Глава 40

Я рассказала ему все. Все — значит, действительно все. С самого начала.

Все про мое таинственное появление в Рэнсе, отсутствие пупка на теле и обнаруженный вскоре магический дар целителя и некроманта.

Рассказала о пророчестве Магды, фресках в храме Двуликой и дневнике Хьюго из Хефе Примо. Я ничего не упустила. Мне даже пришлось процитировать несколько записей «той Твигги» о предстоящей войне.

— Сколько всего, и так не вовремя, — сказал сид и отпустил меня, а я развернулась, чтобы видеть его лицо.

— Не вовремя?

— Что я скажу повелителю, когда он спросил о Договоре? — спросил он. — Что Тета снова воюет с Империей? И что Император это допустил? Договор был гарантией, что Империя проследит за соблюдением Договора.

Как будто я не понимаю, какие последствия это несет!

— Тета не просто воюет. Они побеждают, снова и снова. Вы знаете, данна, насколько важна Ламара. Там ведь транзитные Врата, — сказала я.

— О, да. Уж я-то понимаю! — воскликнул он. — Тета перекроют движение по Тропе и отрежут Хефе Примо от остальных миров Империи. А потом спокойно завоюют каждый по отдельности. С их техникой и запрещенным оружием это будет нетрудно.

— Данна! А как же маги? В прошлую войну они смогли противостоять Тета.

— Тогда был взаимовыгодный союз. Сиды открыли путь мимо Тропы, вероятностные маги изменили течение событий в нашу пользу, а храмовые воины и Рыцари Света из Илонии довершили остальное. Сейчас такого не будет.

Как странно знать, что он был очевидцем тех давних событий! Он явно знал, о чем говорит. По отдельности миры слабы и падут, сдаваясь на милость техногенного мира.

— Не будет? Почему? Что мешает снова собраться и дать отпор Тета?

— В Империи и Илонии время течет иначе. Люди уже все забыли, и почти не осталось очевидцев тех событий. Империя погрязла в бюрократии, а Илония теперь под пятой Церкви Света и вряд ли вступит в союз с магами и иными расами, — ответил сид.

«В общем, все неутешительно, Твиг», — призналась я самой себе. Ну а если Ламара не будет захвачена, и Тропу не перекроют? Тогда стоит ждать помощи из столицы.

— А что, если есть шанс все изменить? Данна, вы вернете меня в Ламару? — снова спросила я.

Я открылась ему, целиком и полностью. Я же не требую спасти мир! Просто не мешать мне сделать это.

— И тебя не волнует, что тебя обвиняли в заговоре? Что ты сделаешь, когда вернешься обратно? — спросил он.

Какая «забота» с его стороны. Еще пусть скажет, что спасает меня, не выпуская отсюда.

— Придумаю что-нибудь. Обращусь к рыцарям Храма Янтрэ. Попробую уладить дело через господина Фьона или Наместника, — ответила я. — Сделаю все, что в моих силах, и даже больше.

— Привыкла всегда полагаться на себя?

Он по-настоящему злился, и это было заметно не только по голосу, но и по тому, как крепко он стиснул кулаки.

Да, я привыкла. Человек ко всему привыкает, и довольно быстро. Привыкает, или ломается под давлением обстоятельств. За десять лет я стала очень самодостаточной.

— А вы бы помогли мне? — наконец спросила я, поскольку он ждал ответа.

— Это безнадежно, — бросил он. — Хорошо. Я провожу тебя в Ламару. А там делай, что хочешь.

Ох, что я творю! А все мой глупый язык. Испытывать его терпение снова и снова. Теперь он по-настоящему разозлился, и я его понимала. Я причинила ему боль. И, несмотря на это, он шел мне на уступки.

«Спасибо, спасибо!»

— Спасибо, данна, — сказала я вслух то, что не должна была говорить.

Я в долгу перед ним, и пусть он это знает. Может, это и глупо, но… Всего один шаг, чтобы обнять его. И поцелуй, растопивший его ледяное высокомерие. Я умею быть благодарной. Или в этом было что-то еще?

«Я хочу вас. Я люблю вас». Этого я не стала говорить вслух.

«Простите». Пусть эти мысли так и останутся невысказанными.

