32

Открываю глаза и не сразу осознаю, где нахожусь. Спустя минуту сознание проясняется.

И чтоб всем вокруг икалось, но надо мной не глянцевый потолок студии. Нет! Это бетон. Опять!.. Я опять просыпаюсь хрен знает где.

Грузовик, какой-то подвал, а теперь, квадратная маленькая комната с несколькими койками по углам. И всё это за несколько дней!..

Из-за Одичалого такая ерунда происходит. Не удивлюсь, если он в очередной раз приложил руку к моему похищению. Урод, всё никак не хочет успокоиться.

Прислушиваюсь к своим ощущениям. В целом, всё в порядке, только немного болит голова. Даже удивительно. Хотя, есть подозрения, что капельница, воткнутая в правую руку, поддерживает моё нормальное состояние.

Я прекрасно помню предыдущие события. Мы с Магушем занялись сексом во второй раз. Потом, приняли совместный душ, и решили, наконец, попробовать напитки.

Магушу ещё принесли комплимент от заведения, его любимый виски. С него он и начал дегустацию, а мне налил красное сухое вино. Терпкое, но оставляющее после себя приятное послевкусие.

Последнее, что я помню, как меня повело в сторону. Я ещё не сразу поняла, что не смогла бы опьянеть от половины бокала вина. При падении зацепила локтём стол и содрала кожу на локте.

И всё. Больше воспоминаний не осталось. Лишь ноющий локоть в сгибе руки напоминает о том падении. Неужели, в вине оказалось что-то подмешано? А в виски?..

Конечно. Тогда бы Магуш отвёз меня в больницу. Вряд-ли бы я оказалась непонятно где. И это место совсем не похоже на больничную палату, даже самую дешёвую.

Скорее, комната в борделе. Потому как, окружающая обстановка наводит не на самые приятные мысли.

Помимо кроватей, здесь разбросано множество женских вещей. Начиная от тонких чулков в сетку, и заканчивая полупустыми стеклянными бутылками с пивом.

Расчёски, всевозможные бутылочки с маслами, какие-то журналы. И это только то, за что сразу цепляется мой взгляд.

Неприязненно морщусь. В такой маленькой комнате, и такой бедлам.

Занавеска, служащая дверью, дёргается в сторону. На пороге появляются две женщины. Из-за слоя косметики на их лицах, не сразу удаётся прикинуть возраст. Наверное, около сорока.

— О, молодая проснулась, — брюнетка с жидким коротким хвостиком благодушно улыбается. — Ну-ну, только сильно не пугайся. Ты в борделе. В борделе уникум-класса.

Я настороженно замираю и вытаскиваю из вены иглу от капельницы. Не паникую. Лишь строгим взглядом осматриваю двух вошедших женщин.

Понимаю, что теперь я не одна. За мной придёт Магуш или Азар. В данный момент, ничего страшного не происходит. Значит, с каждой минутой у меня появляется шанс быть спасённой.

Не позволю никому себя касаться. Глотку вырву, буду сопротивляться до последнего. Хватит, надоело жить в бесконечном страхе.

— Идём, — брюнетка машет головой в свою сторону. — Отведу тебя в твою новую комнату. Сегодня работать не будешь, пока не посвятят в курс дела.

Я поднимаюсь с кровати. Целенаправленно медленно и неторопливо.

— Бордель предоставляет услуги БДСМ, — хрипло продолжает брюнетка прокуренным голосом. — Клиент может делать всё, что ему вздумается. За определенную высокую плату, разумеется. Будь готова к боли. И к любому запросу посетителя. Мужчинам здесь не принято отказывать. А за попытку побега есть суровое наказание.

— Охрана на высоте, — подхватывает блондинка. Изучающе окидывает меня взглядом. — И мышка не проскочит. Кому из арабов перешла дорогу, девочка? Сюда свозят тех, кто жёстко в своё время косякнул перед влиятельным человеком.

БДСМ. Мысленно хмыкаю. Такой хернёй меня не удивить. Плётка практически на протяжении всего года была моей спутницей. А что до фетишей, у Одичалого их хоть отбавляй.

Не удивлюсь, если он таким образом решил мне отомстить. И боль для меня не нова. Но кто сказал, что я стану исполнять свои новые обязанности?

— Пусть в себя придёт, — резко осаживает свою неугомонную приятельницу брюнетка. — Не спрашивай ничего. — недовольно морщит нос. — Мне кажется, или она похожа на нашу Алёнку?

Теперь уже две женщины крайне внимательно осматривают меня. Я лишь озадаченно потираю лоб.

Да, это имя моей непутёвой матери. И если она окажется здесь, для меня её появление в подобном месте не станет чем-то неожиданным.

— Ну, идём, — брюнетка зовёт крайне настойчиво.

И я подчиняюсь. Не хочу, чтобы у женщин из-за меня были проблемы. В коридоре прохладно. Вообще, складывается впечатление, что мы где-то под землёй.

Серые бетонные стены морально давят. Атмосфера тяжёлая, очень уж неприятная. И женщины, идущие впереди, выглядят слишком измученными и потрёпанными.

Минуя несколько комнат с занавесками, мы останавливаемся возле комнаты с дверью. Меня пропускают внутрь.

Я спокойно делаю шаг вперёд. Где бы я не оказалась, понимаю, что меня никто не бросит. И эта уверенность даёт мне просто колоссальную непоколебимость в своей неприкосновенности.

В помещении расположены четыре кровати. Одну из них занимает рыжая женщина, лениво приподнимающая голову при нашем появлении.

Ещё две пустуют. А последняя принадлежит женщине, почему-то прикованной наручниками к железной трубе. При одном взгляде на неё сразу становится понятно, что она в дрова накуренная.

— Похожа ведь, — продолжает настаивать брюнетка за моей спиной.

— Да, — её приятельница соглашается. — Может, Алёнкина дочь. Не позавидую, если она повторит судьбу матери.

Женщины уходят. Я же рассматриваю эту самую Алёну. И без какого-либо удивления нахожу реальные сходства. Волосы, глаза, черты лица. Но сердце никак не реагирует на происходящее.

И то, что бросившая меня в далёком детстве мать, находится в таком злачном месте, не приносит совершенно никаких эмоций.