Глава 37

Две недели маленький мальчик носил на крышу варенье и торты хитрому бомжу с вентилятором…

– Ну и какие пакости ты придумала? – поинтересовался Капитон, с аппетитом обгладывая куриную косточку.

Алина поделилась, как прошёл её день: «Скучно, бродила по особняку Негослава отмороженным приведением». Затем выслушала крыса, который ни словом не обмолвился о состоявшемся разговоре с сыскарём и сейчас они сидели, доедая ужин.

– Вообще, это детские шалости, – смутилась девушка. – Наверно глупые, но почему бы их не сделать? Помнишь – я просила у тебя зелье или настойку от запора?

– Сделано, – кивнул Капитон. – Очень сильная.

– Я в эти дни потихоньку расспрашивала управляющего Негослава и узнала, что за особняком, там, где хозпостройки, есть погреб. Сможешь туда проникнуть?

– Конечно, – усмехнулся крыс. – Тайком проберусь следом за кухонными работниками.

– Только надо бы это слабительное накапать на самые дорогие продукты! – обеспокоилась Алина. – Чтобы челяди они на стол не попали. Прислужники-то ни в чём не виноваты. Допустим на сыр дорогой, мясные деликатесы или что-то в этом роде.

– Эх, будет чародей по клозетам бегать со скоростью ветра, – рассмеялся крыс.

– А ещё ты по моей просьбе мне самый жгучий перец принёс, помнишь?

– А как же! Наиострейший достал тебе. Кстати будь с ним очень аккуратной, не вдохни! Но ты так и не сказала – для чего.

– Я как-то у чародейского управляющего поинтересовалась – какие из книг чаще всего читает Негослав. Тот с гордостью мне показал несколько фолиантов. Мол хозяин его изучает древние трактаты. Но при этом напомнил – книги все защищены от порчи и охранка на них стоит, чтобы никто не мог их вынести из библиотеки. И я подумала – а что, если перец между страницами насыпать? Не знаю – сработает или нет, но сделаю. И ещё – мне нужно три или четыре куриных яйца.

– А это для чего? – опешил крыс.

– В моём мире все знают эту пакость. Яйцо надкалывают и прячут так, чтобы его никто не мог найти. Через пару дней оно начинает тухнуть, и потом такая жуткая вонь идёт, что находиться в помещении невозможно. А я уже присмотрела – куда яйца спрятать можно. Обязательно в библиотеке, в самой шикарной гостиной, в картинной галерее с портретами чародейских родственничков. Но самое главное – рядом с кабинетом Негослава, я один раз заметила, что снизу плинтус отходит. Дождалась удобного момента, проверила, а там углубление. Там запросто можно яйцо спрятать, – с довольной улыбкой закончила Алина.

– Алечка, с тобою как погляжу – опасно сориться, – покачал головою Капитон и оба вздрогнули от стука в дверь. После дозволения в комнату вошёл управляющий, в приветствии склонил голову и сообщил:

– Алёна, тебя Яромир в кабинет зовёт, для разговора. Что передать – изволишь прийти?

– Да, подойду, – ответила севшим от волнения голосом.

Едва за Баженом зарылась дверь, Алина вскочила, прижала ладони к груди и испуганно посмотрела на Капитона:

– Как думаешь – для чего зовёт? – Зачем-то ринулась в сторону гардероба, резко остановилась и вновь повернулась к крысу: – Капитош, а зелье-то уже не действует. А вдруг выдам себя? – Охваченная паникой, Алина замотала головой: – Нет. Я не пойду! Я не…

– Аля, – оборвал её Капитон: – а ну успокойся! Ну чего переполошилась? Это всего лишь разговор. Тем более, ты в любой момент можешь уйти из кабинета.

Алина продышавшись, кивнула:

– Да, ты прав. Я смогу!

Торопливо подошла к зеркалу, причесала распущенные, ещё влажные после купания волосы, потуже затянула поясок длинного, домашнего халатика, надетого поверх ночной сорочки и, выдохнув, решительно вышла из комнаты.

