Глава 5
Двенадцать человек. Двенадцать проверенных ветеранов Корпуса, покинувших стражу границы по самым разным причинам. Все способны взаимодействовать с артефактами, иммунны к слабому прямому воздействию лириума, обладают реальным боевым опытом не только в части защиты границы мира. Специалисты, так сказать, широкого профиля. Но… ни одного владеющего магией даже на уровне развития первого круга.
Двенадцать, и плюс еще трое. Не-человек. Да, кроме двенадцати ветеранов Корпуса, в собранном Блайдом по «рекомендациям» фон Вайса отряде оказалось три полудемона. И я до сих пор находился под впечатлением встречи. Вот уж не думал, что у фон Вайса окажутся именно такие проверенные «люди и нелюди» – во время нашего общения я на эту оговорку как-то и внимания не обратил.
Некоторые аспекты жизни, в основном высокие магические технологии вроде коммуникаторов и визоров, со времени моей прошлой жизни остались неизменны. Технологии, контролируемые орденом хранителей, вообще редко меняются; но вот в социальных аспектах жизни за минувшие сто девятнадцать лет произошли весьма серьезные изменения. Не думал я, что, будучи частью Корпуса, получу под свою руку полудемонов.
Удивительное дело.
Сегодня ночью, в пыточной цитадели, я познакомился и побеседовал со всеми приведенными Блайдом бойцами. И сейчас вспоминал их учетные карточки личных дел, пытаясь представить уровень боевой эффективности нашего будущего отряда. Уровень боевой эффективности, и исходя из него уже подбирать тактику проникновения в замок Дракенсберга.
Вот только как ни крутил в памяти данные учетных карточек, не получалось ничего: в отряде не было владеющих. Да, тройка демонов способностями сравнима с колдунами средней руки, но это совсем не та мощь, которая нужна нам, чтобы проникнуть в фамильное имение маркграфа Дракенсберга. Есть, конечно, еще неучтенные факторы – такие как возможная помощь богов, но рассчитывать на нее я бы не стал. А без божьей помощи задача казалась мне просто нереальной. Без усиления отряда хорошим даже не индигетом, а владеющим чародеем, хотя бы одним. Для того чтобы банально пеленой нас накрыть в периметре имения Дракенсберга, ускользая от охранных систем слежения и…
– Рейнар! – стеганул меня окрик лектора.
Невольно вздрогнув даже от неожиданности (зачем так кричать-то?), я отвлекся от одолевающих мыслей. И поднялся, глядя на магистра Никласа из Императорской гильдии магов. Молодой он кстати, для магистра – не больше тридцати лет на вид. Молодой, и какой-то… неприятно-наглый. Есть такие люди, вроде бы со всех сторон нормальные, две руки, две ноги, голова-глаза-нос-уши. Вроде бы нормальные, но от одного вида таких людей лицо как от лимона кривит. В некоторых случаях так и вообще при взгляде на таких сразу кулаки сжимаются от желания применить некуртуазные методы убеждения даже не дожидаясь начала дискуссии.
Я-то знаю в этом толк – такого парня каждое утро в зеркале вижу. Откуда на меня всегда смотрит худощавый пепельноволосый юноша с волевыми скулами и нагло-дерзкой рожей, доставшейся от Альба. Но я это я, мне можно, к тому же уже привык к той картинке что мне зеркало показывает. А вот этот магистр меня реально одним своим манерным видом раздражает. Даже при всей моей взращенной при дворе императора сдержанности.
Смотрит так еще выжидательно, с полупрезрительным прищуром. Силен мастер-магистр Никлас, в общем, в способности вызвать к себе негатив. Признаю.
– Курсант Рейнар, вы определенно отвлечены от нашей беседы, – неприятно улыбнувшись, едко произнес Никлас.
– Никак нет, господин мастер-магистр.
– Повторите пожалуйста то, что я только что сказал.
«Мастер-магистр, вы такой предсказуемый», – очень захотелось мне ему ответить. Сколько раз я слышал эту фразу в стенах этой аудитории. Причем и в этой, и в своей прошлой жизни.
