5

— Привет. — я вошла в кабинет к генеральному директору и кинула подписанную кипу документов прямо на стол. — Соскучился?

Пашка, едва оторвавшись от компьютера, сразу стал бегать глазами по результату моих трудов.

— Ты — гений! — Заключил он, убедившись в том, что все подписи стоят на положенных им местах, заверенные синими печатями. — Не смотря на то, что твое проживание в Москве вылилось нашей фирме в солидную копеечку, но только ради получения таких результатов — я готов тебя простить.

— Так пусть Голубева ездит, раз тебя что-то не устраивает. — Я пренебрежительно фыркнула, усаживаясь на стул.

— Договоришься — отшлепаю. Как все прошло?

Подробности генеральному директору были не нужны, к тому же мы все время оставались на связи и так, поэтому, я поверхностно описала ситуацию с московскими чиновниками, вскользь затронув тему генерального директора «АвиаЭксп»

— Кстати — Паша отпил обжигающий кофе из фарфоровой чашки — Что там на счет «АвиаЭксп»? Слышал, брат Селинского пускает с молотка фирму. Дочки, с которыми мы сотрудничаем, встали в позу, готовясь к новшествам, которые их ждут.

— Откуда ты взял эти слухи? Вадим Витальевич настроен и дальше следовать курсу, который задал его брат. — Возмущенно выдохнула я.

— Я был знаком с Антоном. — После минутного молчания и напряженного взгляда в сторону, сказал мой начальник. — А вот его брат, так ни разу и не появился на сборищах, где «верхушки» знакомят своих деток. Мой отец тогда предположил, что парнишка из нигилистов, в узком смысле слова, но его брат только усмехался, говоря, что брат слишком высоко ценит свое время, и раз уж его все равно записали в неудачники, то незачем тратить чудесное время на общение с людьми, которых ты призираешь и которые призирают тебя.

— Философские мысли у тебя какие-то. Странно, в разгар рабочего дня. — Я ухмыльнулась и отпила воды с лимоном. — Пока что, мы продолжаем работать так, как работали ранее. К тому же, Питерский филиал «АвиаЭксп» никуда не денется.

— А слухи… слухи, как раз и пришли из Филиала. Оказывается, что сын одного из членов совета директоров, сейчас занимает место в Питерском филиале и, конечно, папочка хочет подсуетиться и перетащить сынулю.

— Странно. — Я задумчиво начала водить пальцем по краю бокала с водой — Все равно Селинские остаются держателями основного пакета акций и последнее слово за ними.

— Ты мыслишь как обыватель, не знающий что происходит за закрытыми дверями. Даже основной держатель акций может попасть в такой просак, что и не снилось.

— По крайней мере сейчас, я точно уверена, что Вадим… Витальевич, не допустит разгрома фирмы. К тому же, официально, брат его числиться в без вести пропавшим, а не погибшим. Пусть они сами решают свои проблемы, а мы уж сможем подстроиться. К тому же, у нас всегда останутся наши корабли, если что.

— Да это-то понятно. — Пашка махнул рукой, выходя из меланхолии, стряхивая с себе неприятный разговор — Работать Бондарева иди! Тут без тебя, твой отдел на ушах стоял, а видимо ты единственная, кто является для них авторитетом. Змеюшник, хуже чем в бухгалтерии! Чес слово — Он приложил руку к сердцу — Чтобы я еще раз сунулся в финансовый отдел или еще хуже — к ценовикам! Упаси меня Боги. Ты как вообще решилась на работу с ними?

— А ты мне, Пашенька, выбора не оставил! — Махнула на прощание рукой и вышла за дверь.

В отделе и правда творился беспредел. Мое появление отметили сразу, отчего крики и ругань переместились ближе к моему кабинету, чтобы я уж наверняка услышала происходящее.

Глубоко вдохнув и также глубоко выдохнув, я пустилась в рутину с головой.

Бумаги, разборки, снова бумаги, и снова разборки, нескончаемый поток писем, и три разорванных заявления на увольнение, четыре согласованных отпусков и два больничных.

