Тридцать восемь

– Медлить нельзя. Он тебя ищет.

На мгновение мне показалось, что Клаудиа пришла в себя, но затем ее глаза распахнулись так широко, что белки стали видны со всех сторон, и она снова закричала. Это было чудовищно. Леденящие кровь непрекращающиеся вопли животного, которое попалось в ловушку и видит приближение хищника.

Мне захотелось заткнуть уши и разрыдаться.

Я сделала несколько быстрых вдохов и выдохов и заставила себя собраться. Ей нужно очищающее заклинание. По крайней мере, оно может помочь хотя бы временно. Но для этого требовался розовый кварц, соль, вода и алканетовый корень. Все это имелось у меня дома, но никак не здесь.

Дверь жилого корпуса распахнулась, и несколько членов братства выбежали наружу. Я подняла руку, чтобы остановить их, и они неохотно замерли в нескольких футах от нас. Я внутренне съежилась, когда заметила брата Кармина, который вышел последним. Его не было видно много лет. На поверхность сразу всплыли давно забытые воспоминания детства. Когда мы были младше, через несколько лет после того, как старая София Санторини воспользовалась темной магией, он стоял на ящике на рынке и кричал о дьяволе. Нам нужно было убираться. Немедленно. Если он увидит Клаудию в таком состоянии, решит, что она одержима.

Страх делает из людей монстров.

Антонио отделился от группы с выражением еле скрываемого ужаса на лице. И по мере приближения, этот ужас только усиливался. Он окинул взглядом всклокоченные волосы Клаудии, разорванное платье и пятна крови.

– На нее напали? Что случилось?

Я не могла сказать ему правду… что моя подруга воспользовалась таинственными силами в святых коридорах монастыря, возможно использовав кости умерших для ритуала, который позволял ей читать будущее, по причинам, которых я еще не знала. И что она вынуждена была заплатить за это очень дорого.

– Я… я точно не знаю.

Почти правда.

Клаудия издала высокий пронзительный звук. Антонио опустился рядом с ней на колени.

Она наклонилась вперед и схватила его за рубашку.

– Мне не надо было туда заглядывать, но она велела мне. Мы должны были узнать, ради Валентины. Крысы снуют туда-сюда, и их очень много. Они ему помогли. Странные маленькие паразиты, переносящие секреты. Теперь ничего не пройдет. Он начал это… его ненависть и злость принесли это. Она сказала, мы должны быть уверены. Он избранный. Он сама смерть. Он не должен уйти… Таковы правила. Но правила существуют для того, чтобы их нарушать. Ломать устои, подобно костям. Он любит ломать кости. Думаю, ему нужен костный мозг.

– Кто? Кто велел тебе заглянуть туда? – спрашивала я.

Антонио поднял брови и выразительно посмотрел на меня. Очевидно, он предположил, что я могу страдать тем же недугом, что и Клаудиа, раз я принимаю ее слова за правду. Но мне было наплевать, что он думает. Мои подозрения усиливались. А после упоминания Валентины я знала наверняка, кого она имела в виду. Но мне нужны были доказательства.

– Это была твоя тетя Каролина?

– Она рассказывала сказки, сладкие как сахар. Они были такими воздушными и милыми, пока не вспыхнули. А теперь мы все сгорим, потому что он уже здесь, и он зол. И ворота… ворота… она сказала, защищать ворота. Но он больше не прикован к ним, не так ли? Яд был сладок. Я все еще чувствую его вкус. Такой липкий, липкий, застревающий в горле. У него есть секреты. Он хочет поглощать. Пустые стаканы полны. Нет, нет. Пустое стекло. Как же он это сделал? Чаша или ваза. Сосуды пусты. А потом полны. У него есть книга. Самое сердце. Ему нужно тело, чтобы украсть душу.

Мое внимание привлекло какое-то движение. Я взглянула вверх. К нам присоединились еще несколько членов братства. Они молча стояли полукругом, отгораживая нас от монастыря. Некоторые сжимали в кулаках длинные деревянные четки, да так, что костяшки пальцев побелели. А другие были настроены решительно, а их внимание было приковано к моей подруге. Клаудию нужно было спасать, прежде чем они попытаются изгнать из нее несуществующую нечистую силу.

