Глава 14

Прежде чем зайти, Ларун еще раз остановился и окинул нас придирчивым взглядом. Но, видимо, нашел наш внешний вид приемлемым, поэтому без предупреждения отдернул плотный полог и вошел внутрь.

Мы молча шагнули следом.

Внутри, благодаря магическим светильникам, оказалось достаточно светло, но из-за многочисленных перегородок доступного обзору пространства оказалось не так уж много. А первое, что мне бросилось в глаза, это большой стол, возле которого почему-то не было стульев, и небольшая группа людей, которые при нашем появлении одновременно повернули головы и кто с любопытством, кто с укором, а кто с одобрением уставились на нашу тройку.

Эрта Торано я, естественно, узнала сразу. Без штатного балахона и в походной одежде он, правда, смотрелся иначе, чем у себя в кабинете, но военная форма лишь подчеркнула его могучую стать и крепкую фигуру, а заодно придала еще больше суровости чертам его лица, сделав похожим на настоящего боевого офицера.

Отца Риона мы тоже уже знали, поэтому на его приветственный кивок, как будто он старых знакомых встретил, я ответила с некоторым смущением.

На мастера Миррта, стоящего дальше всех от двери, только раз посмотрела и тут же отвела глаза — побоялась себя выдать. Злюки, правда, рядом не увидела, но не сомневалась, что наша хитрюга непременно пасется поблизости.

Еще среди присутствующих находился, к моему вящему удивлению, Норман Доверо, старший брат нашего Ларуна, карающая длань императора, как его еще иногда называли, и по совместительству глава из самых могущественных имперских управлений. Он при виде нас вообще расплылся в широчайшей улыбке, и впрямь как добрый дядюшка. Но никто этой улыбкой не обманулся, потому что прекрасно знали, какой за ней скрывался хищный оскал.

А вот последнего мужчину я раньше видела только на картинках в учебниках. Господин Танор Агилар. Военный советник его величества Дамиана Второго. Фактически второе лицо в государстве, высший чиновник, главнокомандующий и человек, обладающий властью не меньшей, а подчас и большей, нежели сам император.

На картинках его, правда, всегда изображали более старшего возраста и намного более грозным, чем в жизни. А на деле выяснилось, что у него и взгляд далеко на такой грозный, и лицо не такое худое, и губы он вовсе не поджимает, словно в преддверии выговора… и вообще господин Агилар оказался очень даже приятным, ухоженным, лишь слегка седеющим мужчиной средних лет с аккуратной бородкой, тонкими чертами лица и проницательными глазами, в которых угадывался вполне ожидаемый вопрос.

— Вот, значит, как выглядят наши герои? — добродушно усмехнулся он, когда мы нерешительно замерли у порога. — Ну заходите… заходите, эрты, не стесняйтесь, мы не кусаемся.

А когда мы приблизились и Ларун отступил в тень, не без удовольствия нас изучал, после чего обернулся к эрту Торано и кивнул:

— Интересные ребята. Как им удалось установить над долиной щит, при этом находясь снаружи, а не внутри него? Я, конечно, не маг и не колдун, но даже мне казалось, что это невозможно.

Ректор мазнул по нам нечитаемым взглядом.

— В отношении абсолюта никогда нельзя быть ни в чем уверенным. Линнель с некоторых пор работает со стихиями напрямую. Без всякого стопора. А с такой поддержкой, какой способна обеспечить его Корно, у него нет вообще никаких ограничений. Это немного меняет отношение к магии, да и саму магию меняет настолько, что порой она способна принимать самые невообразимые формы.

— Да, — задумчиво проговорил господин военный советник, искоса на меня взглянув. — Наслышан о вас, эрта… и о ваших способностях. Говорят, вам удалось освоить «прозрение»?

Я молча кивнула.

— Очень необычный талант. Особенно для студентки. Эрт Доверо, не напомните нам, сколько колдунов с таким талантом находятся сейчас у вас под наблюдением?

— Восемнадцать, — неожиданно подмигнул мне толстяк.

— Восемнадцать на всю империю… — так же задумчиво обронил господин Агилар. — Вы — девятнадцатая. И это в неполные двадцать лет.

— Если позволите, нэл Агилар, я немного поясню, — вмешался ректор. — В паре с абсолютом способности ребят растут в соотношении примерно два к одному. Чем сильнее маг, тем быстрее растут резервы и возможности связанного с ним колдуна.

