Глава 38

– Да кого интересует твоё мнение, когда решается вопрос бессмертия! – сказал Кащей зайцу, запихивая ему в задницу утку.

– Алечка, ну чего ты? – Капитон обеспокоенно заглядывал девушке в лицо. – Чегой молчишь? Плохо тебе?

– Плохо, Капитон, – Алина безучастно смотрела в пустоту. – Душа болит.

После эмоционального отката, Алина ещё долго не хотела выходить из купальни. Сидела в уголочке, обняв колени руками, и плакала. Несмотря на всё случившееся за последнее время между ней и Яромиром, до последнего надеялась, что нужна ему. Только вот события последних дней показали, что она сильно ошибалась. Воскрешала в памяти равнодушное лицо любимого, когда вручал ей серьги, не понимала – как он легко отдал её вещи Негославу, и последней каплей было то, что в последнее утро он не вышел её провожать, как делал ранее.

– Девочка моя, – крыс сочувственно погладил её по руке: – потерпи, совсем немножко осталось.

Алина всхлипнув, поделилась терзающими мыслями:

– Не понимаю – зачем Яромир отдал мои вещи чародею? Мог ведь сам… наверно видеть меня не хочет.

Капитон уже хотел негодующе возразить, объяснить Алине, что чародей наверняка эту тему поднял при цесаревиче и при этом специально привёз Алину в царские чертоги, чтобы в последний день она не сорвалась, поддавшись эмоциям не раскрыла тайны, но… смолчал.

«Пусть, так ей легче будет в свой мир уйти. Уж лучше сейчас поплачет, зато потом, из-за привязанности к Яромиру в решающий момент не отступит, вернётся домой. Иначе беде быть», – с грустью размышлял Капитон, продолжая гладить девушку по руке.

Следующий день Алина провела в апатичном состоянии. Как механическая кукла улыбалась во время завтрака в огромнейшей столовой и с флегматичным спокойствием отнеслась к заявлению Заряны. Та из трапезной вывела девушку, сообщая так, чтобы слышали боярыни:

– Дорогая, пойдём ко мне, посекретничаем по-родственному.

Едва они вошли в покои фаворитки, та приказала ждать её в гостиной и даже двух прислужниц приставила, чтобы те следили за Алиной. Сама же скрылась в другой комнате и не появлялась до обеда. Девушка уселась в кресло возле окна и равнодушно наблюдала, как моросит дождь, стекая маленькими капельками по витражному стеклу. Прислужницы сначала едва слышно перешёптывались, но чуть позже забыв о замершей каменной статуей подопечной, заговорили громче.

Алина нехотя выхватывала информацию, при этом отчуждённо осмысливая услышанное. Так она узнала, что из спальни фаворитки в покои цесаревича ведёт тайный ход, которым Заряна регулярно пользуется. Сделала вывод, что женская половина чертогов не похожа как ранее считала на восточный гарем. Здесь останавливались жены и дочери высокородных бояр, проживала свита фаворитки и в обслуге были юноши, что в гареме никак не допускалось.

Позже, краем уха уловила раздражённый голос Заряны. Она срывала злость на горничной, за то, что неправильно уложила ей волосы.

– Пошла вон! – донёсся визгливый вскрик, после чего из спальни выскочила прислужница в слезах. – И чтобы я тебя более не видела! – разъярённо крикнув вслед горничной, Заряна вошла в гостиную. Увидев в кресле Алину, скривилась с досадой: – Навязали тебя на мою голову. Вставай, уже к обеденной трапезе все собрались. И, в конце концов – улыбайся! Тебе оказана величайшая честь, в чертоги царские пригласили, а ты ходишь с недовольным лицом.

У Алины на языке завертелись десятки ругательств, но пришлось смолчать: «Знала бы – какое влияние эта мымра имеет на цесаревича: просто подстилка или любимая женщина, было бы полегче. Сейчас нагрублю, а потом любовничек её чародею может приказать портал в мой мир неправильно настроить!»

– Я оценила оказанную мне честь, – Алина встала и растянула губы в улыбке больше похожей на оскал.

Пришлось ей вытерпеть обеденную трапезу, затем прогулку в крытой оранжерее и только потом Заряна милостиво отпустила «племянницу» собираться в дальний путь:

– Отдыхай, дорогая, завтра у тебя тяжёлый день, – фаворитка, улыбаясь, отвернулась к окружающим её боярыням: – Нам женщинам тяжелее даётся путешествие, нежели мужчинам. Как вспомню эти мерзкие гостевые дома, так меня…

Алина, не дослушав, развернулась и торопливо зашагала по тропке между диковинными растениями.

Поздним вечером, после пережитого эмоционального отката, Алина вышла из купальни, прямиком направляясь к кровати.

