Глава 42. Цена предательства

Напоминание, что вхожу в свиту Кайдена, поэтому принцесса не имеет права меня трогать, благоразумно высказывать не стала: не хватало её злить. Бросать на Дэйти укоризненные взгляды тоже не стала: если он решил предать – это его выбор, на чём-то основанный.

– Ты меня не боишься? – Венанция склонила голову набок и прищурилась. – Мне кажется, это надо исправить.

Она медленно начала пропускать между пальцев длинный гибкий кнут.

– Можно мне уже получить свою награду? – нарушил торжественную мрачность момента Дэйти.

Венанция дёрнула плечом и продолжила, не спуская с меня хищного взгляда:

– Эйна, я думала, ты правильно оценишь ситуацию и отстанешь от Кайдена.

– У меня отношения с Чигару, – заверила я. – И я не собираюсь отказываться от принца Моресы.

– Не считай меня дурой! – топнула Венанция.

– Может, вы без меня разберётесь? – Дэйти протянул к ней узкую ладонь. – Мне нужна моя плата, остальное не интересует.

– Получишь после…

– Мы так не договаривались! – перебил он Венанцию. – Ты обещала заплатить, если я приведу её – я привёл. Остальное меня не касается.

Поморщившись, Венанция отстегнула от пояса увесистый кошелёк, но едва Дэйти подался вперёд, убрала кошелёк за спину, и Дэйти не посмел хватать её на глазах у напрягшихся стражников.

– Я удвою плату, – пообещала Венанция. – Если ты засвидетельствуешь, что здесь произошло, перед герцогами.

У Дэйти округлились глаза:

– Что ты заманила её в ловушку и побила? Но зачем…

– Да не это! – опять топнула Венанция. – Ты засвидетельствуешь, что эта потаскушка добровольно уединилась здесь со стражниками и развлекалась сразу с двумя.

И вот тут мне стало действительно страшно: удары кнутом унизительны, но благодаря целительским способностям я могла бы даже боли не почувствовать и быстро убрать последствия. Но то, что задумала Венанция… теперь я обратила внимание на похотливые взгляды стражников: они же примерялись ко мне! Планировали, как схватят! И вряд ли Венанция настолько глупа, что привела обычных людей, а не магов, способных противостоять моей парализации.

– О, – усмехнулась Венанция. – Наконец-то ты стала воспринимать меня серьёзно.

– Тройная плата, – Дэйти несколько раз сжал и разжал пальцы вытянутой руки. – И плату за доставку её сюда ты отдашь прямо сейчас.

Презрительно скривившись, Венанция бросила ему кошелёк. Дэйти развязал тесёмки и заглянул внутрь, поковырялся пальцем, извлёк рубин размером с ноготь мизинца и скептически посмотрел на просвет.

– Настоящие, – с презрением уверила Венанция. – Из сокровищницы, как ты и просил. Будет тройная оплата, если раскроешь всем ситуацию в правильном свете.

Дэйти с трудом оторвал взгляд от поблёскивающего рубина и впервые задумчиво покосился на меня. А потом снова на сверкающий в его тонких пальцах рубин.

– Хорошо, – он с явной неохотой убрал камень обратно в мешочек и спрятал его за пояс.

Стиснув губы, я молчала, хотя хотелось кричать. Просить о пощаде. Тоже топать ногами. И снова кричать.

Но я молчала.

Потому что глупо пытаться перекупить стражников или того же Дэйти сейчас, при Венанции.

Единственное, на что я надеялась сейчас – что она уйдёт и даст мне возможность поторговаться.

Отойдя в сторону, Дэйти уселся на небольшой столик вполоборота к нам, тронул струны, и нервная дрожь мелодии прокатилась по нервам.

Венанция разглядывала меня с любопытством. По её губам скользнула змеиная улыбка:

– Надеешься их уговорить? И не мечтай: они ненавидят Кайдена и с удовольствием потреплют его целительницу, – Венанция щёлкнула пальцами. – Развлекайтесь, мальчики, а я пойду позабочусь, чтобы Кайден был занят, очень занят.

Что ж, значит, буду отбиваться. Но сначала, конечно, поторгуюсь.

Я не отступила ни на шаг: если поведу себя неуверенно – моим посулам никто не поверит.

Венанция вышла в коридор, но ещё держала дверь приоткрытой, чтобы смотреть мне в глаза.

– Они маги, – Венанция улыбнулась. – Ты не сможешь их остановить. Не двоих сразу.

Она вглядывалась в моё лицо с жадным любопытством, но я не позволяла мышцам дёргаться, сурово смотрела на неё в ответ.

– Дэйти, проследи, чтобы всё было исполнено, – приказала Венанция.

– Тогда четверная оплата, – отозвался Дэйти.

– Что? – Венанция шагнула обратно. – Да как ты смеешь со мной так торговаться?

Дэйти удивлённо поднял брови и жестом указал на меня и стражников:

– Вообще-то моя совесть стоит дорого. И, согласись, одно дело завести девушку в ловушку под кнут, а другое – руководить насилием. Я на это не подписывался. И я могу уйти.

– Нет, не можешь! – топнула Венанция.

Я чуть подалась вперёд, но стражники тут же шагнули ко мне и сомкнули строй, прикрывая её от меня.

– Тем более – она опасна, – махнул на меня Дэйти. – А ну как набросится, укусит, повредит что. Зуб выбьет.

У Венанции гневно раздулись ноздри, она щёлкнула кнутом.

– А если останешься, потом не удивляйся, – продолжил Дэйти нарочито безразлично, – что Кайден поверит Эйне, когда она скажет, что ты стояла и за всем наблюдала.

На лице Венанции появилось сомнение.

