Глава 12

Меня продолжало штормить. В глазах немного двоилось, а в ушах звенело. Знатно меня приложило конечно. И, как бы я ни хотела отдохнуть, это было невозможно. Мне предстояла еще одна битва – против местных чиновников, именующих себя «Советом». Лейсан сбросила плащ и теперь следовала за мной, как фрейлина. Ален, Рик и другие тени тоже были рядом, провожая меня к кабинету, где меня давно ждали. Хотя, скорее, их заставили меня ждать. По мере того как мы шли, в голове начало проясняться, и в памяти всплывали моменты с помостов. Древний мир, древние правила. Но кто я такая, чтобы что-то менять? Местные силы не позволят мне этого. Именно они «подсказали» мне о четвертованиях, добавив в мою голову знание о самом суровом наказании. Один вопрос только звенел набатом: где же они были раньше, когда допустили подобное? Но на него мне никто не ответит. Хотя, если вдуматься, наш бог из прошлого мира вообще не принимал участия в жизни людей сотни, а то и тысячи лет. И ничего, жили как-то. Здесь же прошло всего три поколения. Так что, может быть, не все потеряно. Хотя, пусть я и не помню многого, я понимаю одно: если бы все люди ощущали присутствие, участие и помощь бога, а также получали должное наказание, все миры были бы чище. Наверное… А там, хрен его знает. Двери распахнулись, и я вошла в кабинет. Правильно я его и называла: для зала он слишком мал. В центре стоял круглый стол с троном во главе, а вокруг – стулья. На некоторых из них кто-то уже сидел, в то время как другие оставались пустыми. Люди расселись по местам, некоторые образовали кучки по периметру. – Всем здравствуйте. Сожалею, что пришлось так долго меня ждать. Приступим? – произнесла я, направляясь к трону и вновь обводя кабинет глазами. – Как ты посмела сесть на место, которое тебе не принадлежит? – разразился один из присутствующих. – А это и будет одной из тем сегодняшнего обсуждения. А пока – займите все свои кресла, – снова вырвались повелительные нотки в моем голосе. Ага, десять раз меня кто послушал. – Всем. Занять. Свои. Места. – И вот снова мои силы проснулись. Можно их выключить? Я же не выдержу больше. Но зато теперь все стулья оказались заняты. – Отлично. Начнем, пожалуй, с Его Преосвященства. Что вы тут делаете? Разве я не говорила в храме, что молодой монах теперь занимает вашу должность? – Ваши указы не стоят и пыли в этой комнате, – произнес он с презрением. – Даже так? Ну раз по-хорошему не будет, а тянуть и просить у меня сейчас нет никакого желания, перейдем сразу к плану «я». Я встала, и по бокам ко мне присоединились мои Тени. В кабинете кто-то громко икнул. – Лейсан, попроси, чтобы принесли воды. Тут многие скоро захотят пить, – сказала я, и она поклонилась, вышла, а затем вернулась и встала у трона, как и прежде. Продолжим. Я подошла к Преосвященству. – Вам есть в чем покаяться? – спросила я с улыбкой. – Я каждый день каюсь своему богу, – ответил он. – Хорошо, тогда задам вопрос иначе. Вас есть за что судить на человеческом суде? – и тут его снова начало трясти. Но он держался. Крепкий орешек, которого придется давить. И я давила. У нас обоих пошла кровь из носа. Секунда, минута или час – не знаю, сколько мы так стояли, друг напротив друга, но в итоге я выиграла. Он упал передо мной на колени и начал говорить. Много. Очень много говорить. Он признался в вине – в хищении земель у крестьян, присвоении территорий у казны, незаконном вымогательстве, шантаже, пытках, насилии над монашками и растрате. И все это он расписывал настолько подробно, что приговор стал очевиден. Я шатаясь дошла до своего кресла-трона и, усевшись, молча протянула руку Алену. Он без слов понял меня и передал свою фляжку. Я так алкоголиком скоро стану. – Рик, что с той тварью с помоста? – Его увели в темницу. Завтра на рассвете будет казнь. – Хорошо. Этого туда же. – И, посмотрев на бывшего священника, я добавила: – Вы виновны. Приговор озвучат вам завтра. Увести. Сделав второй глоток и даже не поморщившись, я снова посмотрела на всех. – Итак, господа. Кто следующий? Желающих не было. Все молча пялились, как одна из Теней уводит бывшего главу всех церквей в королевстве. Как только двери за ними закрылись, в кабинете образовалась кромешная тишина, нарушаемая лишь шорохом движений задниц по стульям. – Ясно. Ну что же, раз все молчат, я снова выступлю. Никто, надеюсь, не против, что буду говорить сидя, да? Вот и отлично, – сама спросила, сама же и ответила себе. – Начнем с первого пункта. Кто я такая и имею ли я права на трон? Это же в первую очередь всех интересует? – Я обвела всех взглядом, пытаясь запомнить лица, и заметила