Глава 18

Мириам

Моё утро начинается словно в сказке, о которой пишут в самых романтических книгах. Которую показывают по телевизору в мелодрамах. О которой грезит каждая девушка и женщина, если не разочарована в любви.

Проснувшись от трели будильника, слепо выключаю его и даю себе минутку-две понежиться в кроватке и расслабиться перед учёбой. Радует лишь одно: сегодня последний день учёбы, а уже с завтрашнего дня у меня начнутся новогодние выходные.

Сладко тянусь, но резко напрягаюсь, когда в мою руку вонзается что-то острое. Притягиваю поцарапанный палец обратно к себе и к губам, слизывая кровь.

– Да что такое? – спрашиваю сама себя и кидаю взгляд на место, где предположительно острое находилось. И застываю, когда на глаза попадается огромный букет красных роз и маленькая коробочка.

Аккуратно, чтобы не поранить ещё что-нибудь, забираю коробочку и открываю её, чувствуя некоторое волнение от происходящего.

Я неглупая и понимаю, что это подарки от Алима, который, кажется, остался немного в шоке после моего вчерашнего признания в симпатии ему. Но, по всей видимости, принял мои чувства и решил их поддержать. Приятно.

В коробочке оказываются серьги из белого золота. Простенькие, но со вкусом. В стиле Алима, я бы сказала. Они не вычурные и не бросающиеся в глаза, как носят некоторые дамы из общества Лапина. Не с миллионом бриллиантов, показывающие статус и возможности дарителя. Они… они идеальные для меня. Строгие, но в то же время милые. Простые, но со вкусом. Праздничные, но в то же время их можно носить каждый день.

– Спасибо, – шепчу в воздух и, отложив серьги, тянусь к букету, вдыхая его необыкновенный аромат. Краем глаза замечаю ещё и записку, которую тут же выхватываю и читаю.

«С добрым утром, Мириам! Надеюсь, тебе придутся по вкусу мои подарки. Прихвати в университет что-то тёплое. После пар я тебе заберу, и мы поедем на свидание. С любовью, Алим Лапин!»

О боги! Ради такого стоило вчера признаться в своих чувствах! Все испытания, которые я прошла, стоили этой сказки…

Половина дня, которую я нахожусь в университете, проходит в ожидании окончания пар, начала новогодних каникул и свидания с Алимом. Но его предложение взять что-то тёплое меня слегка напрягло. Порой одно тёплое в одном месте оказывается недостаточно тёплым для другого места. Но не суть! Думаю, в таком случае Лапин что-то придумает и не даст мне отморозить себе всё, что можно и нельзя.

– Привет! – приветствует меня мой будущий муж, припарковавшись на стоянке университета. К слову, здесь только учителя имеют права парковаться, но, кажется, Алиму плевать на эти правила или университету плевать на то, что один из спонсоров их нарушает.

– Привет, – тяну и, подойдя к мужчине, быстро целую его в щёку. – Спасибо за цветы и серёжки, – демонстрирую последнее на своих ушах.

– Пожалуйста, – отвечает, но выглядит смущённым. Как и я, которая продумывала этот шаг с поцелуем в щёку с самой первой пары. – Поедем? – спрашивает, подмигнув.

– Ага, – киваю и обхожу машину, садясь на переднее пассажирское сиденье. – Куда мы едем?

– Секрет! – тянет, загадочно улыбнувшись, и дальше ни слова не говорит о наших планах. Лишь расспрашивает, как прошёл мой день в университете. Рассказывает о своих студенческих годах в России. О том, как они на пару с отцом Алисы чудили и переворачивали всё вверх ногами.

Тайным местом, где мы должны ужинать, оказалась шикарная белая яхта. Это я осознала лишь когда мы подошли к ней, а до этого верила в то, что мне говорил Алим. Будто бы мы идём в ресторан в конце пляжа. Якобы свидание там будет.

Врал и не краснел!

А я верила, вообще-то!

Алим помогает мне подняться на палубу и проводит к накрытому столику. В основном стол заставлен морепродуктами, но есть и обычное мясо. При всём моём желании я так и не смогла полюбить осьминогов, устриц и другую нечисть морского царства. Лапин же с удовольствием это всё поглощает, ещё и меня смешит.

Вечер проходит в такой чудесной атмосфере, от которой не только к сказки начинаешь верить, но и в то, что скоро у тебя крылья вырастут. К слову, у меня они уже точно выросли. Потому что таким романтичным и заботливым Алим никогда не был.

Он ухаживал за мной, улыбался, много говорил, то и дело касался моей руки, а когда стало прохладно и мне даже в моей кофте стало холодно, то укутал в плед.

