Часть 18

***

Развалившись на пледе, постеленном между валунами, Адэр смотрел Вилару в спину. Всю дорогу друг притворялся спящим. Выйдя из машины, сел на камень лицом к морю. Не ожидал, что с ними поедут Стефан и Дамир? Старые приятели уже два дня гостят в замке и имеют право на толику внимания. Надеялся услышать какие-то объяснения наедине, узнать причину отставки Малики? Объяснений не будет, ни сейчас, ни после.

Дамир улёгся рядом с Адэром и прищурился от солнца, такого же яркого, как его необычная внешность.

— Я жду направления в дипломатический корпус в Партикураме.

— Поздравляю, — проговорил Адэр и исподтишка посмотрел на Дамира.

Товарищ по загулам и пирушкам за пять месяцев превратился в собственную тень. Что-то подтачивало его изнутри — Адэр это чувствовал, но в душу не лез, дай Бог со своей душой разобраться.

— Пока не с чем, — ответил Дамир и взял бокал, протянутый Стефаном.

— Он боялся, что его отправят в Порубежье, — усмехнулся Стефан и сделал глоток вина.

— Не говори ерунду, — вспыхнул Дамир. Веснушки на его лице потемнели, белёсые ресницы стали похожи на иглы ежа.

Осушив бокал, Адэр вновь наполнил его вином и повернулся к Стефану:

— Ну, а ты что расскажешь?

Стефан болтал без умолку: о том, как ему удалось войти в совет директоров «Ювелибанка», какая у него опытная лоретка, что подавали за ужином у герцога… Было заметно его болезненное пристрастие к вину: после третьего бокала он открыл другую бутылку и, забыв о приличиях, приложился к горлышку.

Наблюдая за Стефаном, Адэр пытался вспомнить, о чём он раньше беседовал с приятелями. Неужели обсуждал ужины, делился интимными подробностями и так же плоско шутил?

— Твоё Порубежье похоже на ад, — ни с того ни с сего проговорил Стефан.

Адэр отставил бокал. Плечи Вилара напряглись, ботинок соскользнул с камня и упёрся в землю. Его тоже покоробила фамильярность.

— Помолчи! — прошипел Дамир.

Стефан взболтнул бутылку, сделал несколько глотков из горлышка и принялся козырять избитыми фразами о дружбе.

Поглаживая Парня, Адэр смотрел на море. Вдали виднелись два парусника — шхуны ориентов. Над ними кружили чайки. Море бескрайнее, малахитовое, небо глубокое, синее. Надутые упругим ветром паруса, белые свободные птицы. Какой же это ад? И с каких это пор пустошь и отсутствие дорог стали признаками ада?

Прозвучавшая фраза заставила сжать в кулаке шелковистую шкуру Парня. Зверёныш поднял морду, обдал хозяина жаром из красных глаз.

— Что ты сказал? — спросил Адэр.

— А то и сказал, — буркнул Стефан.

— Повтори!

Дамир натянуто улыбнулся:

— Не обращай на него внимания. Он сам не понял, что брякнул.

— На меня делают ставки? — процедил Адэр сквозь зубы.

— Дурацкая затея, согласен, — кивнул Стефан. — Зато весело.

— На что заключаете пари?

— Сколько ты здесь продержишься.

— И сколько, по-твоему, я продержусь?

— Честно говоря, я бы и дня не протянул. А ты… — Стефан допил вино, отшвырнул бутылку. — Думаю, до нового года. Ты же не собираешься устраивать бал в глухомани? Или собираешься? На него никто не приедет.

— Стефан! Прекрати! — воскликнул Дамир.

Адэр повернулся к Дамиру:

— Ты тоже сделал ставку?

— Нет, Адэр. Ты же знаешь, я не люблю биться об заклад. И давай сменим тему.

— Кто заключает пари?

Стефан пьяненько хохотнул:

— Все.

— Имена!

— Это безобидная игра, Адэр. Её бы не начали, если бы ты не приблизил к себе служанку.

— Служанку?

— Ну не маркизу же, и даже не графиню. Ты перечеркнул всё, во что мы верили и чем гордились.

— Да ты с ума сошёл! — прошипел Дамир.