одного мужчину, который что-то потерял на полу. – Вы. Тот, кто пытается уползти. Вы были вчера в церкви, когда проводился обряд? – Я, я… я ничего не видел, – ответил мужчина, у которого на висках уже выступила испарина, а волосы с редкой проседью казались еще более неопрятными. – Врете. Я же чувствую ложь. Вы разве этого не поняли до сих пор? Что тогда такой тугодум делает на совете? – Я снова посмотрела на всех и каждого в отдельности, подмечая детали. Кто-то сидел и вытирал платком пот, кто-то молился, а кто-то тихонечко матерился, но расслышать все-таки можно, если прислушаться. Были и те, кто оставался совершенно спокоен, и они вызывали у меня особый интерес. – Кто вы? Назовите имя, – обратилась я к одному из них. – Граф Форсар. Я занимаю должность советника по внутренней экономике королевства, – спокойно ответил он, не удостоив меня ни поклоном, ни уважительным обращением. – И что входит в ваши обязанности? – спросила я, немного наклонившись вперед и сделав новый глоток из фляжки. – Тот, кто сидит на месте, которое вы заняли, должен знать, кто и чем занимается. – О как. Хм. Вы правы, уважаемый. Я просто обязана знать такие важные детали. И насколько мне известно, Советник по внутренней экономике занимается вопросами финансов, налогов, поборов, распределения имущества, изъятием долгов, предоставлением советов по улучшению ситуации и положения, указанием на неэффективные моменты. То есть, если кратко, вы ответственны за пустую казну, я права? Хотя, если посидеть и подумать, там огромный список выйдет. – Я делал то, что мне позволяли, – уже шёл на попятную он. – Вот оно как? Получается, вы ни в чём не виноваты и судить вас не за что? – снова задала вопрос, смотря ему в глаза. – Я… Прошу прощения, ваше Величество. Я виновен. Виновен в том, что закрывал на всё глаза. Но я клянусь, не брал мне не причитающееся. Богом клянусь! – Его слова были полны отчаяния, и, несмотря на то что он раньше сидел важным гусем, сейчас в его голосе слышалась искренность. И, как ни странно, он говорил правду. – Вы не врёте, по крайней мере в том, что сказали. За ваши проступки вы снимаетесь с должности советника и переходите в подчинение к Ильзару Вильсу. Освободите для него место, – произнесла я решительно, и они молча поменялись местами. Граф Форсар, теперь уже лишённый своего статуса, выглядел подавленным, но, похоже, осознавал справедливость своего наказания. – Отлично, – добавила я, обводя взглядом собравшихся. – Вернёмся к церкви. Рик, где там этот юноша? – спросила я, ощущая, как напряжение в комнате нарастает. – Только вошёл в замок, скоро прибудет, – ответил он. И через несколько минут в кабинет вошёл служка. Его состояние вызывало ужас: лицо опухло, он был весь скрюченный и явно испытывал сильную боль. С трудом передвигаясь, он остановился передо мной, опустив голову. – Что с тобой случилось? – спросила я, стараясь смягчить свой тон. – Кто это с тобой сделал? Но он молчал, лишь опустил голову ещё ниже, как будто искал утешение в полу. – Рик? Есть информация? – спросила я, чувствуя, как злость и раздражение снова начинают меня захлестывать. – Да, ваше Величество. Его нашли в церковной темнице. С ним это сделали по приказу бывшего Преосвященства, – ответил он. – Ясно, – произнесла я, осмысливая услышанное. – Позвольте слово? – вдруг заговорил Алан, и я кивнула. – Да, конечно. Говорите. – Я был секретарём Его Величества и посоветовал бы вам издать указ о назначении новой должности и объявить его на главной площади. В противном случае всё снова повторится, – сказал он, и в его голосе звучала уверенность. – А ты можешь этим заняться? – спросила я, надеясь услышать его желание остаться со мной. – Почту за честь! – произнёс с поклоном, и моё сердце от радости затрепетало. – Тогда оставлю это на тебе. А пока, – я снова повернулась ко всем. – Каждый из вас, по очереди, поведает о своих грехах перед короной, королевством и народом! – И мои глаза снова налились чернотой. Я поняла это по резко вздрогнувшим и отшатнувшимся присутствующим. В комнате воцарилась гнетущая тишина, и каждый из них, казалось, осознавал, что пришло время расплаты. Наше собрание длилось ещё несколько часов, невыносимо тяжелых часов. Я видела, как некоторые из присутствующих теряются в своих мыслях, в то время как другие, напротив, стараются взять на себя вину, признавая свои преступления. Воровство из казны, предательство, ужасные деяния, о которых они говорили – всё это я должна была услышать, чтобы понять, какую тёмную сторону имеет власть. Завтра мне предстоит объявить смертные приговоры. Мое правление началось с казней, и