Глава 58. Паника хищников

Глава 58. Паника хищников

На долю секунды три самых опасных лорда Эмериса превращаются в неподвижные соляные статуи. А затем начинается абсолютный, неконтролируемый хаос.

Черные глаза Рейдана расширяются до невозможных размеров. Жар, исходящий от его тела, мгновенно высушивает воздух вокруг. Кассиан судорожно сжимает край мраморной столешницы, и от его длинных пальцев по гладкому камню стремительно расползается толстая корка сверкающего белого инея. Дариус делает резкий шаг назад, спотыкается о тяжелый дубовый табурет, и тот с оглушительным грохотом отлетает к стене, разлетаясь на щепки.

– Лекарей! – истошно ревет Дариус, его бас сотрясает посуду на полках. – Поднять всю гвардию!

Острая, тягучая боль снова скручивает низ моего живота. Я судорожно втягиваю воздух, сгибаясь пополам, и опираюсь на замороженную столешницу. Ледяной камень немного приводит в чувства, но колени предательски дрожат.

Рейдан оказывается рядом со мной в один немыслимый прыжок. Его горячие, сильные руки мгновенно подхватывают меня под колени и спину, отрывая от залитого водой пола. От принца несет паленой тканью и терпким деревом – его магия выходит из-под контроля от дикого, животного страха за мою жизнь.

– Держись, моя нежная пара, – хрипло выдыхает он, прижимая меня к своей пылающей груди. – Карету! Немедленно!

Мы вылетаем с кухни. Посетители ресторана в ужасе шарахаются в стороны, роняя вилки и бокалы. Дариус бежит впереди, расчищая путь. Его колоссальная фигура сносит всё на своем пути. Гигант не рассчитывает силу – его широкое плечо врезается в дверной косяк парадного входа. Раздается жуткий треск ломающегося дерева, и половина кованой двери просто вываливается на улицу вместе с петлями.

Оказавшись на свежем воздухе, я делаю жадный глоток, но очередная схватка выбивает кислород из легких. Я тихо вскрикиваю, впиваясь ногтями в плечо Рейдана. Принц вздрагивает, словно этот удар ножом нанесли ему.

Роскошная дворцовая карета уже ждет. Рейдан запрыгивает внутрь, не выпуская меня из рук, и усаживается на бархатное сиденье, устраивая меня у себя на коленях. Кассиан садится напротив, а Дариус занимает всё оставшееся пространство, заполняя салон запахом грозы и дождя.

– Гони во дворец! – кричит Рейдан в окно кучеру. – Если мы не будем там через минуту, я сожгу тебя вместе с лошадьми!

Карета срывается с места, тяжело подпрыгивая на брусчатке. Каждая кочка отзывается тупой, ноющей болью в пояснице. Кассиан перехватывает мою руку. Его бледные пальцы ледяные, и этот контраст с обжигающим телом Рейдана немного успокаивает пульсирующую боль.

– Дыши, Мирабель, просто дыши, – бархатным, но дрожащим голосом уговаривает ледяной лорд. Его всегда безупречная прическа растрепалась, а в светлых плещется настоящая паника.

Дариус мечется на своем сиденье. Гигант сжимает и разжимает огромные кулаки, тяжело дыша. Он выглядит так, словно хочет выйти из кареты и убить саму боль, но не знает, как с ней сражаться. Его беспомощность в этой ситуации доводит его до отчаяния.

Путь до замка стирается из моей памяти, превратившись в череду ярких вспышек боли и мелькающих лиц. Меня несут по длинным, позолоченным коридорам. Слуги в панике жмутся к стенам.

Наконец, меня бережно укладывают на широкую кровать в наших покоях. Прохладные шелковые простыни не приносят облегчения – моя кожа уже покрыта липкой испариной. Боль накатывает новыми, всё более частыми волнами, заставляя меня извиваться на подушках.

В спальню вбегает главная дворцовая повитуха в сопровождении трех помощниц. От них пахнет горячей водой, чистым льном и ромашкой. Женщины действуют быстро и профессионально, но их работу прерывает абсолютный хаос, который устраивают мои мужья.

– Не смей трогать ее грязными руками! – ревет Дариус, преграждая путь помощнице, которая несет таз с теплой водой.

– Нагрей воду сильнее, она замерзнет! – кричит Рейдан, отталкивая Дариуса. Жар от принца становится таким невыносимым, что тонкие занавески на окнах начинают дымиться.

Кассиан, пытающийся мыслить рационально, только ухудшает ситуацию. Он нервно меряет шагами комнату, и каждый его след на пушистом ковре покрывается хрустящей коркой льда. Повитухи в ужасе жмутся друг к другу, боясь приблизиться к кровати под свирепыми взглядами трех обезумевших хищников.

В этот момент дверь приоткрывается, и в спальню вбегает серый полосатый комок. Амур, почувствовав мою боль, с громким мявом запрыгивает на кровать. Котенок вздыбливает шерсть, превращаясь в пушистый шарик, и начинает агрессивно шипеть на повитуху, защищая мой живот.

– Кот прав! – заявляет Дариус, сжимая огромные кулаки. – Вы делаете ей больно! Я убью любого, из-за кого она прольет хоть слезинку!

Очередная, самая сильная схватка скручивает мое тело тугим узлом. Я задыхаюсь, широко открывая рот, но воздух не идет в легкие. Боль застилает зрение красной пеленой. Сквозь этот туман я вижу, как комната начинает разрушаться от их нестабильной, дикой магии.

Это абсолютное безумие. Мне нужна их поддержка, а не война с акушерками. Мой рассудок, привыкший командовать на раскаленной кухне в часы самых жестких запар, внезапно просыпается, подавляя даже родовую боль.

Я делаю судорожный, хриплый вдох, наполняя горящие легкие воздухом.

– А ну замолчали все! – мой крик, полный жесткой, бескомпромиссной власти, разрывает панику в спальне, заставляя замолчать даже шипящего Амура.

Трое высших лордов Эмериса вздрагивают и замирают на месте, словно провинившиеся поварята.

– Убрали свою магию! – тяжело дыша, командую я, указывая дрожащим пальцем на них. – Живо пропустили повитух! Встали по бокам кровати и дали мне свои руки! Если кто-то из вас издаст еще хоть звук, я выгоню вас в коридор!

Принцы послушно сглатывают. Их пугающая аура мгновенно гаснет. Рейдан и Кассиан бросаются к изголовью, намертво перехватывая мои ладони, а Дариус опускается на колени у края кровати, со слезами на глазах целуя мои стопы. Роды наконец-то переходят в правильное русло.