— Не боишься, что я захочу проверить, насколько велика твоя благодарность? — спросил сид, перебирая мои волосы и вытаскивая шпильки, одну за другой.

— Не боюсь, — ответила я.

— Почему?

— Я вам доверяю.

Истинная правда, это так. Что бы ни случилось, я ему доверяла. Сомневалась, металась, но приходила всегда к одному и тому же. Это чувство рождалось откуда-то изнутри, из самой Искры, и было неподвластно голосу разума.

Сидам нельзя доверять? Значит, мой сид — особенный. И он не причинит мне вреда.

Я верила в это.

* * *

Сборы были недолгими. Рейвен дождался, когда я умоюсь поправлю прическу, снова подхватил меня на руки и шагнул в портал.

Мы снова вернулись в Ламару. Просто возникли из ничего около гостиницы Джоба и напугали случайных прохожих, а потом пошли внутрь, где сид снял номер.

— Я сейчас уйду. Приду поздно. Отдыхай. Поешь и поспи. Торопиться уже не нужно. Завтра займемся спасением мира, — улыбнулся он и потянул за шнурок, чтобы по звонку пришла служанка.

Я была послушной, слабой и инертной, что только на пользу нашим отношениям. Иногда женщине полезно помолчать.

После ухода мужчины я отдалась в умелые руки служанки. Меня до скрипа отмыли, забрали одежду в чистку и принесли отутюженную ночную сорочку, а постель застелили чистым бельем и нагрели медными грелками, пока я ела.

Интересно… На улице царил обжигающий холод и лежали остатки снега. Думаю, улицы регулярно расчищали, а снег вывозили за город. Судя по погоде, зима и не думала отступать.

— А который сейчас день? — поинтересовалась я у служанки.

— Десятый день весны, госпожа.

— Силы! Это весна? — удивилась я.

Дородная светловолосая служанка расхохоталась и вытерла руки передником.

— Сразу видно, что вы не местная. Ой, извините покорно, любезная госпожа, — сказала она. — Просто весна-то по календарю, но наступит она не раньше чем через три седмицы. Климат здесь суровый.

— А, понятно. Спасибо, уважаемая…

— Баниль из Ламары, любезная госпожа, — представилась она. — Кровать нагрелась, — сказала она, забирая грелки. — Зовите, если чего-то изволите ночью. Ночной горшок под кроватью, слив в ванной.

Она ушла, а я так и уснула, не дожевав, с куском хлеба в руке.

* * *

Утром я проснулась оттого, что замерзла, и попыталась поудобнее пристроиться к тому, что меня грело. Грелка заворчала, и я проснулась.

— Что ты делаешь? — спросил меня сид, который спал в той же постели, под тем же одеялом.

— М-м… грею ноги, данна.

— Что? — он приподнял одеяло.

Я пошевелила ступнями, убирая их, и покраснела. Сид спал обнаженным, наплевав на людские приличия.

— А сколько времени? — резко села я на кровати, перестав смущаться.

— Думаю, ближе к полудню. Ты куда-то торопишься?

«Даже и не знаю. Куда отправиться раньше?»

— Думаю, я хочу отправиться к Альгислу Фьону, а потом к наместнику. Когда будет ясно, что меня не арестуют, можно будет поговорить с начальником Стражи и Тайной службы, — подумав, ответила я.

— Не многовато ли дел на сегодня? — спросил сид, который лег на бок и подпер рукой голову.

— Сколько успею, — ответила я и вылезла из кровати, чтобы одеться.

Около кровати на стуле лежала моя одежда, уже чистая и отглаженная, а нижнюю юбку кто-то подрубил, чтобы ткань не сыпалась.

— Данна, не могли бы вы отвернуться? — попросила я.

— Мог бы, — широко улыбнулся он, вольготно развалившись на постели и даже не делая попыток отвернуться.

— Данна!

— А что я там не видел, — пробормотал он, но все же перевернулся на другой бок.

Я поспешно сбросила ночную рубаху и переоделась.

— Все! — сказала я.

Сид, ничуть не стесняясь, встал и начал одеваться, и теперь уже я безо всяких просьб отвела взгляд. Слишком смущает. Слишком… соблазнительно.

— Идем, — сказал Рейвен, пристегнув перевязь с мечами.

* * *

И мы пошли в магическую академию Ламары.