Советник остро на него взглянул.

— Полагаете, дело только в этом?

— Нет, конечно. Пребывание в Рино и божественное вмешательство тоже сыграли свою роль. Но возможности Корно сейчас в полтора раза выше, чем были несколько недель назад. И есть предпосылки, что в ближайшее время ее резервы вырастут еще как минимум вдвое. Если, конечно, она за это время не перегорит.

— Надеюсь, этого не случится, — едва заметно нахмурился господин военный советник. — Это — ваша ответственность, эрт Торано. Такие таланты нельзя губить.

— Безусловно. Поэтому мы очень пристально следим за развитием этой тройки.

— Так пристально, что ваши лучшие студенты вдруг пропадают в столице посреди белого дня?

Под внезапно потяжелевшим взглядом господин ректор, к его чести сказать, не дрогнул ни на мгновение.

— Эрт Николас Линнель, — вдруг официально обратился к Нику господин Агилар. — Скажите, чем вы руководствовались, когда очертя голову бросались к разлому и рисковали своей жизнью и жизнями напарниц, когда в Дамане открылся полноценный разлом?

— Я руководствовался здравым смыслом, господин советник, — к его чести сказать, не стушевался наш маг. — И тем фактом, что разлом открылся в густонаселенном квартале столицы, что могло привести к большому количеству жертв.

— Но вы ведь сознавали свою важность для империи? Или вас совсем не заботило, что будет с нашей страной, если вы по глупости своей сложите головы? — продолжал давить на него Агилар.

— Безусловно. Но считаю, что не имею права отсиживаться в кустах, когда у порога моего дома безвозбранно бродит неупокоенная нежить, а над столицей и значит, над императорским домом нависла угроза тотального уничтожения.

— Вы, эрта Норие, считаете так же? — повернулся к Ланке советник.

Та упрямо набычилась.

— Втроем мы сильнее, чем поодиночке, поэтому друзей я бы не бросила никогда.

— Вы, эрта Корно?

— Я не сомневалась раньше и не сомневаюсь теперь — тогда, в Дамане, мы поступили правильно.

— Вы уверены в этом?

Вот прицепился!

Но тут, к счастью, нам на помощь пришел эрт Торано.

— Наши студенты прекрасно знают, что такое долг и честь, милорд Агилар. Они не испугались трудностей и не отступили в Рино и точно так же решили не отступать в Дамане. На мой взгляд, это заслуживает уважения. Более того, они проявили не только твердость духа и решительность в борьбе с нежитью, но и недюжинную смекалку. Сумели выжить в трудных обстоятельствах сами и вытащили наших людей. Сохранили жизнь многим своим коллегам. Уничтожили опасного противника. Наконец помогли укрепить связи с представителями дружественного нам народа, которому сейчас так много уделяется внимания и со стороны императора, и со стороны жреческого ордена… Не так ли, отец Рион?

Отец-настоятель смиренно сложил руки на груди.

— Истинно так, эрт Торано. Орден в моем лице всецело поддерживает и одобряет вас и ваших воспитанников.

— Так что мне кажется, господин Агилар, нам стоит гордиться такими студентами, — невозмутимо закончил свою длинную речь господин ректор, тем самым донельзя изумив нас, заставив одобрительно кивнуть отца Риона, несколько озадачив Ларуна и заставив скептически приподнять брови эрта Доверо.

— То есть, по-вашему, нам не за что их ругать? — хмыкнул начальник ИСБ.

— Разве что за излишний энтузиазм, — сокрушенно развел руками ректор. — Но для столь юного возраста это вполне простительно.

— Если бы не чрезвычайная важность этих молодых людей для империи, я бы с вами согласился. Но…

— У нас все под контролем, — спокойно ответил эрт Торано. — И в целом молодые люди ведут себя вполне благоразумно. Чрезмерная их изоляция или давление только усложнили бы дело, поэтому считаю необходимым и дальше оставить им некоторую долю свободы. А чтобы их чрезмерная активность не поставила под угрозу планы императора, рядом с ними постоянно находится не только непосредственный куратор, но и в качестве дополнительной меры безопасности их с некоторых пор охраняют наши союзники. Мастер Миррт?

