Глава 31

Новый день ознаменовался началом осады. Хотя, это громко сказано, когда «крепость» сама готова сдаться без боя на милость победителя…

День первый.

Посыльный доставил мне коллекционный экземпляр «Имперского Травника» с запиской: «Я вернулся».

— Силы! Он так прекрасен!!! О-о…

Я не могла поверить, что держу эту книгу в руках. С трудом подняв тяжелый том большого формата, я открыла его. Закладка была на странице со статьей «Ромашка медицинская. Этот невзрачный на первый взгляд полевой цветок таит неисчислимые возможности…»

— Госпожа, распишитесь или поставьте знак, — поторопил меня посыльный.

— Эй! Ты что, недавно в Ламаре? — спросила я, поставив подпись в положенном месте. — Здесь почти все владеют грамотой.

— Прошу меня извинить, — стушевался юноша и поспешно ретировался.

Не знаю, с чего я так вспылила. Может, потому, что была не в силах расстаться с книгой? Как он узнал, чем меня можно задобрить? И почему не явился сам?

* * *

День второй.

Нарочный доставил глиняный горшок с многострадальной ромашкой и запиской: «Знаю, что ты не любишь срезанные цветы».

Значит, тот сон не был случайным. Рейвен явился за цветком, чтобы вернуть его мне. И эта записка… Я не в силах была на него злиться. Пришлось принять это как данность и поставить ромашку на прежнее место на подоконнике.

Я так и не смогла внятно объяснить служанке, почему цветок нужно накрывать сверху, когда мы переодеваемся…

* * *

День третий.

Господин Асельфр получил за меня и передал прекрасный набор для каллиграфии. В лакированной коробке на подставке — каменная плашка для растирания туши и темный брусок, а в шелк были завернуты две большие кисти, сужающиеся к концу. Набор, скорее, предназначался для рисования, но также он годился и для письма.

В углу коробки — почти незаметный оттиск мастера Хо! Я благоговейно провела по нему пальцем… Такой набор стоил целое состояние, и знающие люди платили, не раздумывая. Мечта! Я никогда не экономила на принадлежностях для письма, но такие не могла себе позволить. Где же сид умудрился раздобыть эти кисти?

Записка гласила: «Такого у тебя точно нет».

* * *

День четвертый.

Плитка великолепного прессованного чая десятилетней выдержки с горных плантаций Хины. «Торговец уверял, что вкус простой, но благородный, под стать тебе».

Я прочитала и с трудом подавила желание протереть глаза. Неужели он это пишет? Его случайно не подменили по пути в Ламару?

На сида это было совсем не похоже. Такое впечатление, что ему кто-то подсказывает, что дарить и какие слова лучше подобрать для послания. И я даже догадывалась, кто это был.

* * *

День пятый.

Подарочная жестяная коробка с лучшим кофе из Халифата, сама по себе очень красивая, расписанная сценами из жизни восточных жителей.

«В следующий раз свари этот кофе». Понимай, как знаешь. То ли мой кофе с рынка не пришелся ему по вкусу, то ли он решил произвести на меня впечатление каким-то особым сортом.

— Дине, смотри! Ты знаешь, что это за кофе? — спросила я.

Девушка посмотрела, прочла название и всплеснула руками, выронив накидку, починкой которой она занималась.

— Госпожа, это самый лучший «верблюжий» кофе! Такого не подают и не продают иноземцам. Он точно настоящий? — засомневалась девушка.

— А что, бывают подделки? — удивилась я.

Лично я считала, что сид не опустится до того, чтобы дарить жалкое подобие. Его устраивало только самое лучшее.

— Что вы! Госпожа, за такое сразу рубят голову. Кофе в Халифате под контролем повелителя. Можно открыть? — спросила она.

Я поддела крышку канцелярским ножом, и по комнате поплыл божественный аромат…

— Настоящий! Настоящий!! — раскраснелась Дине и захлопала в ладоши, а глаза ее заблестели. — Давайте, я сейчас сварю его?

— Ладно, иди.

Девушка схватила жестянку, подхватилась и убежала на кухню, пока я не передумала.

* * *

День шестой.

Большая коробка масляного печенья из лучшей городской кондитерской, которая, кстати, находилась за углом. Он был здесь, совсем рядом! И даже не зашел… Мои чувства можно было описать как легкую досаду.

«Тебе надо больше есть» — написал он.

Что?! Я знала, что чрезмерно худа, совсем не по моде, и что мужчины любят фигуристых женщин, но это… Ему что, не нравятся мои формы, и он решил меня откормить?

«Откармливают обычно с двумя целями, Твиг», — откликнулся внутренний голос. Надеюсь, я не слишком подозрительна.

* * *

День седьмой.

Учебы сегодня не было, и я осталась дома, пакуя свои скромные пожитки и изучая свежие газеты с объявлениями о сдающемся жилье.