Стефан вскинул голову:

— Я не прав? Великий обошёлся с тобой жестоко, но это не повод мстить отцу подобным образом.

Адэр сузил глаза:

— Каким образом?

— Не задавай глупых вопросов и не услышишь глупых ответов. Твоя любимая фраза. — Стефан открыл очередную бутылку. — Хорошо, откинем происхождение этой девицы. Как можно просить совета у женщины? Эти существа не обладают ни умом, ни сдержанностью. У них одна забота: удачно выйти замуж. Хотя, нет… У плебеек другая цель: затянуть на себя и обеспечить себе безбедное будущее. Я прав, Вилар?

Вилар обернулся. В глазах засверкали золотистые льдинки.

— Я курирую отделения «Ювелибанка» в Порубежье. Ты не знал? — Стефан глотнул вина. Рассматривая этикетку, покачал головой. — Впредь будешь умнее. Когда надумаешь ей что-то купить, плати наличными.

— О чём ты? — нахмурился Адэр.

— Он купил ей шикарный особняк в Ларжетае, — произнёс Стефан. — Только зря стараешься, Вилар. Ей нужен Адэр.

Дамир забрал у него бутылку:

— Стефан! Довольно!

— Хватит затыкать мне рот! Неужели никто, кроме меня, не заметил? Не верю!

Адэр поднялся:

— Вилар! Поехали.

— А мы? — напрягся Дамир.

— Я пришлю за вами водителя, — сказал Адэр и направился к машине.

Вдали показался замок. Сжимая руль, Адэр поглядывал в зеркало заднего вида на завихрения жёлтой пыли. На зубах и в сердце скрипел песок. За прошедший месяц они с Виларом отдалились настолько, что сейчас, находясь рядом и слыша дыхание друг друга, не могли подобрать слова, чтобы проложить дорожку через пустыню отчуждённости.

Зверёныш слез с заднего сиденья. Втиснулся между передними креслами и уткнулся носом Адэру в бок.

— То, что сказал Стефан — правда? — нарушил молчание Адэр.

— Да, я купил особняк, — ответил Вилар, глядя в окно. — Он находится в пригороде Ларжетая.

— Смотри на меня.

Вилар повернулся.

— Для неё? — спросил Адэр.

— Я часто бываю в столице. Мне надо где-то жить.

— Гостиница Малики не подходит?

— С гостиницей связано слишком много воспоминаний. Я не могу там находиться.

— Ты запутался.

— Да, Адэр. Я люблю Малику. Люблю и борюсь с собой. Хочу, чтобы она исчезла, и боюсь, что она исчезнет.

— Что ты в ней нашёл?

— Всё, чего мне не хватает. — Покусывая губу, Вилар какое-то время смотрел на приближающийся замок. Перевёл взгляд на Адэра. — Спасибо, что избавил меня от пагубной страсти.

И вновь отвернулся к окну.

***

Дамир и Стефан прибыли в замок на закате.

В холле их ждал смуглый старик:

— Ужин в девять. Прошу без опозданий. На ужине будет присутствовать правитель.

Дамир покосился на Стефана: допрыгался? Что означает церемонный ужин после провальной беседы? Только одно — прощание. Но как покинуть Порубежье, не оправдав доверие могущественного человека? Как объяснить ему, почему не удалось выполнить его приказ?

Дамир долго не мог определиться с костюмом. Менял рубашки и галстуки. Чем ближе подбирались стрелки к назначенному времени, тем сильнее охватывало отчаяние. Поездка к морю сулила тёплое дружеское общение, приятную прогулку по закуткам памяти — а обернулась скверной комедией, будто кто-то преднамеренно взбаламутил разум Стефана и превратил его в серьёзную помеху.

Дамир бросил взгляд на часы. Пора. Вышел из комнаты. Подождал, пока Стефан появится на пороге своих покоев, и молча двинулся за стражем к лестнице. Стало быть, ужин не в столовой для гостей. Проходя по балкону, невольно прислушался, надеясь уловить отзвук шагов Адэра на третьем этаже, но слышал только стук своего сердца и сбивчивое дыхание Стефана.

