Глава 48, о выходе в заданную зону.
На последнем совещании перед решающим этапом Таня старательно подавляла нарастающую нервозность. Их с Кольти первое выступление на реальной сцене перед реальными, а не виртуальными зрителями должно было состояться в небольшом концертном зале одного из самых тихих и удалённых светлых миров. Возможно, что на этот раз Люк не появится в зале - беглому преступнику слишком опасно появляться в светлых мирах. Почти все сотрудники отдела Гордеона были убеждены, что завтра Люкиэля ждать не стоит, но Таня считала иначе. Она предчувствовала, что вот-вот столкнётся со своим бывшим хозяином, самоуверенность которого вполне могла подвигнуть его на доказывание того, что он легко обведёт вокруг пальца все следящие системы светлых миров. Что его гениальность откроет перед ним все дороги.
Гордеон считал так же. При выборе места старта предпочтение было отдано светлому миру не просто так: это психологи посоветовали максимально усложнить попадание Люка на представление.
- Если раскручиваемый продюсерами светлых миров дуэт начнёт карьеру в тёмном мире, то это будет выглядеть слишком странно и подозрительно, несмотря ни на какие версии поисков родственников в тёмных мирах, - заявил Лассер. - Чем труднее будет эльфу добраться до приманки, тем меньше шансов, что у него или его сообщников возникнут подозрения. Грубо говоря, если вы пошлёте Люкиэлю пригласительный билет на выступление Тани, то он перелетит в другой сектор галактики и заляжет на дно. Все умные люди весьма настороженно относятся к лёгким путям, широко распахнутым дверям и заманчивым предложениям! Зато если каждый шаг даётся им с боем, то они никогда не заподозрят, что идут в ловушку, понимаете?
Да, они понимали, и Таня соглашалась с мнением психологов. Ловушка действительно ассоциируется с лёгкими путями, как бесплатный сыр в мышеловке, поэтому попасть на её первое представление было невероятно сложно: дорогущие билеты, всяческие проверки зрителей на благонадёжность, куча охраны на входе и внутри. Чтобы обойти все следящие системы, Люку придётся изменить свои запах и ауру с помощью препаратов, которые отнюдь не продаются в аптеках в свободном доступе, а состоят на строжайшем учёте и используются лишь спецслужбами. Придётся изменить внешность, голос, отпечатки пальцев и не только - открытый вызов напористости и уму Люкиэля. Таня горячо надеялась, что эльф не подозревает, что именно на него этот вызов и рассчитан.
- Перемудрили психологи, - ворчала Амели, осматривая место завтрашнего выступления.
- Я бы на месте беглого преступника ни за что бы сюда не сунулась. Мы, конечно, далеко отвели боевой крейсер, но тут и стандартных систем слежения и экстренного реагирования пруд пруди.
Вместе с ней по зрительному залу, по сцене и закулисному пространству бродило около двух десятков разумных существ в форме (Таня отметила про себя, что отвыкает именовать «людьми» представителей всех рас скопом). Каждый квадратный сантиметр исследовался приборами, маги накручивали сети заклинаний под потолком и на стенах, ребята из лаборатории устанавливали какие-то приспособления: то ли датчики, то ли камеры, словом
- не пойми что. Наблюдая за специалистами, Таня сильнее ощутила весомость категоричного заявления Амели: «В нашу контору без соответствующего образования не берут!» О настоящей подоплёке происходящего по-прежнему знал лишь узкий круг, а остальные сотрудники профессионально подавляли любопытство, которое время от времени просвечивалось лишь в бросаемых репликах: «Если родные нашей потеряшки отыщутся, то им у порога ждать придётся» или «Начинаю подозревать, что в родных у рыжей как минимум член Верховного Совета Галактики».
Таня с непривычно серьёзным Кольти уже прошлись в танце по сцене, приноравливаясь к её размерам, интенсивности освещения и мерцанию спецэффектов, на которых настояли продюсеры.
- В этом стелющемся искристом тумане кто угодно к сцене пробраться сможет, -недовольно проворчал Кольти, совершая последнее па.