Посыльного все не было… Я уже привыкла и ожидала его, или даже визита самого высокого лорда. Звонок во входную дверь заставил меня вздрогнуть и подскочить. Я заметалась, не зная, за что хвататься, и тут же взяла себя в руки. Почему я так нервничаю?

— Госпожа Твигги, к вам посетитель, — сказал господин Асельфр.

— Кто именно? — спросила я.

— Тот господин, который зарубил господина Колина, — поджал губы старик. — Проводить его к вам?

С ума сойти! Сид даже не стал использовать свое «очарование» на домовладельце, чтобы заставить впустить себя внутрь. Что ж…

— Да, проводите. Дине, свари, пожалуйста, кофе. Тот самый, «верблюжий», — распорядилась я.

Я взглянула в настенное зеркало. Серое домашнее платье с белым кружевом на вырезе и манжетах. Вроде, выглядела я достаточно хорошо для приема гостей, и я даже обрадовалась, что не было похоже, что я специально охорашивалась к его приходу.

Подумав, я запустила пальцы с прическу и выпустила несколько светлых локонов из пучка, чтобы вид не был таким строгим, и пощипала щеки. А губы… губы и так припухли, а глаза сияли, как у влюбленной женщины.

Все слова вдруг исчезли. Что я скажу ему при встрече? Я глубоко вздохнула и решительно повернулась к двери, готовая встретить превосходящие силы противника.

Господин Ли не раз говорил, что можно позволить себе проиграть, если, в конечном итоге, это поражение принесет тебе победу.

* * *

Он нарядился, как и в прошлый раз, под стать приему у Герцогини, но никак не моей скромной обители. Камзол в его цветах, коричневый и золотой, которые, если судить по справочнику, были цветами клана Западных Холмов.

За эту неделю я хорошо подготовилась ко встрече. Если он не желал рассказывать о себе, то о нем не хуже расскажут окружающие его предметы.

В той книге, которую я перечитала, в разделе о сидах были сведения о семьях. Представители Западной фракции обычно выступали в качестве дипломатов и посланников в Империи, так что были довольно хорошо изучены. Однако на рисунках сиды из этого семейства были светловолосые, а волосы Рейвена были черные, как смоль. Это немного не стыковалось с описанием.

Побитым или удрученным сид не выглядел, так что можно было только гадать, чем закончился поединок.

— Благословение вечности, данна, — поприветствовала я мужчину и кивнула ему. — Не желаете присесть? Может быть, кофе? Есть еще свежие сливки и сахар, если желаете, — из вежливости предложила я, хотя было кощунством портить прекрасный напиток добавками.

— Приветствую, — ответил мужчина и расположился в кресле, разом вытеснив меня из моего пространства. — Да, было бы неплохо. Без сливок и сахара.

— Хорошо. Я как раз послала служанку, так что не придется долго ждать.

Пусть не думает, что я стараюсь, чтобы угодить его сидскому величеству. Мы просто собирались выпить кофе, а тут вдруг гость. Какая удача.

Дине принесла кофе и молча разлила его в чашки, не глядя на сида. Он молчал и разглядывал меня, а я его, впитывая и принимая форму объекта. Я искала черты сходства с его «сестрой». Не она ли постаралась и приняла участие в этом странном ухаживании? Пойдем напрямик.

— Данна?

— Что?

— У вас есть сестра? — спросила я. — Это она подсказала вам, какой подход нужен к женщине?

Он поперхнулся напитком и забрызгал стол. Не ожидала, что такой простой вопрос вызовет столь бурную реакцию. Я встала и подошла, чтобы помочь ему.

— О, как неловко. Вот, пожалуйста, возьмите, — протянула я ему накрахмаленную салфетку, помогая промокнуть со стола и одежды темные капли.

Наши руки соприкоснулись, и он не торопился отпускать их. И смотрел, смотрел своими глазами темного янтаря. Я не видела ничего вокруг, кроме этих глаз. Его руки такие теплые… и я тоже не торопилась вырываться.

— Как ты узнала? — наконец с досадой спросил он.

— Женская интуиция, — улыбнулась я. — Еще кофе?

— Да.

Я сама налила в его чашку остатки кофе, обделив себя, и с не меньшим комфортом устроилась на своем стуле. Так… Пока я не узнаю подробности, с места не сдвинусь!

— Данна, а чем окончился ваш поединок с Хьюго из Хефе Примо? — спросила я.

Ох, опасный вопрос. Если он проиграл, а я напомнила ему об этом…

— «Нечто среднее», — ответил он на высоком наречии, и это выражение на всеобщий не очень-то переведешь.

— Не понимаю. Тут или победа, или поражение, третьего не дано.

— Ты хочешь ответ на вопрос? — едко сказал он.

Как неприятно. И почему я не удивлена? Он опять начал эти словесные игры. Я не буду просить и торговаться, как бы ни было сильно мое любопытство. От либо ответит, либо нет.

— А вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?

— Тогда, чего же ты хочешь? — снова спросил он, отставив ненужную чашку.