Сид вскочил на своего монструозного чертного коня и за руку втащил меня наверх, усадив на луку седла позади себя. Я обняла мужчину за талию, и мы буквально понеслись по улице, стремительно преодолевая расстояние до академии.

Там мы спешились и сразу направились в приемную ректора Альгисла Фьона. Пожилой секретарь почтительно поприветствовал сида и удивленно, узнавая, уставился на меня, но тут же принял свой обычный невозмутимый вид и пошел объявить о посетителях.

В чуть приоткрытую щель кабинета тут же просочился знакомый кот.

— Мау! Ма-аа? — спросило животное и кинулось ко мне.

Он был жив, насколько справедливо это утверждение, вполне упитан и все так же лохмат. Кот с разбегу врезался в меня, прижался к ногам, встал на задние лапы и обнял меня, заглядывая в глаза. Время от времени он мяукал от избытка чувств.

— Ах! Это ты, мой хороший. Я тоже скучала…

Я присела и начала тискать кота, а он бодал мои руки и урчал от удовольствия.

— Добрый день, господа. Какой неожиданный визит.

Приветствие затянулось, так что хозяин кабинета сам вышел к нам. Я встала и поклонилась, а сид, к моему удивлений, слегка кивнул магу, как равному.

— Вижу, вы убедились, что ваш питомец в добром здравии. Надеюсь, вы поскорее избавите меня от этой обузы, — сказал наставник, потирая руки.

Царапин я не заметила, на то он и целитель, но этот жест мне многое сказал.

— Господин Фьон, я…

— Позже. Прошу за мной, — пригласил он нас с сидом в свой кабинет.

* * *

Позже я поняла, что правильно поступила, обратившись сначала именно к наставнику. Как он и обещал, он нес полную ответственность за учеников и ему следовало обо всем рассказать. Этот человек благодаря своему происхождению и общественному положению был вхож в дома сильных мира сего и мог повлиять на ситуацию.

Из беседы выяснилось следующее. Дилан Аргуэсо, хотя и не был напрямую замешан в деле с фальшивым «советником», попал в разработку Тайной службы, и выяснилось много того, что он хотел бы скрыть. В частности, его финансовое благополучие стоилось на взятках и торговле с Тета.

Он, пытаясь отвести от себя подозрения, начал усердно сочинять и «топить» сообщников. При допросах ему неоднократно задавали вопросы обо мне, и его фантазии коснулись и меня.

Не дожидаясь решения начальства, сыскари решили выслужиться и допросить меня, чтобы согласовать показания.

Вот почему меня искали. А мой поспешный побег и нападение на стражей порядка только укрепил их подозрения.

— А как же амулеты Истины? Разве его допрашивали без них? — удивилась я.

— Если человек убедит себя, что говорит правду, то они не помогут.

Вот как? Амулет реагирует не на истину, а на веру человека? Буду знать. Может, на будущее пригодится, хотя я не любила лгать.

— Сейчас вы опишете все, что с вами произошло во время попытки задержания, а также откажетесь от всяких отношений с Диланом Аргуэсо. Эту бумагу я отправлю срочным курьером начальнику Тайной Службы, и будем ждать его решения. Также я отправлю известие, что вы найдены, ее светлости Герцогине и Хальру Оха.

— Вы уверены? Меня точно не арестуют?

— Конечно!

— А почему бы не сообщить наместнику?

Мне было непонятно, почему его не будут извещать об этой новости. Признаться, я хотела заручиться его поддержкой, чтобы защититься от возможного произвола.

— Он сейчас в отъезде, уехал из герцогства в Энну. Когда перевал откроется, он должен вернуться. Как раз тогда, когда его жена разрешится от бремени, — сказал Фьон с улыбкой.

О? Вот оно!!! Сейчас очень удобный момент для нападения.

Думаю, вся свита и около полусотни рыцарей Янтрэ покинули город с наместником. В остатке — местные храмовые воины, личная гвардия Герцогства, Стража и Тайная служба (хотя последние не выучены воевать в открытую).

Правда, оставались еще наемники из Нижнего города, но их не так много, чтобы держать оборону гигантского города-государства.

И маги. Как же я забыла про них? Некроманты и целители.

— Вот как… — протянул сид, который до этого момента был не слишком разговорчив. — Какой удобный момент. Будь я врагом, я бы непременно напал.