- Не сможет, всё под контролем, - хладнокровно заверил Гордеон, выступая на сцену. -Твоя задача - прикрывать отступление Тани в случае необходимости. Охраной зрителей и техперсонала займутся другие, не отвлекайся от партнёрши.
Ухватив Таню за руку, он потянул её в неприметную дверь, скрытую пышными занавесями, инструктируя на ходу:
- При любых настораживающих происшествиях и в случае приказа от Кольти сразу уходишь вглубь сцены, прячешься за этой дверью и бежишь вперёд по коридору за ней. Бежишь исключительно прямо, не прячась в нишах и не пытаясь свернуть куда бы то ни было, ясно?
Обсуждаемый коридор был довольно узок, хорошо освещён и действительно имел много ответвлений со всех сторон. Нюх определил, что часть боковых ходов вела в гримёрные, часть - в подсобные помещения, в бар и на кухню. Гордеон трижды провёл Таню от двери на сцену до выхода во внутренний чистый дворик, настоятельно повторяя:
- Что бы ни случилось - бежишь вперёд! Увидишь дым - прикрывай лицо маской, спрятанной в лифе платья, и беги дальше. Увидишь огонь - смело ныряй в него, на тебя наложат огнеупорные магические чары. Отсутствие погони мы обеспечим, каждый боковой проход будет под охраной. Если только не произойдёт чего-либо непредвиденного и тебя не схватят - беги вперёд! На тебе будет сигнальный маячок, но если Люкиэль подберётся близко, то он загасит его сигнал, поэтому двигайся по строго определённому маршруту! Твоя единственная задача - добраться до двора и выйти в заданную зону.
Оговоренная зона находилась у самого выхода и представляла собой небольшую забетонированную площадку. Таня бездумно потопала ногой по бетону, отозвавшемуся гулким звуком, и спросила:
- И что мне делать в этой зоне?
- Замереть и ждать, когда тебя заберут.
По спине Тани прошёл холодок. Она сглотнула и старательно небрежно уточнила:
- Кто заберёт?
- Свои, звёздочка, свои, - широко усмехнулся Гордеон. - Лично моя задача - не дать тебя похитить.
В ответ на молчаливый вопрос Гордеон объяснил:
- Приворот - не игрушка, особенно в случае с Люкиэлем. Я поражался, насколько трепетно он относился к тебе в собачьем теле, и боюсь представить, какие эмоции захлёстывают его теперь, когда он видит тебя красивой девушкой. Боюсь, поскольку сам прекрасно представляю, что это такое: после десятилетий случайных прохладных связей вдруг встретить ту, что вызывает в тебе шквал живительных, ослепительных чувств. Для сдержанного, хладнокровного, равнодушного к людям Люкиэля действие приворота должно быть подобно взрыву, переворачивающему мир с ног на голову. У него нет ни малейшей возможности ухаживать за тобой, добиваясь взаимности, и он с рождения привык иметь всё, что пожелает, - в сумме это обязательно подвигнет его на попытку украсть то, что он возжелал сильнее всего остального.
Описывая чувства Люкиэля, Горд действительно взял себя за образец или ей показалось?
- А ты бы на его месте меня украл? - вырвалось у Тани, не успевшей закрыть себе рот.
- Очень хочется верить, что я удержался бы от такого дьявольского искушения, -прошептал Гордеон без тени смеха в голосе, - не лишил бы тебя свободы выбора своего пути.
- Ах да, пресловутая свобода выбора, - хмыкнула Таня. Ей стало весело и потеплело на душе.
- Считаешь, что она не так уж важна?
- Напротив, считаю, что крайне важна. Мне бы не хотелось задумываться над тем, что ты со мной из-за полного отсутствия других вариантов, - с серьёзным видом кивнула Таня. Её со смехом подхватили на руки и покружили на ровной площадке «заданной зоны».