Это было так мило и… невероятно, что мне казалось, это мой очередной мечтательный сон, где я с Алимом. И у нас такая идиллия. Парочку раз, когда он не видел, щипала себя за руку, но от этого не просыпалась.

– А это что за созвездие? – спрашиваю, указывая пальцем в небо.

– Кассиопея, – отвечает, подтянув меня к себе ближе.

И если пару секунд назад моя спина просто соприкасалась с его грудью, то сейчас она почти что вжата. И расслабления в ближайшее время точно ждать не стоит, потому что руки Алим не убирает, решив остаться и обнимать меня дальше.

– Алим… – шепчу, чувствуя, как моё сердце ускоряет свой ритм. – Что ты делаешь? – оборачиваюсь к нему, тяжело сглотнув.

– Ты о чём? – спрашивает, якобы не понимая. Но всё он понимает. Всё он знает! И те чувства, что вызывает во влюблённой и неискушённой девушке, тоже осознаёт.

– О твоей руке, которая… не там… – смущаюсь, но говорить не прекращаю. – Это… вообще-то мои бёдра и… ягодицы.

– Да? – театрально удивляется. – Извини, – произносит, но руки не убирает, продолжает гладить по боку и ягодицам.

– Алим! – восклицаю и возмущённо оборачиваюсь к нему.

– Мне прекратить? Да?

– Эм-м… И-и-и… Нет! – выпаливаю и, развернувшись в его руках, тянусь к его губам и целую.

Плевать, что будет дальше. Он явно мне не просто так знаки внимания оказывает и на свидание пригласил. Обычно этим такие встречи и заканчиваются. Близостью. Поцелуем. И постелью.

Я невеста Алима. Мать его будущего сына. И мне нужно избавиться от кое-чего, чтобы у нас появился ребёнок. Так зачем мне операция, когда это можно сделать естественным путём. С мужчиной, которого я люблю и с которым проведу всю свою жизнь?

Лапин собирается ровно за секунду и перехватывает мою инициативу, искусно и страстно завладев моим поцелуем. Пальчики на ногах подгибаются от количества его власти и силы надо мной в этот момент.

Его руки, которые прежде локализировались лишь на моей талии, бёдрах и ягодицах, вызывая моё возмущение, теперь получили полную власть и разрешение делать со мной всё, что хотят. Трогать там, где хотят.

– Мириам, – шепчет, прервав поцелуй и прислонившись лбом к моему. – А ты не так проста, как кажешься.

– Во мне много сюрпризов, – отвечаю ему, улыбнувшись.

***

– Спасибо за вечер, – благодарит меня Алим, держа за руку и якобы прощаясь. А я слов его не различаю из-за бешеного гула и стука в ушах. После этого… дурацкого! Необдуманного! Неспланированного поцелуя у меня все чувства обострились в тысячу раз.

Стыд за то, что сама поцеловала. Неловкость оттого, что… показала Алиму, что не так скромна, как кажусь. Влюблённость в него переросла, кажется, в настоящую любовь. А может, даже и в одержимость. Потому что я не хочу, чтобы он сейчас к себе в комнату шёл. Чтобы мы расставались.

Да, я прекрасно осознаю, что теперь между нами многое изменилось, и теперь я смело могу сказать, что встречаюсь с Лапиным. И всё же решающий шаг я сделать всё же не смогла. Отдаться будущему супругу на яхте. Во-первых, там были, кроме нас, ещё люди. Во-вторых, я застеснялась, и мне стало страшно. В-третьих, это всё слишком рано. И ключевой пункт: Алим не настаивал, не требовал и тем более даже не намекал на что-то большее, чем просто поцелуй. По глазам было понятно, что как и любому другому мужчине ему хотелось, но он не делал этот шаг, как и я.

– И тебе спасибо, – шепчу в ответ, не поднимая глаз на него. – До утра? Да? – кидаю быстрый взгляд на него и тут же засмущавшись, опускаю. – Прости! Я… мне пора! Там надо…

– Выходные, Мириам. Выходные! – хохочет Алим, понимающий меня сейчас. Потому что смех его не обидный, а добрый, мягкий, обволакивающий. Успокаивающий, я бы сказала.

– Да… выходные, – соглашаюсь. – Я пойду, Алим. У меня сейчас слишком много эмоций и чувств, чтобы трезво соображать и вообще о чём-либо думать. Мне нужно переспать эту ночь и уже завтра с трезвой головой оценить ситуацию.

– Иди, – разрешает коротким словом. Добавляет к нему быстрый лёгкий поцелуй в лоб и отходит, отпуская мою руку. – Сладких снов, Мириам.

