Глава 7

Сознание медленно выплывало из тьмы. Слух раздражало какое-то ритмичное бормотание. Отдельных фраз разобрать нельзя, но подчиняясь ритму непонятных слов, меня словно выталкивало из глубины на поверхность. А потом к носу поднесли что-то вонючее, пахнущее жжёной травой. Запах обволакивал ноздри, проникая всё глубже и глубже. Непроизвольно чихнула, отворачивая лицо.

Тональность бормотания изменилась. В голосе неизвестного послышалось облегчение и радость, но я даже понять не могла женщина это или мужчина. А потом почувствовала прикосновения ко лбу, глазам, губам, ушам, шее, сердцу, солнечному сплетению, животу, ногам, рукам. На коже словно знаки какие-то рисовали. До этого своего тела я не ощущала, а после прикосновений к определённым участкам тела, кожу пощипывало от прилива крови.

Ритм слов изменился, стал требовательным, словно вынуждая сделать что-то.

«Да что от меня хотят?!» - в раздражении подумала я, распахивая глаза. В неярком свете свечей сквозь дымку увидела над собой измождённое женское лицо. Наши взгляды встретились и в её я увидела такой силы облегчение, словно до этого решалась её жизнь.

- Связь завершена! – выдохнула она.

Она говорила не на русском, но я каким-то образом поняла смысл. Это воспринималось как наслоение. От двойственного ощущения заломило в висках. Я поморщилась, застонав. Женщина, словно спохватившись, исчезла из зоны видимости, открывая взгляд на высоченные потолки, словно я каким-то невероятным образом оказалась во дворце.

Меня охватило чувство нереальности происходящего, а ещё какой-то неправильности. Словно этого не может быть, я не должна быть здесь. Но осмыслить не успела. Женщина вернулась, приподнимая мне голову и поднося к моим губам пиалу с настоем, пахнущим травами. В рот полилась горькая тёплая жидкость, которую пришлось давясь проглотить. После этого сознание вновь стало затягивать тьма, но она была уже иной: уютной, обволакивающей, как любящие объятия.

***

Мне снился странный сон. Чужая жизнь проносилась передо мной словно фильм на быстрой перемотке, вызывая в душе страдания от несправедливости, одиночества, разочарования от несбывшихся надежд. Такого дерьма было полно и в моей жизни, чтобы я ещё за чужим наблюдала, больше похожем на сюжет фэнтезийного романа. Где как не в них встретишь незаслуженно обиженных принцесс, злобных королей и драконов в мужьях. Приложила усилия чтобы вырваться из этого кошмара и сон нехотя выпустил меня из цепких объятий.

Шевельнувшись, ощутила себя на чём-то мягком, а под пальцами постельное бельё. Я помнила, как отключилась в своей квартире, и раз сейчас в кровати, значит, скорее всего в больнице. Матвей успел и меня спасли. Обломись, мамочка!

Но распахнув глаза, получила словно удар под дых. Я лежала в кровати, но это было единственное, что я угадала. Комната слишком огромна, чтобы быть больничной палатой. Старинная мебель, лепнина на стенах и высоком потолке. Опять у меня возникла ассоциация с дворцом. Но обстановка была не как в фильмах, где всё сверкает и кричит о роскоши. Взгляд отмечал следы запустения, словно комната многие годы не видела ремонта: поблекшие краски обивки стен, паутина на потолке, мелкие трещинки на стенах.

В памяти мелькнуло смутное воспоминание о видениях во сне или бреду. Даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что до сих пор не сплю. Боль в руке заставила зашипеть сквозь стиснутые зубы. На сон не похоже.

Какой-то звук привлёк моё внимание, и я повернула голову, обнаружив, что разбудила дремавшую женщину в кресле, стоящем рядом с кроватью. Поймав мой взгляд, она шустро вскочила на ноги, подходя ко мне.

- Проснулись?

- Д-да, - хрипло ответила ей, не узнавая свой голос. Отметила про себя, что это её лицо видела, когда бредила. Она вроде чем-то меня поила. – Где я?

- Выпейте сначала, - не отвечая на вопрос, она взяла с прикроватного столика пиалу, поднося к лицу.

- Откуда мне знать, что вы не хотите меня отравить? – отвернула голову, уворачиваясь.

- Ты не Элиссабет, - с утверждением произнесла она, сверля меня взглядом.

