Глава 39

Я чуть не опоздала.

Холмы выкинули меня достаточно далеко от фомора. Я издали увидела снизу черную точку, и каким-то шестым чувством догадалась, что это был он. И я побежала по покатому склону вниз.

У меня не было времени рассматривать внешний мир сидов. Только холмы и долины, покрытые травой, без следов леса, а вдалеке темно-зеленая полоса деревьев, за которой скрывалось заходящее багровое солнце.

Запыхавшись, я упала на колени перед раненым фомором. Что они сделали с ним!!! Что они сделали…

Нагой, как в миг своего рождения, он лежал на боку и корчился в агонии, несмотря на наложенное наспех кровоостанавливающее заклинание.

Справа и слева на пояснице были аккуратные надрезы, через которые извлекли поясничные мышцы. Его виртуозно разделал какой-то умелый мясник… или доктор?

«Вырезка, задери вас мороки! Драная вырезка».

Глаза отказываются понимать, что за груда плоти передо мной. Блеск зачищенной с одной стороны большеберцовой кости и умело соединенные крупные сосуды, подвернутые лоскуты синюшной восковой кожи…

Его разделали задолго до ужина, и он все это время умирал здесь, на поверхности. Сиды «отпустили» его и дали ему «свободу», отлично зная, что он не сможет вернуться домой. Формально они были в своем праве, а фактически?

Проклятье!

Почему он еще был жив, хотя прошло столько времени? Внутреннее видение показало, что его Сила продолжает циркулировать, минуя вырезанные участки плоти, и образуя своеобразное, по сути еще целое фантомное тело. Он был без оков, так что Сила помогала ему продержаться. Он бы даже протянул еще некоторое время.

Я попробовала влить немного силы и поняла, что на поверхности этого мира ко мне вернулся контакт с Двуликой!!! У меня был шанс. Маленький, но был.

Надо только вспомнить то, что я вычитала в трактате о Великом Исцелении. Я не хотела потерять здесь сознание. За это время со мной и моим пациентом могло случиться все, что угодно.

Теперь я отлично понимала, почему в Академии так настойчиво добивались, чтобы маги контролировали свою Силу. Я должна рассчитать свои силы так, чтобы мне тоже хватило.

На склоне холма я стояла на коленях и молча молилась.

Я воззвала к своей богине. И Сила пришла.

* * *

Я иду, как в прошлый раз, замыкая круг.

Что за странные видения вокруг, корчатся, стонут, зовут меня и манят? Стараются отвлечь. Трава под ногами напоминает шкуру неведомого гигантского зверя, она шевелится, собирается складками, как будто мой ритуал ей мешает. Холмам не нравится вмешательство в их магию.

Тише… Тише… Шаги легче. Силы меньше и точнее. Мой танец на сей раз зависит от множества переменных, а не только от меня, пациента и Двуликой.

Та, другая, тоже рядом и следит за раненым. Я знаю, как Она хочет его заполучить. «Он не твой. Не забирай. Отдай». Взывать к Жизни, чтобы отогнать Смерть, так просто и так естественно.

Круг замкнут.

Я прислушиваюсь к процессам, которые происходят в теле фомора. Его спина начинает восстанавливаться. Кожа зарастает почти сразу, а внутри фантомный образ дает возможность восстанавливаться мышцам.

С ногой не так-то просто. Мышцы не могут прорастать и удлиняться, поскольку кожа подвернута внутрь. Но у меня ничего нет с собой, даже столового ножа! Приходится причинить ему боль, короткими натяжениями извлекая нити.

Мои руки уже по локоть в крови. Ах… теперь и на лице. Мне мешают волосы, и я окровавленной рукой откидываю пряди с лица. Но мне все равно. Главное — то, что сейчас происходит с моим пациентом.

Его тело творит само себя, вылепливая из ничего. Новорожденный мышцы становятся мощнее и скрываются под кожей. Я провожу итоговую диагностику. Нет, рождением мышц из пустоты тут и не пахнет. Фомор потерял несколько фунтов, чтобы снова вырастить утраченные части тела.