– Сладких, – отзываюсь и быстро юркаю в свою комнату, плотно закрывая дверь и не давая себе ни шанса передумать уходить.

Он дьявольски притягателен и прекрасен сейчас… Есть шанс, что открою дверь и нападу на него с поцелуем, который закончится только утром.

А так нельзя! Если я хочу здоровые, крепкие, стабильные отношения, то мне нужно показать свою скромность и сдержанность. Бабушка мне не раз об этом говорила. Только с порядочной девушкой мужчина захочет создать семью раз и на всю жизнь. С ветряной, которая кинется к мужчине в постель в первый же день он просто поразвлекается, да бросит, потому что наскучит.

И плевать, что я стану матерью его ребёнка и у нас договорённости. В них говорится, что мне изменять нельзя. А ему?..

Да и в любой момент всё измениться может.

Сбрасываю с себя одежду и спешу в душ, чтобы смыть с себя всю эту смесь новых для меня ощущений и чувств. И чтобы хоть немного в себя прийти.

Этот Лапин слишком ловко и умело вскружил голову. Надо что-то с этим делать!

Вот утром проснусь и буду с железным сердцем, которое буду открывать для него постепенно! Да! Так и сделаю!

Провожу в ванной около часа и выхожу оттуда, лишь когда убеждаюсь в том, что вновь стала прежней Мириам. Обёрнутая полностью в полотенце, цепляю на лицо улыбку и иду к шкафу, чтобы взять нижнее бельё и пижаму.

Мысли были лишь об одном негодяе, похитившем моё сердце, поэтому и забыла нужное сразу взять.

– Мириам, ты спишь? – доносится до меня сначала стук в дверь, а затем и голос Алима. – Спишь? – вновь стук.

– Сплю! – кричу ему, глазами бегая по комнате и не зная, что делать и куда прятаться.

– А мне не спится…

– П-почему? – спрашиваю, смотря на дверь, к которой хочу подойти и открыть. Но, чёрт возьми, нельзя! Опасно! Неизбежно…

– О тебе думаю, – отвечает мечтательным тоном, каким обычно о своих туфлях мне рассказывает.

– И что думаешь?

– То, что не хочу тебя отпускать теперь… Никогда… – произносит, и моё сердце тут же сбрасывает железную броню.

Вздохнув, иду к двери, понимая, что говорить мы не прекратим, а разговаривать через дверь неудобно. Да и неправильно.

Открыв дверь, застаю мужчину сидящим на полу напротив моей комнаты. Он тоже уже успел переодеться в домашнее. Если так можно назвать его пижамные штаны и накинутый поверх банный халат.

Взгляд мужчины утыкается в мои ноги и медленно… очень медленно поднимается к краю полотенца. Тяжело сглатывает, продолжая свой путь, останавливаясь не на моих глазах, не на моих губах и даже не на моей шее, а на моей груди.

Проклинаю себя за то, что не переоделась перед тем, как выйти к мужчине. И самое ужасное, что кроме этого полотенца на мне больше ничего нет, а Алим словно видит меня без него. Так на его лице написано. Читает меня будто.

– Алим, – зову его, но он не реагирует, продолжая таращиться на грудь. Благо она прикрыта полотенцем, но Лапина это не останавливает. Просто завис, как мой ноутбук иногда. Даже не моргает. – Алим… – повторяю свою попытку.

– Ми… Мириам? – спрашивает, позабыв моё имя.

– Мириам, – подтверждаю, наблюдая за тем, как он встаёт, не прерывая своего прежнего занятия.

– Уходи, – говорит он. – Уходи сейчас. Спать! Закройся на замок и спи!

– Ч-чего? – растерянно переспрашиваю, но отчего-то отступаю назад. Страшный он какой-то… опасный… злой… бык, увидевший красную тряпку.

– Спать иди! – прикрывает глаза, тяжело вдохнув воздух.

– Но… но ты сам пришёл! Я вышла, а ты мне… – возмущаюсь, но договорить мне не дают. Хватают за руку и притягивают к себе, впечатывая в свою грудную клетку с такой силой, что из меня невольно вырывается стон.

– Я просил… Я пытался… – оправдывается передо мной Алим, находясь в нескольких сантиметрах от моего лица. – Я давал тебе шанс. Я повторил дважды, хотя никогда этого не делаю. Но ты не послушала… Прости… – и сметает мой ответ поцелуем, не давая понять, что вообще происходит.

Где-то глубоко в душе я догадываюсь, что мужчина вспомнил о своих инстинктах, глядя на меня. Но не хочу себе в этом признаваться. В том, что хотела этого! В том, что понимала, к чему приведёт мой выход! Не хочу быть виноватой… Хочу быть счастливой.