«Можно ли воспринимать его слова о шквале чувств, как признание в любви? Ну хоть чуточку в любви, а не только в страсти?» - думала Таня, погружаясь взором в горящие огнём жёлтые глаза оборотня. Водоворот собственных чувств путал мысли, мешая оценить чувства обожаемого мужчины. Таня положила ладонь на грудь Гордеона, ощущая, как быстро и сильно бьётся его сердце под её рукой: у неё есть шанс задержаться в этом сердце навсегда. Получится или её ждёт невыносимо болезненное, горькое разочарование? Жизнь никому не даёт гарантий, но она открывает возможности...
- Твёрдо помни то, что я уже обещал тебе: я всегда буду незримо присутствовать за твоей спиной и обеспечивать твою безопасность, - прошептал Гордеон, не сводя с Тани горячего взгляда.
- Перестаньте так смотреть друг на друга, все вокруг уже извелись от зависти, - пробурчала Амели, выныривая из люка в земле рядом с «заданной зоной». - Болтливые лаборанты начинают намекать, что вы, шеф, пользуетесь служебным положением, чтобы помочь своей пассии в её сугубо личном деле, не имеющем отношения к расследованию каких-либо преступлений.
Гордеон пожал плечами, и Таня вмиг угадала его мысли: «Отличное предположение, уводящее далеко в сторону от настоящих причин нашего появления здесь». Он в последний раз прошёл с Таней по коридору, по которому она теперь могла бы пройти, не споткнувшись, даже с закрытыми глазами.
Ночью Гордеон шептал, проводя широкими ладонями по обнажённой спине лежащей на нём Тани:
- Хвар уверен, что я зацикленный на своей работе сумасшедший, раз делаю приманку для злодея из собственной пары.
- Не «ты», а «мы» делаем приманку, - поправила Таня. - Это и моё решение тоже! Не только герои мечтают освободить миры от злодеев, дайте и простым девушкам развернуться.
- Ты развернулась, - согласился Гордеон, в его голосе слышались улыбка и нежность. -Таня, когда ситуация станет напряжённой - сразу беги, слышишь?
- Не волнуйся, я не собираюсь капризничать и своевольничать на поле боя, мой командир,
- проворковала Таня, ласково касаясь губами его губ. - Своё право поступать, как мне вздумается, я ограничу домом.
- Хорошо, поскольку я вряд ли буду успевать к каждому указанию добавлять «пожалуйста», - хмыкнул Гордеон, отвечая на поцелуй.
«Ах ты, язва, не мог не припомнить, да?!» - возмутилась Таня, но возмутилась про себя, так как губы были заняты, а руки впивались в широкие мужские плечи, изо всех сил прижимая её к телу любимого.
Таня почти жалела о том, что поинтересовалась в Большом Словаре смыслом слова «пара» у оборотней. Оказалось, что никакого однозначного сакраментального значения это понятие не несёт: парой могли именовать и любимую жену, с которой прожили вместе целый век, и случайную приятельницу на пару ночей. Как на Земле выражение «моя девушка» может иметь множество истолкований, так и в мире оборотней слово «пара» могло значить и всё и ничего.
- Не трясись, рыжая, всё будет хорошо, - прошептал Кольти.
Они стояли перед занавесом в ожидании, когда прозвучат первые такты музыкальной композиции и бархатные шторы раздвинутся, открывая вид на переполненный зрителями зал. Слова «всё будет хорошо» напомнили Тане о Гордеоне и нервная дрожь угасла. Гордеон всегда держит данное слово, если он сказал, что всё будет хорошо, то непременно так и будет!
- У меня есть опыт публичных выступлений, я не боюсь сцены, - заверила Таня партнёра по танцам.
- Знаю. И давно понял, что под хрупкой, почти детской внешностью скрывается стальной стержень. Шеф недаром потерял от тебя голову, вы с ним на удивление похожи в этом, -бесстрастно констатировал Кольти, принюхиваясь и прислушиваясь. - Если Люкиэль здесь, то гарантированно изменил свой запах, ауру и внешность, так что мигом опознать его можешь разве что ты - по вашей связи. Раз приворот односторонний, то нить притяжения должна ощущать лишь ты.
- Да, так оно и было раньше, - подтвердила Таня и расправила плечи: зазвучала вступительная мелодия.
