Глава 39

Первый бал сезона продолжался.

Очаровательная Лилия без остановки кружилась то в одном танце, то в другом. Многочисленные кавалеры наперебой приносили и предлагали ей прохладительные напитки, поднимали оброненный платок или подавали веер. Между собой молодые маги, не гнушаясь, прибегали к нечестным методам борьбы, пытаясь перехватить друг у друга возможность встать с ней в пару. Чаще всего, это было просто, якобы неосторожное обращение с напитком, который почти полностью оказывался на одежде соперника, но применялись и другие способы.

В лицо младшую Принцессу знали лишь немногие молодые маги из приближённых ко двору семей. Только этим летом она возвратилась во дворец после трёхлетнего обучения в специальной магической школе для девушек.

Абсолютное большинство, налетевших во дворец, как пчёлы на мёд, женихов, оставались в неведении, что по огромному залу, в сиянии тысяч магических светильников сейчас кружится не по-особому одарённая наследница, а всего лишь её младшая сестра. Толпа претендентов остервенело сражалась за право на каждый следующий танец Лилии.

Особо выделился из подобных, случай с Принцем горного Фупана. Ему кто-то сзади, по шву, исхитрился надрезать плотно обтягивающие светлые штаны с золотыми лампасами по бокам, верх от его парадного костюма достигал всего лишь линии талии. Когда Его Фупанское Высочество галантно чуть склонился для поцелуя нежной ручки, приглашая Лилию на танец, громкий треск и резкое высвобождение волосатой мужской задницы из тесного плена ткани, привлекли внимание большей половины зала. Наряд несчастного Высочества не предполагал чего-то, чем можно было бы прикрыть такой позор. Громкий смех Лилии, подхваченный и усиленный окружающими, заставил Принца немедленно бежать не только из дворца, но и, после рывка с открытой филейной частью тела, сквозь хихикающий девичий строй в бальной зале — из страны. Он уехал в Фупан той же ночью, опозоренный и злой. Если бы не страх перед особым даром отца Лилии, возможно, быть бы войне…чтобы уничтожить всех свидетелей такого позора.

Танцы продолжались. Остальные девушки, собирались небольшими группками и тихо переговаривались между собой. Не все прелестницы раньше вникали в ситуацию с обнаружением старшей Королевской дочери. Однако, сейчас, когда она непосредственно коснулась их, пытались разобраться. Многие из них учились вместе с Лилией, и знали, что она Принцесса, но всё же не ожидали такого неприятного, мягко говоря, отношения кавалеров к ним. В начале бала все магички были рады такому огромному наплыву блистательных женихов, но потом их радость поугасла. К сожалению, присутствующие юные леди приглашались на танец только после того, как Принцесса окончательно определялась с очередным партнёром.

Очень многих молоденьких магичек такое поведение мужчин сильно обидело. Всё же, не так девушки представляли в мечтах свой первый бал. Каждой хотелось оказаться для кого-то особенной, а не заменой из-за неудачи с другой. Зато Лилия откровенно наслаждалась своим положением. Бешенная популярность буквально вскружила девушке голову.

— Ты остаёшься? Потому, что я ухожу. Мне здесь нечего делать, — повернулся Тираш к другу.

— Я тоже домой. Только, не хочешь, сначала выяснить у Величества, где наша девочка? Я помню, что мы с тобой договорились честно бороться за неё. Но хотелось бы уже лицезреть наше сокровище.

Кое-где, по углам или у стенки, растерянно топтались лишь некоторые молодые маги, не участвуя в гонке за благосклонность Лилии. Осведомлённые придворные или их знатные отпрыски недоумевали: Его Величество открыл сезон, представив обществу свою младшую дочь, Лилию, однако, всем было известно, что нашлась старшая. И они точно знали, Лилия — не первенец.

Попытка Тираша поговорить с Королём с треском провалилась. Его Величество уже покинул мероприятие.

Балы, рауты, утренние чаепития, верховые прогулки в Королевском лесу, который по сути был огромным ухоженным парком недалеко от дворца — одно развлечение сменяло другое. Дни летели. Осень заканчивалась, а Тираш и Рош так и не встретились с Розалией.

Тираш никак не мог добиться встречи с Королём и уже сильно искрил от гнева. Рош тоже находился не в лучшем состоянии. Пока Принц безуспешно пытался выяснить что-то о Розалии официальным путём, высиживая сутками в Приёмной, его Первый Советник, по их общей договорённости искал иные пути, чтобы добыть информацию. Наконец, Рошу удалось соблазнить молоденькую служанку из свиты бывшей фаворитки Его Величества, очень влиятельной при дворе женщины, матери Лилии.

— Его Величество отправил эту злыдню куда-то в горы. Наша Принцесса Лилия получила подобающее леди воспитание, поэтому она и представлена в сезоне, — щебетала магичка, делясь секретами после жаркой ночи с огневиком. — Все женихи просто падают к её ногам. А Вам она нравится, Ваша Светлость?

