14

Видимо, я издала какой-то звук, потому что оба обернулись и смотрели прямо на меня. А я на них в ответ. Что вообще происходит? Мой мозг просто отказывался воспринимать эту ситуацию… Он искал оправдание этой сцене! Только как можно оправдать голую женщину и родного мужа в тёмной подсобке?

– Что… Что здесь происходит? – задала самый идиотский вопрос из всех возможных. Такое чувство, что в глотку битого стекла натолкали, не продохнуть.

– Так и знала, что ты тупая, – подала голос блондинка. – А на что это похоже?

Я не смотрела на неё, смотрела только на супруга. Искала ответ в его глазах. Мне казалось, что весь мир сосредоточен в его серых омутах.

– Выйди, Эмилия, – безразлично произносит. Я вздрагиваю и обнимаю себя руками. Мне почему-то вмиг так холодно стало.

Сглатываю комок, мешающий дышать.

– Наиль… – не голос, а жалкий скулёж. Я ненавижу себя за эту слабость.

Я жду, что он что-то скажет, как-то постарается оправдаться. А я поверю. Иногда человеку достаточно и маленькой искорки надежды, чтобы разжечь пламя, которое будет греть по ночам и вызывать мнимое чувство счастья. И мне нужна эта искорка. Пожалуйста…

– Я сказал – выйди.

Я чувствую, как внутри всё взрывается от боли. Проклятые слёзы грозят вот-вот пролиться. Неужели я ничего для него не значу? Неужели он ничего не чувствует?! Он не может не чувствовать… Я не понимаю, не понимаю…

И я осознала, что он серьёзно. Наиль выгоняет меня! Чтобы… чтобы поразвлекаться со своей любовницей. Значит, все её слова – правда? Меня словно кипятком окатило, грудь сдавило шипастыми тисками – не продохнуть. Чувствовала, как из глаз начинают катиться слёзы.

Я больше не могла видеть его, находиться рядом. Развернулась и побежала, не разбирая дороги, слышала, как кто-то звал, но мне было плевать. Я выскочила из ресторана и бежала так быстро, как только могла. Прочь от этого места. Прочь от… него…

Не знаю, сколько прошло времени, и где я находилась. В один момент внутри просто закончился воздух, я рухнула коленями на асфальт и заплакала в голос. Мне было так больно, что я думала, что умру. Обида, злость, непонимание – всё смешалось внутри. За что он так со мной? Почему я такая идиотка? Как могла верить его словам? Создала какую-то иллюзию о нём, а он разбил её на мелкие осколки, которые режут до крови. Вспарывают нутро и выворачивают наизнанку. Я ведь и правда поверила, что буду с ним счастлива… Мне так этого хотелось! Хотелось ему верить. Хотелось быть особенной для него. Неужели он играл? Для чего тогда нужны были все эти слова, жесты и нежность? Мне хотелось, чтобы всё было неправдой… Но он сам прогнал меня прочь.

Раз за разом вспоминала его слова и холодные глаза. Вот ты какой, Наиль Абрамов. Хорошо, что сейчас показал истинное лицо, а не тогда, когда было бы уже поздно. Ни один мужчина не достоин моих слёз. Пусть катится в ад вместе со своей белобрысой шалавой.

Истерика закончилась внезапно. Внутри образовалась какая-то пустота и апатия. Я вытерла слёзы и, насколько это возможно, поправила на себе одежду. Огляделась вокруг и поняла, что нахожусь среди каких-то высоток. И еще поняла, что я в чужом городе совершенно без знакомых и друзей. Но меня почему-то это не напугало. Я пошла вперёд. Без цели и какого-либо плана.

По ощущениям прошло часа два после побега, когда меня нашёл Исхак.

– Эмилия! – закричал мужчина и, выбежав из машины, подбежал ко мне. – Ты как? – он внимательно осматривал меня.

– Отвези меня домой, – хрипло попросила и сама пошла к его машине.

Валиев помог мне забраться внутрь, и сам устроился на месте водителя. Он взял телефон, но я положила руку на его.

– Не звони ему… Привези домой и только тогда скажи, пожалуйста, – Исхак долго смотрел на меня, я думала он откажет. Но мужчина удивил – он кивнул, бросил телефон на панель и завёл машину.

