Глава 19

Пять лет спустя – Мама! Мама! Мама! – крики моих детей разнеслись по дому. Им вторил торопливый топот трех пар ног, несущихся из детской спальни к завтраку. Сегодня их пятый день рождения. Я обещала им праздник и много вкусностей, поэтому, едва проснувшись, дети понеслись вниз. За пятнадцать минут до этого я успела подняться и переодеться в чистое и праздничное платье цвета кармен с открытыми плечами и довольно большой юбкой. Благо за пять лет работы с Кроксом мое финансовое положение существенно улучшилось. Я уже не та нищая городская девочка, бьющаяся с судьбой за каждый медяк. Теперь у меня два сундука с золотом, заработанным честным целительским трудом. У меня есть все, о чем я могла только мечтать: золотые украшения, наряды из дорогих тканей, а также полная финансовая независимость. Накопленных денег хватит нам с детьми до конца жизни, еще и внукам останется. Первым вбежал Леонард – самый быстрый и сильный из всей троицы. С каждым годом он все сильнее походит на своего отца. Думаю, став взрослым, Лео будет точной литографией Нейтона. Сегодня ему исполняется пять, но на вид Леонард выглядит на все девять. Он уже на полголовы выше своих брата и сестры, а от его бега трясется пол. Сильный, смелый, отважный мальчик. Вбежав на кухню, он приземлился на стул и вперился в меня ждущим взглядом. «Где торт?!» – без слов вопрошает он. Вслед за ним вбежал Теодор. Черты Сильвестра Бельмонта в его внешности чуть сгладились, но не исчезли. Он растет очень спокойным и умным. Раньше всех научился читать и проглатывает детские книжки одну за другой. Более медленный, чем брат, он сел на соседний стул и воззрился на меня светло-серыми глазками. Топ. Топ. Топ. Легкие, неторопливые шаги. Адель поняла, что мальчиков ей не обогнать, и с бега перешла на спокойный шаг. Моя красавица чинно вошла, растрепанные светлые волосы ниспадают до самого пояса, пижама подвернулась до колена, в руках любимый игрушечный тигренок, привезенный Кроксом из далекого путешествия в южные земли. Дочка окинула кухню сонным взглядом и присела напротив братиков. – Мамочка, а сегодня нас ждет подарок? – тоненьким голоском спросила Адель, глядя на меня с восторгом. – Конечно, – кивнула я, доделывая торт. Корпела над ним полночи, выпекала коржи, месила мастику, варила крем. Хвала всем богам, я имею возможность сделать своим малышам столь дорогой подарок. Одно только сливочное масло для крема стоит столько, что раньше я могла попробовать его лишь на кончике ножа. – Когда? Когда? Дай! – заверещала малышня, нетерпеливо постукивая ножками. – Сейчас, сейчас… Еще минутку… – я спешно втыкаю в торт украшения из сахарного сиропа. – Почти готово… Вот! – воткнув в торт последнюю звездочку, я подхватила поднос, на котором стоит десерт, и понесла к столу. Едва завидев торт, троица издала восторженный визг. – Мамочка! Как красиво! А здесь все можно кушать? Какие сердечки! – дружный гомон смешался с нетерпеливым стуком маленьких кулачков о стол. Я испугалась, что, если поставлю торт на стол, троица его просто-напросто растерзает. – Так! – крикнула я, и весь гам мгновенно стих. – Я всю ночь пекла торт из трех ярусов бисквита, украшала его и лепила мастичные фигурки! Проявите уважение к маминому труду! Взяли столовые приборы! Руки на стол! И ведем себя как приличные драконята, а не как поросята! Дети послушно выполнили мои требования. Наконец торт безопасно приземлился на стол, не рискуя быть разорванным раньше времени. Впрочем, малышня смотрит на него такими жадными глазками, что даже мне не по себе. Я зажгла пять свечей, воткнутых в верхний ярус. На миг мой взгляд задержался на тройняшках. Какие же они разные! А ведь их легко можно принять за разновозрастных детей. Скажи кому со стороны, что это тройняшки, рожденные с разницей в несколько