– Лучше тебе быть у него на виду, когда всё случится, а сюда на встречу придут другие герцоги и застанут пикантную сцену, – Дэйти мягко ударил по струнам, принялся их небрежно перебирать. – Боюсь, герцог Кайден очень трепетно относится к здоровью людей из своей свиты.

Медленно вдохнув и выдохнув, Венанция выдавила:

– Хорошо, четверная плата.

– И мы хотим четверную! – чуть не в один голос заявили оба стражника.

– Да-да, – закивал левый. – После этого нам же надо будет скрываться, чтобы герцог Кайден…

– Он не станет защищать потаскушку! – Венанция закатила глаза.

– А вдруг он поверит не нам троим, а ей? – левый указал на меня. – Нам придётся бежать и прятаться, нам нужна достойная плата за беспокойство.

– Хорошо, будет! – рыкнула Венанция и, выйдя, громко хлопнула дверью.

Стражники переглянулись, Дэйти перебирал струны.

– Герцог Кайден заплатит за меня больше, – произнесла я твёрдо. – А принц Моресы Чигару добавит.

Стражники снова переглянулись и покосились на сидящего на столике Дэйти.

Затем оглядели меня.

– Не, слишком дорого выйдет, – покачал головой левый. – Была бы ты ещё благородной дамой, а так…

– И если они не заплатят, мы без денег принцессы останемся, – добавил правый.

– Вы и так без них останетесь, – ответила я. – Зачем ей свидетели? Она просто от вас избавится.

– Не успеет, – левый снова покачал головой. – И с несовершеннолетней девчонки, пусть даже принцессой, легче деньги стрясти, чем с герцога.

– Ты сам себя уговариваешь, – я по-прежнему не двигалась с места. Копила силу для парализующих ударов: мне всего-то надо коснуться их обнажённой кожи примерно одновременно, а потом, в секундный момент их ослабления, проскочить к двери: Дэйти слишком далеко, чтобы меня остановить.

– Может быть, – осклабился левый. – Но он убил нашего герцога, и теперь будет справедливо, если он поделится своей целительницей.

Апрумцы? Апрумцы в одежде стражников королевского замка?

Они накинулись так стремительно, что я не успела ни увернуться, ни использовать магию. Один вздёрнул мои запястья, не касаясь кожи, а другой ухватил за ноги. Я извивалась и брыкалась, но они были сильнее и, похоже, прекрасно понимали, как бороться с целителем.

Мой взгляд метнулся на Дэйти, но тот повернулся к нам спиной и, склонив голову, дёргал струны в нервном ритме. Или мне ритм казался нервным из-за смешивания его с оглушительным стуком сердца, паники и ощущения, словно всё не по-настоящему, словно я заперта в кошмаре и просто не могу проснуться, не могу даже закричать.

Меня повалили на пол. Один продолжал зажимать руки, другой шипел от удачного удара в пах. Затрещал подол. И тогда паническое онемение спало, я закричала. Так резко, что держащий меня за руки апрумец отшатнулся. Его хватка освободила на миг, я вскинула руки и впилась в его лицо, посылая парализующий выплеск магии.

В глазах апрумца вспыхнули алые искры, он, заваливаясь набок, уже избавлялся от паралича, а мои ноги всё ещё сжимал второй апрумец.

БАМ!

Держащий меня за ноги апрумец закатил глаза и рухнул мне на колени.

Дэйти стоял позади него с лютней в одной руке и табуреткой в другой.

– Пятерная плата, – выдохнул он.

Я кивнула, и он запустил табуретку в апрумца у моей головы.

В окно что-то ударилось, и брызги цветного стекла взметнулись веером, металлическая основа витража прогнулась под тяжестью орла.

Пернатый Герцог смотрел на меня сквозь завихрения металлической решётки. Оглядел остальных. Взмахнул крыльями и оттолкнулся от почти прорванной решётки, чтобы снова взмыть в небо. Похоже решил, что я теперь в безопасности.

Страх схлынул, и всё словно подёрнулось темнотой.

В себя я пришла, когда мы с Дэйти шагали от этой комнаты прочь. Меня потряхивало, Дэйти задумчиво водил пальцами над струнами, но не касался. Сердце у меня бешено колотилось.

– Почему ты помог? – хрипло спросила я. – Сначала заманил в ловушку, а потом помог.

– Мы договаривались о другом. Ты целительница, несколько ударов кнутом ничего плохого тебе бы не сделали. А так… – Дэйти передёрнул плечами и на этот раз ударил по струнам, выбивая нервное «Трунь!» – Мы договаривались об одном, а Венанция сделала совсем другое. Значит, в момент оплаты моих услуг она снова могла поменять условия и не заплатить ничего, ещё и деньжат стребовать за своё молчание о моём участии.

– Это глупо! – просипела я. – С её стороны, она бы… впрочем, она могла бы сказать, что сама в этом не участвовала.

– Вот именно, – кивнул Дэйти. – Ты человек Кайдена, а он обычно следит за тем, чтобы обещания его людей исполнялись. Так что он мне заплатит.

– И тебе хватит смелости попросить деньги?

Дэйти пожал плечами:

– Почему нет?

– Но как он отнесётся к твоему сговору с Венанцией? Ведь ты же тоже его человек, и получается…

– Я не его человек, – ударил по струнам Дэйти. – Я просто иногда путешествую с ним.

– О-о, – обхватив себя руками, я попыталась сориентироваться, но эта часть замка была мне незнакома, впрочем, я вдруг поняла, куда надо идти, и что мы шли именно в сторону моих комнат.

Меня снова потряхивало, я бы с удовольствием отвлеклась разговором, выяснила побольше о мотивах Дэйти, но он явно не горел желанием беседовать, а у меня совсем не осталось моральных сил. Хотелось в объятия Кайдена. Или хотя бы Черныша.