— Мы очень ответственно относимся к просьбам соседей, — медленно наклонил голову мрон, словно давно ждал этого вопроса. — Готов подтвердить, что пребывание молодых людей в Норне носило исключительно добровольный характер и было с самого начала согласовано с руководством академии. Точные сроки мы, правда, с эртом Торано не обговаривали, но раз уж так получилось, что ребята оказались в Норейских горах, мы просто обязаны были оказать им помощь, тем более что союзный договор это подразумевает.

— Когда же вы успели согласовать пребывание студентов в Норне? — сдержанно удивился эрт Доверо.

— Когда устраивался на работу в академию.

Толстяк глубокомысленно покивал.

— А, ну да, ну да… а когда вы известили руководство академии о появлении гостей, позвольте поинтересоваться?

— Сразу, как только появилась возможность.

— Хм… что ж… тогда, пожалуй, у меня больше нет к вам насущных вопросов. Остальное можно уладить позже. А вы, отец Рион, ни о чем не хотите спросить?

— Я бы хотел узнать детали насчет разлома, если позволите, — кротко улыбнулся жрец. — И особенно меня интересует происхождение нежити, которая не так давно угрожала столице. Пускай ее источник уничтожен…

— Ой, — чуть не хлопнула я себя по лбу. — Отец Рион, мы должны вам кое-что передать!

— Что именно, дитя мое?

Я торопливо достала из-за пазухи старательно свернутую тряпицу и протянула жрецу.

— Вот. Нам сказали, что это лучше отдать в храм.

Отец Рион, сдержанно удивившись, развернул тряпицу и заметно нахмурился, обнаружив внутри небольшую почерневшую косточку.

— Откуда это у вас?

— Это останки существа, которое сумело открыть разлом в Дамане и стало тем самым источником, о котором вы только что говорили. Лан, Ник…

Ребята послушно покопались в карманах, и на ладонь жреца легло еще три таких же кости, которые, оказавшись вблизи, явственно шевельнулись и, как притянутые магнитом, потянулись друг к другу.

— Благодарю вас, эрты, это действительно важная улика. Господа, прошу прощения, но мне нужно срочно вас покинуть, ибо эти вещи необходимо как можно скорее доставить в ближайший храм для уничтожения.

— Темные артефакты? — вопросительно посмотрел на нас господин Агилар.

Мы дружно кивнули.

— Мы не смогли от них избавиться своими силами, — добавил Ник. — Но надеялись, что отцу-настоятелю это доступно.

— Да, вы правы… — пробормотал жрец, торопливо двинувшись к выходу. — Вы принесли мне чрезвычайно важную информацию, но мы побеседуем на эту тему чуть позже, в несколько расширенном составе, тем более что, насколько мне известно, вы уже имели честь общаться с Вестником, эрты, а я бы очень хотел его увидеть. Думаю, у него найдется для нас ценная информация. У кого из вас есть способ с ним связаться?

Я неуверенно подняла руку.

Вилли вроде не запрещал об этом говорить, да и с отцом-настоятелем, как я поняла, находился на короткой ноге. Странно только, почему он не отдал отцу Риону амулет сам. Хотя магия крови… да, наверное, жрецу она ни к чему, а Вилли по-любому знал, что скоро мы и так встретимся.

— Благодарю, господа, тогда у меня пока все, — кивнул отец Рион и, прежде чем уйти, обратился в мою сторону. — Эрта Корно, я бы хотел, чтобы вы немного задержались.

— У меня еще остались вопросы, — не согласился с ним эрт Доверо, а, как только его святейшество нас покинул, почему-то тоже решил пристать ко мне. — Скажите, эрта, в свете той информации… в том числе и личного характера, которую вам наверняка уже поведал мастер Миррт… как вы видите свое будущее?

Я от неожиданности чуть не растерялась.

— Какой аспект моего будущего вы имеете в виду, эрт Доверо?

— Все вместе. Просто потому, что они тесно связаны и с вышеупомянутым мастером, и с абсолютом, и с судьбой вашей тройки, а значит, и с будущим империи.

Я заметила и, наверное, даже почувствовала, как напрягся мрон, и мысленно посетовала на прямоту господина начальника службы безопасности.

Вот зачем об этом говорить сейчас? При всех? Тем более если я и сама еще не знаю, как сложится наша жизнь. Понятно, что моя судьба тесно связана с судьбой Ника, и мы, как ни повернись, все равно не сможем жить вдали друг от друга. Если я останусь в империи, то и абсолютный маг останется. Если же получится так, что… возможно… мне придется жить в Норне, то и Ник с Ланкой потянутся за мной.

