30. Тамара

Я прождала Терренса до самой ночи, сгорая от ярости. Бесил тот факт, что «муж», зная о моем иномирском происхождении, собирался консумировать брак. Интересно, каким образом? Насильно, что ли? Потому как добровольно я ему не дамся. Буду сопротивляться до последнего, драться, если потребуется, тоже смогу. Гнев бурлил во мне, клокотал и требовал выхода. Сразу после ухода короля в покои заявилась служанка и спросила, когда подавать обед. И куда подавать – Ее величество изволят трапезничать у себя, или же пожелают спуститься в столовую? Я пожелала спуститься. Вот честно, лучше б не желала. Ибо дальше началось светопреставление. Эта служанка позвала еще двух, и они втроем взялись за мою изумленную тушку. Одна готовила нарядное платье, вторая делала макияж и прическу, а третья была на подхвате у первых двух. Мне драли волосы, завивали их горячими щипцами, укладывали вокруг лица и на голове в немыслимый кандибобер, потом пудрили, красили, мазали мою моську, вылили на меня полфлакона духов, облачили в нижнее белье «прощай, молодость», состоявшее из панталон с кружавчиками, комбинации, как была у моей бабушки, ажурные чулки с поясом, а сверху потом приладили корсет, во время затягивания которого я решила, что кишки вылезут из меня не только снизу, но и сверху и вбок. В конце концов, разнаряженная в пух и прах, с тонкой талией, в пышном платье, как дама средневековья, с прической, макияжем, ароматом духов «убей за сто шагов», я спустилась в столовую. Это оказалась дивная комната в нежно-персиковых тонах, с длинным столом под белой скатертью, сервированный на одну персону, что меня безмерно удивило – а что, супружник трапезничать не желает? Слуга в темно-зеленой ливрее с полупоклоном приветствовал меня, а потом отодвинул стул и помог устроиться. И началось. Помните фильм про царя, как он профессию менял? Его еще на Новый год всегда показывают? Так вот, тут было примерно то же самое. Я бы при всем желании не смогла столько съесть, сколько мне предоставили. Тут и перепелки под каким-то неведомым соусом с грибами, и салат из непонятных ингредиентов, и еще блюдо из мяса кого-то, что я не смогла идентифицировать, и много всего другого, названия чему я даже не могла придумать. И вершиной айсберга стал кусок торта со сливками. Эдак я тут разжирею и умру, задохнувшись под своими же складками. За все время обеда я не проронила ни слова. Мне было жутко неуютно, что только ради меня одной все эти люди суетятся и ждут каждого моего движения, предвосхищая все желания. Кубок наполнялся вином чудесного вкуса, тарелка не запустевала, за этим следил молодой человек, стоявший за спиной. Мне было неудобно, поэтому я постаралась побыстрее наесться, а потом резко встала, отодвинув стул со скрипом, чуть не ударив слугу по ногам. Он посторонился с полупоклоном, а я быстрым шагом покинула столовую, стараясь не встречаться взглядами ни с кем. Мало ли что, вдруг подумают, что я глазки строю или еще что. С ужином я уже ошибки не совершила, и приказала подать в комнату, выпроводив служанок и с удовольствием оставшись наедине с вкусняшками. Открывая крышки на блюдах, я с восторгом втягивала ноздрями восхитительный аромат, а затем уселась у окна и отдала дань повару, так как в обед совсем не наелась. А затем началось томительное время ожидания. Я ходила из угла в угол, туда-сюда. Наверное, будь я мультяшным персонажем, авторы бы показали, как я протоптала дорожку, но ковры тут были отличного качества, а потому ворс даже не приминался. По моим наручным часам было уже два часа ночи, когда в голове четко щелкнуло – Терренс не придет. И слава мамонтам. Не знаю, что там у него случилось, но я могу спокойно лечь в постель и расслабиться. На душе стало легко. Приняв ванну, я окончательно разомлела, нырнула под одеяло и смежила веки, чувствуя, как наваливается сон. Вихрем перед глазами закружились картинки прошлого, какие-то персонажи, яркие цвета, а потом я провалилась в темноту. По утро уже почувствовала, как кровать продавилась с другой стороны, услышала вздох, потом ко мне придвинулось горячее тело. Сон как рукой смело. Глаза сами собой распахнулись, а я приготовилась двинуть пяткой в любую сторону, с которой начнется нападение. Но король, а я уже смогла определить, что это он, вдохнув его особый аромат кожи и геля для душа, притянул меня к себе одной рукой, зарылся носом в волосы, вздохнул еще раз, а потом засопел. Уснул, что ли? Я попыталась сбросить горячую ручищу, но