– Что это за безумие? – спросил брат Кармин с суровым выражением лица. Мое сердце бешено заколотилось. – Она одержима дьяволом?

– Нет, нет, с ней все в порядке, – отмахнулся от него Антонио, – просто выпила лишнего.

Я не знала, что члены святого братства могут лгать, но была рада, что он это сделал. Антонио был на нашей стороне, не важно, что подумают братья.

– Можешь отвести ее ко мне домой? Думаю, она выпила… что-то не то. Ей нужен отдых и чай. Скажи бабушке, чтобы дала ей немного алканетового корня.

Антонио закусил нижнюю губу, вероятно сомневаясь, что народные средства подействуют, но спорить не стал. Он протянул ей руку.

– Пойдешь со мной, Клаудиа? Погуляем немножко, чтобы у тебя голова прояснилась. Свежий воздух всегда помогает.

Подруга обеспокоенно посмотрела на меня, и я улыбнулась ей в ответ.

– Он прав. Тебе станет легче после прогулки. А еще поможет травяной чай и отдых. Ты готова идти?

– Да, а вот Доминико нет, – Клаудиа подала свою руку Антонио и нахмурилась, – он сказал, что он не готов и никуда не пойдет. Время утекает как вода сквозь пальцы. Но он все еще ждет. Ждет и ждет. Хочет, чтобы она выбрала. Знает, что скоро придется. И тогда он заберет ее сердце и душу. Он снова хочет убивать. Это главный приз.

– Доминико? – спросила я, оборачиваясь к Антонио, когда подруга вернулась в свой мир видений. – Он тоже был здесь?

– Я… думаю да, но точно не помню. Он бывает здесь почти каждый день. Ты же не думаешь…

Он переключился на Клаудию, которая вновь начала бормотать на странном языке. На лице его отразилось беспокойство.

– Ты же не думаешь, что он с ней что-то сделал?

– Темно. Темно и затхло. Здесь прячется смерть. Он чувствует ее вкус. И жаждет большего, – Клаудиа быстро моргнула, будто приходя в себя. – Он все еще здесь?

– Нет, – ответил Антонио, – Доминико ушел.

– Но не волнуйся, – я помогла ей подняться на ноги, – я его найду. – Я посмотрела на Антонио: – Ты знаешь, где он живет?

Он покачал головой. Конечно, это было бы слишком просто. Так не бывает.

– Я проверю их лавку с аранчини на случай, если они сегодня работают допоздна.

– Одна? – Губы Антонио сжались в тонкую линию, выдавая волнение. Прядь каштановых волос упала на лоб, прикрыв бровь. Он казался таким юным и неопытным в сравнении с Гневом. – Если он совершил что-то такое… может, нам стоит пойти вместе?

Я изобразила, как могла, обнадеживающую улыбку. Было бы неплохо, если бы он был поблизости, когда я столкнусь с Домиником, но часть вопросов я не смогла бы задать в его присутствии. И не только потому, что он был человеком. Я не смогла бы упоминать темные искусства или принцев-демонов в присутствии члена святого братства.

– Все будет в порядке, я не верю, что Доминико мог совершить что-то плохое, – соврала я, – но возможно он видел, что она съела или выпила что-нибудь необычное. Кто знает, может, там была плесень или еще какой-то другой токсин. Или, может, у нее была бутылка испорченного вина. Вероятно, она выпила лишнего из-за смерти Валентины. Принять убийство нелегко.

Казалось, мои слова немного успокоили Антонио, все в них казалось логичным, а люди любят логику, особенно когда она объясняет необъяснимое.

– Она действительно упоминала, что лавровый лист пропал. Наверное сожгла весь запас в комнате для приготовлений.

– Видишь, – улыбнулась я, – уверена, дело в этом. Она вдохнула плесень или что-то похожее. Все пройдет, нужен только свежий воздух и сон.

Вежливо кивнув на прощание, Антонио вывел Клаудию из монастырского двора. Я подождала, пока они не исчезли из виду, и последовала их примеру, стараясь не думать о настойчивом обвиняющем взгляде, которым меня провожал брат Кармин.