Мне нечем накормить и напоить его! Если не сделаю этого, все труды пойдут насмарку. Что же делать? Он голоден. Непременно будет голоден, когда очнется.

Как будто услышав мои мысли, фомор открывает глаза.

* * *

— Данна? — спросила я, рукой хлопнув по траве и размыкая круг.

Волшебство закончилось, и мои Силы исчезли вместе с ним. На меня накатила сильнейшая слабость.

Фомор молча смотрел на меня, и в его глазах появилось отчетливое понимание и алчность.

— Мне нечего дать вам. У меня нет воды и еды. Только, если…

Я протянула е его пересохшему рту свою руку. Левую. Правая мне еще пригодится. Я была намерена остаться в живых и вытянуть его с того света.

Он недоверчиво потянулся к запястью, и я сначала зажмурилась, а потом решительно открыла глаза. Хотелось бы контролировать весь процесс… питания с начала и до конца. Говорят, в крови магов много Силы. Проверим это утверждение.

Крепкие резцы вспороли кожу и мышцы, и я вскрикнула от дикой боли. Кровь потекла в рот фомора, а мое сердце от паники билось все сильнее, что усиливало кровотечение. Он присосался к руке, захлебываясь от жадности.

— Эй… Квентин! Полегче. Я же не отнимаю «еду», — прошипела я, и он, слегка утоливший свой первый голод, послушал меня.

А потом мое сердце стало биться все медленнее и медленнее. Сколько он уже выпил?

— Хватит. Достаточно! — сказала я, борясь со слабостью. — Отпустить!!

Его руки были сильными, как у сидов. Вырваться не получится. Он сделал еще пару глотков и наконец отпустил мою руку.

* * *

А небо здесь такое красивое… Почти такое же, как то, северное, о котором рассказывал муж, и которое я никогда не видела. Как славно, наверное, жить под этими бледными небесами. Если вглядеться, то облака превратятся в суровых северных богов, до которых нет дела высшим Силам.

Фомор тоже был тут, пребывая в сытой прострации. Хорошо ему, он-то не заперт «под холмами», и может каждый день гулять под этим небом. Наскоро залеченное запястье все еще ныло и дергало, отвлекая от созерцания.

Теперь мы оба лежали на траве, которая не спасала от холода. «Негоже валяться на голой земле», — говорила Ма. Так мы еще больше ослабнем и заболеем.

Я перевернулась набок и подползла поближе к мужчине.

— Данна, надо вставать. Вы должны уйти как можно дальше, чтобы покинуть эти владения, — сказала я.

Я так и не поняла, он помог мне встать, или наоборот. Так, шатаясь, мы спускались вниз с холма. Пройдя несколько шагов, я остановилась и, нагнувшись, поддела тесьму, распустила шов и оторвала широкую полосу со своей нижней юбки. Этот кусок ткани я протянула фомору.

— Данна, прикройтесь, — сказала я.

— А… это.

Он повертел ткань в руках, словно нагота его совсем не смущала, и обернул себе бедра наподобие набедренной повязки. Я отвела глаза, хотя до этого уже видела все.

Я исподволь изучала его, пока была такая возможность.

Не считая темных, неровно обрезанных волос, которые после ритуала удлинились на пару дюймов, внешность фомора была довольно приятной для глаза. Умное и породистое лицо, живые карие глаза, правильный профиль и ямочка на остром подбородке.

Он сильно скинул вес, а живот запал, но по длине рук и ног и прочим пропорциям я догадывалась, каким он может быть. Грудь и живот его были безволосыми, что характерно для волшебного народа, по крайней мере, у тех трех, которых я лечила, за исключением дорожки на животе и дальше.

Я снова покраснела. «Да ты просто илонская монахиня, Твиг», — не остался в долгу внутренний голос.

Если бы я могла ручаться, то сказала бы, что этот фомор был критически молод для волшебного народа. Его порывистые движения и пластика давали себя знать. Хотя, с этими долгоживущими расами ничего нельзя знать наверняка…

«Хорошо сложенный экземпляр», — сказала бы о таком Магда. Она говорила и не такие непристойности, когда бывала навеселе. Как она там? Труппа Великолепного Тито уже дала традиционное зимнее представление в Ламаре и отправилась обратно, а я с ними не повидалась.