не преуспела – Терренс что-то невнятно пробормотал, накрутил на меня одеяло и еще ногу сверху пристроил. Я, конечно, потрепыхалась еще для порядка, но потом устала – из кокона не вылезти, муженек сопит в ухо, за окном темнота. В общем, сдалась на милость победителя и уснула. К счастью, сны никакие провокационные не снились. Проснулась отдохнувшей, бодрой и будто воспрянувшей духом. Терренса не было ни в постели, ни в комнате. Ура! Как же здорово быть царицей! Эх, Томка, вот так и привыкают люди к хорошему. Давай, поднимай свой зад и вперед, надо вызволяться отсюда, пока не началось! Нехотя поднялась, спустив ноги на пол, зевнула во весь рот, потом потянулась сладко, до хруста в спине, встала и почапала в сторону ванной, шлепая босыми пятками. Странно, что никто не идет мне помогать, и что муж исчез. Может, он решил не связываться со мной? Найдет свою Эмериду, и они будут жить долго и счастливо, родят десятерых детей, ну и так далее по списку. Что там еще? Умрут в один день, кажется… Тьфу. Какое ж это счастье? Так, профанация одна. Зубная щетка и паста здесь оказались подозрительно похожими на те, что у меня были дома. Хм… И только в единственном экземпляре. Это что, получается, Терренс не чистит зубы? Или у него тайная ванная комната? Хотя… Вот же балда, Томка, у него ж отдельная ванная. Да уж, привыкать и привыкать еще к хорошему-то. А вообще, удобно иметь свою спальню и личную ванну. Можно голой ходить, можно петь, часами бултыхаться в пенной водичке с книжкой, валяться на кровати вдоль и поперек. Хотя… Погодите-ка! А чего тогда этот король спал, прилипнув к моей филейной части, аки пресловутый банный лист? Едва я успела закончить с водными процедурами и приступить к гимнастике, размявшись и встав в позу собаки мордой вниз, как смежная дверь в спальню резко отворилась, впуская холеного муженька. Я стояла к нему всей красотой, то есть попой, а вынырнуть из этой позиции так резко не могла, ну и вообще, нарушать порядок и вставать раньше времени не собиралась, в конце концов, мое женское здоровье мне дороже какого-то малознакомого короля. – Тамара! – рявкнул он, остановившись таким образом, что я, свесив голову, могла видеть его до пояса сквозь свои широко расставленные ноги. – М? – промычала вопросительно, не нарушая дыхание. – Странная поза для разговора, ты не находишь? Я опять промычала, но уже отрицательно. Естественно, не нахожу. Ну, вернее, нахожу – думаю, то еще зрелище ему там открылось, я ж в дурацких панталонах с кружавчиками! Но что теперь, раз другой одежды мне не предоставлено? Если я в этом мире надолго, то стану законодательницей мод нижнего белья. Пора ввергнуть страну в пучину разврата… Вернее, трусов и лифчиков. – Я привык разговаривать с людьми лицом к лицу, – сухо обронил муж, двигая кресло и усаживаясь так, что его стало видно целиком. Перевернутый, он был все также хорош, а если учесть, что был опять в строгом костюме, гладко выбритый, с прической волосок к волоску, то, пожалуй, можно было сказать, что он восхитителен. Как там в женских романах пишут? До одури красив. Или у меня просто по циклу положено сейчас воспринимать всех мужчин в радиусе метра красавчиками? В общем, никакой йоги с такими мыслями! Перекатилась осторожно в позу младенца, потом поднялась, гневно сдув с лица вылезшую из пучка волос прядь. – О чем ты хотел поговорить? – спросила, уставившись в лицо муженьку и стараясь не скользить глазами ниже. Какие же мужчины в костюмах сексуальные! Прям вах-вах, какие красавчики! Млею… Я уже даже забыла, зачем Терренс пришел. Нет, все-таки явно у меня сбился цикл от этих переживаний, и организм решил, что этот экземпляр вполне годен для продолжения рода. – Тамара! – повысил голос король. Я вскинула глаза, покраснела, упрямо сжала губы. Не дождется! – Что? – огрызнулась, потом тоже уселась в кресло, подобрав под себя ноги и уставилась на Терренса. – Наш медовый месяц придется прервать, – сухо обронил он. – Я надеялся найти в ближайшее время Эмериду и отпустить тебя, но в мое отсутствие кое-что произошло. Убили посла соседней страны. Зверски. Разрубили на части и разложили их по дворцу. Сама понимаешь, это вызвало общественный резонанс, замять не удалось. Та страна, Харландар, готова к войне, они итак только причину искали, а теперь и вовсе выдвинули войска к границе, потому у меня нет времени искать настоящую царевну. Придется тебе исполнять роль жены неопределенное время, пока мы не найдем убийцу. Что?!!