Глава двадцать третья

На лошади я каталась всего один раз, но мне этих впечатлений хватило надолго. Поездка в горы, уверения моей маман, что без поездки на лошадях это и не отдых вовсе. Огромный жеребец, которого мне оставили как самой молодой. Попытки влезть на эту скотину, которая мотала головой и всячески отступала от невнятной всадницы. Инструктор, которому надоели наши с конем танцы, и поэтому он решил закинуть меня в седло. Закинул, а я даже устроилась там сверху.

И начался адский ад. Потому что конь то пытался шататься вперед, то глазел по сторонам, а то и вовсе принимался трясти своей огромной головой. И что делать – то ли натягивать поводья, то ли прижимать колени, то ли кричать «помогите» – я не знала. Да, говорили они, просто едь и наслаждайся горными красотами! Я и «наслаждалась»: стремена чуть ли не соскальзывали с ног, поводья скользили в руках, по лицу то и дело били ветки… А когда конь попытался еще и заигрывать с впереди идущей кобылой. Караул! Я думала, у меня сердце станет. Высоко и ненадежно!

– Ну? – нахмурился Кощей и пошевелил рукой, мол, давай, я ж тебе руку помощи протягиваю, забирайся ко мне за спину в седло.

– А мы поместимся? – с подозрением посмотрела я на скелет лошади. Да, такой авось за посторонними кобылами бегать не будет. Да и Кощей вроде как всадник бывалый.

– Поместимся-поместимся! – раздраженно ответил он. Ну и чего беситься? Да, были у меня сомнения, все-таки я бабуля немаленьких размеров, а Кощей хоть и костляв, но и не дистрофик. А седло с виду обычное.

Но руку я протянула. А Кощей даже не охнул от моего веса, так резко дернул, как я на даче морковь дергала, и в один миг втащил меня на уровень седла. Дальше, конечно, пришлось мне раскорячиться, ногу перекинуть. Сложно, но, как оказалось, не невозможно. Мда, а для меня-то не все потеряно! Я еще ого-ого бабуля!

Нога не отвалилась, и даже бедро не жаловалось. И прострел не ужалил. Вот что относительно правильное питание и физические нагрузки делают! Можно сказать, на собственном опыте проверила, что от людей – все зло. Видимо, жиров и неполезных элементов в любом человеке много, вне зависимости от времени и места. Ела Яга людей – болела. Не ем – пошла на поправку! Немного физкультурки, йога там, массажик, ванночки и масочки – и буду баба-ягодка опять.

Я даже немного размечталась, так что ослабила внимание, а Кощей тем временем ка-а-к стеганет своего костлявого скакуна. А тот ка-а-ак рванет с места. Что чудом только я не осталась позади и не вылетела из седла.

– Держись крепче, старая!

– От старого слышу! – не осталась я в долгу, но в кольчугу вцепилась чуть ли не зубами.

И мы неслись по Нави. Странный мир то набегал туманом, то внезапно под копыта лошади ложилась самая настоящая степь с волнующимися травами… и кучей трупов. А, ну, все нормально, все как положено. Мир мертвых с мертвяками. И тишиной. Только кос не хватало. Дороги менялись, иногда Кощей кричал мне вопрос «куда», и я наобум тыкала в какую-то из сторон. А может, и не наобум, потому что образ Яги то и дело возникал у меня перед глазами.

Вот возле очередного раздорожья эта древняя бабка налево повернула, и ворон, черной кляксой сидящий на сухом дереве, орал ей в спину… Блин! А ведь ей-то по их нечеловеческим меркам лет не так и много, что же она себя так забросила? И правда, старая. Тут Кощей угадал. Но я почему-то видела себя немного иначе. Может, это, конечно, только самообман, но я, что ли, более живой себе виделась. На всякий случай я и плечи расправила, и подбородок выше вздернула, и даже улыбнуться попыталась. С улыбкой не вышло, но остальное должно было придать моей фигуре не такой унылости, как я видела у моей предшественницы.

– Уже скоро! – по обрывкам прошлого, которые я видела, можно было догадаться, что Яга почти что дошла куда нужно. Уж сильно она воодушевленной стала казаться.

– Отлич… Ах ты ж шелупонь дохлая! – выругался Кощей и присвистнул. И зачем-то свернул с нужной дороги.

«Куда?» – хотела возмутиться я, а потом сверху раздался какой-то жуткий клекот и вопрос отпал сам собой.