— Зачем нужны эти Принцессы, если есть ты, — шептал, целуя её, Рош, — точнее, одна Принцесса, ведь второй так и не будет в сезоне, да?

— Будет… — отвечала довольная служанка между ласками, — я слышала, как Лилия говорила, что Его Величество скоро позволит ей появиться ин… ког… ни…тооо-ох!

Оставив на столике у постели мешочек с монетами, уже уходя, как бы между делом, Рош поинтересовался:

— Когда мы теперь снова с тобой встретимся? Ты так занята у Лилии. Тебя же не заставят прислуживать ещё и этой инкогнито? Когда там она появится?

— Ещё чего! Я работаю только в покоях Принцессы Лилии. А ту вторую, выросшую в приюте, среди убожеств из нижнего мира никто у нас, во дворце, не хочет обслуживать. Её мамаша, Королева, еле нашла своей дочурке личных служанок в провинции.

Что-то в голосе девушки заставило Роша заподозрить, что Королева просто не захотела брать в услужение к Розалии кого-то из дворцовых, и это их задело.

— Нашла служанок? И долго они будут сидеть без дела? Это же такое расточительство!

— А тебе то, что? — подозрительно прищурилась девушка.

— А нельзя сделать так, чтобы эти новенькие пока выполняли твою работу, и мы бы смогли чаще бывать вместе? Я хочу узнать тебя получше, — загадочно, с намёком, протянул Рош.

— Не получится, — тут же огорчённо ответила девушка. — Наша дорогая Принцесса пыталась попросить их у отца в помощь нам. Говорила Его Величеству, что пока нет его старшей дочери, девицы, нанятые Королевой, могли бы не сидеть без дела, но он отказал. Сказал, что привезёт Принцессу Розалию в первый день зимы. А это уже меньше, чем через неделю. В покоях Королевы сейчас дым коромыслом, так там все готовятся.

Последний месяц осени оказался для Розалии непривычно холодным. Снег рано лёг на горы толстым покрывалом и больше не таял. Иногда случалось небольшое потепление, и пушистый белый пласт немного плавился сверху, замерзая к ночи и покрываясь твёрдой крошащейся, если наступить, коркой. Часто, поверх корки, всё вокруг ещё больше засыпало пушистым слоем снега.

Работы на винограднике давно закончились. За школьную стену, в лес, ходили теперь только парни с мастером, и то, только за дровами и хворостом для печей.

Женское общежитие достроили, и девушки дружно переместились ночевать туда.

Мастер пока так и остался без жилья, теперь уже до весны. Его неоконченное строение в одно прекрасное утро сильно засыпало снегом. Асмеш остался зимовать в мужском общежитии, устроившись попросторнее там, где до этого, за занавеской, обретались девушки.

Каждое утро дежурные вставали первыми и топили печь. Это была весьма неприятная обязанность, потому, что за ночь дрова прогорали, и помещение выстывало так сильно, что вылезть из-под одеяла было сродни окунанию в прорубь.

К школьному облачению теперь добавилась меховая безрукавка до середины бедра с широким кожаным, у парней, или тканевым, у девушек, поясом. На тренировках такая тёплая одежда была удобна, не мешала двигаться, но в остальное время, она не согревала настолько, чтобы вальяжно бродить на улице, поэтому все ученики на улице передвигались мелкой рысью.

Розалия почти не разговаривала с другими девушками. Она не нуждалась в их обществе и не желала его. Простить их поступок в отношении себя Оза не смогла. Нет, она не собиралась как-то мстить или вредить им по мелочи. Просто вычеркнула этих людей из своей жизни, и в общежитии жила так, будто вокруг никого не было. И странное дело! Она не испытывала от этого никакого неудобства. Скорее, это девушки избегали прямого взгляда на Озу, старались не попадаться ей под руку, и не стоять у неё на дороге.

После незабываемого представления со смерчем, парни, которым, к тому же, пришлось больше всего работать, чтобы устранить его последствия, как это ни странно, не обозлились на Розалию. Наоборот, в школе началась тихая охота за её благосклонностью.

Например, Розалия в своё дежурство никогда по утрам не занималась растопкой. К тому времени, как наступало утро её дежурства, и пора было высовывать нос из-под тёплого одеяла, пламя уже весело лизало каменные бока печки, а рядом копошился кто-то из парней, заканчивая укладывать запас дров на день.

— Спасибо, — Розалия сонно благодарила добровольного помощника, и получала в ответ радостную улыбку.

Розалия узнала, что в отличие от долины, снег в горах всегда ложился рано и лежал всю зиму. Обильные снегопады с самой осени здесь были очень частым явлением, поэтому школьный двор и дорожки регулярно чистили все, включая девушек. Розалия, казалось бы, не должна была быть исключением. Но её нежные ладошки так и не покрылись волдырями от работы лопатой, хоть она честно таскалась с ней по двору, пытаясь найти себе участок для очистки. Пару раз Розалия даже успела зачерпнуть немного снега, но подбрасывали лопату с ним вверх уже мужские руки.