Императора, разумеется, это не устроит.

Эрта Доверо не устроит тем более. Но наши начинающиеся отношения с мроном для него, видимо, уже не секрет… Ларун, кстати, на это тоже намекал… однако вот так сразу я не могу дать ответа на такой сложный вопрос.

Собравшись с мыслями, я вздохнула и, старательно подбирая слова, все же сказала:

— Понимаю, что вопрос очень важный, но все же полагаю, не стоит торопить события. Никто не знает, как повернется жизнь и как именно богини распорядятся нашими судьбами. Сейчас, как мне кажется, важнее заняться первостепенными проблемами. К примеру, проклятием Саана. Ослабевающим барьером. Первой скверной… а там, если все сложится, то придет время решать и другие вещи, которым на войне не место. Да и не решаются они в одиночку, верно? И на это требуется время, которого сейчас нет.

«Хорошо сказала, — одобрительно хмыкнул в моей голове Норр. — Главное, богинь удачно ввернула, вон как Доверо скривился».

И правда — начальник ИСБ выглядел так, словно вместо хорошего вина хлебнул уксуса от души. Эрт Торано на мою речь внешне никак не отреагировал. Нэл Агилар тоже смолчал. А мастер Миррт одарил меня долгим взглядом, от которого по коже побежали мурашки.

— Что ж, возможно, вы и правы, — неохотно отступился эрт Доверо. — С такими делами не стоит торопиться. Но все же надеюсь, что как только появится возможность, вы уделите моему вопросу более пристальное внимание и примете обдуманное, взвешенное решение.

Я кивнула, а потом снова покосилась в сторону внезапно умолкших мужчин.

Интересно, мне одной показалось, что господин ректор нас внаглую сегодня покрывал и выгораживал, а со стороны мастера Миррта прозвучало недвусмысленное предостережение? Отец Рион, такое впечатление, что все это воспринял как должное, да еще и о Вестнике заговорил. А вот господина Доверо все происходящее откровенно забавляло. По крайней мере, до последнего времени.

— Эрты, я бы попросил вас немного прогуляться, — наконец обернулся в нашу сторону господин Агилар. — Осмотритесь в лагере, пройдитесь… может, знакомых встретите. Но далеко не уходите. Думаю, через полчаса вы нам снова понадобитесь.

Мы с ребятами, перехватив выразительный взгляд Ларуна, одновременно отвесили короткий поклон и гуськом вышли из палатки, оставляя господ чиновников наедине. Ларун с нами на этот раз не пошел. Видимо, к нему у присутствующих тоже возникли вопросы.

Вообще, вся эта беседа выглядела до крайности странной. Такое впечатление, что советник императора хотел не столько нас послушать, сколько посмотреть на нашу реакцию. И только после того, как он убедился, что мы не совсем уж наивные дети, нам намекнули на гораздо более серьезный, обстоятельный и, думаю, что непростой разговор.

***

Когда мы покинули палатку, снаружи ничего не изменилось — караульные все так же бдительно охраняли подступы к командирам, между палатками деловито сновали имперцы всех мастей, должностей и возрастов. А среди них по-прежнему виднелись три ухмыляющиеся рожи, которые при нашем появлении приобрели примерно схожее выражение и всем своим видом говорили: что, влетело вам по первое число?

Со стороны, наверное, так оно и выглядело. Даже у меня осталось впечатление, что нас выпроводили из палатки, как нашкодивших деток, пока взрослые дяди будут обсуждать действительно важные дела.

Это было несколько… обидно, да. Но все же ан Дорио и его дружкам, не зная полного расклада, не следовало обезьянничать и тыкать в нас пальцами, словно в заправских неудачников.

Когда они приглушенно рассмеялись, Ланка скрипнула зубами и отвернулась, чтобы лишний раз не видеть этих идиотов. Ник, напротив, пристально на них посмотрел, словно хотел получше запомнить. Ну а я постаралась сделать вид, что мне их ужимки до лампады, а чтобы хоть как-то себя занять, снова подключила «прозрение». В этом спектре зрения я хотя бы морды придурков видеть не буду, тогда как о том, где они, куда пошли и что делают, мне будет прекрасно известно.