Доехали мы быстро. Я просто вышла из машины и пошла в дом. Знала, что Исхак уже звонит Наилю, и тот скоро приедет. Зашла в комнату и сразу пошла в душ. Мне нужно смыть с себя сегодняшний вечер.

Я переоделась в пижаму и услышала, как к дому подъехало несколько автомобилей. Как люди что-то кричат. Сердце пропустило удар, когда я услышала голос мужа.

Сука!

Я думала, что всё улеглось, пока он не появился! Меня снова такой волной ярости накрыло… Так бывает, когда думаешь и убеждаешь себя, что всё в прошлом, но прошлое с этим не согласно. Он сейчас будет здесь! Не придумав ничего лучше, я подошла к двери и закрыла её на замок. Я понимала, что ни одна дверь Наиля не остановит…

В голове снова начали кружить потревоженные мысли. Как он мог так поступить? Со мной? С нами? Я металась по комнате и не находила себе места. Услышала, как в дверь стучат. Я знала, что это Наиль.

– Эмилия, открой! – в голосе мужа столько гнева.

Пошел к черту!

– Я считаю до двух и вышибаю дверь! Один…

Дверь слетела с петель, я едва успела отпрыгнуть. На пороге появился злой, словно сам чёрт, супруг. Абрамов в два шага преодолел разделявшее нас расстояние и схватил меня за руку, прожигая взглядом.

Как он смеет прикасаться ко мне после того, как этими же руками трогал другую? А я, дура, верила ему!

– Не смей касаться меня! – выкрикнула, вырывая ладонь из его захвата. – Никогда больше не смей трогать меня. Ты мне противен. Уходи к ней! Зачем пришёл?

– Ты где была? Я полночи искал тебя!

– О, прости, у тебя же были другие планы, – сарказм так и сочился из моего голоса.

Я смотрела ему в глаза, надеялась, что он увидит, как сильно я ненавижу его! Как больно он мне сделал, хотя обещал, что никогда не причинит боли.

– Где. Ты. Была. – всё ещё держа за руку, встряхнул, словно котёнка.

– А что, если я скажу, что тоже изменяла тебе? – дерзко смотрю на мужа. И вижу, как его лицо каменеет. Ноздри раздуваются от едва сдерживаемого гнева. В этот самый момент я до безумия испугалась его и пожалела о своих словах.

В следующее мгновение Наиль кидает меня на кровать и накрывает своим телом сверху. Меня трясёт, я пытаюсь его скинуть с себя, кричу от безысходности.

– Давай, сделай это! Возьми меня, чтобы я действительно тебя возненавидела!

Абрамов тяжело дышит, смотрит неотрывно, и в его глазах я вижу свой приговор…

Я закрываю глаза, чтобы не видеть его лица… Не хочу, не могу. Внутри всё взрывается от боли, от обиды. Чувствую, как слёзы начинают катиться из глаз. Пытаюсь стереть их плечом, из горла вырывается всхлип. Кусаю губы в кровь, чтобы остановиться. Чувствую, как Наиль замер, и от этого ещё хуже становится. Я не хочу, чтобы он смотрел на меня, чтобы знал, что эти слёзы, эта слабость из-за него.

– Пожалуйста, уйди… – шепчу сквозь рыдания.

– Эмилия, – слышу голос мужа. Он скатывается с меня, притягивает к себе и обнимает.

А у меня даже нет сил, чтобы противостоять ему. Они просто закончились, словно их кто-то выкачал. Рыдания душат, я уже даже не сдерживаюсь. Цепляюсь за его рубашку и плачу, плачу, плачу. Слёзы нескончаемым потоком льются из глаз. Маленькая, наивная Эмилия. Неужели, я правда думала, что Наиль меня полюбит? Что в этом мире есть любовь для меня? Если собственный отец не любит…

Чувствую, как мужчина гладит по спине, говорит какие-то слова… А меня тошнить начинает. Отстраняюсь и смотрю в его серые глаза.

– Уходи! – снова прогоняю.

И рыдаю навзрыд, размазывая слёзы по лицу, потому что не хочу, чтобы уходил… Это какой-то замкнутый круг, сплошная агония и пытка.

– Уйди! Проваливай! Что, натрахался и домой вернулся? Ты мне противен! Ты ею воняешь! Ненавижу! – кричу на него, сползая с кровати.

