Глава 11

Это просто смешно. Во всем замке не осталось ни одного женского платья, и я наотрез отказалась брать наряды посторонних «леди». В итоге мне пришлось натянуть на себя это отвратительное красное… Не важно. Это платье стало еще более мятым, чем прежде, ведь, сняв его, бросила в ванной комнате, и оно вобрало в себя всю влажность помещения. В общем, затыкаем носы, товарищи! Когда приготовления подошли к концу, Лейсан повела меня в кабинет Совета. Но мы так и не дошли до него. На нашем пути возникла фигура одного из теней. – Что-то случилось? – спросила я, пока он кланялся. – Ваше Величество, – произнес голос, который не принадлежал Рику, – на дворцовой площади сейчас проводят казни. – Кого собираются казнить? – сделав глубокий вдох и выдох, я осознала, что нахожусь действительно не в сказке, далеко не там. Мы в средневековье, в гребаном, отсталом средневековье. Мама, верните меня обратно! – Виновных в смерти короля, – проговорил он, оставаясь в полупоклоне. – Но его же недавно нашли! Так быстро раскрыли дело? – Это действительно меня шокировало, и я просто не могла поверить в такую поразительную скорость. Неужели всех опросили, взяли показания, провели обыск, нашли улики? Или я чего-то не понимаю? – Взяли тех, кого выгодно лишить головы. – А, ну тогда понятно. Я уж губу раскатала. Но все же… – Кому это выгодно? – поинтересовалась я, а в голове снова забегали шестеренки. – Не вам, Ваше Величество. – Это-то и понятно. Вопрос теперь стоит: кому это так выгодно? – Так, дайте мне секунду. – Я облокотилась на подоконник, глядя вниз во двор. Площадь находилась с другой стороны, но теперь стало ясно, откуда доносится весь этот шум. – А советники? – Почти все собрались в Зале Совета, кроме распорядителя казни. Внутри меня нарастало беспокойство. Казнь – это не просто событие. Казнь – это способ наказания виновных, а еще: запугивания, политические игры, финансовые решения, развлечение для местных. И кто бы ни стоял на плахе, он явно кому-то очень мешает. А враг моего врага, как говорится, мой друг. Это значит, что мне нужно действовать. Вот только как? Мысли метались в голове, как птицы в клетке. Я понимала, что время на исходе. – Лейсан, – обратилась я к своей компаньенке, – мы должны вмешаться! – Но, Ваше Величество, это опасно! – возразила она, хотя я заметила, как её голос дрогнул. – Я должна понять, кто стоит за этой казнью и какие у них намерения. У меня есть ещё пара идей. Посмотрим, какая из них выгорит. Лейсан, скажи другим теням, пусть задержат всех внутри зала, пока я не вернусь. Рик? – позвала я в никуда, и вскоре он появился рядом со мной, как всегда, с легким поклоном. – Ты мне сейчас нужен. Есть время? Вместо ответа он просто кивнул, его лицо оставалось закрыто маской, и было не понять, что у него на уме. Это бесило. – А-аа, ты всё со своими заморочками. Ладно, называй Величеством, только не в каждом предложении, хорошо? – Слушаюсь, Ваше Величество. Да, я буду вас сопровождать. Но можно совет? – Говори, – ответила я, чувствуя, что время не ждет. – Я бы посоветовал взять с собой еще троих теней. А на совет пусть отправятся Имар и Ильзар, как вы и планировали. Они помогут разобраться с ситуацией, как советники, и окажут дополнительную защиту, как тени. Я задумалась. Рик очень осторожный и расчетливый; если бы не его бзик, мы могли бы подружиться. А что касается этой ситуации, мне действительно нужна максимальная поддержка, и я понимаю, что чем больше ресурсов я смогу задействовать, тем лучше. – Давай так. Ведите, – согласилась я, чувствуя, как внутри меня нарастает решимость. Ну что же, игра начинается. Теперь мой ход. Рик кивнул и, обернувшись, призвал к себе других теней. Вскоре вокруг нас собралась небольшая группа, готовая следовать за мной. Я посмотрела на Лейсан, и в её глазах увидела поддержку и тревогу одновременно. Мы были на грани чего-то большого и, возможно, опасного, но я знала, что отступать нельзя. – Вперед, – произнесла я, и мы направились к выходу, полные решимости. Хотела бы я так сказать. Если бы не тряслись коленки. Мы почти бежали по коридорам. Слуги в панике раступались, увидев бегущую королеву. У меня самой, сердце стучало от страха, ведь я впервые увижу показательную смерть. Это было страшно. А ведь, наверное, нужно будет и речь произнести, вот только шестерёнки, и так работая на полную мощность, не справляются. Коридор, поворот, центральная лестница и холл – и вот мы на улице. Как только я выскочила на свежий воздух, на меня обрушилась какофония звуков. Рик куда-то пропал, и пока я думала, как пробраться через всю территорию и пробиться сквозь толпу, он внезапно появился на коне. Где только он его взял? Подав мне руку, он усадил меня впереди себя. – Держитесь