- Выше голову и вперёд! Почувствуешь присутствие Люкиэля - сразу дай знать, как условились, - выдал последнюю дозу инструкций Кольти, и они выдвинулись на сцену.
Приветственное слово, шутки конферансье, ответные реплики Тани и Кольти -вызубренные наизусть и отскакивающие от зубов - каждый жест заранее отрепетирован. Напряжение первых минут не давало Тане сосредоточиться на поставленной перед ней задаче. Зрители в зале виделись общей тёмной массой, обилие запахов сбивало с толка чуткий нюх. Только дождавшись начала первой композиции Таня смогла перевести дух и сразу почувствовала её - тонкую, невидимую нить притяжения, уводящую в зал... Отчётливую связь с красавцем-эльфом, обеспеченную некогда негодяем Набарром...
«Нельзя отвлекаться от танца и оглядываться, выискивая в зале моего бывшего хозяина», -напомнила себе Таня. Она пристально взглянула в глаза Кольти, обнимающего её в вихре вальса и дважды медленно опустила и подняла ресницы.
- Он здесь, - еле слышно отрапортовал Кольти в микроскопическую гарнитуру связи. На Тане микрофонов и камер не было, чтобы при худшем раскладе их наличие на ней не раскрыло в ней агента полиции. Она просто случайно вспыхнувшая на небосклоне эстрады мелкая звёздочка, волей судьбы занесённая в этот мир и на эту сцену в тщетном поиске своих родных.
Волнение нарастало с каждой секундой вальса. Казалось, связь приворота искрит и дрожит, как линия высокого напряжения. Начинало удивлять, что этого не чувствуют и не замечают другие: Тане представлялось, что от тонкой нити, ведущей от неё к Люку, летят искры, озаряющие зал.
«Гордеон был прав: Люк не сможет не подойти ко мне, приворот - страшная сила», - ясно осознала Таня.
- Направление указать можешь? В какой части зала его искать? - прошептал Кольти на вираже, тесно прижимая её к себе.
При этом манёвре кота нить приворота полыхнула жаром, и Таня выдохнула:
- У самой сцены, в центре, первые ряды.
- Принято. Сейчас мы его опознаем, рыжая, и возьмём в крепчайшие сети...
А дальше, как писал великий классик русской литературы, «всё смешалось в доме Облонских». Зал заполнил густой непроглядный туман, который сразу взрезали красные лучи прожекторов в стремлении увеличить видимость. Вместе с туманом поплыл дурманящий запах, вмиг поваливший с ног людей и крылатых «ангелов». Оборотни и эльфы еще держались, а музыкальная мелодия сорвалась на визг и умолкла, когда померкло всё освещение в зале. Электрические огни сменились магическими, зрители кричали, барахтаясь в энергетических сетях, с помощью которых полицейские утаскивали их от эпицентра действия под растянутый ими защитный полог. Дальнейшее разглядеть не дал Кольти, рявкнувший:
- Беги!
Блестящий костюм на нём затрещал по швам, опадая на сцену рваными лохмотьями, и перед Таней возникла мощная чёрная пантера, яростно хлещущая по бокам толстым хвостом. Зверь грозно заревел на неё, из наплывающего на сцену тумана надвинулись какие-то тени, и Таня бросилась к тайной дверце, лихорадочно думая на бегу:
«Ничего себе, котик! Ты, собачка моя, пояснее в следующий раз объясняй, на кого мы нос презрительно морщим! Мало ли, другой «котик» окажется сильно обидчивым, а мы не успеем продумать пути побега!»
Дверца за ней захлопнулась, отрезая шум битвы на сцене. Свет в коридоре мигнул и погас, как в зале. Темнота заставила Таню испуганно сжаться, но она волевым усилием распрямилась, вглядываясь во мглу зоркими глазами оборотня. Знакомый коридор виделся в темноте несколько иначе, но был хорошо узнаваем, отсутствие света не мешало видеть очертания стен и боковых ходов.
Таня побежала.
Тихий звон известил об отключении коммуникатора. Сигнальный идентификационный маячок, встроенный в браслет на запястье, мигнул зелёным датчиком и погас. Воспоминание о предупреждении Горда всплыло в памяти, пустив по спине капельки холодного пота: «Если Люк подберётся близко, то он загасит сигнал маячка...»