Поскольку я все еще не знала, где живет семья Доминико, и была почти уверена, что лавка с аранчини давно закрылась на ночь, решила, что с разговором придется подождать до утра. Зато я знала, где найти тетю Клаудии Каролину, и ей придется обменяться со мной парой слов. Я знаю, что горе заставляет людей делать то, что они обычно не делают. Я сама молилась богине смерти и яростно призывала демонов, но попросить кого-нибудь сделать то, что она могла сделать сама… Я очень надеялась, что смогу успокоиться до того, как встречусь с Каролиной лицом к лицу. Я шагала в сторону ее района, снова и снова пытаясь понять, почему она заставила племянницу совершить нечто настолько опасное. Я попросила Клаудию использовать мощное заклинание, которое бы охраняло наши дома, потому что не знала, как это делается, и потому что подобная магия не была опасна для нее. Каролина сделала кое-что совсем другое.

Я завернула за угол и, почувствовав странное жжение между лопатками, ускорила шаг. Ощущение не исчезало. Это означало, что за мной следят. Кто бы это ни был, он был в ярости. Я знала как минимум одного демона, которого с легкостью приводила в это состояние с завидной регулярностью.

Гнев вероятно вернулся со своей встречи с кем-то, кого он так отчаянно пытался впечатлить, раньше, чем планировал, и был недоволен, что я сбежала из своей прекрасной клетки. Хорошо, значит, его вечер тоже прошел не так, как планировалось. Я обернулась и уставилась в тень. Ненавижу дурацкие татуировки, которые нас связывают, так что он всегда знает, где меня найти, даже против моей воли. Я думала, что, когда сниму заклятие, которое нас связывает, татуировка исчезнет. Но есть дары, которые вернуть нельзя.

– Хватит прятаться, это ниже твоего достоинства. Если есть, что сказать, говори.

– Смело для ведьмы.

Голос был незнакомым, а акцент было трудно определить, вроде бы английский, но не совсем. Мой пульс ускорился. В нескольких шагах темная фигура отделилась от стены. Я инстинктивно отступила. Незнакомец последовал за мной, двигаясь быстро и плавно.

– Твоя кровь пахнет как хороший глинтвейн. Позволишь нам попробовать?

– Кто ты? – Я попыталась нащупать свой лунный мел, но вдруг вспомнила, что это платье было подарком от Гнева и не имело потайных карманов.

– Что тебе нужно?

Мужчина ступил в полоску лунного света. На нем был длинный плащ, который, казалось, был выткан из самой темной ночи. На каждом пальце блестели кольца. Вместе они выглядели, как холодное оружие.

Я оглядела его с ног до головы. Светлые волосы, глаза, словно льдинки, суровый рот, перекошенный на одну сторону. Он казался смертным, пока не улыбнулся шире, обнажив множество острых клыков. Вампир. Я замерла. Перестала дышать. Как ведьме, мне действительно пора было перестать считать, что некоторые существа – лишь герои мифов и легенд.

– Ты… – я закрыла рот. Дрожь в голосе выдавала мои эмоции. Все уроки о том, как скрывать эмоции от врагов, прошли даром. Гнев стукнул бы себя по голове рукояткой кинжала, если бы увидел меня сейчас.

– Я так давно не пил кровь подобных тебе.

Его взгляд блуждал по моей шее, и в мгновение ока он оказался совсем рядом.

– Наш контакт может быть приятным, по крайней мере, если я решу преподнести тебе такой подарок. Хочешь получить от меня подарок, маленькая ведьма? Хочешь ощутить невыразимый экстаз, пока я буду пить твою кровь?

Я сглотнула ком.

– Н-нет, спасибо.

Он подошел еще ближе. Его длинный плащ развевался на ночном ветру. Все мое тело напряглось.

– Ладно, может быть, в следующий раз.

Я втайне надеялась, что следующего раза не будет. Сомнительное удовольствие столкнуться один на один с вампиром в темном переулке. Одного раза достаточно. Всю оставшуюся жизнь мне будут сниться кошмары. Его плащ коснулся моих икр, и я сделала резкий вдох. Уголки его рта изогнулись в улыбке. Он подошел вплотную. Похоже, мой страх доставлял ему удовольствие.

– Приношу извинения. Вижу, мое предложение получить удовольствие тебя напугало.