- Нет, конечно, - согласилась с ней. У меня возникли подозрения в её вменяемости.

- Если бы это была она, то помнила бы, что сама отравилась, а я старалась спасти, - продолжила она монолог с собой.

- Женщина, вы в своём уме? Я не ваша Элиссабет! Как я здесь оказалась? – от непонятности происходящего у меня сдали нервы. Чувствовала себя Алисой в Зазеркалье.

- Ты не Элиссабет, но ты в её теле. Прости, её душа далеко ушла, у меня не было выбора.

«Всё же ненормальная!» - сделала вывод я.

Хорошо хоть поить меня своей бурдой больше не пыталась. Отставив пиалу, она встала и отошла, вернувшись с зеркалом в резной оправе и фигурной ручкой, которое протянула мне. Странно, что таким ещё кто-то пользуется. У нас же зеркала чаще висят на стенах, или в косметичке маленькое. А тут как из русской сказки, только терема не хватает, сарафана и косы по пояс для антуража.

С трудом села на постели, ощущая слабость в теле, и с опаской взяла зеркало. Но стоило взглянуть на себя, как из горла вырвался крик:

- А-а-а-а-а!!!

Было полное ощущение, что я ещё сплю или брежу. Может, мачеха с галлюциногеном мне отраву подсыпала и меня никак не отпустит? А что ещё думать, когда в отражении видишь не себя.

Посмотрела на свои руки, и чувство нереальности лишь усилилось. Это были не мои пальцы!!! Ладонь изящная, но нет лака на ногтях, кожа белоснежная, словно солнца не видела никогда.

Поднесла ещё раз к лицу зеркало, изучая отражение. Лицо юное, но измождённое без следа косметики, под синима глазами залегли тени. На вид незнакомке в отражении нет и восемнадцати. Я пошевелила головой и отражение отразило моё движение. А это ещё что?

«А вот и коса!» - ошарашенно пронеслось в голове, когда нащупала и перекинула через плечо заплетённые волосы. У меня никогда таких длинных не было.

- Ты кто такая? – спросила незнакомку в зеркале.

Но ответила мне не она.

- Принцесса Элиссабет Анирэ Танир. Вы теперь в её теле, - произнесла женщина, о присутствии которой я на время забыла от шока.

- В её теле? Ничё так! А в моё тело когда вернуться можно будет?

- Боюсь, это невозможно.

- Это же вы меня сюда перенесли! – вперила в неё обвиняющий взгляд.

- Я провела ритуал по призыву души, обратившись к древним богам, но они вернули не принцессу.

«А-а-а-а!!!» - уже мысленно заорала я, рухнув обратно на подушку. Мозг от происходящего вскипал.

- Значит, я умерла?

От одной мысли, что мачеха добилась своего, всё переворачивалось внутри. Ну хоть Матвей вовремя пришёл и ей не удастся представить всё как моё самоубийство.

- Вы живы здесь, - резонно заметила женщина.

Я повернула голову и уже более внимательно посмотрела на неё. В платье строгого кроя старинного фасона. Худощава, на вид лет пятьдесят, лицо измождённое.

- Почему вы и принцесса выглядите так, словно три дня не ели? – вырвалось у меня.

Та дёрнулась, словно я дала ей пощёчину.

- Не три, а два. Сегодня пошёл второй день, - нервно теребя край платья, нехотя произнесла она. – А вы ничего не помните? Ритуал объединения не сработал?

Это она тот фильм в быстрой перемотке имела в виду? Я наморщила лоб, вспоминая события. Наивная толстая девочка, ставшая женой Владыки, у которого помимо неё ещё тридцать баб. Приехавшая в его дворец и с порога заявившая его старшей жене, что она истинная, и требует к себе соответствующего отношения.

Её попытка казаться уверенной в себе была настолько неумела, что неудивительно, что она вызвала лишь насмешки. Мало того, что поселили её в заброшенное крыло, так ещё долго другие жёны ходили потом пальцем тыкать в неё и издеваться. Я не смогла на это смотреть и стала вырываться из сна.

Стоп, я что теперь – толстая?! Судорожно стала ощупывать себя, но, вроде бы, таких телесов, как в видении нет. Не худышка, но и не шарик. Немного отлегло и ответила:

- Сработал, но не совсем. Всё смутно. Может, вы расскажете, почему вас голодом морят?