Но на самом деле, у меня были причины не уделять внимания его словам: магистр Никлас совсем недавно начал читать нам вводную лекцию об анатомии прорывов, которая слово в слово повторяла ту, которую я мало того, что слышал уже в этой самой аудитории не один и не два раза, но и предметно обсуждал в бытность военным советником Императора. Детально препарируя каждый изложенный в тексте факт или постулат.
Обсуждал я эту лекцию в составе сенатской комиссии, выполняющей задачу переработки и унификации текста для того, чтобы внести ее в программу вводной подготовки отправляющихся к границам разломов подразделений поддержки, не числящихся в постоянном составе стражей границы. Поэтому да, слушал я не очень внимательно, потому что все об анатомии прорывов знал практически наизусть.
– Вы сказали, господин мастер-магистр, что в любой нештатной ситуации на границе каждый воин Империи должен держать оборону, сохранять спокойствие и ждать индигетов.
– Я совсем не это сказал, курсант Рейнар.
В ответ я только вздохнул. Ненавижу тратить время бесплодно. Это практически то же самое, что бессилие что-то изменить: время вроде бы есть, но идет оно мимо тебя. Как сейчас. Ведь даже без моего прошлого знания прошлой жизни, вводная лекция по прорывам демонов, «Анатомия порталов, Введение», у нас уже была. Причем в самом начале курса обучения, она стояла третьей по счету лекцией от архивариуса цитадели Корнелиана Мака.
Правда, читал он нам ее не совсем легально: с недавнего времени, по распоряжению министра статистики Империи, подобные лекции – с «излагаемой информацией государственной важности», должны были проводиться только при участии расширенной отчетной комиссии. Но собирать расширенную отчетную комиссию (в которой должно быть два чародея Гильдии магов, еще двое от Академии и один представитель от Ассамблеи) это долго и затратно. Поэтому в Корпусе на распоряжения министра внимание не обращают. Просто дают все необходимые знания без оглядки на правила, а «официальную» лекцию сопрягают с началом обучения курсантами основ стихийной магии, куда маги из Гильдии и Академии прибывают сами.
Так что наш курс сейчас слушает повторно лекцию об анатомии порталов, делая вид что все это происходит в первый раз. Слушаем уже официально, перед началом Малого практикума – положенным по программе обучения перед принятием Посвящения в Сиянии. А Малый практикум, уже по Высочайшему именному распоряжению Императора, в военно-учебных заведениях частей стражи границы всегда проводят независимые маги Элементарного факультета Императорской Академии Рима. Один из которых – магистр Никлас, сейчас стоит передо мной на трибуне, а еще два – в составе комиссии, расположились в тени ложи высоких гостей. Оттуда же периодически поскрипывает автоматическое перо писаря, заполняя протокол лекции.
Бросив короткий взгляд на расположившуюся в тени высокую комиссию, и прикрыв глаза на пару мгновений, я справился с раздражением и вновь посмотрел на магистра Никласа.
– Я передал общий смысл вами сказанного, господин мастер-магистр. При необходимости ваши слова могу повторить дословно. Начинать?
– Объясните мне, курсант Рейнар, почему воин Империи на границе миров должен сохранять спокойствие? – проигнорировал мой вопрос Никлас.
Не нравился он мне все сильнее. И причины этого были не только в его мерзко-отвратной роже. Элементарный факультет всегда в контакте с Корпусом, и аколиты из Академии часто проходят практику на границе именно в составе подразделений Корпуса. И после именно такие маги – бывшие юные практиканты, видевшие прорывы демонов, доросшие до магистров, в основном и привлекаются Корпусом в качестве преподавателей по контракту.
Но у этого господина абсолютно чистые от значков и нашивок рукава и китель – даже месяца в совокупности не провел на границе. Теоретик самый настоящий. А у меня сейчас, кроме теории, очень много вопросов практических. И мне очень не хочется терять время, чтобы слушать то, что я знаю до последней запятой. Тем более от этого даже не мага, а… чароплета какого-то, прости Богиня.
Но, по глазам Никласа вижу – похоже, я все же на потерю времени немного прилип. Если судить по взгляду неприятного магистра, который не предвещал ничего хорошего. Никлас ждал моего ответа, и неприятная ухмылочка постепенно вновь наползала на его губы.