Правда, развлекаться с черно-серо-зеленой реальностью долго мне не дали — как только обнаружилось, что к палатке господина военного советника целеустремленно движутся двое крепких мужчин, как мне тут же захотелось взглянуть на них обычным зрением, чтобы понять, кого еще господин Агилар вознамерился сегодня увидеть.

Ждать пришлось недолго. Несмотря на то что мужчины направлялись к нам с разных сторон, из-за палаток они вывернули почти одновременно.

Первым оказался рослый, похожий на слегка очеловеченного бьерна здоровяк с огненно-рыжей шевелюрой и такой же роскошной, заплетенной в две косицы бородой. Вид у него был откровенно свирепый, широкие ноздри при виде нас шумно раздулись. Карие глаза оценивающе прищурились, разглядывая нас, словно попавшуюся на дороге дичь. После чего этот великан вдруг замер, как соляной столб, и густым сильным басом произнес:

— Лариана?!

Ланка быстро обернулась и вдруг побледнела как полотно.

— От-тец…

У подглядывающих за нами однокурсников дружно вытянулись лица, а я мысленно присвистнула.

Ого. И каким только ветром господина Норие-старшего вдруг занесло так далеко от дома? Впрочем, отец Рион что-то такое говорил про служение Ланкиного рода их ордену. Быть может, жрецы решили, что господину Норие настало время доказать свою преданность богиням, и поэтому призвали его под свои знамена? А может, кто-то умышленно намекнул нэлу о том, что в этом походе он может увидеть свою строптивую дочь?

Ланку, правда, встреча с отцом совершенно не обрадовала. Вместо того, что взвизгнуть от радости и кинуться ему на шею, она, напротив, попятилась и поспешила спрятаться за нашими спинами, как будто это могло ее спасти от сурового батюшкиного взора.

— Лариана Норие! — совершенно правильно расценив ее торопливый маневр, грозно нахмурился господин Норие. — По какому праву вы, юная леди, имеете наглость не только меня игнорировать, но и проявлять недостойную вашего славного рода трусость?!

— А вы, собственно, кто такой? — с самым невозмутимым видом осведомился Линнель, с готовностью прикрыв подругу.

— Как это кто?!

— Вот именно, кто? И кто дал вам право повышать голос на моих подчиненных?

Господин Норие уставился на нашего мага так, словно тот только что наступил ему на больную мозоль. Однако о субординации он явно что-то слышал. Да и насчет боевых троек ему, вероятно, какие-то сведения успели доложить. Поэтому он не взревел подобного дикому бьерну, а лишь сверкнул глазищами и гораздо более спокойным тоном заметил:

— Мое имя Андер Норие. И я имею несчастье быть отцом этой несносной девицы, которая в настоящее время прячется за вашей спиной, эрт…

— Линнель. Можете называть меня Николас Линнель. Позвольте представить, наша колдунья — Ниэль Корно. И ведьмачка. Ее, я так полагаю, представлять не нужно.

— Вы — командир этой тройки?

— Совершенно верно, нэл Норие. У вас имеются какие-то претензии к моим подчиненным?

— Еще какие, — проворчал здоровяк, подходя ближе, а потом обвинительно ткнул пальцем в Ланку. — Три с половиной года назад вот эта упрямая пигалица изволила сбежать из дому и без спросу отправилась поступать на боевой факультет. Три года эта бессовестная нахалка не соизволяла даже известить родного отца о том, где она, с кем и жива ли вообще! Хорошо еще, что многоуважаемый эрт Торано, узнав, что она по возрасту не подходит даже для первогодки, отправил мне официальный запрос. А то я бы до сих пор мучился догадками, куда подевалось мое непокорное чадо и не пора ли бежать его спасать!

— Я сбежала потому, что была тебе не нужна, — буркнула из-за спины Ника Ланка, пока мы с магом переваривали неожиданную новость.

Вот так-так. Похоже, подруга кое-чего нам недоговорила, когда жаловалась на трудное детство и сурового отца. Вот почему она на самом деле раньше времени решила поступать в академию и вот почему так не хотела нас приглашать к себе домой. Впрочем, если ее отношения с отцом действительно были настолько напряженными, может, оно и правильно, что подруга сбежала. Вот только, глядя на полное искреннего изумления, огорчения и растерянности лицо ее отца, я отчего-то усомнилась в том, что понимала ситуацию правильно.