- Мы не относимся к кухне дворца. У прошлой тридцать первой жены был свой штат слуг и повар.

Мне стало понятно, что с первого же мгновения принцесса настроила против себя. Не удивительно, что старшая жена отправила выскочку на собственное довольствие.

- На что же вы жили?

- Элиссабет давала мне свои драгоценности, чтобы я закладывала их ростовщику с правом выкупа через время. От этого цена за них была невелика. Потом я продала все свои. У нас ничего больше не осталось. Но я написала сыну с просьбой выслать денег.

- А мужу принцессы пожаловаться на бедственное положение можно?

- Я не говорила этого Элиссабет, но Владыка дал понять, что не хочет ни видеть, ни слышать ничего о ней.

Нормально? Мало того, что там умерла, так ещё тут от голода окочуриться теперь? Закрыла лицо руками, соображая, что делать. Нужно собраться!

Рукав рубашки задрался и взгляд зацепился за золотой браслет на руке, с вензелями и изображением дракона, в лапах которого зажата палка какая-то. Или это скипетр?

- А его продать можно?

- Это брачный браслет. Он не снимается.

- Пусть это кусачкам скажет, - фыркнула я, а потом спохватилась, поняв, что нет здесь у меня кусачек. Ничего нет. Я вообще в сказке какой-то дебильной оказалась!

- Твою мать! Твою мать! Твою мать! – выругалась, шипя рассерженной кошкой, но потом поняла, что упоминание матери не самая лучшая затея.

- Так, - постаралась собраться с мыслями и хоть что-то придумать, - а что если пойти к ростовщику, у которого закладывали драгоценности и узнать, какие из них он желал бы уже сейчас полностью купить? Это даст хоть какие-то деньги.

- Можно попробовать, - с сомнением произнесла она, но потом спохватилась: – Нет, я не могу вас одну оставить!

- Правильно, будем умирать от голода вместе гордо! Как вас зовут?

- Леди Моржетта Форсберг.

- Лина.

- Теперь вы Элиссабет, - тут же поправила она меня.

- Не важно. Моржетта, я точно травиться не собираюсь и умирать от голода мне не хочется. Давайте вы сходите к ростовщику и попробуете добыть денег и еду.

Та колебалась, но мой бурчащий живот всё решил.

- Хорошо, - встала она. – Вода в графине, если захотите по надобности, дверь там, - указала она.

Я кивнула с видом пай-девочки.

- Сюда никто не войдёт. А вас из дворца не выпустят.

- Ну да, я же побегу сломя голову неизвестно куда, голодная и без денег, - сыронизировала я.

- Просто странно, что вы так спокойно реагируете, - произнесла то, что её видимо смущало.

- Я жива, не старуха, а в остальном разберусь, - твёрдо произнесла в ответ. Жизнь столько раз била меня, что давно уже научилась держать удар.

Оставшись одна, откинулась на подушки, пытаясь осмыслить своё положение. Вот это я попала! А ведь даже не фанат фэнтези. Я, конечно, не верила, что мы одни во вселенной, но очутиться вдруг в мире, где существуют драконы, и оказаться в теле одной из его жён – это всё же перебор какой-то. Легче думать, что я в коме и это всё выверт моего подсознания.

Жаль только, что чутьё мне подсказывало, что это всё не сон. Да просто даже при самой богатой фантазии подсознания, не додумаешься до того, чтобы оказаться в теле принцессы, страдающей от голода во дворце своего же супруга!

«Надо будет её компаньонку расспросить, чего это принцесса травиться решила», - мысленно сделала пометку себе. Испугалась голода? Так ограничения в еде пошли на пользу её фигуре.

Кстати, об этом! Я решительно откинула одеяло и стала соскребать себя с кровати, желая посмотреть, что из себя представляю уже более подробно. У стены заприметила туалетный столик с зеркалом и направилась к нему. Пришлось, правда, переждать головокружение и накатившую слабость, стоило только встать на ноги, но до места назначения я доковыляла без приключений.

Сначала села на стул с низкой спинкой и подлокотниками, и лишь потом медленно подняла взгляд на своё отражение. Давненько я не смотрела в зеркало с таким волнением. До этого в маленькое зеркало не в счёт. Там больше шока было, что в нём не я. Было немного боязно, но пора познакомиться с новым телом, которым меня одарила судьба.