Коридор первого этажа с несколькими поворотами и ответвлениями привёл к перламутровым дверям. Если вначале перехода ярко горели бра, то здесь царил мягкий полумрак. Дамир краем глаза поймал озадаченный взгляд Стефана и едва заметно пожал плечами.

Караульные открыли двери. То, что это был огромный зал, стало понятно сразу, хотя верхний свет был выключен. В глубине зала за сервированным к ужину столом сидели люди, лица которых разглядеть не удалось. Свечи в подсвечниках очерчивали вытянутую столешницу, накрытую блестящей скатертью, отбрасывали трепетные блики на серебряную посуду и хрустальные бокалы.

Вилар первым заметил вошедших. Отложив салфетку, поднялся со стула:

— Господа! Разрешите вам представить наших гостей из Тезара...

Подойдя к столу, Дамир узнал Мави Безбура и человека с могучим телосложением. На аукционе этот человек был одет в форму стража, сейчас парадный костюм сидел на нём как влитой. Советники… Дамир вцепился в полы пиджака. Лишь бы Стефан не испортил всё бесповоротно. Закралось подозрение: Адэр приготовил им неприятный сюрприз.

Поочерёдно указывая на советников, Вилар стал называть титулы и имена.

Дамир заметил, как Стефан исподлобья посмотрел на стража и его соседа. Удивляться нечему: они плебеи. Граф их на дух не переносит.

Застучали ножки придвигаемых к столу стульев. Внимание мужей полностью переключилось на гостей. Дамир отвечал на вопросы и тайком наблюдал за сидящим рядом Виларом. Друг не участвовал в беседе, мял в кулаке салфетку и бросал взгляды через полутёмный зал. Ждёт Адэра? Или Малику? Она определённо должна быть: об этом говорили два кресла во главе стола — одно высокое, второе поменьше — и два столовых прибора.

От дверей прозвучал представительный голос:

— Правитель Порубежья Адэр Карро!

Советники и гости поднялись. Зажглись всё люстры. От неожиданности Дамир прикрыл глаза ладонью. Когда отвёл руку и осмотрелся, понял — это Мраморный зал. О нём рассказывала сестра Адэра. Потолочный свод расстилался лучезарным небом. В вышине парили, расправив крылья, белые чайки. Пол представлял собой гладь моря, в замысловатых разводах угадывались рифы и стайки радужных рыб. Песочные с зелёными прожилками колонны тянулись к потолку словно водоросли. Четыре картины с морскими пейзажами отражались в овалах зеркал. Возле центральной стены стоял трон. Он искрился, как шампанское в хрустальном бокале, как узорчатый иней на окне, как брызги водопада под солнцем.

Адэр неторопливо шёл к столу. Ни надменной улыбки, ни излишне раскованной походки — он не походил на себя, прежнего, когда появлялся перед дворянами во дворце Могана. И всё же Дамир сумел уловить хорошо затушеванную обеспокоенность: Адэр охватил взглядом советников и передёрнул плечами, будто ему мешал воротник-стойка. Рядом с хозяином переваливался зверёныш. В то, что это щенок, верилось с трудом. Крупный, крепко сбитый. Красные глаза горят совсем не по-щенячьи.

Правитель и гости сели. Слуги открыли бутылки, наполнили бокалы, установили блюда с яствами. Их движения были отточены и синхронны. Казалось, что вокруг стола двигался один человек с множеством теней.

Адэр взял бокал и посмотрел на Дамира и Стефана:

— Вам ещё не сообщили новость? Маркиз Лаел — мой старший советник.

Дамир уставился на свободное кресло и лишний прибор справа от правителя. Кто в таком случае Малика?

Адэр завёл разговор о выставке. Точнее, обозначил тему разговора. Советники и гости обсуждали алмаз, Смарагд, камни Ахе и представление, а правитель, потягивая вино, глядел перед собой. Он был не здесь, не в этом зале.

Адэр молчал, пока не прозвучала фраза Стефана:

— Совет директоров рассмотрит ваше предложение.

— Разве я что-то предлагал? — спросил Адэр.

— Только наш банк может купить алмаз.

— Неужели?

Дамир взглядом попросил Стефана умолкнуть. Но друг разошёлся, алкоголь или завышенная самооценка вновь помутили его рассудок.