– Истина о том, что во время прорыва демонов воину Империи нужно сохранять спокойствие, известна каждому, кто был на границе миров во время прорыва демонов, господин мастер-магистр, – позволил я себе шпильку в адрес его чистых от нашивок рукавов. – Потому что тот, кто держит оборону в зоне прорыва, должен понимать – хуже уже не будет. Тот, кто держит оборону в зоне прорыва демонов уже держит оборону в зоне прорыва демонов, страшнее в мире места нет. Так что и смысла волноваться никакого нет. Когда появляется это осознание – жить, или умирать, становится гораздо легче, господин мастер-магистр.
На самом деле старая шутка, действительно известная каждому кто был новичком на границе: «Хуже не будет, мы уже в аду». И каждый вновь прибывший всегда ее слышит, традиция такая. Странно, что этот раздражающий меня чароплет ее не знает. Ну или делает вид, что не знает. Вот только зачем ему сознательно строить из себя кретина?
Магистр Никлас между тем в ответ на мои слова только усмехнулся кривовато. Кивком разрешив мне садиться, он продолжил.
– Итак, господа курсанты. Речь у нас сегодня пойдет о том, ради чего вы все здесь, в процессе своего обучения собственно и собрались. Прорыв демонов. Внимание на карту.
Обернувшись, магистр показал стеком на карту Септиколии, где ярко алели три линии шрамов разломов. Я же вернулся мыслями к сегодняшней ночи, во время которой в пыточной цитадели я встречался с Блайдом и бойцами формируемой нами группой для тайной специальной операции.
Отряд после консультации с бойцами мы с Блайдом разделили на тройки, наскоро набросали и утвердили план боевого слаживания. Но я сейчас думал не об этом; вспоминал, прокручивая в памяти беседу, анализируя реакцию и слова каждого. Отмечая детали, мельчайшие, но крайне важные – ведь с этими людьми мы вскоре должны провести невиданную по дерзости операцию, риском в которой на кону стоят не только наши жизнь и честь.
– …шрамы-близнецы и Большой шрам, – продолжал между тем говорить магистр Никлас. – Разрывы ткани мироздания, в которых живет негасимое адское пламя, и где с постоянной периодичностью происходят прорывы… Курсант Рейнар! – вдруг звучно хлопнул он стеком по столу.
Да что ж такое, даст он мне сегодня подумать?! – раздраженно подумал я.
– Да, господин мастер-магистр, – вновь поднялся я.
– Что такое прорыв, курсант Рейнар? – решил он видимо меня покатать по незнанию определений. Меня, который эти самые определения частью и придумывал для этой самой лекции!
– Прорыв – это способ наступательных действий, направленных на создании бреши в подготовленных оборонительных рубежах занятый войсками противника, для последующего развития наступления в глубину и маневра в стороны флангов, господин мастер-магистр.
Несколько секунд в аудитории стояла полная тишина. Никлас смотрел на меня, я на него. И после очень долгой паузы чароплет мне разрешающе кивнул, после чего я вновь сел.
Странно. Я специально дал определение прорыва не из текста лекции, потому что в лекции фигурирует «прорыв демонов». И он им удовлетворился, как будто все правильно. А нет, не удовлетворился.
– Курсант Рейнар, – с мерзкой улыбочкой обратился Никлас ко мне.
Вот собака бешеная, а? Я же сел только что, а значит мне опять вставать надо. Да, недооценил я этого господина.
Хотя… у теоретиков чароплетов времени много, смерть от когтей демонов им не грозит. А когда псу нечего делать, он лижет себе… в общем, в искусстве вежливого унижения и пикировки чароплеты-теоретики довольно умелы. Надо же чем-то время убивать в своем змеином клубке, прозванным магистрат Академии занимать, убивая скуку.
Бесит. С удовольствием сжег бы башни Академиума дотла, Гильдию бы расформировал, а всех таких недочародеев отправил бы в действующую армию в командировку, обязательно строем и с песней. Вот не дрогнула бы рука приказ подписывать. Только кто ж мне даст.
Поднялся я, впрочем, с бесстрастным лицом.
– Да, господин мастер-магистр.
