Глава 22
Драгомир вернулся к старейшинам, и они дали команду построиться. Еще немного - и нас из замка в казармы переселят. Не зря в учебниках черным по белому написано: «Супруга князя (или будь то царь, король, император) везде должна сопровождать своего спутника жизни». И в самом деле, поле брани ничем не отличается от бальной залы. Подумаешь - в замке под музыку танцуешь, а в схватке под лязг мечей и конский топот. Причем, своя романтика везде присутствует. Зала благоухает цветами, а место сражения пропитывается стойким запахом пота и крови. Хорошо, что я не претендую на князя. Танцы и сражения не по мне. Мне бы кого отравить, зельем опоить и стратегию продумать, учитывая несколько вариантов отходов. По опыту могу сказать: запасной план никогда не бывает лишним.
Небольшими группами Ежки проходили через ворота и выстраивались в ряд вдоль забора. Дождавшись появления Аляны и Савины, я вместе с ними встала посередине коряво построенной линии. Стоя рядышком с Савиной, я внезапно задалась вопросом:
- Что ты тут делаешь? Тебе разве можно здесь находиться? Состязания для участниц отбора.
Жалость – не мой конек, но я не сдержалась и обеспокоенно покосилась на подругу. Старейшины легко могут за нарушение важных правил выслать ее Царь-батюшке настрочив вдогонку кляузу. Его Величество осерчает и запрет Савину в светлице за семью замками.
- Я участвую в отборе! - радостно сообщила мне Савина.
- Неужели? – удивилась я неожиданному известию.
Ответ я прочла в сияющих глазах подруги. Она, похоже, думала, что лотерею выиграла. Никогда не понимала подобных забав. В магии подтасовки результатов – дело одного взмаха руки. И находятся ведь такие, которые верят в удачу и везение. Вот одного из этих товарищей и напомнила мне сейчас подруга.
- Мне сам Его милость Агнехрон разрешил, - похвасталась Савмна.
Аляна смущенно помалкивала. У меня появилось подозрение, что она знала больше моего. Я не сомневалась в словах подруги, но готовность старейшин изменить правила отбора меня напрягало. В отборе испокон веков учувствуют одни Ежки. Мне не верилось в бескорыстие старейшин.
- У тебя даже метлы нет! Ты угрожала Агнехрону? – подозрительно уточнила я, понимая абсурдность вопроса. Но я просто не могла его не задать.
- Нет, конечно! – недоуменно моргнула Савина и, замявшись, выпалила: - Я сказала, что идея с моим участием принадлежит тебе. А в состязании на метлах я не рвусь.
Странно… Меня, безусловно, удивило, что Савина свои идеи выдала за мои, но старейшины, не отказавшие ей, меня поразили гораздо больше. Конечно, можно было предположить, что им совестно за допрос накануне. Да только не походили они на тех, кто ночами не спит из-за всяких неурядиц с отбором.
- И после твоего врань… гм… признания Агнехрон сразу дал согласие на твое участие? – немедленно заинтересовалась я, понимая, что уже ничего не понимаю. Старейшины вроде как считают меня выскочкой, внучкой той, что разбила сердце Колобка. Ну и до кучи еле выносят. У меня вызывает сомнение, что их растрогал потерянный вид принцессы, и они, хлопнув в ладоши, взяли Савину в отбор. Или что они там делают, чтобы зачислить претенденток.
Поняв, что я не собираюсь обижаться на нее, Савина с радостью перешла к подробностям.
- Он сначала поругался о непостоянстве юных леди, - подруга внимательно посмотрела на меня. Эх, снова Агнехрон припомнил бабушку Акулину. Сильно она все же задела Колобка. Савина неловко прокашлялась и неуверенно закончила: - Агнехрон взял меня в отбор с одним небольшим условием. Я могу выбрать любого Кощея, кроме князя.
- Он тебе объяснил, почему ты не можешь претендовать на князя? – В предвкушении невероятного открытия у меня учащенно забилось сердце.
- У них есть претендентка на титул княгини, - пожав плечами, неловко сообщила Савина.
Удивила. У них для каждого Кощея, наверное, заранее заготовлено по невесте.
- Ты знала, что Савина отправилась к старейшинам, и не сказала мне? – обратилась я к Аляне, перебирая в голове всевозможные причины, по которым мне не сообщили о рискованной затее общей подруги.
Аляна смущено перевела взгляд на ворота, через которые входили Рыжая с Болонкой. Сразу за ними павой вплыла Ворона. Давненько мы с ней не встречались.
"Лучше и дальше нам не видеться", - встрял внутренний голос, скривившись от чопорного вида мадам Ольги.
- Я попросила не говорить тебе,- произнесла Савина, с несчастным видом поглядывая на меня. – Я думала, ты будешь против.