— Как раз про это я и говорила… — пробормотала я себе под нос, — Вы будете пить или нет? Кофе стынет.

Я с вожделением посмотрела на темный напиток. Моя чашка уже давно опустела, и мне не помешала бы сейчас дополнительная порция бодрости, чтобы собраться с мыслями.

— Почему ты никогда не смотришь на меня с таким выражением лица? — спросил Рейвен, заметив мой взгляд, и протянул мне чашку.

Наши пальцы снова соприкоснулись на мгновение. Может, на сида это не произвело никакого эффекта, но этот мимолетный контакт заставил что-то сладко сжаться глубоко внутри. Проклятье!

Кофе такой горький и в то же время вкусный. Этот вкус обожаешь или ненавидишь сразу.

Где-то там, на ободке чашки, был след его губ. Я обратила внимание, как он смотрел на мои губы, когда я поднесла чашку ко рту. К моей чести, я не закашлялась и спокойно допила напиток.

— Тебе понравились мои дары? — спросил меня сид.

Я не стала благодарить, но искренне похвалила, как это принято у волшебного народа:

— Они великолепные! Особенно мне понравилось издание «Травника». Не представляю, как вам удалось найти его. До этого я встречала только краткий список с книги.

— Он пылился у нас на полке, а для тебя мог сгодиться, — ответил сид.

Как… пренебрежительно так отзываться о редчайшем источнике знаний. К тому же, это сразу уменьшало ценность его жеста. Дар тем ценнее, чем дороже он для дарителя.

— Ясно.

Почему-то мне показалось, что мой ответ рассердил сида.

— Твигги… ты опять отдаляешься от меня.

— Это уже становится привычкой, вам так не кажется, данна? — сказала я, обернулась к Дине и велела. — Выйди. Нам с господином надо поговорить наедине.

* * *

Он ждал. Чего? Каких слов? Упреков и претензий он от меня не дождется. Кажется, я решила, чего от него хочу… помимо всего прочего, чего просило мое тело.

— Данна, договор? — наконец предложила я.

— Что? — удивился он.

— Я хочу заключить договор и оговорить условия. Мне не нравится то, что происходит.

Это тоже вопрос контроля, точно такой же, как и с Силой. До сих пор у меня было ощущение, что я не могу контролировать ситуацию, и меня просто несет по течению бурный поток.

— Уточни. Договор о чем?

— О нас, о чем же еще. Чтобы я не «отдалялась», как вы говорите, мне нужна определенная защита. Я могу надеяться, что вы выслушаете и согласитесь на мои условия? — спросила я.

Он подумал. Щиты снова закрылись, и я совсем перестала ощущать его в магическом диапазоне.

— Говори, — упало тяжелое, как камень, слово.

— Первое. Я ваша настолько, насколько вы мой. Второе. Мы не принуждаем ни словом, ни делом друг друга к тому, что нам не хочется. Третье… — Это было очень важно для меня. — Если нет иных препятствий, помимо клятвы, мы отвечаем друг другу на личные вопросы. Четвертое. Нужно соблюдать человеческие приличия. Вы не будете компрометировать меня в глазах окружающих и портить мою репутацию, публично демонстрируя наши близкие отношения…

— Что еще?

Мне страшно, но я не могу остановиться.

— Я хочу представить вас моей семье, а также познакомиться с вашими родственниками. Это послужит залогом того, что мы действительно близки, а отношения не мимолетные и серьезные. Вас устраивают эти условия? Вы согласны?

Я ждала его решения, затаив дыхание. Пусть даже мы станем просто любовниками, я хочу, чтобы это не было… грязно. Не хочу испытывать стыд и вину, ощущая косые взгляды со стороны. Хочу знать, что он защитит меня от этого.

— Быть по сему, — сказал сид на высоком наречии.

И эти слова, насыщенные силой, связали нас договором.

* * *

В этот визит была словесная битва, толика магии и физическое влечение, которое так и не было реализовано. Сид ушел, даже не обняв меня на прощание. Наверное, я его слишком смутила этим «договором». Ну и пусть… Как он там сказал? У нас впереди вечность?

Уже лежа в постели, в полнейшей темноте, я вдруг услышала вопрос:

— Госпожа, а этот господин…

— Рейвен.

— Господин Рейвен придет снова? — спросила Дине.

— Думаю да. Не знаю только, когда именно. А что?

— Госпожа, он ведь вам нравится? — задала она еще один вопрос.

— К чему ты клонишь?

— Мне кажется, что вы ему нравитесь, госпожа. И он вам тоже.

Хм… тоже мне, великое открытие. Кажется, это и так очевидно для окружающих, как и искры, проскакивающие между мной и сидом.

— Это что-то меняет? — спросила я девушку и повернулась поудобнее, случайно спихнув с одеяла кота.

Тот обиженно мяукнул и перебрался к служанке.

— Нет, но…

— Раз так — спи! — велела я и закончила этот пустой разговор.