– То, что вы заучили определение значения «прорыв» из словаря Министерства вооруженных сил Римско-Септиколийской Империи, это похвально. Но я вас спрашивал совсем о другом прорыве – о прорыве демонов. Вы знаете, что это…
– Вы спросили «что такое прорыв», господин мастер-магистр, и я дал вам ответ, – перебил я Никласа. – Если вы хотите узнать, что такое прорыв в ином значении, формулируйте вопрос точнее, будьте любезны. Со всевозможным почтением, – вернул я ему неприятную улыбку. Вовремя вспомнив, что у меня тоже есть родовой дар от Альба людей выворачивать от бешенства лишь одним своим наглым и дерзким видом.
Магистр Никлас не сдержал эмоций и даже дернул губой. Но от комментариев не по теме воздержался.
– Что же такое прорыв в ином значении, курсант Рейнар?
– В каком ином значении, мастер-магистр?
Из угла аудитории, из затененной ее части высокой ложи, где сидели члены комиссии, послышался звучный хлопок ладонью по столешнице. Явно в контексте неуслышанного мною возгласа: «Да что этот курсант себе позволяет!»
Да, у некоторых в Академии очень высокое самомнение. Причем почему-то не у действительных магов, которые держат границу вместе со стражами, а у таких вот чароплетов, которые ранг магистра защитили на полигоне в тепличных условиях.
И, что характерно, у большинства таких «инкубаторских», едва свой патент получат, мировоззрение сразу меняется. Формируясь в: «стража границы существует для охраны Академии от демонов», а не Академия существует для того, чтобы помогать стражам охранять границу нашего мира от демонов. Выверт сознания какой-то, неверные координаты мироздания. Наверное, им на тренировочном полигоне это самомнение и знание вручают сразу после приема тепличного экзамена.
Ууу, ну как же меня все эти чароплеты бесят. Давно просто не сталкивался с этим племенем, успел уже и забыть. Хуже них только инквизиторы.
– Так что такое «прорыв», используемый в значении употребления стражами границы, курсант Рейнар? – Никлас, кстати, в отличие от стучавшего ладошкой по столешнице мага, в этот раз на мою дерзость отреагировал спокойно. На мгновение вдруг став похожим на вальяжного кота. Сбросив с себя отталкивающую ауру, и на краткий миг став похожим на почти нормального человека.
– Что такое прорыв демонов? – дополнительно пояснил Никлас вопрос, предваряя мой уже готовый сорваться с уст ответ. Правильно кстати пояснил, а то в игру «выбеси оппонента по общению» я могу долго играть. Сейчас накидал бы ему в копилку самых разных значений слова «прорыв».
– Прорыв демонов – это совокупность согласованных и взаимосвязанных боевых и магических действий объединений легионов демонов, проводимых во взаимодействии с колдунами-ренегатами и иными союзниками для уничтожения защитных сооружений границ человеческой цивилизации Юпитера.
– Каких защитных сооружений?
– Опорных пунктов Границы: форпостов, фортов, крепостей и цитаделей, оборудованными компенсаторами негативной энергии и местами силы концентрации Сияния.
– Почему так важны опорные пункты, если аж в каждом из них есть Место силы или Компенсатор?
– И Место силы, и Компенсатор, господин мастер-магистр. Опорный пункт он на то и опорный, что на него опереться можно. Это следует из этимологии определения.
Никлас после моих слов демонстративно поцокал языком, качая головой.
– Так почему же опорные пункты так важны?
– Каждый из опорных пунктов является важным звеном неразрывной линии позиционной обороны на границе миров.
– Не слышал этого определения раньше, господин курсант, – в напускном удивлении поджал губы Никлас.
– Какого определения, господин мастер-магистр? Граница миров?
Из тени высокой ложи раздался еще один возмущенный хлопок. Кто-то там, похоже, мои колкости на свой счет принимает. Видимо еще один теоретик с высоким самомнением. И если магистр Никлас не уймется, предполагаю, что этот невидимый мне возмущенный чароплет там себе ладошку скоро зашибет.
– Определение позиционной обороны, господин курсант.
– Это определение в доктрине обороны Римско-Септиколийской Империи прописано, господин мастер-магистр.
– Вот как? Интересно, интересно. Цели доктрины?
– Удержание подготовленных стражами границы оборонительных рубежей для недопущения изменения границ человеческой цивилизации.
