Глава 25

От запаха гари щекотало нос. Василиса чихнула, услышав в ответ такой же чих Емели, и это повторилось несколько раз. Так бы они и чихали друг на дружку, да дела были поважнее.

Холодным душем вылилось на девушку ощущение вины: никак они вчера костёр не потушили, да пожар лесной устроили! А возгорание в лесу это вам не шутки! Особенно в сказочном…

Пепел кружился в воздухе серыми хлопьями, оседал повсюду, но очагов возгорания видно не было. Котофеич и Прокопий озабоченно ходили по поляне взад и вперёд, недоверчиво озираясь, но паники, слава богу, не поднимая.

— Чего за нафиг такой? — прошептала девушка, ничего не понимая.

Дым был. Огня не было. Но ведь дыма без огня не бывает!

Или бывает?

Емеля тоже поднялся, какой-то опухший и помятый — видать, шампусик с непривычки тяжело ему дался. Но как было приятно вспоминать…

Но их вины в случившемся не было, разведённый ночью костерок давно потух и теперь чернел невзрачным пятном посреди поляны.

Ну так откуда же была вся эта гарь, вонь и пепел? Странно, всё очень странно…

— Может, жар-птица начудила? — предположил Емеля, и Васенька только сейчас поняла, что рассуждала вслух.

— Скорее уж, вулкан местный ожил…

Василиса не знала, есть ли тут вулканы, но по лицам слушателей поняла, что о таком они явно не слышали.

— Ладно, народ, — махнула она рукой, — завтракаем, и в дорогу. Иначе такими темпами мы до зимы не доберемся.

— Дык, тут недалече осталось, — сообщил Прокопий. — День-два пути…

— А дальше? — решила уточнить Васенька.

— А дальше Кудыкины горы.

Василиса прыснула со смеху.

Даже Котофеич, по старинке, то есть как все нормальные коты, лакал молоко из глининой миски, поднял на неё недоумённый взгляд, а Емеля спросил:

— Что с тобой, Василисушка?

— Да так, — не стала вдаваться в подробности девушка. — Ну-с, приступим-с…

Котофеич косо на них покосился, когда разворачивал свой походный реквизит, то бишь скатерть-самобранку, но вслух претензий и сомнений не высказал.

Пшённая каша с молоком не могла затмить вкус вчерашних шашлыков, и Васенька с Емелей, многозначительно улыбаясь, тайком переглядывались и вели себя ну точно, как дети. Конечно, об их вчерашнем поцелуе, как и о вчерашних шашлыках, было известно лишь им одним. И эта тайна приятно грела душу.

…Клубочек нетерпеливо перепрыгивал с кочки на кочку, и Василиса каждую секунду ждала подвоха — кто следующий? Сказок на белом свете было уйма, а сказочных персонажей и того больше, и каждый из них обладал своей изюминкой, и так сказать, был на своей волне. В плохом смысле слова, ибо не зря все эти иванушки звались дураками, но всё равно оставались в выигрыше как ни крути. А вот ей, Василисе, умнице и красавице, пока так не везло. И оттого печалилась красна девица, но делать было нечего.

Ближе к обеду чувство тревоги только возросло, в воздухе всё так же пахло гарью, и Васенька покрепче сжимала в руке свой посох с черепушкой. Они шли и шли, а лес всё не кончался, нагоняя тоску.

И вдруг…

Огромная тень опустилась сверху, стремительно, с такой скоростью, что и Шумахер позавидовал бы. Острые когти вонзились в плечи, отрывая Василису от земли, под громкий крик её друзей, и сколько бы она не махала своим посохом, стараясь достать жуткую тварь, та держала добычу крепко, не желая выпускать из своих «крепких объятий». Кто это был? Девушка не успела рассмотреть, да и не смогла бы, ибо глаза у неё находились, где надо, а не на затылке. Но земля молниеносно удалялась, и Васенька могла лишь теперь наблюдать, как далеко внизу Емеля беспомощно размахивает своим мечом. Прокопий, приложив костлявую ладонь козырьком, смотрит, куда поволокло её это неведомое создание. Котофеич, замерев, растерянно раскрыл рот, а клубочек беспомощно прыгает вверх-вниз, всё ещё пытаясь до неё дотянуться. Василиса перестала сопротивляется уносившей её силе, понимая, что просто разобьётся, если упадёт с такой высоты.

И решила просто воспользоваться ситуацией, так сказать, оценить проделанный путь и возможность дальнейшего маршрута, да и просто полюбоваться открывшейся панорамой.

А любоваться было чем. Красота открывалась неимоверная, леса, поля, деревеньки русские, а впереди — горы высоченные. Прав был Прокопий, немного осталось, да вот планы слегка изменились…

Кудрявая зелень, змейки-речки, и, главное, тот самый источник гари — Василиса заметила возле одной из горных вершин концентрированное чёрное облако, окутавшее немалое пространство. Уж не туда ли тащит её очередное чудовище?

Но гадать не стала, решила, что разберётся на месте. И с чудищем, и со всем остальным.

Но она ошиблась. До гор они не долетели, пойдя на снижение, чему Василиса даже была рада — всё же в облаках парить было холодно, да и грохнуться в любой момент — та ещё перспектива. Хотя пещера, в которую притащило её это нечто, тоже ничего хорошего не обещало. Холодно, сыро, темно… Брр!

Оказавшись на ногах, Василиса стремительно развернулась к своему похитителю, намереваясь высказать тому всё, что она думает по его поводу. Но слова застряли в горле. Несколько секунд она молча таращилась на него, не в силах справится с охватившим её ужасом, а потом преспокойно шлёпнулась в обморок — организм несчастной решил, что, наверное, уже пора…