– Успокойся и не выдумывай того, чего нет, бл*ть! – повысил голос в ответ. И смотрит с бешенством. Какое имеет право?

– Я всё видела и слышала. Ты просил не мешать, пока… – не могу сказать вслух, такое чувство, что гвоздей нажралась. – Уходи!

– Никуда я не пойду, пока мы не поговорим. И не беси меня, Эмилия, я и так на взводе.

От такого заявления я открыла и закрыла рот несколько раз. Я, словно спичка, зажглась и готова была спалить его, чтобы остался лишь пепел! Я его бешу? Ну что же, дорогой, это взаимно. Хоть что-то между нами взаимно!

– Знаешь что, Абрамов? Пошел ты на х*р! Мне плевать на тебя, на твою семейку и твоих шлюх. Оставь меня в покое – это всё, о чём я прошу. Завтра я улечу домой, ни секунды не собираюсь оставаться в доме, где со мной обращаются, как с…

– С кем? – не дав договорить, оборвал и стал надвигаться на меня. – Как с кем, Милаха?

– Не… Не подходи ближе, – выставляю руку вперёд. Глупо. Разве его это остановит?

Уперлась спиной в стену, отходить больше некуда, а смотреть на мужа – страшно. Хотя, что он мне ещё может сделать? Наигрался и выбросил, как ненужную вещь, а теперь ещё и злится, что я посмела возражать.

– Ты мне на вопрос ответь, – говорит спокойно и протягивает руку ко мне, трогает за прядь волос. Я вздрагиваю и съеживаюсь. Наиль шумно выдыхает.

– Ты думала, я тебя ударю? – спрашивает, а в голосе такие странные нотки, не могу их распознать. Я не отвечаю, отворачиваю лицо от него, а муж пятернёй за скулы берёт и поворачивает к себе, хочет, чтобы в глаза смотрела.

– Отвечай! Ты думала, я тебя ударю?

– Да! – кричу в ответ.

Наиль смотрит с таким непонимаем и даже болью… Или мне показалось?

– Какого хрена, Эмилия? Мы опять пришли к тому, с чего начали, – разочарованно качает головой.

– Нет. Мы пришли к тому, что ты ни во что меня не ставишь, я значу не больше, чем пуфик, – дерзко отвечаю.

Абрамов молчит, просто смотрит с высоты своего роста. А я опять плакать хочу, неужели ему нечего сказать?

– Завтра меня здесь не будет. Можешь спать со своей подстилкой тогда, когда захочешь.

– Ты уже сделала свои выводы, – тихо, зло произносит.

– И они верны, Наиль. Я застала тебя с другой, ТЫ выгнал меня! Я не дура, прекрасно всё понимаю. Мой склад ума…

– Его, сука, ограбили, твой склад ума! – заорал муж, и я вздрогнула.

– Ты опять себе надумала то, чего НЕ БЫЛО! Если бы ты для меня ничего не значила, я бы не сорвался за тобой и не перевернул бы весь город. Ты хоть на секунду задумалась, что могло произойти?! Ты знаешь, сколько у нас врагов? Хоть на секунду, Эмилия! Ты сделала выводы, убежала из-за того, что я нагрубил тебе! Ты ведёшь себя, как ребенок, пора уже вырасти!

– Ты думаешь, я убежала из-за грубости?! Ты трахал эту белобрысую!

– Да, я с ней трахался когда-то! Но за время нашего брака я ни к кому не притронулся. Ты думаешь, я бы тебя так унизил? – его слова бьют в самое сердце, от чего дышать становится нечем.

– Но Диляра сказала…

– Она соврала. Почему ты сразу не пришла ко мне и не выяснила всё?

– Я пришла, а там твоя бывшая без платья…

– Понятно. Слушай меня внимательно, Милаха, повторять и переубеждать я не стану. Я не пацан, чтобы оправдываться. В своей жизни я творил много дерьма, даже и не вспомнить всего. Но я никогда тебе не изменял и не собираюсь. Зачем мне другие, когда у меня только от тебя сердце бьётся в горле, и адской жаждой кроет?

– Тогда почему прогнал меня…

– Потому что я не хотел, чтобы ты видела, как я сорвался! Скажу одно: Диляра больше никогда в жизни тебя не побеспокоит, забудь о ней.