Перед дверью в кабинет сыскаря остановилась. Несмотря на внутренние подбадривания, волновалась так, что сердце готово было выпрыгнуть из груди, как дикая птичка из клетки.

– У меня всё получится! – прошептала еле слышно, постучала и толкнула дверь.

Задрав горделиво подбородок, зашла, при этом стараясь не смотреть на Яромира.

– Зачем звал? – хотела спросить с арктическим холодом, но голос предательски дрогнул, выдавая напряжение.

Яромир даже бровью не повёл. Продолжая делать вид, что разбирает документы, показал на край стола:

– Это тебе.

Алина покосилась на мужчину и настороженно подошла ближе. На углу столешницы лежала черная бархотка, а на ней маленькие, но очень красивые серьги капельки с зелёными камушками.

В груди всё сжалось и глаза начало заволакивать слезами. Ей так и хотелось сказать: они прекрасны. Но увы, она обязана была взять себя в руки и не выдавая чувств, отказаться. Прикусив изнутри щёку, впилась ногтями в кожу ладоней, дала себе пару мгновений передышки и резко развернувшись, поспешила к выходу, бросив через плечо:

– Мне не нужны твои подарки!

– Это не подарок, – услышала спокойное за спиной. – Это артефакт защиты и если хочешь вернуться домой, то заберёшь их.

Алина остановилась, чувствуя, как холодок тревоги пробежал по спине.

– Мне что-то угрожает? – спросила сдавлено.

– Осталось два дня и всякое может случиться, – ушёл от прямого ответа Яромир.

Кивнув, Алина быстрым шагом подошла к столу, схватила серьги и едва ли не выбежала из кабинета. Только в своей комнате без опасений, разглядела серьги, показывая их Капитону:

– Как думаешь – на меня могут опять напасть?

– Ежели сыскарь озаботился, значит, вероятность есть, – кивнул крыс. – Ты бы надела их и не сымай ни при каких обстоятельствах.

– А если чародей почувствует, что это не просто украшение?

– Что из того? – удивился крыс. – Ответь правду. Ладно, поздно уже, ложись, отдыхай, а я хочу ещё до хоздвора пробежаться. Мне одна из поварих обещалась нарезочку из разных сортов сыра оставить.

Капитон лукавым взглядом наблюдал как девушка, забыв про него, заворожено рассматривая серьги, пошла к кровати. Он-то знал, что на это украшение Яромир навесил не только защитное заклинание. При этом сыскарь работал с серёжками долго, кропотливо выплетал заклинания, вбухав в них своей волшбы немеряно. Но конечно открывать тайну девушке не стал.

Плюхнувшись на кровать, Алина зачарованно разглядывала серьги. Вроде ничего особенного, но при каждом движении камешки поблёскивали, раскидывая радужные блики. Слёзы всё же скатились по щекам и девушке казалось, что душа её также печально плачет.

– Зачем, Яр? – спросила с надрывом. – Это твой прощальный подарок? Так я ведь потом даже не вспомню – откуда они у меня взялись, – всхлипнув, шмыгнула носом. И вдруг вспомнилось – с каким равнодушием Яромир вручил их. Неприятная догадка уколола сердце: – Защитный артефакт? Если есть угроза нападения, а Яромир несёт за меня ответственность, то может и нет никакого двойного смысла, и он банально переживает за свою репутацию? А я-то дура сижу реву! – Яростно сверкнув глазами, Алина сжала серьги в кулаке. – Да и пошёл ты на хрен! И хорошо, что не вспомню тебя! – Часто дыша надела серьги, легла и зажмурилась. Как бы не пыталась она злиться, но обида на любимого чёрной хмарью заполняла сердце.

Следующим утром, в присланном за Алиной экипаже, ожидала Осалина.

– Негослав велел тебе взять с собою артефакт тишины и зелье, которые он тебе давал, – сухим, менторским тоном процедила ставленница чародея.

– Зачем? – вырвалось у девушки.

– Этот вопрос, – женщина окатила девушку надменным взглядом, – задашь Негославу.