Мы с фомором спустились с холма в долину и наконец пересекли невидимую границу владений Западного клана. Мне показалось, что я внезапно вынырнула из воды. Некая граница водораздела, отделяющая воду от воздуха — вот что я ощутила и остановилась.

Последние лучи светила медленно угасали. Солнце село, и наступила тьма.

— Мы успели, Твигги из Рэнса, — радостно сказал мне фомор.

— Это хорошо, — откликнулась я. — Дальше вы можете двигаться сами? Может быть, за вами придут и помогут добраться до дома?

Квентин молчал, но я уже толком не могла разглядеть, что написано у него на лице.

— Ты что-нибудь хочешь за свою помощь? — наконец спросил он.

Взять с него сейчас было нечего, а на будущее не стоит сильно рассчитывать. Неизвестно, что будет со мной завтра. И что вообще будет с моей привычной Вселенной.

— Ну… — я подумала. — Вряд ли вы в таком состоянии поможете мне добраться до дома. А провожать меня «под холмы» не нужно, дойду и сама.

— Совсем ничего не нужно? — удивился он.

Я не знала, чего попросить, так что оставила это неблагодарное дело.

— Расскажете потом, из-за чего был весь сыр-бор? — спросила я, имея ввиду его пленение.

— Да… Твигги из Рэнса, непременно. Когда-нибудь, — ответил он и скрылся во тьме.

Тьфу! Еще один игрок в слова.

Некоторое время я прислушивалась к удаляющимся неровным шагам, а потом пошла обратно. Хочешь — не хочешь, а путь обратно без артефактов перехода мне закрыт. Вся надежда на сидов.

Но что я буду делать, в свете увиденного и услышанного, я не знала…

* * *

Пока я добиралась, спотыкаясь и вполголоса ругаясь, я успела обвинить Рейвена во всех злоключениях и пригрозить разными карами.

— А потом обмазать его медом и пустить на пасеку, чтобы побегал… и опух… — пропыхтела я, поскольку подъем был нелегким.

— Ну-ка, ну-ка… Я не расслышал. Повтори, что еще ты мне уготовила, — раздался знакомый голос.

Рядом со мной вспыхнул волшебный огонек, и я увидела того, в чей адрес только что посылала пожелания.

— Данна!

«Как же, как же. Не расслышал. С его-то слухом». Он все это время наблюдал и забавлялся!

— Идем обратно, — сказал он.

Я встала как вкопанная. Конечно, я не думала, что меня там съедят. Скорее, цель была — удовлетворить иную базовую потребность. И, тем не менее, я опасалась.

То, что я увидела, никак не складывалось в стройную картину и не стыковалось с моим представлением об Рейвене.

— Не хочешь? — снисходительно протянул сид. — Понимаю. Обещаю, тебе нечего бояться.

— А я и не боюсь. Просто это было так… неожиданно. К такому сложно привыкнуть. Люди так не поступают, — припечатала я.

— Ты такая доверчивая, Твигги. Такая… неиспорченная.

Непонятно, комплимент это или оскорбление. И неясно, что ответить на это. Лучше уж промолчать.

— Возвращайся со мной обратно «под холмы», — предложил сид мягким и успокаивающим голосом, каким, наверное, разговаривают с нервными лошадьми. — Там мы поговорим о том, что тебя волнует.

Почему я ему доверяю, несмотря ни на что? Кажется, это кто-то другой вместо меня протягивает ему руку, чтобы он проводил меня обратно в подземное царство.

Мужчина подхватил меня на руки и шагнул в портал.

* * *

Мы переместились не в банкетный зал, в котором минуло от силы пара минут, как я опасалась, а сразу оказались в покоях Рейвена. Он выпустил меня из рук и усадил на постель.

— Вот, выпей, — протянул он мне кубок с подогретым вином. — Тебе надо поесть. Люди слабы по определению.

Он щелкнул пальцами, и маленькие поварята вроде тех, что я видела на кухне и которые обслуживали пиршество, быстро накрыли на стол. Еда была легкой: только бульон и поджаренный хлеб.