Надо же, а не всё так и страшно. Даже совсем не страшно. Нежные черты лица. Притягивают взгляд большие синие глаза. В моих воспоминаниях принцесса расстраивалась, что совсем не похожа на свою красавицу мать, но стоило ей похудеть, как фамильное сходство стало очевидно. Красивый разлёт густых бровей, длинные ресницы, аккуратный носик, коралловые сочные губы.

Ещё немного похудеть, и скулы станут выразительнее, как и овал лица. Второго подбородка уже нет, но я бы ещё поработала над внешностью. Хорошо, что и здесь я натуральная блондинка. Распустила волосы, и они окутали меня шелковым плащом, падая ниже талии. Густые, здоровые, не пересушенные феном и укладками.

Воодушевлённая увиденным, встала, стаскивая через голову рубашку и продолжила разглядывать себя. Грудь на троечку, но из хорошего это единственное. Вроде и строение пропорциональное, талия есть, но тело рыхлое. Для меня, всю жизнь занимающуюся танцами, это было неприемлемо.

«Похудение без физических нагрузок. А чего ты хотела? - сказала себе. - Хорошо ещё, что девочка юная и кожа не обвисла. Бег, растяжка, упражнения, и в форму можно себя привести».

Натянула рубашку обратно, чтобы не расстраиваться, и села обратно перед зеркалом, подперев голову рукой. Непривычно было видеть в отражении такую юную девочку. Я даже в её годы не была таким нежным цветком. Что за гады её сломали? Что стало последней каплей? Муж, забывший про неё? Или жёны его постарались?

В душе поднялась злость на несправедливость. Вот же змеи! Разве могла им достояно ответить на насмешки этот ребёнок? Об меня они зубы сломают! Только не хотелось тратить доставшуюся мне жизнь на разборки с этими тётками. Пусть подавятся своим Владыкой, мне он даром не нужен. Нужно осмотреться и подумать, как жить дальше. Прозябать на задворках не по мне. Ведь можно и сбежать из дворца, и начать новую жизнь. Нет, не в лесу в шалаше, как мечтала принцесса. Я понимала, что для хорошей жизни нужны деньги и требуется подумать, как их раздобыть.

Усмехнулась, поймав в отражении свой взгляд. Выражение глаз не вязалось с юным, невинным образом принцессы.

«С моим опытом жизни, я же как волк в овечьей шкуре», - подумала про себя. С другой стороны, это и хорошо, пусть лучше недооценивают.

Мне было не страшно оказаться в новом мире одной и без поддержки. Я и так была долгое время одна и научилась выживать, рассчитывая только на себя. К тому же есть компаньонка принцессы, перед которой не нужно притворятся. Она поможет мне адаптироваться. Ничего, прорвёмся!

Как бы там ни было, а медовый месяц у меня оказался потрясающий! Затянулся он, правда, почти на два, но не суть. У моря мне понравилось. Мы занимались любовью, плавали, разговаривали, летали по окрестностям, гуляли по живописным местам. Были только вдвоем. Нет, слуги тоже как бы присутствовали: еда готовилась, постель менялась и заправлялась, разбросанные вещи исчезали, но я никого не видела. Они как мыши исчезали при нашем появлении.

Вначале казалось, что так могу провести вечность, но постепенно стала уставать от праздности. Да и Владыке постоянно доставляли корреспонденцию, требующую его внимания. Стала приходить и мне почта. Фонд заработал, Моржетта не знала, как поступить по многим вопросам, и советовалась со мной. К тому же государственная махина реформ, запущенная Владыкой относительно сирот, вступала в действие, и нужно было контролировать, как внедряются и проходят нововведения.

И на оставшихся малышей в моем крыле появились желающие усыновить. Нужно было знакомиться с ними и решать, доверить или нет ребенка. Пора возвращаться!

Дел навалилось по горло, что у мужа, что у меня. Все чаще мы даже вечерами зависали с документами, с любопытством суя нос в бумаги друг друга. Что примечательно, делами занимался Владыка, по дворцу ходил он, но в спальне у меня был Коган и только Коган. Я не отступила от своего требования видеть в постели только его, а с Владыкой принципиально была на вы.