крепче, – произнес он, и в его голосе звучала уверенность, которая придавала мне сил. И в очередной раз я убедилась, что одна бы ни за что не справилась. Мы влились в толпу, как нож в масло. Никто не хотел попасть под копыта лошади, а окружающие нас тени добавляли эффект устрашения. Лейсан тоже изменилась, накинув черный плащ с капюшоном, и теперь было неясно, кто под ним – девушка или мужчина. По центру площади располагались два помоста, друг напротив друга. На одном восседал жирдяй в красном камзоле, который не сходился в животе. На втором стояли четыре виселицы. Трое заключенных были на коленях, ожидая своей участи, а на четвертой уже висел мужчина, его ноги дергались в агонии. – Рик! – прокричала я, глядя на эту отвратительную картину. – Да! – ответил он мне, и через секунду мужчина уже лежал на полу, пытаясь отдышаться. Я была в ужасе, но понимала, что нужно действовать. Внутри меня нарастала решимость. – Что здесь происходит? – прокричала я, смотря на жирдяя, который с недоумением уставился на меня. Он медленно поднял брови, словно не ожидал, что кто-то осмелится вмешаться в его представление. – Ты кто такая, чтобы останавливать королевскую казнь? – его голос был полон презрения. – Рик! – воскликнула я, и в этот момент свин упал на колени, а стул вылетел из-под его задницы в сторону. Одна из теней помогла мне спуститься с лошади, и я начала свое восхождение на помост к управителю. Ноги тряслись, как кисель, ладошки вспотели, но я старалась держать лицо. Вдох-выдох. – Перед королевой надлежит стоять на коленях! – проговорил Рик, когда я наконец подошла ближе. – Да как ты смеешь… – начал толстяк, но замолчал на полуслове, почувствовав холод лезвия, которое Глава Теней прижал к его горлу. – Еще раз спрашиваю, что здесь происходит и чей это приказ? – вновь повысила я голос, стараясь звучать уверенно. До толстяка, похоже, начало доходить. Он смотрел на меня с ужасом, а его уверенность таяла на глазах. Вокруг нас стояла толпа, и я чувствовала, как их взгляды прикованы к нам. Но похоже, мне никто не собирался отвечать. Злость стучала в висках. Я обвела взглядом притихшую площадь, наблюдая за крестьянами и работниками, у всех на лицах было ярко выражено недоумение. Никто не понимал, кто я и что будет дальше. Кроме одного – того, кто стоял на коленях с веревкой на шее. Лишь его глаза излучали уверенность, только неясно, в чем именно. Ведь даже я не была уверена в своих действиях. И кажется, это именно тот, кто мне нужен. Но и других оставить не могла. Как бы я спала потом, зная, что убили невиновных, а я даже не попыталась им помочь? – Я требую ответа! – снова закричала я, ощущая, как внутри меня зажигается огонь. И тут меня вновь повело. Я снова почувствовала прилив чего-то, что мягко укутало и заползло внутрь. Повернув голову, я сначала посмотрела на Рика, а затем, получив его кивок, перевела взгляд на стоящего на коленях жирдяя. – Чей приказ? – мой голос разнесся по площади. Если до этого была тишина, то теперь она ощущалась тактильно, как плотный туман, окутывающий всех вокруг. – Я, я… мне приказал Граф Морлок, – заикаясь произнес толстяк, его глаза метались от страха. – Что было в приказе? – требовательно спросила я, не отводя взгляда. – Повесить определенных людей, угрожающих спокойствию короны, обвинив их в причастности к убийству короля, – произнес он, дрожа от страха. Но отвечал. – Ясно, – произнесла я и, повернувшись к зрителям, начала свою речь. – Я королева этой страны и отменяю приказ жалкого чинуши. Расследование убийства короля должно быть… Но я не договорила на этот раз. Прямо в лицо мне прилетел тухлый помидор. Пошатнувшись, я еле успела остановить одну из теней, готовую расправиться со смельчаком, который осмелился бросить в меня овощ. Следом полетели еще и еще – камни, грязь, разная тухлятина. Отовсюду слышались выкрики о прогнившем короле, о выскочке королеве, о том, что нас всех надо казнить. Но, даже видя в их глазах презрение и стоя перед ними в помоях, я ничего не чувствовала. Ни обиды, ни злости. Лишь одно – хватит! Я подняла правую руку, и в тот же миг всё вокруг затихло. – Говорю сейчас я! – произнесла я, но мой голос звучал уверенно и властно. – Разбирательств в смерти короля не будет! Но! С этого момента все суды будут проходить в королевском зале. Я буду единоличным судьей, и мне решать, виновен человек или нет. Так будет до тех пор, пока система правления не выйдет на новый уровень. Силами этого мира моё слово – закон! Силами этого мира правда передо мной будет раскрыта! По толпе послышались шепотки. Когда я спустилась с одного помоста, чтобы перейти на другой, передо мной расступались, а кто-то даже кланялся. Не все, но это только начало. Если этот народ знает лишь