Глава 31. Убийца

Вместо того чтобы пялиться в лицо царя, я вывернула шею, как могла, чтобы посмотреть назад, и увидела крадущуюся от двери черную фигуру. Судя по одежде и телосложению – широкие плечи, крепкие руки, высокий рост, узкие бедра, – это был мужчина: он был облачен в узкие черные штаны и подобие куртки. Нижняя часть его лица была прикрыта тканью, а волосы собраны в косу.

Я услышала тихий звук почти над ухом и поняла, что это был свист воздуха, который царь втянул в себя сквозь зубы. Похоже, государь понял, кто к нему пожаловал. А я-то ждала визита гостьи, но убийцей оказался мужчина. Разве у Ангуды были слуги-мужчины? Неужели я ошиблась?

Фигура в черном медленно и осторожно приближалась к ложу царя. Сейчас шаги человека были не слышны. Пол в царских покоях был укрыт коврами, которые глушили звуки.

Приблизившись к ложу, фигура в черном замерла перед прозрачным пологом. Я ждала, какими будут действия убийцы дальше, но тот не шевелился. Это показалось мне странным, и я повернула голову, заглядывая в лицо царя, как будто хотела спросить у него, что происходит, почему убийца ничего не делает. Однако вместо этого почему-то скользнула взглядом ниже, и тотчас обнаружила, что мои ладони упираются в грудь царя, соприкасаясь с голой кожей.

«На вид он холодный, как льдина, а на ощупь ничего – теплый, даже горячий», – подумалось мне.

О чем я думаю? Тут убийца в нескольких метрах, а я царя лапаю. Взгляд царя был прикован к темной фигуре возле ложа.

«А ведь я облегчила убийце задачу, усыпив химер, – промелькнуло у меня в голове. – Но ничего не поделаешь. Не могла же я позволить ему убить их всех, чтобы убрать с пути».

Снова повернув голову, насколько это было возможно, чтобы не свернуть шею, я увидела, как убийца опустил руку в один из карманов куртки и достал прозрачный флакон. На дне этого флакона было что-то черное и небольшое по размеру.

Подняв руку, убийца тихо откинул прозрачный полог. Потом откупорил флакон и наклонил его, словно высыпая что-то на ладонь. Когда он опустил флакон, я увидела, как что-то маленькое и черное движется по его ладони к пальцам.

«Паук?» – Уверенности не было, но преследовало чувство, что глаза и чутье меня не обманывают даже на таком расстоянии.

Эй, постойте, вдруг осенило меня. Это ведь не… жукша? Та самая вампирша-паучиха, которую обнаружил на мне царь, одновременно спася мне жизнь?

Рука убийцы в черном потянулась к лицу того, кто спал на царском ложе…

«Это двойник царя?» – спросила себя я.

Припоминалось мне, что даже в моем мире в прошлые века у правящих особ часто были двойники, которые заменяли собой королей, царей и императоров, когда тем угрожала смертельная опасность.

Я резко повернула голову и, красноречиво раскрыв глаза пошире, уставилась на царя. Даже если жизнь северного правителя сейчас в безопасности, разве можно допустить, чтобы его двойник умер? Это как-то не очень по-человечески. Заметив мое беспокойство, царь сначала приложил указательный палец к своим губам, потом к моим и едва заметно качнул головой из стороны в сторону, мол, не вздумай шуметь.

Я сжала губы и снова повернула голову назад – в тот самый момент, когда рука убийцы вплотную приблизилась к лицу лжецаря. И тут я увидела, как по пальцам убийцы сбежала маленькая многолапая тварь.

«Жукша! Точно жукша!»

Теперь связь между убийцей царя и теми, кто подсадил эту тварь-вампиршу ко мне, стала очевидной. В ней больше не было сомнений.

Маленькая паучиха заползла под волосы спящего лжецаря и исчезла.

«Интересно, двойник царя притворяется спящим или на самом деле спит? И почему царь ничего не делает? Ведь эта гадость сейчас вытянет из его двойника всю жизненную силу?!»

Я снова бросила взгляд на царя, с силой надавила ладонями на его обнаженную грудь, еще сильнее почувствовав жар кожи, и уже открыла рот, чтобы возмутиться, поскольку видела, что северный правитель ничего не собирается предпринимать – он молча и неподвижно наблюдал и мне не давал пошевелиться.

«Да как можно?! – зыркая на царя с негодованием, глазами говорила я ему. – Если этот человек всего лишь двойник, его жизнью можно жертвовать?»

Белые брови царя чуть приподнялись от удивления, голова наклонилась вбок – самую малость, он как будто изучал меня, – потом его голова качнулась в сторону царского ложа. Он кивком как будто предлагал мне смотреть дальше.

Убийца в черном сделал шаг назад – свою миссию он, похоже, считал выполненной. Неужели царь собирается его отпустить? Почему ничего не предпринимает?

Однако убийца не успел отступить и на два шага, как вдруг раздалось тихое потрескивание – так потрескивает лед, – и звук этот шел от царского ложа.

Полог был откинут, поэтому сейчас я отчетливо видела спящего на постели человека. Но человека ли?

Тело лжецаря сначала покрылось инием – изо рта убийцы вырвался потрясенный выдох, – а потом стремительно стало превращаться в лед. Увидев это, убийца резко подался назад, явно намереваясь бежать, но в тот же миг, тело изо льда на постели царя пошло трещинами и по все стороны брызнули осколки.

Убийца закрыл голову руками, уберегаясь от острых и крупных осколков льда, которые могли навредить ему, а лед, упавший на пол уже тянулся к фигуре в черном, наползал на его ноги, сковывая их.

И вот человек в черном уже не может пошевелиться. Лед словно срастил его ступни с ковром, добравшись почти до самых колен.

А на пустой постели царя, где никакого двойника больше не было, среди белоснежный шелковых простыней лежал большой кусок льда с застывшей внутри черной паучихой.

В этот момент я почувствовала, как сила, прижимающая меня к мраморному бордюру ванны, ослабла.