезла?!

– Какие нафик квадратные?!

Он гневно сверлил меня взглядом, а я снова закашлялась.

– Здесь сильное морское течение. Ветер сегодня. Купаться нельзя, – процедил, все еще крайне не дружелюбно. – Утащит под воду в момент. Не нашла странным, что людей нет на пляже?!

Я похлопала глазами. Рассеянно огляделась, поняв, что мы не на берегу, а в какой-то пещере.

– Ты куда меня притащил?! – испуганно вскинулась.

Парень закатил глаза.

– Пересидим в этом гроте, пока ветер не стихнет. Он отрезан от мира. По суше дороги нет. До пляжа плыть далеко.

Только в этот момент я заметила, что парень все в той же одежде – светлой рубашке и легких брюках. Только теперь они были сырые.

И хоть в гроте не было страшно, скорее наоборот – очень красиво. Мелкий белый песок вперемешку с камнями. От влажных каменных стен отпрыгивали лучи закатного солнца. Где-то там, снаружи, бились волны о скалы. Но мы были от них под защитой.

Но поджав губы, я все равно гневно спросила:

– Ты что, следил за мной?! – иначе как еще он рядом вдруг оказался?

– И это вместо благодарности? – осуждающе цокнул в ответ языком.

– Я маньяков не благодарю! – буркнула. И, вроде, хотелось сказать ему что-то хорошее, но я так сильно смущалась, что просто грубила, как девка с базара.

– Ты только что чуть не утонула! Осознаешь вообще?! – рыкнули на меня.

Парень подался вперед, насквозь прошибая пронзительным взглядом, а когда его лицо оказалось к моему слишком близко, хрипло сказал:

– Больно надо за такой, как ты следить. Мое время слишком дорого стоит.

Я фыркнула:

– Ты что, девица легкого поведения, чтоб свое время оценивать?

– Вообще обалдела?!

– Сам напросился!

– Дикарка!

– Сам ты дикарь! Девиц в отключке целуешь!

– Ты идиотка?! Я тебе искусственное дыхание делал! Отличить не смогла?!

– Видимо, и целовать не умеешь, раз я отличить не смогла!

Он рванул вперед, окончательно стирая разделяющее нас расстояние, а я застыла на месте, как пугливый заяц в лесу перед хищником.

– Смотри и запоминай, дикарка, – прорычал угрожающе, – как целуют по-настоящему. Видимо никто этого раньше не делал.

А потом этот нахал совершенно хамским образом обхватил меня за затылок, и впился мне в губы! Жадно! Нагло! И дерзко! Будто мои губы целиком и полностью ему принадлежали!

От возмущения я задохнулась! Попыталась его оттолкнуть! Что-то неразборчиво промычала! Мысленно прокляла!

Но нахал и не думал меня отпускать! Все целовал. И целовал… Жадный влажный язык проникал в мой рот, раздвигая губы и танцуя там внутри, свои дикие танцы.

Сильные руки тянули волосы на затылке, запрокидывая голову выше.

А мое сердце камнем полетело вниз живота, обрывая биение.

Нахал похитил мой первый поцелуй!