В ответ на обвинение дочери он едва не отшатнулся.

— Лана! Да кто тебе сказал эту несусветную глупость?!

— Ты сам сказал, что больше не хочешь меня видеть! — чуть ли не в голос выкрикнула Ланка.

— Конечно сказал, — так же внезапно успокоился господин Норие, когда от обиды у нее слезы навернулись на глаза. — После того, как ты раскурочила нам приемный зал, затеяла драку с гостями, поломала им об колено церемониальное оружие и довела до полуобморочного состояния потенциального жениха, я был просто вынужден велеть тебе не показываться мне на глаза, иначе велика была вероятность, что я забуду все обещания, данные твоей покойной матушке, и вопреки своим принципам возьмусь за розги.

— А кто тебя просил звать мне каких-то там женихов?! Я об этом просила? Ты хотя бы мнение мое узнал?!

— Таков порядок, — непреклонно отозвался ее батюшка. — Смотрины устраиваются по достижении определенного возраста. Это традиция нашего рода. Традиция наших краев. Тебе ли об этом не знать? К тому же смотрины — это даже не помолвка. Не понравится — никто тебя замуж за нелюбимого не отдаст.

— В прошлый раз ты говорил другое! Ты пообещал меня выдать за первого встречного!

— Если бы ты не перестала вести себя как малолетняя дурочка — да. Пригрозил. И даже сам занялся бы поисками подходящего человека… где-нибудь в Дамане. Среди толковых, зрелых и мудрых ребят, способных утихомирить твой буйный нрав. Но вместо того, чтобы одуматься и хотя бы сказать, чем тебя не устроили кандидаты, ты что сделала? Пошла бить им… прости, богини… морды! А мне потом пришлось приносить извинения сразу трем соседям из-за того, что моя единственная дочь, видите ли, дурно воспитана!

Я мысленно крякнула.

Ах вот в чем там было дело… То-то Ланка так нервно реагировала на подколки Ника насчет мужей. А оно вон как. Оказывается, нэл решил заняться немаловажным для отца подрастающей девушки вопросом, но немного не угадал с кандидатами и, наверное, со временем, после чего Ланка… даже сейчас совсем незрелая, а уж тогда-то совсем была дитя-дитем… разобиделась на весь белый свет, разнесла ему ползамка, испортила дорогое вооружение и тут же сбежала, испугавшись, что ее выдадут замуж насильно…

Ох, да что же она такая дикая-то?! Обычно оборотни и их потомки рано созревают, а она как не в отца пошла. До сих пор в некоторых вопросах не разбирается, да и вообще взрослеть, откровенно говоря, не торопится.

— Ланка, — странным голосом произнес Ник. — Ты что, правда поверила, что тебя могут выдать замуж силой?

— А что? — шмыгнула носом рыжая, так и не показываясь батюшке на глаза. — У него слова с делом не расходятся, так что когда он сказал… в общем, я и так была на него зла за то, что он мне биться на равных со своими дружинниками запрещал, а после этого решила — гори все огнем. Замуж за первого встречного не пойду! Лучше — в академию. С колдуньей, магичкой или ведьмачкой он бы так гнусно не обошелся!

Линнель закатил глаза и отошел в сторону, за руку вытаскивая эту дуреху и выставляя пред очи строгого батюшки.

— Барашек, твоя вопиющая необразованность в житейских вопросах меня порой поражает.

Ланка настороженно покосилась на отца, но тот благоразумно остановился.

— Это еще почему?

— Потому, рыжик, что в имперских законах уже лет двести прописан запрет на варварские обычаи. Согласия, правда, можно добиться разными способами. Обещаниями, угрозами, шантажом… но, Саан тебя побери… Лариана Норие! Когда мы вернемся, я лично засажу тебя за учебники, и ты мне наизусть прочитаешь все параграфы, в которые я тебя ткну носом. Твоя вопиющая безграмотность — это пятно на репутации не только твоего отца, но и на мне, как на командире. Поэтому по возвращении ты плотно засядешь в библиотеке и не вылезешь из нее, пока я не разрешу! Приказ понятен?!

— Так точно, — понурилась рыжая.

— Отлично. Нэл Норие, она ваша.

— Что?! — тут же вскинулась Ланка. — Линнель, ты что, отдашь меня ему на растерзание?!