Три дня я практически жила на работе, а моя бедная Картофелина, теперь больше похожая на пирожок с картошкой, а не на милую Корги, только печально вздыхала, смотря на безответственную хозяйку, но возвращаться в родительский дом не захотела.

Три дня я носилась из кабинета в кабинет, проклиная Москву за бюрократию. Три дня я есть-то успевала наскоками, а Пашка — белобрысая сволочь — только посмеивался, когда я прибегала к нему в мыле.

— Может тебе в отпуск сходить? — Смеялся он, стряхивая пепел от сигареты. — Так это легко. А то у тебя там накопилось за пару лет, надо бы использовать.

Отпуск… я бы с удовольствием слетала в теплые страны, погреть свои косточки, да или просто, съездить к бабушке в деревню… там тоже хорошо. Но как только я представляю объем работы, который свалиться на меня, после недельного отпуска — хочется выть. Пашка это тоже понимает, поэтому и посмеивается, хотя сам отдыхать ездил, если я не ошибаюсь, лет 7 назад, пока отец еще верховодил в фирме.

— Я больше не могу… — Скулила я, когда мы под вечер с отделом финансов делали сводную таблицу для Олега Харитоновича, который решил проверить, как обстоят дела на фирме. — Лен. — Обратилась я к финансистке. — Давай уже завтра все закончим, а то голова не соображает.

— Хорошо. — Девушка кивнула головой, собирая разбросанные по моему столу документы. — Я тогда с самого утра опять у тебя. — Уточнила она, получив утвердительный кивок.

Дома я опять была за полночь и едва закончив с водными процедурами, уснула без ног.

Утро не задалось с самого начала. И пусть сегодня была пятница, но радужных перспектив она не внушала. Мою станцию метро закрыли из-за бесхозного предмета — пришлось садиться на автобус и пилить к следующей станции, водитель автобуса, наверное, раньше работал где-нибудь в авиации — иных объяснений, почему он выполнял такие фигуры высшего пилотажа на рейсовом автобусе у меня нет, так плюс какая-то молоденькая девчонка с термо-кружкой разлила на меня свой кофе. Это была последняя капля.

— Доброе утро. — Помятая и жутко злая, я вошла в офис.

— Оксана Валерьевна. Вы опаздываете. — Сказала мне девица с ресепшена. Одного моего уничтожительного взгляда обычно хватает на то, чтобы она заткнулась и встала за свое рабочее место, но сегодня весь мир против меня, поэтому Лерочка — новый секретарь, выбежала из-за стойки и пошла за мной. — Оксана Валерьевна — пыталась нагнать она меня на своих огромных каблуках — Вам звонили.

— Еще раз позвонят, если надо будет. — Огрызнулась я, прибавляя ход, чтобы посмотреть, побежит ли Лерочка или отстанет. Побежала.

— Оксана Валерьевна, но это очень важно.

— Хорошо. — Я резко остановилась, стараясь скрыть ехидную улыбку, когда девушка по инерции пробежала еще пару метров. — Кто звонил? Кому перезвонить.

— Ой. — Сказала Лерочка, покрываясь бордовыми пятнами. — Я забыла, но у меня там на листочке записано.

Я закатила глаза и продолжила путь в свой кабинет.

День не мог быть еще хуже. Конечно. Я забыла свой мобильный дома. Отлично.

Чертыхнувшись, я села на стул и вытянула ноги. По хорошему, надо бы встать и переодеть блузку, но сегодняшний день… в общем, либо кто-то войдет в мой кабинет без стука, либо в окне неожиданно появиться чья-нибудь любопытная моська. Надо брать блузку и топать в туалет, чтобы не было конфузов.

Время! — я глянула на часы, который показывали, что рабочий день начался два часа назад. Что за невезуха.

Я достала из шкафа запасную блузку и направилась в туалет. Дверь моего кабинета соприкоснулась с чем-то мягким и сдавленное ругательство было мне ответом. День определенно не может стать еще хуже. За дверью стоял Вадим с подбитой скулой и оба близнеца.

— Привет. — Сказал он, отнимая руку от своего лица. — Смотрю, рада нас видеть.