Как же я хотела ему верить и… верила. Почему-то я точно знала, что он не врёт мне… Слёзы с новой силой покатились из глаз. Какая же я неуверенная в себе дура! Я так боюсь, что он сделает мне больно и постоянно этого жду, что не замечаю, как сама делаю больно себе… Ему.

Наиль сгрёб в охапку, обнял. А я сразу же руками его шею обняла, в волосы вцепилась. Кажется, я влюбилась. Надышаться им не могу, сердце стучит набатом, думаю, он слышит. А муж лицо моё поднял и стал целовать мокрые от слёз щеки.

– Прости меня, – проговорила сквозь рыдания.

Прислоняется ко мне лбом, смотрим глаза в глаза.

– Мне не за что прощать тебя. Но я не гребаный экстрасенс, я не знаю, как себя вести с тобой, чтобы не обидеть. Я хочу, чтобы ты всегда говорила мне о том, чего хочешь, и что мне для этого сделать, хорошо?

– Я… Ты останешься сегодня со мной? – спрашиваю и замираю в ожидании ответа. Наиль молчит, всматривается в мои глаза.

– Если я останусь, то мы спать не будем. Никаких больше игр. Ты уверена, что хочешь, чтобы я остался?

– Да.

Всё, назад дороги нет.

Сегодня мы станем мужем и женой по-настоящему.

Наиль кладёт ладони на мои скулы и внимательно смотрит на моё лицо, а я смотрю на него. В моих глазах ответ – я хочу быть его, принадлежать лишь ему. Муж шумно вдыхает воздух, гладит пальцами щёки.

– Больше никогда не сбегай от меня, Милаха, – хрипло говорит, ведёт рукой по шее и легонько сжимает. – Я чуть с ума не сошёл, когда не смог найти.

– Боялся, что твоя игрушка сбежала? – дерзко спрашиваю, а саму трясёт от прикосновений.

Абрамов отрицательно качает головой.

– У меня слишком много врагов, которые могли бы отыграться на тебе, – запускает руки в мои волосы и сжимает на затылке. – Сама мысль, что с тобой может что-то случиться… Пообещай, что никогда не сбежишь.

Столько эмоций в его голосе. Я понимаю, что он действительно переживает, и это осознание вселяет ещё большую надежду.

– Обещаю, – говорю в ответ.

И в ту же секунду Наиль накидывается на мой рот поцелуем. Он сводит меня с ума. Чувствую его крепкое тело, его мужской запах и эти движения языка, которые переносят в другую реальность… Все так остро, на грани. И я отвечаю с таким же напором, потребностью. Хочу насытиться им, раствориться в ощущениях.

Внизу живота томительно ноет, и я теснее прижимаюсь к мужу, чтобы как-то облегчить это ощущение. Чувствую, как его ладонь забирается мне под футболку, пальцы царапают кожу, гладят живот требовательно, грубо. Поднимаются и очерчивают ребра под грудью. А я с ума сходить начинаю от понимания, что сейчас произойдёт, и самое главное – я хочу этого…

Секунда, и Абрамов рывком стягивает с меня футболку, а затем припадает к моей голой груди. Я цепляюсь за его волосы, выгибаюсь навстречу ласке. До чего же приятно! Его язык снова и снова задевает вершину соска, от чего из горла вырывается бесстыдный стон. Возбуждение взлетает вверх, достигает своего пика, настолько мне нравится то, что он со мной делает. И нет ни страха, ни сожаления… Лишь трепет и желание перед неизвестным.

Я даже не поняла, как мы оказались на кровати. Наиль стягивает с меня шорты, и я перед ним абсолютно голая. Он всё ещё одет, стоит на коленях около меня и смотрит с восхищением. Никогда ещё не видела картины эротичней. Возбуждение бьёт в голову, словно крепкий алкоголь, я сама тянусь к рубашке мужа, пытаюсь её снять. Я хочу прикосновений, хочу кожа к коже. Наиль сексуально смеётся, когда я рычу и сильнее тяну за рубашку.

– Нетерпеливая, – убирает мои руки и быстро снимает с себя рубашку и брюки.