— Данна!

— А что такого я сказал? Момент наиболее благоприятный для нападения.

— Вообще-то я подумала то же самое, — призналась я.

— Умная человечка.

— Что вы имеете ввиду? — вмешался в наш разговор господин Фьон. — Какое нападение?

— Будет война, господин Фьон. Тета собирается напасть на Ламару. Если город падет, то за ним и вся Империя, — ответила я, глядя ему в глаза.

Поверит ли он моим словам? Поверят ли власти? Я хотела спасти этот город и тех людей, которые стали мне близки. Неужели и эта попытка будет неудачной?

— Вы это серьезно? — удивился маг.

— Абсолютно серьезно.

Маг стиснул у руках перо и, не заметив, сломал его.

— Ах… Вы умеете удивить, госпожа Твигги. Надеюсь все же, что ваши догадки не оправдаются.

«Оправдаются. Еще как оправдаются». После чтения дневника Хьюго я как никто другой верила, что такой расклад вполне возможен. Если сейчас снова случится беда, надо записать в дневник точную дату нападения.

Силы! Неужели я заранее просчитывала вариант поражения?

— Я тоже на это надеюсь, господин Фьон. Мы обязаны победить.

* * *

Не прошло и цикла, как отправили курьера, как наше чаепитие у господина ректора прервал личный визит Винсана Суэрте. Почти одновременно к нему присоединился начальник Стражи и начальник Гвардии Серхио Гволин.

Мы уже имели знакомство во время первого покушения. Тот был в синей форме обычного гвардейца, и только эмблема и нашивки выдавали его звание. Старый рубака, ровесник покойного герцога, весьма опытный в своем деле, как я решила про себя, наблюдая за проверками въезжающих и за ликвидацией последствий покушения.

Я повторила для собравшихся то же самое, что кратко изложила в письме.

— Госпожа Твигги, а почему, в таком случае, вы скрылись после того, как выгнали из дома стражников? — едко спросил Суэрте.

— Репутация Стражи и Тайной службы вполне заслужена, господин Суэрте. Мне не хотелось попасть под раздачу. Я простая гражданка, и не имею сил противостоять системе, — ответила я.

— Не прибедняйтесь! С такими покровителями, как у вас… — он осекся и покосился на сида, но тот молчал и только мерно покачивал носком сапога.

Мне даже казалось, что Рейвен откровенно скучал. Или отвлеченно размышлял о чем-то своем.

— Господин Суэрте, давайте не будем спорить, кто прав, а кто виноват, — примирительно сказала я. — Ваши люди могли перегнуть палку, и меня это испугало. Я боюсь боли. Боюсь допросов. Если вам ясно, что я невиновна, закроем эту тему.

— Хорошо. На сегодня — закроем, — подозрительно сговорчиво ответил Суэрте. — В розыск вас не объявляли, и вы чисты перед законом. Не забудьте только в течение трех дней прийти в Тайную службу и под запись рассказать о происшедшем.

Опять… Проклятый формалист.

— Господа, есть гораздо более важный вопрос, по которому вас здесь собрали, — сменил тему Альгисл Фьон. — Госпожа Твигги имеет сведения, что город могут взять в осаду.

— Что?! — почти одновременно воскликнули присутствующие.

Их недоверчивые взгляды уставились на меня. Теперь я замолчала. До этого момента я не задумывалась, как объясню эти многократные перемещения во времени. Может быть, они не поверят в мой рассказ о «другой Твигги». Может быть, дать им часть правды, в которую они поверят?

— Господин Оха, господин Суэрте, господин Гволин, — обвела я их взглядом. — Я имею сведения от одного вероятностного мага, что на город в ближайшее время нападут. Скорее всего, в город уже проникли лазутчики из Тета. Через врата контрабандой провезли запрещенное оружие. Возможно, Тета действует в сговоре с уруками и ильвами, хотя за последнее не целиком не ручаюсь.

— Не может быть! Наши посты укреплены, а таможня работает на совесть! — воскликнул начальник стражи.

— Так ли, господин Оха? — вмешался Суэрте. — А как же контрабанда господина Аргуэсо? Мы перехватили партию новейших огнестрелов.

— А почему я не в курсе?! — прорычал господин Оха.