– Так все же, что такое позиционная оборона?
– Один из видов обороны, главной целью которой является прочное и длительное удержание подготовленных войсками границ рубежей. Подразумевает глубокое эшелонирование, а также своевременное реагирование и маневр силами и средствами оперативного резерва.
Мастер-магистр кивнул, закончив блиц-опрос, и я наконец опустился на место. Но едва Никлас повернулся к доске и поднял стек, сразу после этого он замер, словно в задумчивости. И, медленно-медленно, снова обернулся, ища меня взглядом.
– Курсант Рейнар.
«Да что этот чароплет себе позволяет!» – фыркнули практически в унисон сидящие рядом со мной Кавендиш и Несса. Дженнифер, которая сидела с другой стороны, только мягко тронула меня за руку. Словно прося сохранять спокойствие и не использовать резких слов.
– Да, господин мастер-магистр, – вновь поднялся я, по-прежнему сохраняя бесстрастный вид.
Похоже, магистр Никлас решил устроить мне бенефис ответчика как элемент воспитания. Я, в принципе, уже и не расстраивался по этому поводу. Даже не сильно против – подходящего решения вопроса с Дракенсбергом, при таком составе отряда, я не вижу. Пока не вижу. А это значит, мозгу нужно отдохнуть от непрерывных мыслей о предстоящем рейде в Скаргейл и взять паузу. Чтобы после возможно было взглянуть на проблему свежим взглядом.
– Вы удивили меня своими знаниями, курсант Рейнар. И знаете, что… я вот тут подумал, а вы сами можете рассказать об анатомии прорыва?
– Смогу, господин мастер-магистр.
После моих слов наступило молчание. В котором прошло десять секунд.
Двадцать.
Тридцать.
В полной тишине минуло более минуты. Я, воспользовавшись паузой, погрузился в свои мысли, вновь прокатывая в памяти личные дела бойцов, которых привел Блайд. Магистр Никлас же потихоньку терял самообладание.
– Курсант Рейнар, – произнес он, когда долгое молчание стало совсем уже неудобным. Для него и для высокой комиссии – мне-то на тягучую паузу наплевать было.
– Да, господин мастер-магистр.
– Почему вы молчите, курсант Рейнар?
– Я должен что-то сказать, господин мастер-магистр?
– Да, вы должны рассказать об анатомии прорыва.
– Прощу простить, господин мастер-магистр. Я подтвердил, что могу рассказать об анатомии прорыва, но у меня не было указания, мастер-магистр.
– Считайте, что уже есть, – поджал губы Никлас. – Начинайте.
– Что начинать, господин мастер-магистр?
– Рассказывать.
– Заходит как-то карлик в гостиницу Амстердама, над входом которой висит красный фонарь. В бордель, тот есть, заходит. На поводу карлик ведет ослицу, а под мышкой у него пчелиный улей. Маман наблюдает из-за стойки за столь неожиданным гостем, и…
– Курсант Рейнар!
– Да, господин мастер-магистр.
– Что за чушь вы несете?
– Самый свежий анекдот, недавно услышал. На полу лежал от смеха, господин мастер-магистр, представляете?
– А… Эм… Зачем вы мне его рассказываете?
– Вы сказали: «рассказывайте», господин мастер-магистр. А я этот анекдот в курительной комнате одного из клубов Равенны слышал, готов держать пари что до салонов Семиградья он еще…
– Вы должны рассказывать об анатомии прорыва!
– Кому должен рассказывать, господин мастер-магистр?
– Мне!
– Почему я должен об этом рассказать?
– Потому что я вас об это попросил!
– Никак нет, господин мастер-магистр.
В звенящую тишину аудитории, которую заполняли лишь звонкие и резкие фразы Никласа, вдруг вплелось фырканье. Как будто лошадиное; но нет – фырканье переросло в громкий гогот. Который, впрочем, почти сразу прервался.
– П-простите… – извиняющееся поднял руку Кавендиш, едва не сложившийся в попытке удержать смех. – П-простите, подавился чем-то, не смог в себе удержать, – с трудом сохраняя серьезное выражение лица, еще раз извиняющееся взмахнул Венсан рукой и даже похлопал себя по груди. Еще раз то ли плюнув, то ли кашлянув остаточным смехом.