Он изящно поклонился, не сводя взгляд с моего горла. Я быстро вспомнила истории из детства. В легендах, которые рассказывала нам бабушка, вампиры не славились особенной сдержанностью. Я чувствовала, как вена на шее пульсирует, и хотела остановить ее, но делала только хуже. Не стоило допускать, чтобы легкое искушение превратилось в животный инстинкт.

– Меня зовут Алексей. Принц Зависти просит вашей аудиенции. Его высочеству есть что обсудить. Но для начала давай немножко погуляем вместе, ты и я. Нужно дать им достаточно времени. – Он подал мне руку, как настоящий джентльмен, но я не шевельнулась.

– Дать кому достаточно времени и на что? Зависти? – спросила я, теряя терпение. – Хватит говорить загадками.

Клыки вампира блеснули в лунном свете.

– Mare e Vitigno. Какое прекрасное имя. Прямо слетает с языка.

«Вино и море». Я затихла, хотя кровь внутри забурлила. Зависть знал о нашем ресторане. Он схватит моих родителей и… я заставила себя успокоиться. Пока причин для паники не было. Клаудиа защитила наш дом от демонов особым заклинанием, и было уже поздно, так что ресторан закрыт. Слава богу, члены моей семьи теперь дома под надежной защитой. Темная улыбка коснулась уголков моих губ. Мне захотелось, чтобы демоны попробовали на себе эту убийственную магию.

– Скажи принцу Зависти, что я отклоняю его предложение и смею предложить ему попробовать войти в мой дом.

– Мой принц просил напомнить тебе, что заклинание, как и ведьм, легко уничтожить, нужно лишь знать, куда бить. Или в данном случае, кого выбрать целью.

Я похолодела.

– О чем ты говоришь?

– Думала, можешь одурачить принца Ада, маленькая ведьма? Ты правда веришь, что у Зависти нет шпионов, наблюдающих за твоим домом. – Его улыбка была полна злорадства.

– Демонические щиты и обереги снять непросто, но можно. И уж точно с этим справится та самая ведьма, которая их наложила.

– Ложь.

Я попятилась, качая головой. Клаудиа в безопасности, Антонио отвел ее ко мне домой. Сердце у меня ушло в пятки.

Но ведь на них могли напасть по дороге. Страх сковал мое сердце.

– Это неправда, заклинание…

– Снято, – он снова протянул мне руку, – теперь твоя семья уже наверняка с принцем. Чем больше ты сопротивляешься, тем хуже им придется. Он не любит, когда его заставляют ждать. Скука считается ужасным бедствием в Царстве Греха.

– Зависть… он в «Вине и море» с моей семьей?

Алексей кивнул.

Но я не собиралась верить вампиру на слово. Злорадно усмехнувшись, я прошептала запретное заклинание правды. Алексей не был смертным, так что муки совести за применение темной магии и подавление его воли меня не мучили.

– Зависть заставил Клаудию снять защитное заклинание с моего дома? – Он стиснул зубы, но слова вырывались из него.

– Да.

– Они сейчас в нашем семейном ресторане?

– Да.

Я выронила амулет сестры, как будто обожглась. Вспомнив, как Зависть заставил меня поднести кинжал Гнева к самому сердцу, я представила, как он сделает то же самое с моей семьей и друзьями. На самом деле, возможно, он уже начал игру. На нашей кухне имелось множество тесаков и разных других инструментов, которые можно использовать как оружие или орудие пытки. Я решила, что он именно поэтому выбрал ресторан местом нашей встречи. Не теряя больше ни минуты, я бросилась бежать, подхватив юбки.

Смех вампира сопровождал меня всю дорогу, но я его игнорировала. Он не имел значения. Мне нужно было лишь как можно скорее попасть в «Вино и море». Я неслась по узким переулкам и темным улицам, перепрыгивала через ведра с мусором и расталкивала влюбленных, которые прогуливались под луной, держась за руки.

Кажется, я преодолела милю за несколько секунд, и ворвалась в парадную дверь, тяжело дыша. Быстро осмотрев комнату и не обнаружив следов борьбы или запекшейся крови, я сосредоточилась на принце-демоне.

– Люблю пунктуальность, – Зависть захлопнул карманные часы с глухим щелчком, – ты точно по расписанию, малышка, шоу вот-вот начнется.