— Так-так… И мне тоже не сообщили, а ведь я отвечаю за безопасность Внутреннего города, — встрял командующий Гвардией.

Видя, что начальник смежных ведомств вот-вот сцепятся, господин Фьон поспешил вмешаться:

— Господа, не время спорить. Город в опасности. Прошу вас объединить усилия и приготовиться к обороне города и локализации Тропы. Если этого не сделать, город возьмут голыми руками.

— А кто поручится, что эта женщина говорит правду? — спросил Винсан Суэрте.

«Эта женщина? Фу, как грубо. Вы упали еще ниже в моих глазах, Серый человек».

— Я.

Сид одним почти незаметным движением встал со своего места и переместился в центр комнаты, встав между спорщиками. Скорость была такова, что глаза не уловили сам момент движения. Из полного покоя он перешел к активности. Какая демонстрация своей нечеловеческой сущности.

— Надеюсь, вам этого достаточно… господа? — широко улыбнулся Рейвен.

* * *

Совещание, касающееся вопроса обороны города, было назначено на следующее утро во дворце у Герцогини.

А мы с сидом наконец отправились обратно в гостиницу. В сумке, притороченной к седлу, изредка ворочался недовольный кот-зомби, но я не решалась открыть горловину, чтобы он не сбежал.

На полпути я попросила сида притормозить.

— В чем дело? — спросил мужчина.

— Я не спросила Суэрте о своих вещах. И еще я хотела заехать в академию и на Цветочную улицу, где снимала комнату, — сказала я.

— Хорошо, — ответил он, меняя направление.

Из разговора с Ингибьорг выяснилось, что девочка наотрез отказалась ехать с Тито и все еще находилась в Храме Двуликой. Северянка была искренне рада, что я объявилась живой и здоровой.

— Знаешь, тут всех спрашивали о тебе, даже допрашивали. Но мы и правда ничего не знали, а когда господин Фьон вмешался, от меня отстали.

Ах, да. Ее отец ведь старый друг ректора. Как удачно!

— Данна, а мы можем…

— Завтра съездим. Ничего со служанкой не случится до завтра, — оборвал меня он. — Ты совсем замерзла, эта одежда не годится.

— Данна, но у меня была одежда на съемной квартире, — машинально запротестовала я.

— А до тех пор будешь мерзнуть? Это совсем не дорого.

— Если простыну — вылечу себя сама.

— Хватит спорить, — сказал он и поехал на рынок.

Мы свернули на одежные торговые ряды, и сид купил мне теплую накидку и шаль.

* * *

На Цветочной улице все было по-прежнему, как будто я не уезжала.

Я постучала, и мне открыл домовладелец.

— Госпожа Твигги! Вы ли это? — разохался он при виде меня. — Где вы были? Вас тут… все искали.

«Ох, не спрашивайте».

— Я некоторое время отсутствовала и не могла вернуться. Наверное, вы уже сдали комнату другим людям? А что с моими вещами? — спросила я.

— Представьте себе, не сдал. Мой дом, увы, теперь имеет дурную славу. Ваши вещи все там же, где вы их оставили. Разве что, может, что-то унесли при обыске. Извольте пройти и проверить, — сказал старик.

— Господин Асельфр, а могу я продлить наш контракт? Я бы хотела пока остаться здесь, если вы не возражаете.

— Конечно. Но при условии, что этот господин, — указал он на сида, — не будет устраивать здесь разрушений!

Силы! Домовладелец просто самоубийца. Оскорбить сида, куда это годится! Однако сид не рассердился, а рассмеялся и пообещал пожилому человеку, что не будет устраивать беспорядков, при условии, что господин Асельфр позаботится обо мне.

— Данна, я намерена вернуться сюда и забрать свою служанку. Надеюсь, вы не возражаете?

— Оставайся. Но в храм пойдешь сама. Я решил, что не могу пропустить совещание во дворце, — ответил он.

На том мы и расстались.

* * *

Я уже знала, что хочу сделать завтра.

Забрать служанку домой и проверить, как ее зубы. Сходить к Суэрте и потребовать обратно мой кофр с дневником и прочими сокровищами, дорогими моему сердцу. И расспросить сида об убитом менестреле, вероятностном маге и мече Хаоса. Я рассказала все и тоже хотела правды.

К счастью, сид еще об этом не подозревал.