— У вас даже своего банка нет. Алмаз будет лежать в вашем хранилище мёртвым грузом. — Стефан хлопнул ладонью по столу. — У вас даже хранилища нет!

Адэр сузил глаза:

— Нет.

Стефан был настолько увлечен своей идеей, что не замечал знаков Дамира.

— Продайте алмаз и постройте дороги. А лучше — постройте дворец. Королю негоже жить в замке.

Маркиз Безбур попытался пошутить:

— По древним поверьям, битву выиграет тот, у кого самый большой алмаз. Я верю в поверья. А вы?

Стефан рассмеялся:

— С кем вы собираетесь воевать? Не с Тезаром ли? Я вас умоляю.

— Этот алмаз мы назовём «Магнит», — проговорил сухощавый загорелый человек с обветренным лицом. — Он притянет десятки таких алмазов.

Стефан прижал руку к груди:

— Уважаемый советник копей и рудников! Я верю в одно поверье: деньги липнут к деньгам. Камни к камням не липнут.

К Адэру подошёл Гюст. Склонившись, что-то прошептал. Адэр кивнул и откинулся на спинку кресла.

— Малика Латаль, — объявил секретарь.

Продолжая сидеть, мужи повернулись к двери. Прихода опального советника явно не ждали. Дамир пытался подметить нечто странное, настораживающее в поведении Адэра и Вилара. Взглянул на Малику и сдался. Сдался в плен плебейке, которая по нелепой прихоти высших сил родилась не во дворце, даже не в замке, а в какой-то лачуге.

Ни украшений, ни пышной прически. Серое шёлковое платье до пола. Глухой ворот, длинные рукава. Свитые колосом пряди волос лежали на одном плече и, спадая с груди, покачивались в такт шагам. Но это ничто по сравнению с глазами. Чёрные зеркала…

Вспомнив о приказе могущественного покровителя, Дамир покосился на друзей. На лице Вилара обострились скулы. Приподнимая бровь, Адэр смотрел на Малику, словно видел её впервые.

Она подошла к столу. Дамир уловил её быстрый растерянный взгляд на свободное кресло. Опальный советник должен занять место по правую руку правителя — это более, чем странно.

— Прошу прощения за опоздание, мой правитель, — сказала Малика.

Слуга отодвинул кресло от стола. Она опустилась на краешек сиденья, забегала глазами по столу:

— А где обещанный алмаз?

Адэр взял бокал:

— Предлагаю выпить за моего тайного советника Малику Латаль.

К этому точно никто не был готов!

В начале правления Могана тайным советником был Трой Дадье. Знающие люди рассказывали, как направо и налево «летели» головы дворян, как отнимались титулы и земли из-за мизерной взятки, из-за клочка липового документа, из-за неосторожного слова. Как с позором уходили в отставку члены Совета. Трой плёл интриги, выуживал информацию, претворял в жизнь самые безумные идеи. Он тайный, он Бог! Он сделал себя и создал Великого, он сотворил Тезар, оставаясь долгие годы в тени. Но это Трой, герцог Дадье, а это… Малика, безродная плебейка.

Дамир не знал куда смотреть: на окаменевших советников, на побледневшего Вилара, на пунцового Стефана или на Малику — на ледяной алмаз, которому не нужна огранка.

Адэр выпил вино, подождал, пока слуга вновь наполнит бокал, и наклонился к Малике:

— Видишь, как все рады?

Она принялась крутить пуговицу на манжете рукава:

— Я не пью, а жаль.

Адэр рассмеялся, взболтнул вино в бокале:

— Граф Бариз, сколько в Тезаре банков?

— Сто пятьдесят, — слишком торопливо ответил Стефан.

— «Ювелибанк» самый крупный?

— Он входит в первую двадцатку.

— Его место?

Стефан скомкал в кулаке накрахмаленную салфетку:

— Восемнадцатое.

Адэр отставил бокал:

— У вас устаревшая информация, граф Бариз. Из-за махинаций с драгоценными камнями «Ювелибанк» потерял тысячи клиентов во всем мире. Вам пришлось закрыть сорок семь отделений. Вы задолжали казне Великого круглую сумму. В мою казну до сих пор не поступила компенсация за украденные камни. За какие деньги вы собрались купить алмаз?