минут, – не поверят. – Лео, загадывай желание, – улыбнулась я старшему сыну. Тот зажмурился, нахмурился, и в этот момент стал так сильно похож на отца, словно это Нейтон сейчас сидит передо мной. Я осеклась, на мгновение руки дрогнули. Лео набрал полную грудь воздуха и разом задул все пять свечей. – Умница, – пришла в себя я и похвалила ребенка. Я зажгла их вновь. – Тео, теперь ты. У Теодора не получилось задуть все свечи разом. Пришлось набирать воздух в грудь еще раз, чтобы справиться с последней, самой упрямой свечкой. – Что загадал? – спросила я у Тео. – Не скажу, а то не сбудется, – деловито ответил тот и сложил руки на груди. – Адель, – я вновь зажгла свечи, – теперь ты, солнышко. Дочка крепко зажмурилась, втянула воздух так, что сама чуть не лопнула, и обрушила на свечи поток своего дыхания. Все равно две свечки не погасли. Пришлось дожать их. – А теперь режь! – первым взорвался нетерпеливый Леонард. – Мне большой кусок! Самый большой! – Я и не сомневалась, зайчонок, – с улыбкой отозвалась я, разрезая первый ярус. Внутри оказались разноцветные слои бисквита: красный, оранжевый, желтый, зеленый, синий и фиолетовый. – Ух ты!!! – при виде этого чуда малыши издали восхищенный вздох. – Как красиво! – Мама, а если его съесть, то здесь появится радуга? – воскликнула Адель. – Ты глупая! – заявил ей Теодор. – Радуга не может появиться в помещении! – Тео, не обзывай сестру, – одернула я его. – Мама же где-то взяла радугу и засунула ее в наш торт! – не осталась в долгу Адель. – Ты сам глупый! – Адель! – я попыталась выглядеть грозной, но вышло не очень убедительно. Получив заветный кусок торта, Лео набросился на него и принялся уплетать. Перепалка брата и сестры его совершенно не интересовала. Когда Леонард принимает пищу, весь мир замирает и ждет, когда он закончит трапезу. – Осторожнее, прошу тебя, – вздохнула я, наблюдая, как разноцветные крошки бисквита летят во все стороны. – Ты же не поросенок. Возьми ложку, в конце концов! – Не хочу, – фыркнул он, держа огромный кусок торта голыми руками. – Лео, возьми ложку! – потребовала я строже. Он никак не отреагировал, будто не услышал меня. Леонард всегда такой – заставить его делать то, что он не хочет, практически невозможно. Мой старший сын не подчиняется, не слушается, не поддается на запугивания. С одной стороны, это хорошо, он растет с сильным характером, и я не хочу его ломать. С другой стороны, он не поддается воспитанию! Леонарду невозможно привить ни манеры, ни навыки гигиены. Даже загнать его в ванну удается с огромным трудом. А ведь ему только исполнилось пять! – Дядя Крокс! – внезапно воскликнула Адель. Мы застыли, с недоумением глядя на нее. Причем здесь он? – Леонард, сейчас же возьми ложку! – громыхнуло на всю столовую. Дети притихли. Все сразу поняли, кто пожаловал с утра. – Здравствуйте, дядя Крокс, – первой его поприветствовала Адель, когда дракон вошел на кухню. Не понимаю, как она услышала его приближение? – Привет, куколка, – подмигнул ей он. – Лео, ты слышал? Ложку! Ты же не псина, в самом деле! – грубовато окрикнул он моего сына. Я послала Кроксу осуждающий взгляд и ткнула его локтем под ребра, чтобы не наглел слишком сильно. Он наставник Леонарда, но не отец. Я не позволяю дракону грубить моим детям и пугать их. Из Крокса никудышный воспитатель, если честно. Даже сейчас, придя на день рождения детей, он назвал именинника псиной. Не дракон, а невоспитанный чурбан. Леонард поднял на гостя упрямый взгляд и облизнул перепачканный кремом рот. Кусочка торта больше нет – мой драконенок безжалостно расправился с ним. Осознав, что его требование теперь бессмысленно, Крокс растерялся и даже потерял дар речи. Тем временем, Лео протянул руку и выдернул из торта мастичную фигурку в виде звездочки. Для нее не нужны столовые