- С чего мне быть против? – ощущая себя нудным старейшиной, с некоторой обидой спросила я. - Ты никогда не осуждала меня, и я не собираюсь.
- Значит, ты мне поможешь покорить Кощея? Мы сможем жить по соседству, прямо как мечтали в детстве! – воодушевленно подхватила Савина. В ее голосе слышалась надежда. Я посмотрела в ее умоляющие глаза и не смогла отказать.
- Помогу, чем смогу, - пообещала ей, мысленно взывая к королевичу Станиславу. Для собственного успокоения я просила его скакать во весь опор, не останавливаясь. От мыслей о королевиче меня отвлек восторженно-смущенный голос Болонки, достигший моего слуха.
- Представляешь, у меня тайный поклонник появился. Поутру цветы под дверью своей нашла, – млела от удовольствия улыбающаяся Маришка. Щеки ее порозовели, а глаза сияли. – В записке он назвал меня своей богиней. Сказал, что я прекрасным творением самой природы.
«Вот это домовой загнул!..», - восхитился мой внутренний голос, подслушав их разговор. Мысленно шикнув на него, я продолжила слушать. Интересно ведь, чем обернется для Петрухи его новое увлечение.
- Нашла чему радоваться. Цветы каждый может подарить, – сморщила нос Цветана. Поди, ей самой никто ничего не дарит, вот и злится. Она сегодня особенно раздражительная была. Припухлые, сильно подведенные глаза не могли скрыть бессонную ночь. Похоже, моя метелочка хорошо порезвилась. Накручивая на палец локон, Цветана продолжила рассуждать: - Словам незнакомцев вообще верить нельзя. Сколько тебе можно повторять: ты – моя полная противоположность. Я – красавица, ты – чудовище.
Торжествующий смех Рыжей неприятно резанул по ушам. Румянец спал с лица Маришки. Девушка выглядела расстроенной.
- Зачем тебе обманщик? Возможно – без кола и двора. Иначе почему скрывается?.. - снисходительно улыбалась ей Рыжая. Пускай не во всем, но права: за душой домового не было ни гроша. Зато сердце у него было большое, щедрое и бескорыстное.
«Если ты про рай с любимым в шалаше, то забудь, - настоятельно посоветовал внутренний голос. – Не забывай, Болонка к дорогим нарядам привыкла, к изысканным кушаньям. Поживет с месячишко с твоим Петрухой – и к папеньке с маменькой запросится».
Наверное, он был прав, но чем черт не шутит?..
- Присмотрись лучше к Валентину, он видный мужчина, - перешла к советам Цветана и, подхватив Маришку под руку, повела в начало шеренги.
Рыжая на свой манер заботилась о Болонке, и считала ту своей если не подругой, то напарницей. Для нее это небывалая щедрость. Наверное, она и сама того же мнения.
- Вы во что вырядились? – натурально впился в меня звонкий голос свахи. Она шла прямо за Болонкой и Рыжей и не смогла пройти мимо моих голых коленок. – Постыдитесь, Мирослава! Показываться в таком виде на глаза мужчинам - верх неприличия!
Ворона въедливо осмотрела мои плечи. Она зверела на глазах. Две тонюсенькие лямочки, на маечке оскорбили ее в самых лучших чувствах. Взгляд свахи опустился ниже и остановился на ничем не прикрытом животе. Шумно вздохнув, она со зловещим прищуром шагнула ко мне. Ниже рассматривать сваха не стала, сразу впилась пронзительным взглядом душегуба в мое лицо.
- Немедленно идите и переоденьтесь, – голосом хладнокровного убийцы скомандовала она, не замечая подошедших мужчин, среди которых я заметила Зигуриуса и Петруху.
Выходить из себя перед старейшинами сваха не станет, а значит, самое время переходить к защите. Я добавила наглости в голос и спросила:
- Чем вам не угодила последняя коллекция из земного журнала? – Я не собиралась сознаваться, что не могу сладить с сундуком, но для правдивости своих слов добавила: – Шорты и футболка были созданы для уважаемых в их мире господ.
- По их просьбам, - важно поддакнула Савина, совсем не смыслящая в земной моде.
- Кхе-кхе, - прокашлялся Зиги, привлекая к себе внимание. - Мне недавно прислали по магпочте наброски этой уникальной коллекции от модного ведьминского дома.
Конечно, ничего ему не присылали. Сомневаюсь, что мой сундук овладел магпочтой.
- Возмутительно! – обжигая взглядом Зиги гневно проговорила Ворона. - О чем они только там думают?!
Кощеи предпочли хмуро отмолчаться. Валентин порывался ответить, даже пару раз открывал рот, но схвативший его за один локоть князь, а за другой – Драгомир, заставили его передумать.