Над нашими головами кружили странные черные птицы размером… ну, с большую собаку это точно. Или не птицы это были, а какие-нибудь гаргульи или еще что. Потому что человеческие лица вместо клювов и когтистые лапы – это как-то не к добру.

– Это еще что за хрень?! – взвизгнула я и сильнее вцепилась в Кощея. Тот молча творил какие-то жуткие акробатические номера со скелето-конем, потому что тот внезапно поворачивал, припадал на задние ноги, срывался в галоп. И все из-за того, что жуткие твари пикировали на нас сверху и очень хотели подцепить кого-то когтем.

– Навьи! – гаркнул Кощей и крепко выругался, потому что одна такая страхолюдина вцепилась в череп коню и пыталась его оторвать. Получила в лицо и упала под копыта, но это не решило проблемы.

– И откуда же столько?! Держись, Яга! – конь вылетел из окружения тварей и теперь мчался с ужасной скоростью вперед. Я заприметила, что вдали постепенно возникает еще один морок или чем оно было. Кажется, лес.

– Разобьемся! – проорала я на ухо Кощею, но тот мотнул головой. И действительно, у самых великанских деревьев, когда мы подъехали так близко, что они закрывали все, конь вдруг стал как вкопанный, а меня не особо мягко сбросили на землю.

– Я их уведу, встретимся у камня, – сказал Кощей и пропал из виду. Вместе с тучей черных навьев. А я осталась стоять возле огромного леса в одиночестве.

Он издевается, да? Он же сейчас вернется? Да какого хрена и редьки?!

Я оглянулась, охнула и переступила с места на место. Какой камень? Я же ничего не помню! Может, и правда меня Кощей решил прибить?! Где еще, как не в Нави, это делать? Пусть он и говорил, что здесь меня ничего не убьет, так и убивать не обязательно, можно просто оставить блуждать вечно в неизвестном лесу.

Или все совсем не так? Он же вроде бы увел этих адских птичек за собой. Неужели Кощей не подумал, что я банально не соображаю, что тут и к чему?!

Мамочка дорогая, ну никакой надежды на этих мужиков! Почему я кота не взяла с собой?!

Так, соберись, Яга. Ты же Яга, по идее, могучая ведьма… что бы это ни значило…

Я повернулась в степь, но туда идти откровенно желания не было. Вдруг сверху еще что-то подобное прилетит. И даже не спрятаться нигде. А значит, в лес идти надо. Страшно, конечно, но выхода я не видела.

Лес этот не казался живым, и деревья не трепетали как те замершие души. Он скорее напоминал застывшее на паузе видео. Вот даже листья, осыпающиеся с деревьев, просто висят в воздухе. Жутенько! Что радовало, так это то, что под деревьями не было непроглядно темно, я прекрасно видела все вокруг и, если что, могла заметить очередную ересь. А еще листва на деревьях была цветной, а та, что лежала на земле, черно-белой, что само по себе странно.

В лесу было тихо, даже моих шагов я не слышала, поэтому легкое журчание воды меня не на шутку удивило. Бродить между деревьев без цели было глупо, так что я пошла на звук.

Добираться пришлось немало времени, я уж было подумала, что попала в очередную западню, слишком долго вокруг был один лес да лес и звук воды. Но потом за очередным огромным деревом я обнаружила небольшой водопад высотой, может, с два моих роста, а вода выливалась в крошечный бассейн. Наверное, это тоже была какая-то магия. Или здесь чудовище меня поджидало. Но к бассейну я подходила, оглядываясь, не выпрыгнет ли чего! В фильмах ужасов только так выпрыгивало. И пусть у меня нервы были уже вполне нечеловеческие, то есть крепкие и закаленные всякой жуткой жутью, но дергаться тоже было отчего. Вдруг тень какая за деревьями промелькнула бы?..

Вода, кстати, манила, пить захотелось вдруг и все больше. Но Кощей говорил, что нельзя, и в этом я решила ему поверить… Ну реально, ничего полезного в воде из мира мертвяков быть не может! Даже представлять не хочу, что в той воде плавало!

Зато ей умыться можно было. Все-таки пылищи здесь – в Нави – оказалось немерено. Я оглянулась, присела над водой, зачерпнула чуть воды ладонью. Холоднющая! Ничего не екнуло внутри, чувство опасности молчало, так что я уже более спокойно поднесла воду к лицу и плеснула на лоб, вытерла щеки.