– Аля, нам надо бы обсудить… – начал крыс, семеня следом, но девушка его оборвала:

– Не хочу! Да и нечего обсуждать. Завтра за мной придут, отвезут туда, где откроют портал, и мы с тобой уйдём. Надело, – Алина, не заметив, что крыс грустно отвёл глаза, села на кровать: – Всё надоело, – потёрла лицо ладонями и покачала головой: – Капитош, я так устала, ты даже представить себе не можешь! Врать, изворачиваться, переживать. Я ведь обычная девчонка, понимаешь? Людмилка мне постоянно говорила, что надо быть решительней, напористой, потому что я – трусиха. Ни фига не отважная бабень, которую хлебом не корми, дай возможность в горящую избу за слоном попереться.

– Э-э-э… – крыс озадаченно моргнул: – я что-то не понял – причём тут изба и тем более слон?

Алина впервые за эти дни по-настоящему улыбнулась:

– Есть стишок в моём мире: «Есть женщины в русских селеньях, Их бабами нежно зовут. Слона на скаку остановят, И хобот ему оторвут!». Шуточный. В моём мире есть машины, самолёты, вертолёты – всё, всё тебе покажу. А ещё там папа, сестра и братик. Они очень хорошие, ты их полюбишь. Я так по ним скучаю, – Алина всхлипнув, легла и накрылась с головой покрывалом. Зарыла глаза и, вспоминая родных, уснула с тоскливой улыбкой на губах.

Разбудила девушку Осалина. Явившись ранним утром, потребовала вернуть зелье и камешки-артефакты тишины. Прежде чем их отдать, Алина накапала в стакан горькое спасение, замораживающее эмоции. После пришли прислужницы и начали собирать её гардероб.

Алина скривившись, ушла в купальню, а когда вышла, мрачно осмотрела три полных сундука с её одеждой.

– Наряд дорожный подготовили, в гардеробной разместили, – отчитались женщины. – Пока ты была в купальне, посыльный заходил. Поведал, что скоро выезжаете. Надо бы тебе поторопиться.

Одеваясь, Алина косилась на сундуки:

«Сколько же денег Яромир на меня потратил! Платья и очелья из дорогих тканей пошиты и украшены драгоценными камнями, жемчугом. И что теперь с ними будет? Хотя… – уныло усмехнувшись, качнула головой: – наверняка подарит кому-нибудь или раздаст. Да и в конце концов, зачем я об этом думаю?»

Подхватив Капитона на руки, Алина не оглядываясь вышла из покоев и в сопровождении Осалины прошла по коридорам чертогов. У крыльца, куда её вывела ставленница чародея стояла запряжённая карета.

– Садись и жди. Скоро Заряна подойдёт, – распорядившись, Осалина быстро ушла.

– Зачем эту дуру ждать? – проворчала девушка, разместившись в экипаже.

Не успел Капитон ответить, как они услышали звонкий голос фаворитки. Заряна в своём репертуаре раздавала всем распоряжения, при этом гневно возмущалась нерасторопностью прислужников.

– Я лучше покамесь спрячусь, – крыс юркнул за спину девушки.

– Зачем?

– Да ну её, – фыркнул Капитон: – увидит и верещать начнёт, переполох будет, меня отсадить могут.

– Что рот раззявил? Дверь открой! – Судя по голосу, фаворитка стояла возле экипажа. – Алёна, дорогая моя, – с этими словами Заряна забралась в карету. Бросила на Алину уничижительный взгляд, и едва карета тронулась, прошипела:

– Всё из-за тебя! Подняли ни свет, ни заря, и приходится тащиться незнамо куда.

– Зачем же ты поехала? – Алина спокойным взглядом смотрела на гневную Заряну.

– Совсем тугодумная? – Фаворитка полыхнула гневным взглядом. – Этот идиотский артефакт, который висит на твоей шее, Златозар должен снять в момент открытия портала. Как объяснить боярам, что цесаревич отправился сопровождать какую-то девицу? Вот и пришлось всем сказать, что я попросила разрешения тебя проводить, а цесаревич не смог меня одну отпустить, – в конце Заряна зевнула. – И больше ни слова! Я отдыхать буду.

Откинувшись на спинку сиденья, фаворитка прикрыла глаза.

Экипаж, объехав дворец, остановился и вскоре влился в кортеж состоящий из конных ратников и трёх роскошных карет. Прошло больше часа, прежде чем кортеж начал сбавлять ход. Остановка, во время которой проснулась Заряна не заняла и пяти минут. Оставив царскую стражу, три кареты обогнули невысокий холм и подъехали к провалу, уводящему вниз, под землю.

– Наконец-то, – Заряна раздражённо потянулась, разминая затёкшую шею.

– И чего сидишь? – с недоумением поинтересовалась Алина.