приборы. Крокс с возмущением посмотрел на меня. А что я? Не стану же я заставлять ребенка есть еще один кусок торта, но на этот раз ложкой! Этот раунд за Леонардом. Когда дракон понял, что его обставил ребенок, на его лице заходили желваки. – Детишки, я принес вам подарки, – выдавил он из себя. Детвора радостно завизжала. – Адель, прелесть, это тебе. Дракон протянул моей дочке изящную куклу в пышном розовом платьице. У малышки загорелись глаза при виде новой игрушки. У нее много развлечений, но куклы – особая страсть. – Спасибо, дядя Крокс, – пролепетала Адель, прижимая к груди кудрявый подарок. – Расти большой, – подмигнул ей дракон. – Теодор, подарок для тебя я искал особенно долго. Он протянул моему сыну большой талмуд. «Энциклопедия магии для детей от девяти лет и старше», – прочитала я на корешке. – А не рано ему? – с сомнением шепнула я Кроксу. – В самый раз, – отмахнулся он. – Мальчик очень способный, пусть впитывает азы как можно раньше. А для тебя, упрямый драконенок… – вздохнул он, глядя на Леонарда. Крокс взмахнул рукой, и перед моим сыном материализовался меч. Настоящий!!!Не деревянный, как прежде, не гибкий игрушечный, а самый настоящий острый металлический меч! – Ты с ума сошел?! – взревела я и бросилась к Лео. Мальчик уже потянул руки к оружию, когда я успела в последний момент выхватить его и забрать. – Крокс, он же острый! – рыкнула я на дракона, попробовав лезвие пальцем. – Мама, отдай! – потребовал Лео. – Это мой подарок! Я давно прошу меч! – Тебе рано брать в руки настоящее оружие! – слишком резко бросила я. – Крокс! Ты хочешь, чтобы здесь кого-то прирезали?! Тогда давай я прирежу тебя, и на этом разойдемся! От моего предложения детвора залилась смехом. – Арина, прошу, успокойся! – поморщился Крокс. Я хорошо изучила его за эти пять лет и знаю, что мой протест вызвал у него раздражение. – Ничего он никому не сделает! Лео хоть и упрям, как осел, но не дурак! Ему пора научиться держать в руках настоящий меч, а не игрушку! – Я не разрешаю! – отрезала, заводя оружие себе за спину. – Но это мой подарок! – на глазах у Лео появились слезы. – Дядя Крокс купит тебе новый! – пообещала я ему. – Арина, можно тебя на минутку? – шепнул мне дракон. – А дети? – стрельнула в него глазами я. – Вдова за ними присмотрит, – пренебрежительно бросил Крокс. За пять лет они так и не смогли наладить общение. Розали во всем помогает мне, она полночи взбивала яйца для бисквита. Теперь ведьма отсыпается. – Она отдыхает, – сквозь зубы зашипела я на него. – Ничего, встанет, – с таким же раздражением ответил мне Крокс и напоролся на мой жесткий взгляд. За эти годы я научилась отстаивать и себя, и Розали. – Надо поговорить, – после этой фразы стало понятно, что дело вовсе не в остром мече. Крокс пришел сюда поговорить, а день рождения детей – лишь предлог. – Мой подарок! – Лео начал плакать. Он серьезный ребенок и редко позволяет себе слезы, но сейчас его можно понять – всем подарили подарки, а у него забрали. – Лео, можешь съесть торт, – внезапно отбрил Крокс и добавил: – Без ложки! Эти слова послужили спусковым крючком. Едва услышав разрешение есть торт, сын подвинул его к себе и начал есть руками нижний ярус, отламывая от него куски. – Лео!!! – взвизгнула я при виде такого вероломства. Но Крокс не позволил мне заняться воспитанием сына. Дракон взял меня под локоть и практически силой увел в соседнюю комнату. Дети остались на кухне наедине со своими подарками. Одним глазом я смогла приглядывать за ними, вторым смотрела на своего собеседника. – Что случилось?! – нетерпеливо спросила я. – Арина, успокойся. С твоей троицей ничего не случится, они уже не младенцы. Хочешь выпить? – неожиданно предложил он. – Ты спятил? – вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык. – Я не пью, и ты это знаешь!