Он бесился, но ничего не мог поделать. А кто сказал, что будет легко? Пусть основная обида прошла, Элиссабет счастлива и у нас обеих все хорошо, но спускать на тормозах я ничего не собиралась. Да и, если честно, Коган меня больше в постели устраивал. Его не пользовали тридцать теток, он не был до меня женат и никому ничего не обещал. От того и был особенно дорог.

На официальный бал в честь нашей свадьбы было много приглашенных гостей. Даже король Зандании собрался приехать, считая, что это само собой разумеется. Наверно, подсчитывал, сволочь, выгоды от нового положения дочери, и какие плюшки можно по-родственному стрясти. Но тут его ожидал сюрприз. На территорию империи Арргонов папашу Элиссабет не пустили. А на слова, что имеет право видеть дочь, ему передали мой портрет, где я счастливая и смеющаяся. Мое послание к нему гласило:

«Вы упорно не желали видеть меня, когда моя душа к вам стремилась. Теперь я не хочу видеть вас и желаю забыть о вашем существовании. У вас больше нет дочери».

Вернулся обратно он в ярости, но шпионы докладывали, что несколько ночей запирался в своем кабинете с моим портретом, пил и плакал, плакал и пил.

А потом стало не до ностальгии, когда драконы начали перекрывать свое сотрудничество с Занданией и устраивать массу проблем по всем фронтам, давая понять, что они будут нарастать как снежный ком, пока на престоле этот король.

Посла из страны выслали со скандалом. Он скомпрометировал себя поведением своего секретаря и общением с одним из тех, кто участвовал в организации покушения на меня. Прямых доказательств причастности короля Зандании не было, показания против себя посол называл поклёпом и провокацией, но и этого хватило объявить его нежелательной персоной.

Секретаря посла не казнили, пострадавшая служанка спасла от наказания, предпочтя брак с ним. Но по законам империи, всё его имущество переходило к ней, а ему самому был запрещён выезд из страны, иначе смерть. Да и от меня она получила хорошую денежную компенсацию в качестве подарка на свадьбу.

В Зандании народ ополчился против короля, и в итоге тому пришлось покинуть трон по состоянию здоровья, отдав корону сыну.

А Саймону, брату Элиссабет, я все же прислала лучшую лошадь из конюшни Владыки, хоть у него и не получилось приехать на праздник. Обещания Элиссабет нужно выполнять.

Со своей стороны постараюсь сделать, чтобы ее имя запомнили в этом мире. Да, я не стремилась править и существование во дворце мне казалось болотом, но праздная жизнь во время медового месяца дала понять, что вот такое безделье и беззаботное существование не по мне.

Если хочешь что-то изменить в мире, нужно находиться на вершине власти, только тогда у тебя есть возможности и силы протолкнуть что-то новое. Быть императрицей — это не только менять наряды и танцевать на балах.

Созданный мной фонд работает и приносит людям помощь. Моржетта ведет дела, но, боюсь, скоро понадобятся еще помощники. У них с лаэром Вэльдером все идет к свадьбе.

Эйлер со Стефом остались в столице. Я помогла им открыть школу танцев и втихаря учу новым, для меня это релакс после дел. Спонсирую от фонда бесплатные занятия с детьми. Да и многие супружеские пары изъявили желание научиться танцевать бачату, раз ее даже Владыка с женой танцуют. Парни колесят по стране со своим ставшим очень популярным танцем, и у них появилось много подражателей.

Мой день загружен под завязку, но отдыхать я тоже не забываю. Нужно было видеть округлившиеся глаза Владыки, когда я первый раз заявилась к нему в кабинет в красном плаще и заявила: «Через двадцать минут жду тебя на нашем месте. Ты помнишь, что если тебя не будет — иду одна!»

За ворота выйти не успела, как меня уже ждал на коне Коган. И мы провели несколько потрясающих часов в городе вдвоем. Путешествует в другие города или королевства он тоже всегда со мной.

В детстве часто страдала, ощущая себя лишней и ненужной, самостоятельная жизнь научила рассчитывать только на себя, но теперь я чувствую себя на своем месте. Без страха смотрю в будущее, а наша любовь с мужем, взаимопонимание и доверие лишь крепнут со временем.

Я — истинная пара дракона, стоящая рядом с ним как равная и не боящаяся ничего и никого в этом мире, потому что знаю, что он за меня любого порвет!