– Курсант Рейнар! – раскрасневшийся Никлас даже не обратил внимания на ржание Кавендиша.
– Да, господин мастер-магистр.
– Расскажите нам об анатомии прорыва.
Вот так бы сразу.
– Анатомия прорыва, – произнес я, и выдержал еще одну долгую паузу.
Чароплет все же сумел вызвать мое раздражение, так что я не хотел нервничать один.
Поэтому сейчас я подождал. И еще подождал.
И еще подождал. Ну же, давай.
– Курсант Рейнар…
– Анатомия прорыва, – начал я одновременно с недоуменным возгласом ожидания Никласа. – Это собирательный термин описания вторжения демонов через границу миров. Предвестником прорыва демонов всегда является разливающееся по небу алое Сияние, указывающее на область возможных атак, что дает время сосредоточить значительные части сил и средств в составе первого эшелона обороны, а также привести в состоянии повышенной готовности смежные подразделения и части ротации для возможного маневрирования и усиления группировки стражей границ в местах прорыва.
Прорыв демонов в большинстве случаев начинается на территории Разлома, на территории, где правит сила реальности иного мира. После открытия порталов в глубине шрамов, в зоне активности адского пламени, куда человеку хода нет, происходит выброс негативной энергии, под прикрытием которой на территории иномирья в разломе происходит концентрация низших демонов.
После того, как масса демонов, составляя Орду, собрана коллективным разумом, перед самой атакой противник всегда предпринимает усилия для ослепления опорных пунктов. Эти усилия выражаются в создании условий, когда обороняющиеся не в силах выполнить боевую задачу, а именно – в появлении Пелены. Создается Пелена разными путями, зависящими от того, какой именно легион демонов участвует в прорыве. Это могут быть: мгла, в том числе мглистая буря, скверна, раскаленный пепел, туман, осязаемая тьма, кислотный дождь, метель, в том числе ледяной шторм. Обычные люди имеют мало шансов выжить под Пеленой в чистом поле, и отражают атаки орды низших демонов на стенах опорных пунктов. Именно поэтому они так и важны, ибо под прикрытием Мест Силы и компенсаторов негативной энергии у бойцов под Пеленой появляется шанс на жизнь.
Первая волна атаки во время прорыва всегда одинакова и предсказуема. Низшие демоны, они же – Орда, слабо управляемы. Орда тварей одержима лишь жаждой убивать, наводясь на эманации жизни. И ближайший опорный пункт к месту открытия порталов всегда является объектом для массированной атаки массы низших тварей. В это время под прикрытием расходящейся по территории Разлома Пелены противник, демоны среднего и высшего ранга, создают форпосты в виде собственных Мест Силы ближе к границе….
Говоря обо всем этом, я вспоминал те прорывы, в ликвидации которых принимал участие. Вернее, все больше вспоминал самый первый прорыв: сейчас у меня как вживую перед глазами стоял мастер-сержант Корпуса. Забыл его имя, напрочь, зато хорошо помню лицо и голос. И его широкую улыбку тоже помню: «Хуже не будет, парни! Хуже не будет, мы уже в аду!»
Мастер-сержант кстати и умер тогда с этой самой широкой улыбкой: в мой первый прорыв Пелена была создана туманом со спрятанными в них облаками кислотного дождя.
Когда долго воюешь с одним и тем же противником, изучаешь друг друга, и постепенно становишься способным удивлять вновь и вновь. Вот и тогда, впервые в истории защиты границ, Пелена состояла из мглистого тумана, в котором оказались спрятаны облака кислотного дождя. Гарнизон тогда потерял сразу две поисковые группы индигетов из пяти, пока пытались понять, что происходит.
– …Начало прорыва демонов всегда происходит по одному сценарию – массированная атака орды низших тварей, которые живым ковром вываливаются из Разлома в попытке штурма опорных пунктов, – увлекшись воспоминаниями, даже повторил я озвученное ранее. – Цели участвующих в прорыве демонов средних и высших рангов могут разниться: это может быть попытка уничтожить наш опорный пункт для захвата территории и расширения границы влияния реальности иномирья; это может быть попытка возвести собственный опорный пункт на нейтральной полосе, расширив границу Разлома со своей стороны. Также это может быть прорыв отдельных малых отрядов на людскую территорию для ведения диверсионной деятельности, либо же массированный рейд для захвата человеческого материала, и, или, пленных и рабов. В таком случае широко используются крылатые твари.