Я выдохнула, посторонившись пропуская их в кабинет, а сама ушла переодеваться, оставив их одних.

— Неожиданное приветствие — сказал Вадим поднимаясь со стула, едва я вернулась в свой кабинет — Сначала получить в лоб дверью, а потом, хозяйка сбежала, оставив нас одних в пустом кабинете. — Его глаза лучились улыбкой и я не смогла на нее не ответить. — Еще раз привет. — Он подошел поближе, целуя меня в щеку, а у меня от такого незамысловатого жеста заалели щеки. — Я все утро пытался с тобой связаться, но на работе ты не появлялась, а мобильный ты не берешь, так что мы как те родственники, нежданно — нагадано.

— Прости. — Сказала я, присаживаясь перед мальчишками на корточки. — Сегодня был сумасшедший день. Честно говоря, счастье, что ты меня вообще застал. Привет, пацаны! — теперь я обратилась к близнецам, с интересом рассматривающим мой кабинет. — Как ваши дела?

— Хояшо! — Сказал Коля. — А это тебе. — он протянул мне коробку конфет, но судя по всему, вскрыть ее пытались не одну сотню раз, ну это если судить по упаковке.

— Ну что, раз есть конфеты, давайте пить чай? — Спросила я, сразу получив энергичное качание головой.

Вадим смотрел на мои манипуляции с улыбкой, но в глазах была грусть. Я хотела было спросить, что у него случилось, раз они оказались здесь, и судя по всему искали меня они целенаправленно, но Вадим начал и без моего вопроса:

— Оксан — Начал он, как будто много раз прокручивал в голове этот разговор. — Мы с мальчиками оказались в довольно затруднительном положении, но…

В кабинет без стука ворвалась Елена — ведущий финансист нашей фирмы. Я, как знала, что так и будет, лишь приподняла бровь.

— Оксана… — она запнулась увидев компанию в моем кабинете. — Валерьевна, — продолжила она. — С Павлом Олеговичем связался Олег Харитонович…

— Дальше я сам! — Перебил ее Павел Олегович, самолично явившись в мой кабинет.

— Не кабинет, а проходной двор. — Я возвела очи к потолку.

— Оксан, звонил отец и срочно требует полную финансовую историю по нашим проектам. Сегодня, до трех часов. Добрый день. — Он также обратил внимание на моих посетителей. — Павел Олегович Садко. — Протянул он руку Вадиму.

— Вадим Витальевич Селинский. — Представился Вадим и пожал руку. Пашка удивленно приподнял бровь.

— А вы приехали ко мне или…? — он посмотрел на меня, а я вновь закатила глаза.

— Я приехал к Оксане Валерьевне. — Сказал он, благоразумно не добавляя, по личному вопросу.

Лена с интересом рассматривала Вадима, не обращая внимания на детей, которые, к слову, сидели тише воды, напряженные до предела.

— Оксан. — Павел повернулся ко мне — Зайди как освободишься. И Лену с собой захватили. — Кинул он, выходя и подталкивая уже накручивающую локон на палец финансистку.

— Прости. — Сказала я, когда за последним из выходящих закрылась дверь. — У меня есть 5 минут, которые я готова потратить на вас. — Я улыбнулась, открывая перед детьми коробку с конфетами. — Что у вас стряслось?

— Я сейчас посмотрел на то, в каком аврале ты живешь и даже не уверен, что имею право обращаться к тебе в очередной раз за помощью.

Я пожала плечами, намекая на то, что не все зависит в нашей жизни от нас.

— Но… делать мне нечего, так что бью тебе поклоны. — Он остановился и его обаятельная улыбка так и осталась на лице, но в глазах появилась грусть. — Кхм. Времени у нас мало, но я все равно начну с самого начала. После того, как ты уехала, я пришел к мнению, что няня необходима, хотя бы на то время, что я был на работе, но, по сравнению с ними — он кивнул в сторону детей — «Один дома» отдыхает. Первую няню они закрыли на балконе и она целый день сидела там, потому что не додумалась взять с собой телефон. Вторая няня осталась одна в магазине, а они спокойно перешли дорогу и оказались около дома. Третья…

— Подожди! — Перебила я. — Я уехала три дня назад.

