Глава 64. Арина

Разлепила веки с таким трудом, что мне это показалось подвигом. Где я? Последнее, что помню, это дикая слабость, желание лечь, и как все плывет перед глазами.

– Очнулась. Милочка. Ми-ло-ч-ка! Как вы себя чувствуете? Ваша фамилия Тройник?

Повернула голову вбок. Было холодно, но, судя по всему, меня знобило. А еще я лежала голой среди всяких пищащих аппаратов и других коек. Тоже полных. Прошептала:

– Да… Мои дети…

Женщина поджала губы, было видно, что она не сильно довольна происходящим, и все вокруг ее неимоверно раздражает.

– Не знаю, что насчет ваших детей, но им придется подождать. Вы в реанимации. У вас ковид и пневмония. Поражение легких. Пару дней тут понаблюдают, а потом в палату переведут.

– Т-т-телефон? – прошелестела я.

– А может, еще прикурить дать?! Милочка, это реанимация, а не курорт! Здесь жесткие правила. В туалет хотите, вам вставать нельзя, сейчас утку принесу.

Какой кошмар! Но почему-то сил спорить не было. Меня сейчас волновало, как там мои дети, кто с ними, как они?! Только это, и чтобы это выяснить, нужен телефон.

Но конечно же, мне его не дали, а через какое-то время я снова вырубилась. Сколько я спала – неизвестно. Потому что, когда я открыла глаза в следующий раз, на улице было темно.

Ну, окно есть, и на том спасибо. Очень хотелось в туалет. Я повернула голову вбок и увидела проходящую мимо девушку. Как и та женщина, она была в специальном костюме и маске, а еще очках.

– Арина, вы очнулись! У вас все хорошо? Вам просили передать, что с детьми все в порядке, не переживайте.

Из глаз полились слезы. Облегчение затопило от кончиков пальцев и до корней волос. Я выдохнула. А потом покраснела. Но девушка видно давно работала медсестрой.

– Вам в туалет хочется? Сейчас! Я одну секундочку.

Когда мы все сделали, она спросила у меня, все ли хорошо, чем она может помочь и очень попросила снять на видео. Сбивчиво объяснила:

– Я папе ваших деток обещала. Он там сидит в коридоре уже несколько часов. Переживает. Ему никто ничего не говорит…

Она осеклась. В комнату зашли несколько человек и подошли к койке рядом. Там явно лежала какая-то бабушка со странным аппаратом. Врачи начали тихо переговариваться:

– Давайте поставим ей тот препарат.

– Но он дорогой, нам просто так его сказали не выписывать.

– Ты видел, какие там родственники? Думаешь, за деньгами вопрос встанет? Вон, внук или сын сидит в коридоре до сих пор.

– Тогда вводим.

– Ну, да, повезло Арине Родионовне с родней, они дня нее все готовы сделать.

Я хоть и была в состоянии, близком ко сну опять, но пару раз моргнула. Девушка рядом со мной тоже притихла. Она начала спешно поправлять мне подушки и делать вид, что обрабатывает что-то.

Капельницу проверила, взглядом велела мне пока молчать. Но на нас не обращали ровно никакого внимания. Все занимались Ариной Родионовной с ее родственниками. Вот это ирония судьбы! И если я подумала правильно…

– Кажется, они вас перепутали! Я подойду им скажу.

– Нет! Машенька, вы же слышали, они бы не дали этой женщине нужного лекарства. Пусть уж выхаживают. У меня же ситуация лучше?

Девушка смотрела на меня во все глаза. Я же ощущала дикую усталость. Где-то на заднем фоне металось понимание, что Матвей сидит и беспокоится обо мне.

– Конечно, лучше. Думаю, у вас все будет хорошо быстро. Я просто много больных видела. Пару дней в реанимации, а потом в палате недели две, и выпишем вас! Главное, чтобы за эти сутки ситуация не ухудшилась.

Такие сроки меня убивали. Кому нужен больничный контент?! Никому! У меня все сроки пройдут. Про детей просто думать не хотелось. Там есть кому прикрыть, а вот как быть с работой…

– Спасибо, Машенька. Снимайте меня, ваша смена уже, наверное, закончилась.

На большее сил не хватило. Хотя нет, еще я записала сообщение семье, что у меня все хорошо, и попросила смотреть за малышами. Самое главное, чтобы с детьми все было нормально.

– Арина, держитесь. Я все же шепну своему руководителю, что вы тоже непростая девушка. Что потом отблагодарят, и все такое. Отдыхайте, эта дрянь все силы вытягивает…

Что она говорила дальше и говорила ли, я не знаю. Меня снова отключило, и я лишь надеялась, что они не упустят капельницу. И что мои малыши будут в безопасности и любви.

Почему-то мне казалось, что без меня они не справятся. Это я про многочисленных помощников.