— Ваше Высочество, у нас есть деньги…

— Ваше Величество, — поправила Малика.

Стефан кивнул:

— Да… конечно… Ваше Величество… — Отложив салфетку, сделал глоток воды. — Задержка компенсации вызвана сложностью расчётов. Каждый год цена на камни менялась, курс плавал.

— Граф Бариз, вам придётся задержаться в Порубежье. Не позднее, чем через два дня я назначу в главное отделение вашего банка временного государственного управляющего.

— Это как понимать? — прозвучал охрипший голос Стефана.

— Он проверит законность банковских операций на территории чужого государства.

Стефан лихорадочно поправил галстук:

— У нас нет нарушений.

— Золотое правило монополистов: поставь конкурента на колени и протяни ему руку — скупи всё, что у него есть. За двадцать лет в Порубежье исчезли отечественные предприятия. Мне интересно, по каким правилам играли дельцы Краеугольных Земель? Какие заключали пари и как делили рынок? Завтра я подпишу Указ о создании антимонопольной комиссии. Кроме того, на предприятия иноземного происхождения будут направлены временные управляющие. И это не всё. Я объявлю о проведении конкурса между банками, и не только тезарскими. Надеюсь, вы понимаете, какие я выдвину требования?

Дамир вжался в спинку стула. Надо срочно ехать в Градмир. Отец должен узнать об этом первым. Чем он владеет в Порубежье? Дамир слышал только о заводе по обработке лесных материалов. Отец мог спокойно о чём-то умолчать. Стефан доигрался. Тезарские дельцы свяжут свои неудачи с их именами.

Дамир не спал всю ночь. Поминал «добрым» словом Стефана, сетовал на свою воспитанность. Ведь мог же заткнуть другу рот, схватить за шиворот и с силой встряхнуть. За последние полгода они со Стефаном единственные из тезов, кто побывал в гостях у Адэра. Элайна не в счёт — никто не осмеливался приставать к ней с расспросами. Он, приятель престолонаследника, несомненно, окажется в центре внимания. И даже не это волновало Дамира. От назойливого любопытства знати можно укрыться в замке. Пересидеть, пока утихнут страсти. Но никакие стены не спрячут его от недовольства могущественного покровителя. Как объяснить ему, почему он не выполнил поручение? Высказать домыслы — а вдруг они окажутся ошибочными? Свалить вину на Стефана — детский лепет. Покаяться самому — о дипломатическом корпусе в Партикураме придётся забыть. Какой же из него дипломат, если он не смог пройти элементарное испытание на внимательность и хитрость?

Дамир надел дорожный костюм и спустился в холл. В начале коридора, ведущего к Мраморному залу, стоял караул. Ещё один коридор вёл в сад. Дамир и Стефан в ожидании встречи с Адэром два дня прятались от жары под сенью деревьев. Если бы можно было повернуть время вспять и отказаться от поездки к морю…

Дамир направился в сад. Страж пошёл следом, не пытаясь скрыть своё присутствие.

— Где я могу побыть один?

— В своей комнате, господин.

— Где ещё?

— В пустоши.

Дамир посмотрел через плечо. Во взгляде стража не было ни капли иронии или ехидства.

— А в саду?

Страж отрицательно покачал головой.

Миновав несколько ответвлений, Дамир приблизился к двери. Страж не успел её открыть. Дверь распахнулась, и на пороге возникла Малика. С распущенными волосами, в платье свободного покроя и с букетиком поздних летних цветов в руках она походила на сказочную фею.

Малика сделал реверанс и, обойдя Дамира, пошла по коридору.

— Малика! Вы куда-то спешите?

Она обернулась:

— Куда можно спешить в шесть часов утра?

— Я мечтал с вами познакомиться поближе. Не получилось. — Дамир на секунду умолк. — С самого начала всё пошло не так. Мне очень жаль.

— До свидания, князь Плутай, — сказала Малика и исчезла за поворотом.

Дамир скривился. Какой же он глупец! Случай пересёк их дороги, а он этим не воспользовался. Что и говорить, хороший из него получится дипломат.