— Воооот! — Протянул Вадим. — Три дня я краснел и бледнел, выслушивая от педагогов со стажем, что мои дети неуправляемые, а сам я — вселенское зло, наркоман и распутник! — Я прикрыла глаза ладошкой, смотря на двух ангелочков, уплетающих за обе щеки конфеты. А вчера, возникли экстренные сложности в филиале в вашем городе, поэтому я был вынужден сорваться и лететь сюда, естественно, прихватив с собой этих сорванцов. И теперь я вынужден либо искать для них няню здесь — что крайне опасно с их системой избавления от персонала. А так как живем мы в гостинице, не думаю, что они будут в восторге.

— Вадим — Я покачала головой, прекрасно понимая, что он хочет от меня. — Я бы с удовольствием, но ты сам видишь… У меня запара на запаре. Я физически не буду успевать следить еще и за ними…

— Оксан, — Дверь в кабинет открылась и в ней появилась голова Садко. — Зайди ко мне.

— Я помню. — Кивнула я головой, поворачиваясь к Вадиму. — Прости. — Сказала я, выходя из кабинета.

В кабинете у генерального я сидела в своих мыслях. Что примечательно, его самого на месте не было.

Я раз за разом думала о Вадиме и близнецах, старалась уговорить себя, что принимаю верное решение, но сердце было не на месте.

— О! Ты уже здесь. — Пашка вернулся и плюхнулся в свое кресло гипнотизируя меня.

— Подслушивал?

— Ага. — Он кивнул головой и самодовольно улыбнулся. — У меня есть для тебя предложение. — Он подвинул стул ближе ко мне. — Но, с тебя… еще один контракт с «АвиаЭксп».

— Не поняла. — Я отодвинулась от столь близкого соседства.

— У нас на территории есть небольшой садик для детей сотрудников. И работает он только первую половину дня. — Начал он, а у меня затрепетала надежда. — Я уже договорился, что ты будешь водить туда детей и уходить с половины дня. С понедельника. — Уточнил он, а у меня сперло дыхание.

— Спасибо. — Сказала я. — Но зачем ты это делаешь?

— Ну, скажем так… мне бы хотелось иметь таких друзей, как Селинские. — Просто ответил он, скрывая за меркантильностью реальное положение вещей. — А почему ты так прикипела к нам? Правда я не понял к кому больше: к деткам или к дяде? — Рассмеялся он.

— Не знаю. — Честно ответила я — Но им плохо. И я хочу, чтобы боль, которая их окружает, хоть чуть-чуть уменьшилась. А для этого, они должны знать, что их любят.

— А дядя? Вообще, как вы познакомились?

Я немного смутилась от вопроса, но выдала наиболее приличную версию.

— Когда подписывала документы, вошла в кабинет: Вадим Витальевич спал, а дети рисовали на каком-то договоре. Пришлось их развлекать, пока дядя приходил в себя.

— Ладно, мать Тереза, иди обрадуй своих подопечных, а потом возвращайся, пока отец не устроил здесь дистрой.

Я кивнула головой, выбегая из кабинета генерального директора, надеясь, что Вадим не успел далеко уйти.

Вадим с детьми нашлись на ресепшене. Лерочка никак не могла правильно ввести данные об уходящих, а я поняла, что дурочкой она, возможно, только притворяется.

— Вадим! — Окрикнула я. Он повернулся и удивленно посмотрел на меня, улыбающуюся во все 32 зуба. — Давай еще раз все обсудим? — Спросила я подходя ближе. Дети бесились, натягивая друг другу легкие шапки на глаза.

Мы вновь вернулись в мой кабинет и уселись на те же места.

— Мой генеральный директор, который оказался очень даже порядочным человеком и это не смотря на то, что он подсушивал, предложил вариант. У нас при фирме есть небольшой детский сад. Я смогу приводить их туда. Думаю за пол дня, которые работает сад, они никого с ума не сведут. Павда? — Я посмотрела на мальчишек, которые энергично закивали головой.

