Глава 24

Едва небо посветлело, во дворе открылась воронка портала. Герцог Гриз весь в черном шагнул на утоптанный снег. Обменялся с Трианом поклонами: – Его величество согласился. Семья… больна. Леди Астер здесь? Рад вас видеть в добром здравии, миледи. Поспешим! Грегори удивился тому, что его друг отнесся к дочери виконта спокойно. Порадовался, что жива, но без лишних эмоций. Зато ситуация в столице его волновала очень сильно. Даже морщинка залегла между безупречными темными бровями. Однако переправились они не в столицу, а в замок графа Фолкнера. – В столицу лучше явиться с охраной, – сказал герцог в ответ на безмолвный вопрос барона, – к тому же Эбботу нужна наша помощь. У него тоже есть семья. В замке пришлось задержаться на несколько часов – люди барона передали людям графа половину фляг и рассказали, как принимать лекарство. Астер написала список трав для приготовления целебного напитка и пообещала прибыть порталом, чтобы превратить уже готовый отвар в лекарство. Бледный, изможденный граф выбрал пятерых из своих людей, оставил распоряжения, после чего Гриз перенес всех в столицу. Территория королевского дворца была защищена от портальной магии, поэтому герцог выбрал местом выхода свой собственный столичный дом. Тут было тихо – слуги, оказывается, собрались на кухне, чтобы греться у очага. Они все глухо кашляли, чесались и щурились, потому что свет тревожил воспаленные глаза. Астер выставила на стол флягу, велела пить как можно больше и беречь глаза от света: – Если будете выходить на улицу, завязывайте глаза редкой тканью. Видеть будете, хоть и плохо, и глаза не пострадают! – сказала она. Ответом был глухой кашель. Герцог оставил на столе несколько монет: – На еду и дрова! – сказал он, быстро выходя вслед за бароном на улицу. До дворца они шли «коробочкой», спрятав в центре Астер. Стражники в воротах не хотели их пускать, глухо кашляя и опираясь на пики, чтобы не упасть от слабости. – Именем короля! – герцог вынул из кармана свиток с печатью. Только тогда их пропустили. Внутри королевский дворец являл собой жалкое зрелище – слуги, кто еще мог ходить, кашляли, потели, с трудом передвигались. В углах скопились клубы пыли, мусор, битая посуда. Стражники остались только в королевском крыле, и то едва держались на ногах, а из-за каждой двери слышались кашель, стоны и плач. Идти было сложно – все время из-за какой-нибудь портьеры выворачивали придворные и требовали доклада. Впрочем, герцог Гриз быстро всех ставил на место, а если попадался кто-то совсем неадекватный, вперед выступали воины графа Фолкнера. С опытными вояками связываться никто не решался. В личных королевских покоях все было чуть лучше, но на деле – еще хуже. Королевские лекари сами едва держались, бегая между кроватями детей и взрослых с компрессами, настойками и мазями от зуда. Если бы заболел один или двое, они бы наверняка справились, но сразу двенадцать членов королевской фамилии, лежащие пластом – это было слишком. Появление Астер и компании не сразу и заметили – все были слишком увлечены приступом судорог у принца Энриха. Леди ненавязчиво подошла ближе и положила руку на лоб ребенка. – Астер! – улыбнулся мальчик, с трудом открыв припухшие глаза. – Вот, выпейте это, ваше высочество, вам станет легче, – Астер склонилась над юным принцем и поднесла к его губам свою флягу. Лекарь и его помощники замахали руками, но их быстро оттеснили воины графа Фолкнера. Выпив лекарство, юный принц стиснул ладонь своей любимицы, прижался к ней щекой и вскоре уснул. Никто не осмелился мешать Энриху набираться сил. Да и некому было мешать – герцог сунул лекарю мешок с флягами и приказал поить всех мелкими глотками – по чашке, особенно больных – по две. Дети почти сразу проваливались в исцеляющий сон. Взрослые пытались сопротивляться, но герцог уверил их величеств, что присмотрит за всем, и король с огромным облегчением рухнул практически в обморок, сжимая ладонь королевы. Дальше все было скучно, хлопотно, но необходимо. Леди Астер попросила барона найти ее родителей и помочь им, пока не поздно. Этим Триан и занялся. Гриз отправил нескольких человек на кухню – за старшим поваром, кухаркой и работоспособными служанками. Таких нашлось немного, но по пути воины собирали вообще всех, способных держаться на ногах – вливали в них лекарство и обещали еще, если помогут сварить. Остывшие печи королевской кухни растопили быстро. Выставили самые большие котлы и принялись варить основу. Как только травяной отвар закипал – котел сдвигали с огня, давали немного остыть, потом черпали серебряным кувшином густой коричневый настой и несли в королевскую спальню. Леди Астер вкладывала в зелье свою магию, Гриз добавлял руну усиления подобия, кувшин выливали обратно в котел, и воины Фолкнера под присмотром самого графа разносили лекарство по всему огромному зданию. Поили всех – от маркизы до посудомойки. Каждому вручали флягу с зельем и отправляли поить родных и близких – пятерке воинов не хватало сил обойти все закоулки, а болезнь не желала просто так выпускать город из своих когтей. Гриз и Триан занимались текущими делами – проверяли гарнизоны, отправляли почтовыми шкатулками приказы о постановке «под ружье» всего наличного состава приграничных крепостей и вместе с приказами присылали фляги с зельем и рецепт универсального отвара. Магов жизни там, скорее всего, нет, но даже обычный одаренный может добавить в зелье силы и продержаться до прибытия подмоги. А соседи ждали. Вестники, письма и депеши сыпались на Ромульда Гриза со всех сторон. Было удивительно видеть красавца в дорогой одежде, бонвивана и дамского угодника в такой рабочей обстановке. Герцог так увлекся, что не заметил, как за окнами стемнело, а король пришел в себя. Понаблюдав за подданным, немолодой уже монарх сдержанно усмехнулся: – Вот вы и попались, Гриз, – погрозил он пальцем, – больше я не стану верить в то, что вы светский бездельник и лентяй! Герцог слегка насмешливо поклонился: – Сомневаюсь, что вы хоть когда-нибудь в это верили, ваше величество. – Не буду вам мешать, но если понадоблюсь, я здесь! – сказал король и устало прикрыл глаза. Его королевство в надежных руках!