Предположение Алины, что чародей будет ждать её в особняке, не оправдалось. Негослав даже в обед не явился, чтобы привычно сопроводить в ресторацию, поэтому ей оставалось только строить догадки – зачем он велел забрать камешки артефакты, да зелье и ни одно девушке и Капитону не нравилось. Зато в целом день для них прошёл довольно продуктивно – успели сделать все запланированные пакости.

Негослав явился только вечером и девушку пригласили в кабинет чародея.

– Сегодня ты отправишься в царские чертоги, – сообщил Негослав и, не дав Алине возразить, продолжил: – Так как ты по легенде приходишься племянницей фаворитке цесаревича, должна в её обществе ещё раз показаться. Заряна, как любящая тётушка проведёт с тобою день, при этом дворяне из её уст узнают, что ты покидаешь наше царство. Послезавтра утром тебя отвезут к месту открытия врат в твой мир.

– Но все мои вещи в имении Яромира, – заупрямилась Алина.

– Я распорядился – их тебе доставят в чертоги.

– Мне не нужны все! Я возьму только пару нарядов и…

– Твои протесты в данном случае неуместны! Всё равно, в свой мир ты вернёшься в своей одежде. Всё что было на тебе, когда явилась в наш мир, сейчас хранится в моём кабинете в ведомстве чародеев. Пора, – Негослав поднялся, как и девушка.

Алина не была удивлена, потому как днём успела с Капитоном обсудить такой вариант развития событий и обговорить – что каждый из них будет делать. Поэтому не возражая, пошла за чародеем. В коридоре чуть сбавив шаг, чтобы оказаться позади Негослава, оглянулась. Убедившись, что позади пусто, завела руки за спину и поправила широкий пояс, под которым спрятался Капитон.

В царских чертогах Алину разместили в шикарнейших покоях, но осмотреться времени не дали, пригласив на вечернюю трапезу. Прислужница, сопровождая и указывая дорогу, ещё и небольшую экскурсию провела.

– Алёна, дорогая, – фаворитка цесаревича увидев Алину, слащаво улыбнулась. – Как же рада видеть тебя, – она вытянула руки и Алина всем видом демонстрируя смущение, опустив глаза в пол, подошла к Заряне:

– И я рада видеть тебя, – обняла фиктивную тётку.

Пустые разговоры, трапеза, отдых в музыкальной гостиной стали для Алины настоящим испытанием. В чертогах ей приходилось врать как никогда. Многочисленные вопросы от боярынь сыпались как из рога изобилия, и чтобы не выдать себя, приходилось постоянно следить за каждым своим словом, жестом.

Почувствовав, что действие настойки начинает заканчиваться, Алина состроив больной вид, испросила у Зарины разрешение отправиться в свои покои.

– Голова немного болит, – вымученно улыбнулась девушка.

– Конечно, дорогая – иди, отдыхай. Завтра мы с тобою всё-всё обсудим.

В выделенных покоях Алину ожидали приставленные горничные.

– Меня зовут Гелира, – склонила голову пухленькая женщина в форменном наряде прислужников. – Меня приставили к тебе в помощь. А это мои помощницы, – указала на склонивших голову девушек, при этом не называя их имён. – Любое поручение выполним. Вещи твои доставленные мы уже развесили в гардеробной, но приносим извинения – часть пришлось забрать, чтобы отгладить. Будут дополнительные указания?

Алина едва сдержалась, чтобы не выгнать прислужниц. Приложив усилие – выдавила улыбку:

– Только одно – хочу остаться одна, и чтобы меня не беспокоили.

– Но как же, – растерялась Гелира: – помочь надобно с вечерним омовением и…

– Я и сама справлюсь! – Алина сжала подрагивающие пальцы в кулаки: – Идите!

Едва за прислужницами закрылась дверь, Алина бросилась в купальню, где заранее спрятала камешки тишины.

– Аля-а-а, – позвал высунувшийся из-под дивана крыс, но девушка, не обернувшись, захлопнула дверь купальни.

– Бедняжечка моя, – пискнул сочувствующе Капитон глядя в закрытую дверь. – Столько всего на твои плечи свалилось.