От одного запаха мясного бульона меня замутило. И от меня тоже пахло кровью.

— Не нравится? — терпеливо осведомился сид. — Выпей чаю.

Это и в самом деле было лучше. Я положила в чай побольше меда, размешала и стала пить. Благодаря заботе я потихоньку восстанавливала силы и приходила в себя.

— Данна, неужели вы и правда… ели мясо фомора? — выдавила из себя я.

Он внимательно посмотрел на меня.

— А если и так?

«Ужасно… Отвратительно. Меня сейчас стошнит». Я не смогла ничего сказать в ответ.

— По твоему виду и так все понятно, — сказал сид и начал хохотать.

Мужчина, сидевший на кровати, откинулся на спину и просто сотрясался от сдерживаемого смеха. Право, не понимаю, что в этом было смешного.

— Твигги… глупая. В былые времена мы ели плоть врагов, чтобы укрепить свою магию. А они поступали точно так же. Но эти обычаи давно в прошлом, — сказал он. — Хотя пара гостей, переживших прошлую войну, были не прочь отведать. Но не я.

Сказать, что я почувствовала облегчение — не сказать ничего. Он снова перевернул мое представление о нем. Какой злой розыгрыш! Хотя вряд ли он устроил это ради меня.

— Но тогда почему вы не отказались от этого… блюда?

— Мне доставляет удовольствие одна только мысль о том, ЧТО у меня на тарелке. И мне нравится, что фомор это знает. Уж я позабочусь, чтобы они все узнали! — сказал он.

Я отвернулась, чтобы сид не видел моего лица, и вздохнула. Ну что за не выносимый человек… то есть сид. Ко мне мало-помалу приходило понимание.

Сиды — не люди, как ни крути. И границы их нечеловеческого где-то уже, а где-то гораздо шире. Например, для человека — цивилизованного — просто немыслимо поедать другое разумное существо.

«Зато вполне приемлемо его пытать и убивать самыми варварскими способами», — вмешался внутренний голос. Да, согласна. Люди не так уж далеко ушли от сидов в своей жестокости к ближним.

Интересно, а его мать и сестра ели то мясо? Я хотела спросить, но не стала. Некоторые вещи лучше не знать…

Мои размышления были прерваны мужчиной, который прижался сзади и обнял меня. Объятия были настолько бережными, словно он держал в руках что-то невероятно хрупкое.

Я облокотилась головой о его грудь, выбросив все мысли из головы. Как бы мне хотелось оставаться с ним так… целую вечность.

— Твигги, я такой, какой есть, и не буду меняться в угоду человеку, — услышала я его слова. — Ради тебя я готов пойти на уступки, но не во всем. Ты готова к этому?

Готова ли я? Если то, что случилось, самое страшное из того, что он скрывает… наверное, готова. «А если нет, Твиг?» Что может быть еще хуже и отвратительнее?

— Данна, с вами я почти никогда не готова. Если бы я узнала о ваших обычаях заранее, моя… реакция была бы более сдержанной. Я бы знала, как с вами обходиться. Вы готовы дать мне эти знания? — сказала я. — Не люблю сюрпризы.

— А ты готова принять это? — глухо спросил он, уткнувшись в мои волосы и вдыхая их запах, смешанный с запахом крови.

— Принять — постараюсь, но не обещаю, — не стала лукавить я. — Но я хочу знать, какие еще «сюрпризы» мне грозят.

— Хорошо.

— Данна?

— Что? — откликнулся он, в то время как его губы коснулись моей шеи, а руки блуждали там, где ему было угодно.

Уфф… Как это отвлекает от темы разговора. Я еще не сказала все, что хотела.

— Мне правда надо в Ламару. Там скоро случится война.

«Ну вот, ты это сказала вслух, Твиг». Теперь осталось только надеяться, что сид примет на веру мои слова и поможет мне вернуться.

— Откуда такие сведения? — напряженно спросил он, а руки его замерли.

— Я узнала, кто я на самом деле. И еще я узнала, что не первый раз в Ламаре.

Молчание сида явственно давило на меня, пока он размышлял.

— Говори. Расскажи мне все с самого начала, — наконец сказал он.