– Вот ещё одно подтверждение, что ты невежественная плебейка! Дамам должны открыть дверь и подать руку.

– А я не дама, мне можно, – Алина вытащила из-за спины спрятавшегося крыса и под возмущенные вопли Заряны, сама, без помощи, покинула экипаж. Осмотрелась, отмечая, что в первом экипаже ехали двое незнакомых мужчин и Яромир, а во втором, богато украшенном – цесаревич и Негослав.

Незнакомцы направились к провалу, чародей же поспешил в её сторону, но первым делом открыл дверь кареты, помогая Заряне выбраться наружу.

– Ты знал? Знал, что эта дрянь везла в одном со мною экипаже гадскую крысу? – едва не визжала фаворитка.

– Ну полноте, – заискивающе успокаивал женщину Негослав: – уже приехали и совсем скоро иномирянка вернётся в свой мир.

– Я думала не доживу до этого момента! Она же меня постоянно позорила своим поведением! – зло высказываясь, Заряна окатила Алину ненавидящим взглядом, посмотрела на Капитона сидящего на плече Алины и, передёрнувшись, пошла в сторону цесаревича.

– Милый, это чудовищно! – донёсся до девушки её плаксивый голос. – Ты представляешь…

– Алёна, – отвлёк девушку Негослав. Заглянул в экипаж и достал из-под сиденья плетёный короб. – Здесь твои вещи. Переоденься.

Алина мешкать не стала, быстро юркнула в карету, закрывая за собою дверь, и задёрнула шторки на окнах. Нетерпеливо откинув крышку короба, вытащила ярко-жёлтый сарафан, затем обувь и сумочку.

– Ну надо же, – усмехнулась, проверив содержимое: – ничего не забрали, даже телефон на месте!

Когда она вылезла в своём сарафане и римских сандалиях, шнурки которых оплетали ноги до коленей, Негослав осмотрев Алину оценивающим взглядом, изогнул одобрительно бровь:

– Довольно неплохо. Пойдём.

Подставил локоть, за который Алина вынуждена была ухватиться. Проходя мимо Яромира, бросила быстрый взгляд в его сторону, но он в этот момент отвернулся.

– Нам нужно вниз? – Алина с опаской разглядывала провал похожий на огромную пасть монстра, в нутро которого нужно было спуститься.

– Боишься? – усмехнулся Негослав.

– Опасаюсь, – парировала девушка.

Внутри оказалось не так страшно, как представлялось. Пологая тропинка уводила вниз по спирали, при этом проход был освещён зажженными факелами.

– Красивые серёжки. Прощальный подарок сыскаря? – в голосе Негослава слышалась издёвка.

– Понятия не имею, – Алина пожала плечами. – Мне их принёс управляющий Яромира. Сказал, что это защитный артефакт.

– Да, я чувствую волшбу.

Подземный коридор начал расширяться и вывел в большую пещеру, в центре которой стояла каменная большая арка-кольцо. Негсолав подвёл Алину к стене, давая девушке возможность осмотреться. Скалистые стены и потолок были покрыты росписью рун, как и само кольцо, возле которого стояли те самые незнакомые мужчины, которые ехали в карете с Яромиром. Они, приложив к арке руки, закрыв глаза, утробно напевали, при этом ритмично притоптывая ногами. Кольцо от этого начало вспыхивать искорками, а в центре закручивалась серая воронка.

– Что они делают? – Алина смотрела на действо напряжённым взглядом.

– Напитывают переход своей волшбой, – пояснил Негослав.

Мужчины тем временем пели всё громче, отчего воронка в арке начала увеличиваться. Когда же вихрь посветлел и, растянувшись, заполнил круг, мужчины на самой высокой ноте замолчали, обессилено опустив руки.

– Мы закончили, – хрипло вытолкнул один из них.

Негослав ухватив Алину за ладонь, подвёл её к порталу.

– Нужна твоя кровь, чтобы найти точку прокола в межмировом пространстве.

С этими словами он вытащил маленький клинок, поднял ладонь девушки и полоснул по центру лезвием кинжала. Алина тихонько вскрикнув, поморщилась, но послушно обмазала камень своей кровью.

– Отойди, – велел Негослав. Приложил ладони к кольцу и начал что-то бубнить себе под нос.

Сжав кровоточащую ладонь, Алина вернулась на место, где стояла ранее и вздрогнула, когда сбоку появилась рука, протягивающая белоснежный платок. Резко обернувшись, встретилась с отчуждённым взглядом Яромира. Ей стало безумно горько оттого, что в момент, когда до её возращения домой оставались буквально считанные минуты, любимый смотрит на неё как на чужого человека. Забрав платок, Алина отвернулась и больше не искала его глазами.

– Аля-я-я, – тихонько протянул Капитон, дёрнув девушку за прядку волос: – я должен сказать тебе кое-что.