Я ждала, что после строгих высказываний свахи меня отправят немедленно переодеваться. Даже успела попереживать чуток, не показывая вида. На этой нервной почве Колобок с его откровениями стал для меня открытием века.
- Агнехрон, смотри, какие у девушки ножки, - в дребезжащем голосе Колобка звучало одобрение. Улыбка, озарившая его лицо от уха до уха, подкрепляла его слова. Рассматривая меня с энтузиазмом, он с невиданной простотой пустился в воспоминания: – Был я знаком с одной балериной... – старейшина самодовольно хохотнул и, задорно поблескивая глазами, продолжил: - …она делала на столе шикарное фуэте. Загляденье. Ее ножки мелькали…
- Не стоит смущать девушек, Деян, - дружеским хлопком по плечу остановил его мечтательный порыв Агнехрон. Кажется, дальше должны были идти подробности, не предназначенные для наших ушей. Слишком напряженным сделался Агнехрон.
- Ты зачем меня перебил? – недовольно проворчал Колобок. - Я жениться на ней собирался.
- До или после встречи с моей бабушкой? – уточнила я про интересующий меня пробел в этой истории.
- Мы тогда с Акулиной не были знакомы, - припоминая, пояснил Колобок и, тихонько вздохнув, погрустнел: - Балерина была прекрасна, я провел с ней четыре незабываемые…
- Дня, - перебив его, закончил Агнехрон.
Колобок мечтательным взглядом мазнул по нему и согласился:
- Четыре невероятных дня - и я возжелал на ней жениться. Ее фуэте… - губы Колобка раздвинулись в грустной улыбке, собирая кожу на щеках в пергаментный веер разошедшийся лучиками в разные стороны. - Но ей не сравниться с Акулиной.
В его словах было столько душевных терзаний...
- Деян, нас ждут, - указал в центр загона Агнехрон, выдергивая Колобка из воспоминаний.
Я посмотрела на затянутое тучами небо, и в голове зародился план. Похоже, я смогу достаточно парить в воздухе на метле, чтобы не вылететь из отбора. Мне должен был помочь призыв магии ветра. Но обдумывание стратегического плана пришлось отложить - некоторые старейшины надумали вспомнить о своем долге.
- Мирослава, вы не должны больше появляться на состязаниях в таком… неодетом виде, - чопорный голос Колобка озвучил мысли довольно скалящейся Вороны. Запоздал он со своими советами. После его откровений мне стало понятно – Деян придерживался свободных нравов. Бросив осуждающий взгляд на сваху, не стал больше заострять на этом внимание.
Старейшины прошли вперед и встали перед нами. Магию для усиления голоса они использовать не стали – их и без нее было слышно.
- Доброе утро, уважаемые леди! – поздоровался Агнехрон и отчитался: - Дисквалифицированных нет. В первую часть состязания вступает тридцать две Ежки…
Воспоминание об увлеченной Драгомиром Марине и погибшей по ее вине девушке неприятно напомнили о себе. О таком не скоро забудешь. Уловив момент, Савина тактично кашлянула, и Агнехрон исправился:
- В состязание будет участвовать принцесса Савина из Тридесятого царства и тридцать две Ежки из благородных уважаемых семей.
Тут он слукавил и польстил многим присутствующим девам.
Не знаю, по каким критериям проходил отбор, но на княжеский титул наравне с благородными дамами претендуют и те, кто не может похвастаться именитой родословной. Аляна одна из них», - рассудил мой внутренний голос.
«Поэтому - «уважаемых», горе ты наше луковое», - раздраженно засопела совесть. Похоже, внутренний голос отчитали за принижение остальных участниц.
С отсутствующими лицами Ежки слушали бубнеж Агнехрона. Он самозабвенно философствовал о важности семейных уз и ответственности Ежек перед родом. Старейшина призывал не сдерживаться и с достоинством стремиться к победе.
Держась в стороне, домовой пожирал глазами Маришку, подмигивая ей. Зиги, стоя возле него с рассеянным видом, не сводил глаз с Аляны. Кощеи за спинами старейшин без тени скуки на лицах внимали словам Агнехрона. Исключением был Валентин. Он героически держал заспанные глаза открытыми. Ему за одно старание можно было дать медальку. Шоколадную. Колобок похлопал глазами, зевнул и осмотрелся. Он буквально излучал уныние. При одном взгляде на него хотелось завалиться на мягкую травку и уснуть, поджав под себя ноги. На лице Деяна читалось: «Давайте уже заканчивать».
То ли у них там телепатическая связь какая, то ли Агнехрон попросту устал трындеть, но староста, пожелав участницам удачи, почтительно умолк. Окончание его длинной речи встретили громкими облегченными вздохами. Колобок вздрогнул и привычно передернул плечами, прогоняя сонливость. В его взгляде появился задор, и он уверенно заговорил.
- Ничего сложного в первом состязании для вас не будет…