Именно для выяснения целей прорыва, пока в Разломе под прикрытием Пелены средние и высшие демоны готовятся к атаке, в сторону порталов под Пелену веером уходят боевые малые звезды индигетов. Это специально подготовленные подразделения для ведения разведывательной деятельности под пологом Пелены. Их задача – по возможности избегая прямых боестолкновений, найти объекты поражения, вернуться в опорный пункт и передать координаты. По которым уже отправляются поисково-ударные тактические группы, большие звезды. Также состоящие из индигетов, они отправляются уже для уничтожения опорных пунктов демонов; они входят под Пелену для ликвидации высших демонов контролеров, координаторов, или созданных ими на нейтральной полосе Мест силы, питаемых от адского пламени.
Еще не закончив, я немного перевел дух и кашлянул. Не отказался бы сейчас от глотка воды.
– У вас есть ошибки, курсант Рейнар, – разочарованно поцокал языком магистр Никлас. – Вы сказали, что прорыв демонов в большинстве случаев начинается на территории Разлома. Но это не так: прорыв демонов всегда начинается на территории Разлома. Вы плохо заучили…
– Господин мастер-магистр, – прервал я Никласа.
– Курсант Рейнар, не имейте привычки перебивать лектора…
– Я хотел вас спросить, господин мастер-магистр, – вновь перебивая чароплета, повысил я голос. – Вы хотя бы раз в жизни видели прорыв? Видели Пелену полога? Имею в виду, видели ли вы ее в реальности, а не наблюдали во время показа визиофильмов в учебных классах Академии?
– Это некорректный вопрос, господин курсант. Прошу комиссию отразить этот факт в протоколе лекции.
– И все же, не могли бы вы на мой вопрос ответить, господин магистр?
Ладошка из тени еще раз хлопнула. Дьявол кроется в деталях, а я только что перестал называть Никласа господином мастером-магистром, перейдя на «господин магистр». Очень показательный жест, иногда бодрящий не хуже удара мокрой тряпки по лицу.
– Зачем, господин курсант? – почти прошипел в ответ Никлас.
– У меня есть сомнения в вашей компетентности, господин магистр. Прошу комиссию отразить этот в протоколе лекции. Вы подвергаете сомнению мои знания как практика, что может быть опасно для…
– Курсант Рейнар, вы…
– Господин магистр, не имейте привычки перебивать своих слушателей, когда они указывают вам на ваши ошибки.
Никлас с ненавистью посмотрел на меня, после чего обернулся к капитану Лассалю, который присутствовал в составе комиссии.
– Господин капитан! Я требую убрать этого курсанта из аудитории.
– Что, простите? – поднял на магистра отстраненный взгляд Лассаль. Он, судя по виду, нашу полемику с Никласом совершенно не слушал.
– Господин капитан, я требую убрать из аудитории курсанта Рейнара! – повторил Никлас.
Капитан Лассаль поморгал немного, фокусируя на магистре теперь не только взгляд, но и фокус внимания. Потом осмыслил сказанную Никласом фразу, посмотрел на меня. Нахмурился. По его виду я догадался, что Лассаль сейчас пытается понять, о чем вообще речь и что здесь и сейчас происходит.
«Рейнар, в чем дело?» – словно бы говорил взгляд капитана. Ну да, капитан вовсе и не вникал в происходящее в аудитории, полностью погрузившись в свой персональный планшет.
Я в ответ на его взгляд только руками развел, и легким кивком показал на чароплета. Мол, это не я, это все он, а я здесь вообще не при делах.
– Мастер-магистр, – обернулся после небольшой паузы капитан к Никласу. – Возмутившее вас поведение курсанта Рейнара мы разберем после, на заседании офицерской комиссии по этике. Будьте любезны мастер-магистр, продолжайте лекцию, – сделал Лассаль жест в сторону трибун. – Со всевозможным почтением, – продемонстрировал он короткий кивок Никласу. И, не дожидаясь ответа магистра, вновь с крайне деловым видом уткнулся взглядом в экран своего портативного планшета.