— А твоя работа? — он смотрел на меня неверяще.

— Постараюсь справиться со всем объемом в первую половину дня, ну, или на крайний случай, я всегда смогу взять работу на дом. На сколько вы приехали?

Вадим потупил взор.

— Я не знаю. В Питерском филиале завелась крыса, которая грызет свой же корабль изнутри. Думаю, кто-то хочет саботировать нашу работу, а в частности меня, как руководителя. Сделать на прямую они ничего не смогут, а вот подгадить здесь — запросто. У нас основное производство находится непосредственно в Питере и сейчас нужно решить много бюрократических вопросов и наконец понять, кто же сливает о нас инфу.

— Понятно. — Я покивала головой, доставая с нижней полки конфеты и ставя их перед детьми. — То есть, как и я, без обратного билета.

Вадим развел руками в подтверждении моих слов.

— Тогда договоримся так. Я стараюсь закончить за сегодняшний день основную часть задач, которую нарезало мне непосредственное руководство, а в понедельник мы с тобой встретимся около здания. Ты передаешь мне непосед, а сам можешь ехать на свою работу, а как закончишь — звони. Там уже разберемся.

Вадим облегченно вздохнул и прикрыл глаза.

— Ты представить себе не можешь, как я тебе благодарен. — Сказал он, наконец открывая глаза. Мальчишки уплетали конфеты за обе щеки, порядком измазавшись в шоколаде.

— Ничего. — Я улыбнулась.

Повисло тягостное молчание, нарушаемое только шорохом упаковки от конфет.

— Мы, если что, посилились в Азимуте. — Он передал мне визитку, на которой помимо номеров телефона, мужским, красивым, уверенным почерком было приписано. «Азимут» н. 548.

А я передала ему небольшой клочок бумаги, вырванный из ежедневника со своим домашним адресом.

— До встречи. — Я присела перед мальчишками на корточки и поправила смешные шапочки. Да… в этом году весна не спешила радовать нас теплыми деньками, заставляя кутаться в плащи и «летние» шарфики и шапочки.

— Ты точно нас заберёшь из садика? — спросил Коля, косясь на дядю, который вновь передал временный пропуск Лерочке.

— Точно. В понедельник я вас отведу и заберу. — Пообещала я, а мальчишки синхронно кивнули головами.

Вадим, неловко переминался с ноги на ногу.

— Вы попрощались? — Строго спросил у мальчишек, на что те положительно кивнули головами. — Ну, тогда я могу только еще раз поблагодарить тебя. — Он подошел ко мне и прикоснулся губами к моей щеке. — До понедельника. — Сказал он и вышел через турникет, к мальчишкам, которые тут же устроили небольшую потасовку. Я покачала головой и направилась в свой кабинет, понимая, что легко не будет.

Весь оставшийся день я провела за подготовкой документов для «главного». Заканчивали вместе с Пашкой, который не уставал подтрунивать надо мной, а я сама особо не понимала, что собственно происходит.

Когда полный комплект документов был готов, я направилась домой, где выгуляв Картофелину завалилась спать, радуясь завтрашнему выходному, но помня о том, что следующая неделя обещает быть напряженной. Спать до полудня не решилась, засев за очередную сводную таблицу. Написала пару не срочных писем, сохранив их в базе фирмы, направила несколько писем своим подчиненным, сразу обозначив ряд целей на понедельник, связалась с производством, где даже в субботу кипела работа, срочно потребовав табеля за месяц.

В таких делах и заботах провела всю субботу.

Воскресенье я решила посветить своей квартире, которой требовалась влажная уборка. (3303c)

Под вечер, уставшая и довольная, я сидела в своем любимо кресле и попивала теплый чаек, а Фелька нежилась у меня на коленях, не хуже кошки, подставляя под ласку пузико.

Дверной звонок зазвонил неожиданно. Фелька залаялась, сразу направив свои маленькие лапки в сторону двери.

Я нехотя поднялась с насиженного места, отставляя чашку с чаем, открыла дверь в замерла столбом.