это было далеко от того, о чём я мечтала, когда читала книги лежа в своей палате. Я представляла себе балы и пиршества, прекрасных принцев и интересные приключения, мир и процветание в королевстве. Однако реальность оказалась суровой, и мне нужно было запомнить каждую деталь, каждую эмоцию, чтобы навсегда понять, что значит быть Королевой. Собрав последние силы, я встала со своего трона и, с трудом преодолевая усталость, покинула кабинет. Каждый шаг давался мне с трудом, и когда за моей спиной закрылись двери, я почувствовала, как чернота накрывает меня. В этот миг я потеряла сознание, оставив всю тяжесть на плечах, которые не были готовы к такому бремени. «Да уж, хиленькая какая-то царевна получилась», – мелькнула мысль, прежде чем я погрузилась в темноту. Проснувшись от легкого толчка, я открыла глаза и увидела Лейсан, стоящую у моей кровати с заботливым выражением на лице. – Доброе утро, Ваше Величество. Завтрак подан на террасу. Одежда подготовлена. Простите, но придется одеть то, что есть. Пусть оно и чужое, но красное уже никуда не годится, и вчера вас в нем видели, – затараторила она, словно пытаясь быстро донести до меня всю информацию. – Подожди, – произнесла я, стараясь собраться с мыслями. – Я с просонья плохо соображаю. Дай мне пару минут, – проговорила охрипшим голосом, потянувшись и пытаясь разогнать тяжесть в теле. Каждая мышца словно напоминала о вчерашних событиях, и я чувствовала себя так, будто после длительной тренировки. В голове шумело, как после простуды, и я понимала, что это последствия использования силы, которую мне пришлось задействовать. Если такое состояние станет нормой, я рано или поздно просто откину коньки от перегруза. Лейсан, заметив мою усталость, подошла ближе и, мягко улыбнувшись, сказала: – Я понимаю, что вам тяжело. Но завтрак ждет, и вы должны быть в форме. Сегодня важный день. Я кивнула, стараясь сосредоточиться на её словах. Важный день… Это напоминание о том, что впереди меня ждут тяжелые решения и испытания. Я глубоко вдохнула, стараясь прогнать туман из головы, и поднялась с кровати, готовясь встретить новый день, полный ответственности и вызовов. Сходив в ванну и сделав свои дела, вышла к накрытому столу. Солнце уже встало над горизонтом, а значит, скоро время казней. Внутреннее сопротивление боролось со здравым смыслом, но я знала, что не могу избежать своей роли. Присев за стол, я отломила кусочек мягкой булочки и начала намазывать её маслом. – А вот теперь говори, – разрешила я, откусив мягкой сдобы. Вот единственный огромный плюс моего попадалова, кроме работающих ног, – это натуральные продукты. Я уже успела забыть, каким может быть настоящий хлеб, без всяких добавок и заменителей, и этот момент доставлял мне простое, но глубокое удовольствие. Она сделала шаг вперед, словно собравшись с духом, и с тяжелым вздохом произнесла: – С Вашего позволения, я взяла на себя смелость изъять самые дорогие платья и украшения у любовниц короля. Вам нужно что-то носить, а другой одежды просто нет. Позже, когда придут обозы с изъятыми вещами казненных, сможем нанять портниху для индивидуальных нарядов. Но пока придется потерпеть. Её слова вызвали у меня смешанные чувства. С одной стороны, была благодарна за заботу, но с другой – использование чужих вещей вызывало дискомфорт. Я осознавала, что сейчас не время для гордости или стыда. Важно было сосредоточиться на том, что предстояло, и на том, что должна сделать. – Придется, – согласилась, отпивая ароматный чай, который согревал меня изнутри. – Ты сама-то поела? – Да, – ответила она, слегка улыбнувшись. – На кухне со всеми Тенями. – Ясно. Кстати, чем они заняты? – Ильзар и Граф Фольсар занимаются наведением порядка в бумагах, – сообщила она, поправляя волосы. – Им нужно разобраться с документами и планами. Имар отбирает личную гвардию и отсеивает мусор. Ален подойдет сразу, как вы закончите завтрак – он уже подготовил документы. Я занялась «уборкой» на женской половине замка. Это сложнее, чем изначально казалось, – повинилась она, слегка покачав головой. – Надеюсь, без жертв? – усмехнулась я, и улыбка сама растянулась на моих губах. Мы обе знали, что в замке много нахлебников, и предстояло нелегкое время, особенно с женщинами, которые не всегда были готовы смириться с переменами. – Пока да. Но не обещаю, что так будет всегда. – Не спеши. А то наделаем ошибок. Доберемся до всех, но нужно время. Я закончила завтрак, вытирая губы салфеткой, и сделала глубокий вдох, как перед погружением в воду. – Пожалуйста, позови секретаря, – попросила, пытаясь взять себя в руки. – Ну, акт второй, чтоб его.