Он остаётся в одних боксерах, а я любуюсь его телом. Мой супруг прекрасно сложен, сплошные мышцы и мощь. Тело бога. Я хныкаю, жмусь к нему грудью, царапаю живот. Я нуждаюсь в нём.

– Я хочу… – мой голос дрожит от нетерпения, срывается. – Пожалуйста…

Наиль наклоняется и снова целует, я обнимаю его за плечи, вожу руками по спине, а он отрывается от моих губ и ведёт языком вниз. Облизывает каждый миллиметр кожи, прикусывает сосок. Я выгибаюсь от удовольствия. Спускается ниже, царапает кожу живота бородой, заставляя каждый раз вздрагивать. То, что он делает со мной, нужно запретить законом. Я лишь и могу, что стонать и метаться по кровати, словно в лихорадке.

– Бл*ть, ты бы знала, как я хочу тебя… – рычит мне в живот, и этот звук дрожью отдает по телу.

Прикусывает кожу под пупком, я чувствую его дыхание… там. Резко распахиваю глаза и пытаюсь свести ноги вместе, но Наиль мне не даёт. От такой близости, от интимности, меня опаляет жар.

– Не… не надо, – говорю, заливаясь краской, тяну его вверх. Он же не собирается… Ох. – Иди ко мне.

– Я хочу тебя языком. Расслабься, Милаха.

Абрамов нагло раздвигает мне ноги, я даже возмутиться не успеваю, когда чувствую его язык на половых губах. Меня подбрасывает на кровати. Он даже не дал мне подготовиться… Хотя, можно ли к такому подготовиться? Его влажный язык касается лона, раздвигает складочки, мягко касается клитора. Эти новые ощущения лишают меня разума. Бёдра сами по себе хаотично начинают двигаться, насаживаясь на язык мужчины. В животе зарождается такая лавина, что я не могу её контролировать. Хватаю Наиля за волосы, стону его имя, а через мгновение меня сносит сокрушительной волной оргазма. Абрамову понадобилось всего несколько секунд, чтобы довести меня до кульминации… Я превратилась в дрожащее нечто… Никакой душ не сравниться с этим мужчиной.

Чувствую, как кровать прогнулась. Открыла глаза и увидела, что Наиль снял с себя боксеры, раздвинул коленом мои ноги и устроился между ними.

Сейчас всё произойдет…

Страха внутри нет, лишь желание и какое-то щемящее чувство нежности к мужу.

Грудь Абрамова тяжело и часто вздымается, он смотрит на меня своими серыми глазами, а я улыбаюсь в ответ, подбадриваю его, даю согласие. Наиль наклоняется и целует меня, я чувствую свой вкус у него на языке. Ощущаю его твердость, когда головка его члена касается моих половых губ, меня снова током шарахает. Наиль напряжён, я вижу, как пот катится по его вискам, а у меня появляется дикое желание слизать эти капли. Он смотрит глаза в глаза и медленно толкается бёдрами вперед. Я стараюсь расслабиться, но чувство давления такое сильное, что я хмурюсь, а затем низ живота разрывает вспышкой боли. Я вскрикиваю и инстинктивно пытаюсь оттолкнуть мужчину.

– Потерпи, маленькая, потом будет хорошо… – слышу голос Наиля.

Закрыла глаза, дышу через нос, боль потихоньку отступает… Чувствую, как его член давит на стенки изнутри, такое странное ощущение.

– Нормально? – спрашивает напряжённо.

Я распахиваю глаза и киваю. Наиль начинает раскачивать бёдрами, проникая все глубже, наращивая темп. Его движения ритмичные и уверенные. Я любуюсь им. Я кайфую от того, что ощущаю себя в его власти, от нашего единения. Это новые ощущения, и они, определенно, мне нравятся.

Наиль начинает двигаться всё быстрее и быстрее, тянет за волосы, целует глубже. Наши тела покрыты потом, его движения становятся хаотичными, руки мнут мою грудь, сжимают бёдра, звук шлепков тел становится всё громче. Абрамов начинает рычать, а его член внутри начинает пульсировать, я понимаю, что он кончает. И мне это нравится…

Я обнимаю мужа за шею, прижимаюсь ближе, желая, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось… Я любуюсь им и чётко понимаю, что влюбилась… И хочу, чтобы он влюбился в ответ…