— Это для тебя слишком тяжело, Ураганька ты наша, — горячо шептали ей на ушко.

Парни оказались невероятно изобретательными в попытках позаботиться о ней. И Розалия иногда чувствовала себя так, будто у неё несколько десятков нянек.

Но неожиданно переплюнул всех Асмеш.

Ночи становились всё холоднее, и неженка, по сравнению с остальными натренированными магами, Розалия ожидаемо захлюпала носом. Днём, всё время в движении или сидя возле печи, ей было ещё более-менее тепло, но за ночь она застывала, несмотря на, выданное ей, второе одеяло.

Однажды на парней, которые вместе с мастером пошли в лес за дровами, напал медведь шатун. Схватка Асмеша с мощным животным была яростной и жестокой.

Парням мастер приказал бежать в школу, опасаясь, что шатун нападёт на них, если задерёт его. Но ученики ослушались, не оставили мастера, за что, кстати, были наказаны, но не слишком.

А вечером школа объедалась медвежьим мясом. А ещё через пару дней, глубокой ночью, выделанная и высушенная огромная пушистая шкура легла на спящую Розалию, укрывая её почти с головой. Девушка так сладко сопела, угревшись, наконец, что утром не услышала гонг, возвещающий подъём. Она проспала и завтрак, и первую тренировку. Но даже, когда проснулась и поняла, что всюду опоздала, вылезала из жаркого кокона не спеша, с огромной неохотой.

Разглядывая шкуру медведя на своей постели, Розалия водила рукой по мягкому меху и пыталась понять, как это здесь оказалось, и знает ли мастер, что у него украли трофей. А главное, что теперь делать? Спрятать её под кровать? Соседки не донесут? Мысли вернуть краденное у неё как-то не возникло совершенно. То ли мастер сам виноват в таком отношении, то ли воровское детство о себе напомнило, но решение задачи было направлено только на то, как прикопать себе такое сокровище.

— Выспалась?

Розалия подскочила на месте от неожиданности. Мастер на её памяти никогда не входил в женское общежитие.

— Да…, - пальцы на руках растопырила инстинктивно, но разве можно прикрыть ладошками огромную шкуру.

— Я подумал ты совсем заболела, неженка. Пришёл посмотреть. Тепло тебе сегодня было? — почти улыбнулся Асмеш.

— Очень… — Розалия отвечала, не думая, испугавшись, что её застали с краденным.

Вдруг, последний вопрос мастера навёл её на невероятную мысль и девушка, вскинув голову, посмотрела на Асмеша.

— Это Вы?!

— В смысле? Да, я, Асмеш. Не узнаёшь меня? У тебя начался жар?

— Нет! Это — Вы?

— Я. Твой Мастер. Приляг-ка обратно в кроватку, девочка. Сейчас тебе приготовят лечебный отвар.

— Шкуру мне… Вы принесли?! — не обращая внимания на попытку мастера уложить её, потрясённо спросила Розалия.

— Я, — лицо мастера выглядело невозмутимым, но Розалия чувствовала, что он смущён.

— Но зачем? — она, скорее, могла предположить, что он заставит её каждый день дежурить.

— Ты же мёрзла. Носом начала хлюпать.

— Ну и что? То есть… Вам то, что?

— Ничего, — буркнул Асмеш. — Просто беспокоился о здоровье ученицы.

— Угу. Ну да. Конечно. Беспокоился, — задумчиво покосилась на него Розалия и вдруг, догадавшись, что мастер ухаживает за ней, расхохоталась.

— Нет. Ну ладно они! Но Вы?! Вы! Ой, не могу! — она начала вытирать выступившие от неудержимого хохота слёзы.

Асмеш хотел уже рявкнуть на неё, но неожиданно очарованно залюбовался. Стены этой школы, возможно, впервые слышали искренний девичий смех.

Он звенел колокольчиком и дробно рассыпался по школьному двору волшебными разноцветными искрами. Неподдельный радостный звук проникал в сердце каждого, и мир вокруг для молодых воинов-магов неожиданно менялся. Все тяготы и заботы перестали на них давить. Вдруг, появился в душе каждого ученика и каждой ученицы здоровый азарт и желание одолеть все трудности, окрепла их вера в прекрасное будущее, в свои силы.

Жизнь во всех её проявлениях, стала казаться всем невероятно прекрасной и интересной. Потом, даже уже, когда смех Розалии стих, улыбки не сразу исчезли с лиц магов. Все, странным образом, чувствовали себя так, будто её короткая радость вдохнула в них новые жизненные силы.

Асмеш несмело дотронулся розовых губ девушки кончиком указательного пальца. Хотелось коснуться чуда. Обычно бесстрастное лицо мужчины на миг показалось растерянным.

— Насмешница, — почти ласково протянул он. — Ты осталась без завтрака. Хочешь кушать? Я принёс тебе лепёшку.