Связь с внешним миром оборвалась, оставив её в полном одиночестве среди каменных стен. Стены будто надвинулись на беглянку и угрожающе нависли над ней. Померещилось, что со всех сторон на неё смотрят глаза затаившихся врагов.
«Не отклоняться от курса!» - скомандовала себе Таня, быстро продвигаясь вперёд.
На пороге бокового коридора лежал большой объект, которого точно не было здесь вчера во время обхода. Таня обогнула его по дуге и споткнулась о... вытянутую человеческую руку. Задавив крик в зародыше, Таня присела перед лежащим - это был мужчина в форме охранника клуба. Вглядевшись в лицо, Таня узнала одного из сотрудников Гордеона.
«Только бы живой!» - с этой мольбой к высшим силам она нащупала на шее лежащего слабый пульс и возблагодарила Небеса.
«Что бы ни случилось - беги! Выходи в заданную зону!» - вспыхнули в памяти указания Гордеона.
«Оставить пострадавшего тут? С собой мне его не утащить... Или утащить? Я же оборотень!»
Наверняка она отступила от инструкции, но пункт «как быть, если обнаружила нуждающегося в помощи» в указаниях Гордеона отсутствовал, и Таня решила действовать на свой страх и риск. Взвалив на плечи тяжелого мужчину, она поспешила дальше. Её новое тело восхитило её своей силой и выносливостью, недаром она была уверена в нём.
«Нормативы по физической подготовке для абитуриентов Галактической Академии Всекосмической Полиции точно сдам, - порадовалась Таня, переходя на лёгкий бег с центнером веса на плечах. Не слишком своевременная мысль, но надо же о чём-то думать, чтобы отвлечься от мрачных предчувствий, верно? - Представляю, как причудливо я выгляжу со стороны: тощая мелкая девчонка в бальном наряде, волокущая на бегу крупного, рослого, бесчувственного мужика. Золушка, похищающая принца, ёлки-палки! Правда, принц не настоящий, настоящий где-то затерялся, но Золушка - девушка не капризная, взяла, что дали».
Путь преградило еще одно тело, распластавшееся на полу. Вокруг валялись обрывки формы охранника, а лежащий плашмя оборотень успел перекинуться во вторую ипостась и сейчас загромождал проход драконьим хвостом и высоким шипастым гребнем вдоль спины.
«Фух, слава богу, этот тоже жив! Дракона уже не уволоку, мне его не протащить по узкому коридору, все крылья бедолаге пообломаю», - быстро раздумывала Таня.
Что бы ни случилось - беги.
Пристроив человека под бок оборотня, Таня перебралась через дракона и понеслась сломя голову, нагоняя потерянное время. Для чего усыпили её защитников? Чтобы они не побежали вслед за ней в качестве охраны или чтобы задержать её выход из коридора? Остаться здесь? Но Гордеон отдал чёткий приказ: при любых обстоятельствах надо выйти в заданную зону!
Таня распахнула дверь и выскочила во двор. Свежий ветерок остудил её разгоряченное тело, солнце на миг ослепило глаза. Заморгав, Таня подождала, когда к зрению вернётся чёткость, и ступила на бетон «заданной зоны». Монолитная плита под ней вдруг задрожала, вокруг Тани завертелся вихрь и её как в воронку затянуло в подлетевший бронированный летательный аппарат.
Шаттл взмыл в небо, стремительно набирая высоту. Широкое кресло пилота пустовало, панель приборов подмигивала огоньками автопилота, а на ряде пассажирских сидений рядом с Таней обнаружился один-единственный человек. Вернее сказать, киборг с металлическим лицом и красными огоньками камер вместо глаз. И к этому существу тянулась отчётливо ощущаемая нить любовного приворота...
- С прибытием на место назначения, красавица, - произнёс киборг хорошо знакомым голосом и снял «лицо». - Ты прекрасна, как самая яркая звезда на небе моей родной планеты.
На Таню с вожделением во взоре смотрел Люкиэль.