силу, то пусть будет так. Но я не собираюсь пресмыкаться и подставлять вторую щеку. Я поднялась на деревянное строение и, встав перед первым коленопреклонённым, снова начала говорить. – Я не позволю, чтобы невиновные гибли по прихоти тех, кто хочет лишь власти! Я буду следить за тем, чтобы каждый получил справедливость. Наказание будет зависеть от степени вины, а помилование – от степени раскаяния. Мои слова начали находить отклик в сердцах людей. Я заметила, как некоторые из них начали подниматься с колен, их лица озарились надеждой. О нет. Я не добрый самаритянин. Не обольщайтесь! Но и несправедливость не потерплю. – Мы будем строить новое королевство, где каждый будет услышан! – продолжала я, чувствуя, как волнение переполняет меня. – Я призываю вас, народ, объединиться! Вместе мы сможем создать мир, где справедливость будет превыше всего! Толпа замерла, и я заметила, как страх и недоверие постепенно уступают место чему-то новому. Это был лишь первый шаг, но он был важен. Я знала, что впереди ждёт много испытаний, но у меня нет другого выбора. Я буду бороться, несмотря ни на что, и выживу. – В чем твои грехи и злодеяния? – спросила я, глядя на мужчину, который чудом избежал казни. Он, потупив взгляд, произнес, что своровал булку хлеба на рынке и считает себя виновным в смерти дочери, которая умерла от болезни. И это всё. Его трясло, он плакал, но, под каким бы углом я ни задавала вопросы, ответы были одни и те же. Вердикт очевиден – невиновен. За хлеб он расплатится трудовым днем. Следующий на очереди также оказался совершенно невиновным, лишь умоляя пощадить его отца, находящегося в королевской темнице. Я пообещала узнать его судьбу и провести честный суд, и его также отпустили. Третий же был совсем другим. Он смотрел мне в глаза, и в его взгляде не было страха, как у остальных. Его гордо вскинутая голова говорила о власти и силе, которые стояли за ним. – Тебя есть за что судить? – спросила я, не отводя взгляда. О да, я не ошиблась в тебе. Его синие глаза манили в свои глубины, а ухмылка на узких губах говорила о том, что он знает, о чем я думаю. Даже его вид не портил картину. Эх. – Да, но клянусь, не сейчас. Дайте мне возможность поговорить с Вами наедине. Клянусь, мне есть что Вам предложить, – произнес он, и в его голосе звучала уверенность. – Почему я должна тебе дать такую возможность? – ответила я, хотя это скорее было для вида и ради окружающих. Нельзя никому показывать наш немой диалог, и он был со мной солидарен. – Я все расскажу при личной встрече. Клянусь, я не причиню вреда. Да и что я могу сделать против Теней Ее Величества? – и не смог сдержаться, хмыкнул. Один ноль в мою пользу. Я играю лучше. – Хорошо. Лейсан, отведи его в мою личную приемную, – сказала я стоящей рядом тени. – Да, Ваше Величество, – послышался ее ответ, и я сразу переключилась на последнего, зная, что приказ выполнится как надо. – Теперь ты, – произнесла я, и в этот момент все резко изменилось. В воздухе повисло напряжение, а атмосфера стала вязкой, как кисель. Все мое внимание было приковано к стоящему передо мной на коленях человеку. Хотя, человеком его можно было назвать лишь из-за вида. Эта мразь была приведена сюда за то, что отказалась платить внеочередную дань. Он был владельцем дома утех, где творились такие гнусности, что мне становилось дурно. Он говорил о насилии, о том, как избивали и унижали людей, за которых были готовы заплатить. Будь то ребенок или сама королева – его слова были настолько отвратительными, что меня начало тошнить, а из носа потекла кровь. Я почувствовала, как мир вокруг меня покачнулся, и стала терять равновесие, но меня удержал на ногах подоспевший Рик. Я повернула голову и встретилась с синими глазами. Не Рик. Сделаю ему выговор. Потом. Моих сил хватило лишь на то, чтобы отдать приказ. – Казнить. Путем четвертования. Бордель закрыть. Всех, кого там держали, отправить временно во дворец и позаботиться о них. Рик? – произнесла я с трудом, но уже ничего не видя перед собой. Только почувствовала, как сменились руки, обнимающие меня за талию. Дорога до дворца прошла как в тумане. Я не могла сосредоточиться, мысли путались, а в ушах звенело. В холле мне дали воды, но, выпив, легче не стало. Я чувствовала, как неимоверное давление, словно я несу на себе всю боль тех, кого он обидел. Тут в мои руки всунули фляжку. Глотнув из нее, я ощутила, как по венам разливается жар, а в голове проясняется. Внутри меня словно загорелся огонь, который вытолкнул из сознания туман. Хм, знакомый алкоголь. – Спасибо, Ален, – произнесла я, глядя на него с благодарностью. Я понимала, что мне нужно собраться, чтобы продолжать. Я не могла позволить себе слабость, особенно сейчас, когда я вышла на доску.