Глава 16

Пропажа леди Астер во время охоты наделала шума. Заодно открылось то, что лис выпустили не случайно – егерю было заплачено. Несколько дорогих охотничьих коней переломали ноги, пара дам и кавалеров серьезно ушиблись, а защитники леди Астер быстро выяснили, кто нанял недотепу, и… Его величество с удовольствием наблюдал за тем, как герцог, барон и граф раскатали в блинчики трех представителей семьи Аленвиль. Мужчинам пришлось драться за глупость своих женщин, а после ее величество приказала леди Аленвиль, ее дочери и невестке удалиться от Двора на десять лет. Большего наказания трудно было придумать. Позже охотники вернулись в столицу, оставив на месте шатер герцога Гриза. Королевский конюший и его друзья остались, чтобы продолжить поиски. Однако буквально на следующий день поднялся ледяной ветер, сбивающий нюх собакам. Потом ударил мороз, покрывая пышные сугробы ледяной корочкой наста, а следом завыла метель. Мужчины сидели в шатре, не имея возможности высунуть наружу нос, и проклинали зиму, охоту и семейку Аленвиль, опасаясь получить дурные вести. У каждого щемило сердце, и где-то билась мысль о том, что в такую непогоду леди не могла выжить в одиночестве. Возможно, где-нибудь под сугробом раскинулись лавандовые юбки с обережной серебряной тесьмой, и драгоценный кожаный доспех растаскивают по оврагам голодные волки. Через десять дней король прислал нарочного с приказом возвращаться в столицу. Леди Астер была объявлена погибшей, и виконт Фрей вывесил на своем особняке родовой стяг с черной лентой. В поле остался только барон Триан. С завидным упорством полуэльф пядь за пядью объезжал королевские охотничьи угодья, отыскивая следы леди Астер. В какой-то момент Грег поверил, что прекрасная как сон леди Фрей умерла. Нет, не так. Он позволил себе в это поверить! После чего сел в своей палатке в позу скорби и воззвал к Великому Лесу. Вообще, будучи полукровкой, барон Триан не должен был иметь связи с Великим Лесом. Во всяком случае, так считали эльфы. Но настоящий отец барона – эльфийский целитель, бунтарь, посмевший заделать ребенка человеческой женщине, считал, что все это предрассудки. Что связь с Великим Лесом есть у всех, в ком течет хоть капля крови его детей. Просто полукровок убеждают, что они не могут связаться с Лесом, и те не связываются. В общем, Грега, еще совсем мальчишку даже по человеческим меркам, эльф научил медитировать и ловить зеленую ниточку, которая тянулась к нему от Леса. Теперь же, с разодранной душой, с израненным сердцем полуэльф просто ухнул в зеленое облако и воззвал о помощи. Великий Лес медлителен и важен, как его дети. Что ему до мелочи вроде людей? Но полукровка – почти «свой». Только горит ярче, чем настоящие эльфы. Его эмоции веселят древнее существо, заставляют чувствовать себя живым и могучим. Наверное, поэтому Лес отозвался, и вокруг Грега заклубился туман. А потом из густой, почти молочной смеси полетели… В первый миг барон подумал, что в его палатке пошел снег, но снежинки порхали в воздухе, не думая таять или приземляться. Тогда он подставил ладонь и с удивлением рассмотрел крошечных, похожих на снежинки мушек. Было непонятно, как такие пушинки летают – возможно, их носит ветер? Но в палатке ветра нет! Потом от Леса пришла волна тепла с пояснением. Эти «снежинки» – разведчики Леса. Их нужно выпустить и ждать, пока они найдут леди. А пока стоит приготовить для будущей хозяйки дома стол и постель. Грегори дернулся и открыл глаза. Образы «хозяйки дома» он пропустил мимо ушей. Ему брак с Астер не светит. Ему бы знать, что девица жива и благополучна – уже на сердце легче. Открыв клапан палатки, полуэльф выпустил снежное облако в холодное туманное утро – медитация, оказывается, заняла целую ночь! Едва снежные разведчики разлетелись, барон вышел из палатки и приказал слугам поставить шатер для леди Астер. Утомленные долгими скачками по снегу люди шевелились неохотно. Однако приказ потихоньку выполняли – расчистили площадку до мерзлой земли, засыпали лапником, поставили шатер, укрепив его веревки на железные петли вбитых в землю крючьев. Потом застелили неровный от лапника пол шкурами, а поверх уложили ковер. Грег мельком заглянул в жилище и отдал новый приказ: – Стол, кресло, кровать и жаровню! За его отрядом тащился фургон с мебелью, едой и одеждой. Все максимально компактное, складное, собранное из прочного дерева и парусины. Так что слуги быстро заполнили шатер всем необходимым и даже чайный прибор на столик водрузили. Складных жаровен в обиходе было немного, но парочка нашлась. В них насыпали угли из костра, и лорд сам брызнул на угли немного травяной эссенции – чтобы воздух в шатре пах не только снегом и дымом, но и летними травами. Пока хлопотали над шатром, отрядный кашевар приготовил кулеш с копченым окороком и крепкий травяной взвар. Все уселись в круг у огня – поесть горячего, выпить взвару и узнать, зачем тут ставить шатер, если до ближайшей деревушки меньше мили по прямой – вон, крыши видно и дымки. Однако барон молчал. Ел кашу, пил отвар с тем же отстраненно-задумчивым видом, с которым жил всю последнюю неделю. Когда в кружке осталось не больше глотка жидкости, да еще с листочками, Грег встал, выплеснул остатки в золу и потянулся за черпаком – налить себе еще отвара. В этот момент на него, мельтеша, налетела белая «метель», и несколько пушистых «снежинок» рухнули в костер. Люди испуганно вскочили, а сам Триан отошел от огня и подставил руки. «Снежинки» обволокли его, передавая мыслеобразы – они облетели огромную территорию, заглянули в каждый овраг, в каждую прорубь, не обошли вниманием даже окрестные деревушки и… нашли! Нашли леди Астер! Худую, бледную, простоволосую и в одной рубашке. Леди стояла в низеньком темном помещении, а крепкая деревенская баба кутала ее в тулуп. – Можете показать, где это? Проложить путь? – спросил «снежинок» Грег, стараясь не измениться в лице. Ему казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди от воскресшей веры – Астер жива! Жива! «Снежинки» вспорхнули и выстроились цепочкой к той самой деревеньке. – Коня! – не веря себе, крикнул Грег, и ему тотчас подвели высокого иноходца в простой сбруе. Вскочив в седло, полуэльф скомандовал: – Трое за мной, остальные в лагере! – и помчался за нитью из «снежинок», стараясь только не упасть в рыхлый снег.