Часть 2. Глава 18

Ка-арис:

На встречу я пошла с Эслентейном и вампирами. Синдр бухтел, пыхтел, строил недовольное и обиженное на весь мир лицо, но все же признал очевидное — идти с топором против драконов глупо и бессмысленно. Можно просто мрачно постоять рядом со мной, сверля взглядом На-арис, но вряд ли это сделает наше с сестрой общение более доверительным. А быстро исчезнуть в случае опасности у него не получится — драконы стремительны, когти у них острые, и будет лучше не нарываться. Зато нас с Эслентейном два вампира в любой момент могут подхватить и скрыться.

В качестве последнего аргумента я предъявила Тариена, с точно таким же недовольным лицом гипнотизирующего своего друга. Не то чтобы это сильно помогло… Так что пришлось пускать в ход поощрительные пряники, то есть вставать на цыпочки, обнимать чудовище за шею, притягивая к себе поближе, и целовать, уже не замечая клыков. И, судя по тому, как мне ответили, ждут меня сегодня лучшие времена для признания. Но, странное дело, я к ним готова и хочу их! Я очень-очень хочу услышать от Синдра, что он меня любит, и… загадочно промолчать в ответ. Хотя бы еще на седьмицу… Пусть посомневается! Он такой милый, когда ревнует меня к Тха-арису!

А вот что делать с Тха-арисом, не знаю. И думать об этом сейчас не хочу…

У меня перед глазами пример эльфов, которые из-за какой-то глупости провели четыреста лет раздельно и теперь не могут оторваться друг от друга. Так вот… У меня нет этих четырехсот лет! У меня есть Синдр и есть мгновения, которые мы можем прожить вместе. И…

Наверное, я все-таки тороплюсь. Конечно, тороплюсь. Нельзя влюбиться за две седьмицы, нельзя! Надо… А если он уйдет и не станет ждать? Уйдет, и некому будет меня обнять, так крепко, как только он может? Надежный, сильный, наглый дикарь!

— Чахла, ты помни, что тоже дракон, покруче, чем твоя сестра. Ей, чтобы стать драконом, надо обращаться, а в тебя мы и так все верим.

Во-о-от… Во-о-о-от кто так сможет меня приободрить, погладить, поцеловать в макушку и прошептать на ухо:

— Задай ей там…

Главное, не разрыдаться от избытка чувств. На меня, между прочим, все смотрят, а я стою и глазами хлопаю… на свое чудовище!

Синдр:

Поганка, приняв боевой вид, пошагала по тропинке, Эслен держался рядом, затем — Алран, и замыкал шествие новый кровосос, Урлен.

Я проводил их взглядом, почесал затылок и вздохнул.

Вот у вампиров имена нормальные, простые. Тариен тоже вполне себе хорошее имя, хотя я б до Тара сократил, но и так ничего. А Арисы все, как специально, со своими «а-а» носятся. Хотя, может, и правда специально. Га-ад тоже через «а-а», а та сестра чахлы, которую я все-таки топором приложил, без «а-а» была и не дракон.

Я еще по дороге сюда пытался из поганки вытрясти, как так вышло.

— Может, жены разные?

— Нет!

— Отцы разные? — ну мало ли, у них же тут все не так, как у всех.

— Нет.

— То есть мать дракон, отец дракон, а дети — как придется?

— Им магии не хватило!

Вот и понимай как хочешь. Магия! Какая такая магия?!

Дождавшись, когда чахла совсем скроется из виду, мы отправились в дом.

Первым влетел Тха, потом — Тариен. Я вошел самым последним, уселся на лавке рядом с этим… илитиири. Вот ведь придумали себе название для расы! У них еще какое-то другое было, попроще… точно! Дроу.

Сначала мы все сидели молча. Я доедал рыбу, запивая ее каким-то местным шаманским дурманом. Легоньким таким, вкусным, не то что та отрава, которой меня в ночлежке угостили. Этот, конечно, тоже не бабка делала, но с рыбой хорошо шло.

Но потом, когда еда закончилась и девчонки, хихикая между собой и строя нам всем троим глазки, принялись убирать со стола, я все же решил, что молчание у нас какое-то неправильное. Нет в нем понимания, единения, общей слаженности в мыслях. Словно чужие молчим.

А ведь нам вместе гномов бить идти, так что надо хотя бы с темным подружиться. С ним-то мне точно делить нечего.

И тут он словно почуял мой настрой:

— Пошли, прогуляемся. Дело у меня одно есть.

Дело — это хорошо, это не квакш на валуне пугать. Так что я согласно кивнул и на Тха покосился. Но тот как сидел с застывшей рожей, так с ней и остался. Никакого интереса к нашим прогулкам не проявил. Меня прямо подмывало ему про совместную битву с гномами напомнить, но решил, что не время. В конце концов, ни мне, ни гномам до выражения его рожи дела нет. А удар у него хороший, гномам мало не покажется. Еще если топор ему добыть или палицу, так вообще хана этим людокрадам придет.

А чего он тут рожи строит — понятно. У него ведь тоже на чахлу планы, да еще дольше, чем у меня, но она хвостом покрутила и ко мне перепорхнула. Ясно, что он лопух, спугнул ее по дурости, да и я, когда нашел, тоже не сразу оценил. Только мне двух седьмиц хватило понять, какой клад к нам на болото рухнул. Может, и этот понял, вот и оплакивает сидит. Как мужчина. Молча.

Так что мы его с темным оставили, сами вышли, даже не во двор, а за забор. Тоже молча. И только когда мы уж почти до другого края селения дошли, Тариен решился открыть рот. До этого, видать, боялся, что мошка залетит.

— Присмотри за домом. Мне внутрь надо.

Вот тут я озадачился, очень. По чужим шатрам без хозяина у орков лазать не принято. У троллей тоже не очень поощряется, можно и поперек спины бревнышком получить.

Мужики у троллей отдельно живут, компанией, а к бабам только в гости ходят, причем лишь к своим. Дед вот мой на сторону ни разу не сходил, хотя тут еще одна уважительная причина есть — боялся, что бабка угостит настоечкой на бузине с беленой. Их если правильно смешать — вкусно, а если по-другому правильно — то тоже вкусно, только недолго.

Но это у меня от задумчивости мысли вскачь не в ту степь. Главное ж что? Главное — не принято без хозяина в гости заглядывать.

— Тебя там девка ждет? Чего за домом-то смотреть, не убежит. Ты поточнее скажи, что тебе внутри надо и что мне снаружи делать.

Тариен, уже открывший калитку, повернулся ко мне и смотрел в упор почти минуту. А потом рукой махнул:

— Ты ментально совсем бревно. Не пробиться. Слушай, здесь моя сестра, я с ней поговорить хочу, пока вампиры и Эслентейн ушли. Наедине хочу поговорить, понимаешь?

Я на это только плечами пожал:

— И что мне делать, если ты ее упустишь? Как я Эслену и Алрану в глаза смотреть буду?

— Не упущу. — В светлых глазах Тариена сверкнул темный мрачный огонь. У меня прямо мурашки по спине стадом проскакали, такой взгляд у дроу этого вышел.

— Но и прибивать ее не надо, — на всякий случай попросил я. — А то нехорошо выйдет. Как корову у соседа украсть… Алран же ее для того… — прям что-то язык не поворачивается про еду сказать, тем более брат же все-таки. Неприятно, наверное.

— Просто поговорю. А ты тут постой. Если кто идет — отвлеки, я услышу.