Никлас постоял немного, глядя на капитана, но решил видимо ситуацию не обострять. Обернувшись к нам, Никлас прошел к стойке трибуны и осмотрел аудитория взглядом.
– Курсант Рейнар, вы можете садиться. Итак, продолжим. Прорывы демонов…
– Господин магистр Никлас, – вновь прервал я его, не опускаясь на место. – Вы так и не ответили на мой вопрос. Видели ли вы хоть когда-нибудь демона любого ранга не в клетке, а глаза-в-глаза? Видели ли вы хотя бы раз вживую Пелену полога?
– Господин курсант! – попытался оборвать меня Никлас.
Кто-то в тени ложи, кстати, еще раз ладошкой по столешнице хлопнул. Прямо с яростью, с оттяжкой, и даже несколько раз.
– Вопрос непраздный, господин магистр, – даже не обратил я на все это внимания. – Дело в том, что я будущий страж границы и защитник человеческой цивилизации. Империя ждет от меня, что я достойно выполню свой долг, и я не хочу подводить Империю в этом ожидании из-за того, что меня учил некомпетентный человек. Прошу комиссию отразить этот факт в протоколе лекции.
Посмотрев на меня несколько секунд, Никлас звучно выругался на немецком, порывисто одернул китель. Побелев, а после побагровев от ярости, он покинул аудиторию, по ходу буквально вбивая каблуки в пол, еще и звучно хлопнув дверью. Наблюдатели комиссии в этот раз остались бесстрастными, по крайней мере ладошка больше не хлопала. Может действительно зашиб уже. А вот Лассаль от удара двери вздрогнул и поднял взгляд.
– Что случилось, курсант Рейнар? – повернулся он ко мне. – Кто сказал!? – резко повернулся он на звук голоса Венсана, который позволил себе только что негромкий комментарий.
Надо же – я, рядом находясь, не разобрал что Кавендиш сказал, а Лассаль услышал. Хотя с другой стороны, слышать и необязательно – капитан ведь просто мог увидеть движение губ.
– Я сказал, господин капитан, – поднялся Кавендиш.
– Что вы сказали, курсант Кавендиш?
– Я сказал: «Это мастер-магистр сломался, дайте нам другого», господин капитан.
Лассаль, явно занятый рапортом в Имперское ведомство статистики (иначе не могу объяснить его раздраженную отстраненность), беззвучно, но вполне понятно выругался, устало посмотрев на меня. Видимо, по обрывкам услышанных фраз замкнул логическую цепочку.
Впрочем, Лассаль на то и капитан учебной роты, чтобы уметь оперативно решать возникающие в процессе обучения индигетов сложные вопросы.
– Господин архивариус, – повернулся Лассаль к находящемуся в составе комиссии Корнелиану Маку.
– Да, господин капитан, – поднялся со своего места архивариус Цитадели.
– Ввиду поломки… – тут комиссия зашевелилась, и Лассаль словно подавился фразой, поняв, что что-то совсем не то сказал. – Ввиду отбытия мастера-магистра Никласа прошу вас прочитать курсантам вводную лекцию об анатомии порталов.
– Будет сделано, господин капитан, – покряхтел Корнелиан, поднимаясь и выходя за трибуну. – Итак, порталы… – с легкой полуулыбкой осмотрел он нас.
Именно Корнелиан читал нам вводную лекцию в первый раз, больше месяца назад, и сейчас он начал повторять все слышанное нами от него ранее буквально слово-в-слово.
В этот раз я уже не слушал, снова погрузившись в собственные мысли и планы. Впрочем, ненадолго. Не прошло и пяти минут, как в аудиторию зашел вестовой, и не привлекая лишнего внимания прошел по рядам. Прямо ко мне, кто бы сомневался. Едва коснувшись моего плеча, вестовой глазами показал мне на выход.
Весь при параде, в белых перчатках.
А это значит что? Правильно, это значит, что идти мне предстоит к командиру Первой горной бригады генералу графу де Монтеклеру, и идти определенно на разбор моего поведения на основании жалобы действительного магистра Академии и члена Первой гильдии магов Римско-Септиколийской Империи Никласа как-его-там-дальше-не-знаю.