Глава 10

Глава 10

Лена

– Ты не беспокойся, внучка, – дедушка Кирилл кладет мне на плечо свою шершавую руку. – Всё с ними хорошо будет. Чай, не дурак этот парень. Вон, ходит, как я посмотрел, командует чего-то. Не пропадут детки, не пропадут…

Сказав, вздыхает и замолкает.

Запах медицинских препаратов и перевязочного материала не просто пропитал весь воздух. Мне кажется, он успел за пару дней въестся под кожу. Хочется приподняться и поправить подушку, но боюсь потревожить травму. Боль сильная.

Врачи говорят, что мне повезло. Отделалась я, не считая многочисленных ушибов, только переломом ноги. Пусть и с осложнениями. А так, люди, попав под несущуюся на скорости машину, чаще получают травмы, не совместимые с жизнью.

Это хорошо, что со мной детей не было.

Перед глазами до сих пор мелькают те ужасные кадры.

Дорога. Две полосы в одну сторону, две в другую. Перехожу по пешеходному переходу. Все машины остановились пропуская. И уже пройдя почти всю полосу дорожного полотна выскакивает большой белый внедорожник. Его было не видно, за остановившейся на переходе маршруткой.

Махина. Словно несущаяся глыба айсберга. Успеваю заметить угрозу лишь за миг до столкновения. И почему-то этого мига хватает, чтобы всё осознать. Удар, который меня резко разворачивает. Полет…

Мысль о том, что яйца в пакете точно разбились. Как и банка с вареньем, которое так любят Ника с Викой. А ещё успеваю подумать о том, кто же моих малюток теперь из садика заберёт? Они, что, одни останутся? Всех детей заберут, а их нет? Испугаются же!

Дальше темнота…

Если бы не успела перейти почти всю дорогу, то уже и не вспомнила ничего. Трупы не умеют помнить.

Очнулась уже тут.

Когда пришла в себя, несмотря на боль, в первую очередь стала просить врачей позвонить в садик и узнать, что с моими малышами. Но мне посоветовали позвонить тому, кто сможет их забрать и позаботиться.

А у меня только один знакомый человек, что может помочь.

Дедушка Кирилл. Он не мой родной дедушка. Но у нас хорошие отношения. Познакомилась с ним, когда занималась волонтерством во время студенчества. Суровый пожилой мужчина не принимал ни от кого помощь. А она ему была очень нужна. После тяжёлой операции он не мог сам о себе позаботиться.

Но дедушка Кирилл не выносил, когда его жалели или помогали из жалости.

И я убедила, что рядом с ним ни из-за этого. Что в детстве всегда мечтала о своём дедушке. Слушать его рассказы, рассказывать что-то ему. Но дедушки у меня не было. Никогда не видела. Погиб молодым.

И это правда.

А в Кирилле Федотовиче я сама нуждаюсь. Мне нужны эти отношения, внучки с дедушкой. Он мне помогает словом, советом, поучением. Я отплачиваю делом. Не потому что он болен, а потому, что внучка, заботящаяся о дедушке.

Кирилл почувствовал искренность. Поверил. Принял.

Позволял ухаживать за собой. И даже приводить квалифицированных специалистов для помощи. А как поправился и встал на ноги, сам спешил мне с чем-нибудь помочь. Не только советом, но и делом.

Дедушка Кирилл не любил сидеть на одном месте. Ему нужно было всегда что-то делать. Хоть лампочку вкрутить, даже если ради этого нужно пересечь половину города. Ему это было необходимо.

Ту же лампочку могла вкрутить и сама, но позволяла дедушке Кириллу почувствовать себя нужным и важным.

Он мне и с детьми стал охотно помогать. Правда, долго с ними один он не выдерживал. Всё-таки возраст. Мне и самой-то тяжело с этими неугомонными озорниками.

Мне повезло. И их очередь в садик подошла рано. Только-только адаптационный период закончился. Можно теперь оставлять моих малышней в группе на полный день. А самой возвращаться на работу.

Правда, какая сейчас работа…

В общем, я позвонила Кириллу Федотовичу. Он, узнав, что со мной, тут же примчался. Угрожал глав врачу, что устроит ему Кузькину мать, если тот не поставит меня на ноги. Еле деда успокоили.

Потом, пообещал мне, что у него есть знакомые в нужных кругах, старые связи остались. И виновника, что уехал с места происшествия, обязательно найдут и привлекут к ответственности.

После мы с дедушкой поговорили про то, как быть дальше. Я ещё не скоро выйду из палаты. Требуется сложная операция. И не одна. Ничего невыполнимого или требующего больших денег. Нет, всё сделают, но займёт это много дней. А как быть с детьми?

Понятно, что Кирилл Федотович с ними один не справится. У него через несколько часов голова точно разболится. Да, и не поспеет он за ними. А кроме дедушки у меня никого нет.

С Кириллом Федотовичем я делилась многим. И он знает, кто папа моих деток. Поэтому настоял, что выхода другого нет, как отвести малышей на время к родному отцу. И то, что этот родной отец о существовании деток ничего не знает, его не волновало.

Выхода, действительно, я не видела. Если Тимур из-за своей занятости не сможет присматривать за детьми, то наймёт на время нянь. Зная его чувство ответственности, верю, что малышей не бросит.

Дав дедушке инструкции по сбору вещей и записку для Тимура, отправила Кирилла Федотовича за детьми в садик.

И вот он вернулся. Принёс пакет с яблоками.

Сидит рядом. Молчит, вздыхает. А меня всё не отпускает беспокойство. Как там мои малыши?

– Ты точно ничего не забыл? – спрашиваю у дедушки.

– Да, всё, вроде, по твоему списку собрал, отдал, – чешет он затылок. – Хе! Видела бы ты его лицо.

Потом хлопает себя по груди.

– О! – восклицает он озадаченно и лезет в грудной карман. – Бумажки какие-то остались.

На свет показывается прозрачная папочка, где хранятся свидетельства о рождении и другие документы на малышей.

– Не переживай, внучка, – бодренько встаёт со стула дедушка. – Сейчас отнесу. Проведаю, как там негодники устроились. Не обижают ли папу. Хех! А ты поправляйся.

И довольный, что у него есть дело, покидает палату.