– Я знаю, – Алина с грустной улыбкой посмотрела на крыса: – и я к тебе привязалась и благодарна Богу за то, что ты появился в моей жизни, – неправильно истолковала девушка его порыв.

– Да, – сглотнув, Капитон кивнул: – я успел полюбить тебя, как сестру, родную душу, – голос его сбивался и, судорожно втянув воздух, он добавил: – Спасибо тебе.

– За что? – Алина озадаченно посмотрела на Капитона, но он не успел ответить.

– Готово, – громко объявил Негослав. – Переход настроен.

– Наконец-то! – воскликнул цесаревич, ожидающий в проходе. Златозар сразу же направился в сторону Алины, а Яромир к каменному кольцу:

– Я проверю настройку, – сыскарь приложил ладони к портальной арке.

– Снимай артефакт, – отвлёк Алину цесаревич, протягивая ладонь.

Стянув с шеи шнурок, на котором был подвешен кулон, девушка вытянула руку, и Златозар буквально вырвал артефакт из её пальцев. Покрутил перед глазами:

– Негослав! – Яростно глянув на Алину, отвернулся к чародею: – Артефакт на четверть поменял цвет. Ты же говорил, что всё будет в порядке! Как я его представлю жрецам?

– Всемилостивейший, ничего страшного в этом нет, – заискивающе начал чародей: – Позже я напитаю его волшбой, и цвет восстановится.

– Надеюсь, что так. Иначе… – цесаревич бросил на чародея угрожающий взгляд.

– Позволь на пару мгновений задержать девицу, попрощаться, – Негослав приобнял мрачную девушку за талию, притянув к себе.

Златозар окатил Алину презрительным взглядом и скривился:

– Заканчивай быстрее! Верни её в свой мир и поехали уже отсюда, – с этими словами цесаревич, сжав в кулаке артефакт, направился на выход, но не ушёл, остановился в проходе.

– Итак, – Негослав повернулся к девушке, при этом взял её ладонь и начал покручивать на её пальце кольцо-артефакт: – попрощаемся? – Чародей насмешливо улыбнулся и склонившись к уху Алины, спросил: – Мне просто интересно, почему ты отказалась провести время со мною? Почему выбрала мерзкого полукровку?

– Ты ведь потомственный аристократ? – начала девушка и Негослав усмехнулся:

– Конечно.

– Тебе с самого рождения давалось всё легко и просто. А вот Яромир – сирота, всеми презираемый полукровка своими упорством и трудом достиг высот. Это достойно уважения! – Негослав в это время подвёл Алину к потрескивающему от напряжения порталу. Почувствовав, как чародей стянул с её пальца кольцо-артефакт, презрительно закончила: – А вот если бы вас поменяли местами, ты и половины не смог бы добиться!

Негослав усмехнулся и вдруг прижав девушку к себе, обрушился на её губы в грубом поцелуе. Алина не успела отреагировать, слишком ошарашена была. Зато Капитон, не теряя времени, перепрыгнул на плечо Негослава и сильно укусил мужчину за мочку уха. Чародей, зашипев от боли, отпрянул, успел схватить убегающего крыса и резко сжал маленькое тельце в кулаке, ломая ему позвоночник. Тихий писк и голова Капитона безжизненно повисла.

Алина широко распахнув глаза, смотрела как в кулаке чародея обмякло несчастное тельце Капитона. Задыхаясь от боли, разрывающей сердце, подняла взгляд, и в этот момент Негослав с желчной усмешкой толкнул её в грудь:

– Прощай, – было последнее, что она услышала, прежде чем воронка портала поглотила её. (3303c)

– Не-е-е-т!.. – закричала девушка, пытаясь схватить руками пустоту. – Нет, пожалуйста… пожалуйста… Капитоша… – вырвалось сквозь рыдания, а перед глазами замелькали картинки воспоминаний. Первое знакомство в необычном мире, поддержка крыса, как он умилительно негодовал и постоянно был рядом, поддерживал в самые трудные моменты, утешал… Только сейчас Алина поняла, насколько Капитон стал ей дорог. И вот теперь его не стало…

Алина настолько погрузилась в пучину горестной потери, что не заметила, как воронка, вытянувшись, потащила её сквозь миры, потрескивая молниями. Её сердце и душа рыдали от потери, горло схватило спазмом, отчего становилось тяжело дышать.

– Капитоша-а-а, – шептала еле слышно. Перед глазами начали прыгать разноцветные мушки, и в сознании промелькнула мысль: «Вот и конец!» – но к счастью всё закончилось – Алина вывалилась из воронки. Больно ударившись локтем о мокрую поверхность, пальцами зарылась во влажную землю, всё ещё продолжая всхлипывать.