Ух, хорошо! Притомилась я по канавам и буеракам бегать, от мертвецов уворачиваться, от жутких птиц спасаться… Тут и ноги заплетаются, и перед глазами мушки летают… И отдохнуть бы, расслабиться, забить на все… В рябящей воде отражалась я – то есть усталая бабка. Из-за легких волн казалось, что нос и бородавка стали меньше, а сама я худее. Но я же понимала, что это все обман зрения.

А вдруг ни масочки, ни йога не помогут? И что дальше? Всю жизнь вот так… с медведями да чертями жить?

Ну реально! Сколько можно?! Только и делаю, как попала в этот мир, что бегаю, выпучив глаза, и тружусь на благо… а на чье благо-то? Свое? Яги? Так я и не Яга фактически. Ну и что, что в ее теле. Я-то на лес и эту Навь жуткую не подписывалась. Красоту на силу не меняла. А если…

– А если предложат обратный обмен? Отдам силу за красоту?

– Но красота быстро угаснет, а профессионализм вечен.

– Но для красивой и молодой все дороги открыты. Можно к людям податься, нормальную жизнь завести…

– Так-то да, может, и обменяла бы…

– Силу на красоту? Черный лес за нормальную человеческую жизнь?

– Силу на красоту… Черный лес за норма… Какого хрена?!

Я вдруг очнулась и обнаружила себя по пояс в воде, возле водопада, который стал гладким как зеркало. И в нем отражалась вовсе не бабка. А та самая красавица в полном соку с манящими глазами, с косой толщиной в мое предплечье, уверенная в себе барыня, так сказать. Да, на такую и цари всякие заглядываться могли. Очередь бы выстроилась…

Так! Что за фигня? Что тут происходит? Это меня зачаровали, что ли?

– Говори, – потребовала красавица в отражении. – Отдаю силу ведьмовскую за нормальную жизнь человеческую!

– Отдаю… – безвольно почти произнесли мои губы, а потом я разозлилась. Ах ты ж хитрая задница! Добрался неведомый враг и здесь до меня! Но так Ягу просто не возьмешь, пусть и не Яга я в полном понимании этого имени. – Какая нормальная жизнь?!

– Человеческая! Отдаю… – затянула по новой тетка в отражении. Она уже не казалась мне такой красавицей. И нос как-то побольше стал, и улыбочка сникла. Что, чары заканчивались?

– Ты где здесь нормальную человеческую жизнь-то видела? – я уперлась рогом. Вот еще, отдавать то, что мне надо, да еще и менять на какую-то эфемерную вещь. С одной красотой меня черти и домовые слушать не будут! И ладно бы красавицей в своем мире, но тут же мрак и никаких условий! – Ни интернета, ни нормального туалета, а из средств дезинфекции только спиртовая настойка на пиявках и ту внутрь принимать! Кем я буду в нормальной жизни? Крестьянкой? Торговкой? У окна сидеть в тереме и за окно глядеть? Рожать наследников царю? Ты бы хоть своей головой подумала… или подумал! Подумало! Какого кактуса мне здесь эта красота нужна? В зеркало любоваться?

– Силу… Силу… Черный лес!.. – таяло отражение, точнее, оно превращалось из красотки в обычную такую женщину лет как раз тридцати-тридцати с копеечкой – с чуть длинным носом и неулыбчивым ртом. – Пожалеешь, Яга! Пожалеешь! Кости твои перекручу, высосу, разотру… Развею!

– Да-да, – вяло помахала я ручкой отражению. А то визжало и стремительно старело, превращаясь как раз в уже знакомую мне бабку. А потом бабка скукожилась, почернела, стала жутким скелетом и рассыпалась в прах.

О как. Это на меня покушение было, да? Караул… Я на всякий случай подошла к водопадику и сунула в него руку – ничего, кроме жутко ледяной воды. И отражений никаких четких не было. И это здорово успокаивало. Я приложила холодную руку ко лбу и снова протерла лицо, будто стирая пелену с глаз.

Ой-ей! И тут до меня дошло, что и красоты бы мне было не получить. Даже если бы и отдала я силу Яги. Ведь пока я в Нави, только она меня и защищает! А стала бы я, дура, человеком, и жизнь моя закончилась бы! Мама дорогая…