— Дурочка, — неожиданно улыбнулся господин Норие и, быстро подойдя, крепко обнял блудную дочь. — Никому я тебя не отдам, глупышка ты моя. И замуж силком тебя никто не выдаст. Кого выберешь, тому я и буду рад. А если ты мне внуков родишь, я и вовсе буду счастлив.

— Ч-чего? — пролепетала растерявшаяся подруга, подняв на него ошеломленный взгляд. — Что ты сказал?!

— Я дал согласие на твою учебу и даже просил эрта Торано принять тебя раньше времени только ради того, чтобы ты хотя бы семь лет была под присмотром. Далеко от дома, да, но чего только не сделаешь ради ребенка? — ласково погладил ее по голове отец. — Ну? Что? Теперь веришь мне, чудо мое ясноглазое?

— П-папа! П-прости, я… я такая дура… наверное…

У Ланки на глазах заблестели слезы, поэтому она осеклась и спрятала лицо на груди у отца. Тот снова ее обнял и аккуратно поцеловал в макушку, тем самым подтверждая, что давно не сердится и никогда не переставал любить свое своенравное, местами чересчур вспыльчивое, но все же родное чадо.

Уф, как же хорошо, что все хорошо кончается! Вот и Ланке больше не нужно переживать, что она никому не нужна. Недаром ее батюшка примчался сюда по первому зову. Небось знал, что где-то тут и маги будут, и выпускники академии. А там, чем Саан не шутит, может, и беглая дочурка найдется, потому что наверняка не сможет пройти мимо такого приключения.

— А насчет женихов не переживайте, — кашлянул вдруг в сторонке Ник. — Кого попало мы к нашей Ланке не подпустим. Только проверенные люди. Только свои. Так что, надеюсь, разочарованы не будете.

— Линнель! — моментально вскинулась рыжая, да так, что слезы на ее глазах моментально высохли.

— Спокойно, рыжик. Что я, не командир, что ли? А командир обязан заботиться о своих людях, поэтому я готов в присутствии твоего отца гарантировать тебе достойного кандидата. Сделка?

Линнель вдруг нагло протянул Ланкиному отцу руку.

Тот, рассмеявшись, крепко ее пожал.

— Сделка. А ты, дочь моя неразумная… когда придет время, уже не отвертишься. А с такими напарниками я теперь буду за тебя спокоен.

— Да ладно, — смущенно отвернулась подруга. — Ты это… правда, меня извини. Ладно, пап? И ну… ты вроде куда-то шел?

— Ах, Саанов хвост… — спохватился нэл Норие. — Прощу прощения, у меня дела. Наши палатки у западной границы лагеря, рядом со святошами. А теперь мне пора. Позже поговорим.

С этим словами он отстранился и быстрым шагом направился к палатке господина Агилара. Но не успел он скрыться внутри, как сзади кто-то насмешливо заметил:

— Ну надо же… старые знакомые… Линнель, Корно, Норие… а я-то иду и думаю, где уже слышал ваши голоса?

Мы стремительно обернулись и неверяще уставились на второго гостя, которого господин военный советник императора дожидался все в той же палатке.

При виде подтянутого мужчины в дорогой броне, в шлеме и со знаками отличия высшего боевого офицера мы, если честно, даже слегка растерялись. Голос из-под шлема звучал приглушенно. Лица и вовсе не было видно. А вот то, что он носил на себе знак командира северного боевого крыла, было уже серьезно. Причем как для нас, так и для двух адьютантов, и уже тем более для застывших возле дальних палаток студентов.

Собственно, о них я тогда даже не вспомнила, да и зачем нам они, если перед нами стоял командир не просто какой-то там военной части, а командующий доброй трети имперских войск. Причем не обычных войск, а смешанных, включая магов, колдунов, ведьмаков и даже знаменитых Фениксов. Аура у него с виду была обычной, разве что немного ярче и шире, чем у обычного человека. Но кто этот одаренный? И почему заговорил с нами так, будто мы давно знакомы?

В ответ на наше общее недоумение мужчина со смешком снял шлем, и вот тогда мы изумились по-настоящему.

— Эрт Экради!

— Ну здравствуйте, что ли, — широко улыбнулся эрт Лерон Экради, невероятно мужественный человек, превосходный маг, а ныне — еще и командующий северного боевого крыла. После чего он быстро пошел, по очереди нас обнял и, отступив на шаг, с чувством добавил:

— Как же я рад вас видеть!