Малика уже поднималась по лестнице, когда Дамир вернулся в холл.

— Вы не откажете мне в прогулке?

Она опёрлась руками на перила:

— Куда мы с вами пойдём?

Дамир хотел сказать, что лучшее место для беседы — это пустошь, но посмотрел на хмурого стража и передумал шутить.

Прохаживаясь по аллеям сада рядом с прекрасной спутницей, он пытался настроиться на серьёзный разговор. Рассудок почему-то давал сбой. Дамир, сам того не замечая, замедлил шаг.

— Выдалась бессонная ночь? — прозвучал тихий голос.

Дамир вынырнул из размышлений:

— Да… Не удалось заснуть.

— Обычно бессонница мучает в двух случаях: когда горюешь или когда радуешься, — сказала Малика. — На ужине я не заметила, чтобы вам было весело. Что вас тревожит?

— Вы были в Тезаре?

— Нет. Я не покидала Порубежья.

— Это плохо. Вы не представляете, какая большая разница между нашими странами. То, что задумал Адэр, может привести к печальным последствиям.

— Вы говорите о борьбе с монополиями?

Дамир кивнул.

— Я не намерена обсуждать с вами решение правителя, — холодно проговорила Малика. — Если вы для этого пригласили меня на прогулку…

— Нет, нет! — Дамир взмахнул рукой. — Давайте сменим тему.

Какое-то время они шли молча. Малика с отрешённым видом смотрела вперёд. Поглядывая на неё украдкой, Дамир поддевал носком ботинка камешки. С надеждой прощаться не хотелось.

— Я просто подумал, — проговорил он, — Адэр рано или поздно приедет в Тезар. Как его примут дворяне? Ведь многим он перейдёт дорогу.

Малика остановилась:

— Нам лучше вернуться.

— Адэр мой друг. Мне не безразлично его будущее. — Дамир ощутил холод, будто стоял рядом с ледяной глыбой. — Вместо того чтобы заручиться поддержкой состоятельных людей, Адэр наживёт недругов. Их и так хватает. Они у всех есть. Но стоит ли пополнять их ряды?

— Неужели в Тезаре не проводят такие проверки?

— У нас нет «чистых» иностранных предприятий. Тезар везде в доле, контроль ведётся изнутри.

Малика смотрела на Дамира. А ему никак не удавалось разгадать её мысли. Более того, глядя в зеркальные глаза, он чувствовал себя открытой книгой.

— Князь Плутай, у вас в Порубежье есть предприятия.

Дамир приложил все силы, чтобы выглядеть спокойным:

— Нет.

— Князь! Я не спросила!

— А я повторяю: меня ничто не связывает с Порубежьем.

— Мне кажется, уже никакая тема не спасёт нашу беседу.

Малика пошла к замку.

— Малика! — крикнул он ей в спину. — Это правда, Малика! У меня ничего нет. Есть у моего отца.

Она оглянулась:

— Хочу посоветовать вашему отцу взять себе в компаньоны Порубежье. Чем быстрее это произойдёт, тем меньше неприятностей доставит вам Указ моего правителя.

— Да, да. Конечно! Я уверен, отец прислушается к вашему совету, — проговорил Дамир и приблизился к Малике. — Мне очень жаль. У меня не получилось стать вашим другом.

Согнув руку, предложил Малике опереться. На подходе к замку она чуть сильнее сжала его локоть. Дамир скользнул взглядом по стенам. На третьем этаже в окне колыхнулась штора. Третий этаж… апартаменты Адэра.

Они вошли в замок, миновали коридор. Возле лестницы Дамир сказал:

— Мы сегодня уезжаем. Я рад, что побывал в Порубежье. Впечатлений хватит на всю жизнь. — Сжал пальцы Малики. — Прошу вас, только не обижайтесь на то, что я скажу.

— Постараюсь.

— Я бы с огромным удовольствием забрал вас с собой, — выпалил Дамир и прильнул губами к её руке, а когда выпрямился, проследил за взглядом Малики.

На балконе второго этажа стоял Вилар. Не было нужды вглядываться ему в лицо — Вилар не прятал чувств.

— Не ошибитесь в выводах, князь Плутай, — прошептала Малика и пошла по лестнице.