Глава 45. Подозрения и обвинения

Это было такой мукой для Кайдена – обнимать Эйну и знать, что придётся расстаться. На языке так и крутилось: «Эйна, ты ошибаешься, я оставил тебя здесь не потому, что ты была незаменима, как целитель, хотя и надёжнее всех иных вариантов. Я просто хотел, чтобы ты оставалась рядом».

Но он сдержал это ненужное признание и сосредоточился на том, чтобы шагать с Эйной одновременно и прятать обоих под иллюзией, превращающей их в одну служанку.

К его удивлению Эйна, никогда не обучавшаяся военному делу, в которое входило умение работать в парах и двигаться в унисон с соратниками, практически сразу поймала его ритм, двигалась так, словно они ходили так постоянно. И Кайден пожалел, что эта тренировка не продлилась долго здесь, в тишине и сумраке её комнат, где он мог сосредоточиться на ощущении близости Эйны, ведь в коридоре всё его внимание перешло на удержание иллюзии, да и за ближайшим поворотом им пришлось разделиться, чтобы двигаться быстрее.

***

Чигару быстро шагал к покоям Эйны. У него на сегодняшний день было столько планов, но всё поломалось из-за дядьки его мачехи, будь он трижды неладен со своими требованиями вести себя, как моресский принц, не позорить семью, найти уже достойную супругу, желательно, с перспективой получить земли где-нибудь подальше от Моресы. И ведь пришлось выслушать его из-за приказа отца, который грозился, если Чигару не будет проявлять должного уважения к родственнику, лишить его доходов от приданого матери.

Выдержать эту тягомотину и не поругаться Чигару помогла надежда на ужин с Эйной.

– Она у себя? – спросил он у стражников.

Те кивнули.

Чигару стукнул в дверь и вошёл в тёмную гостиную.

– Эйна? – тихо позвал он.

Никто не откликнулся, только ветерок слегка завывал, цепляясь за открытые створки.

«Спит», – подумал Чигару. Он колебался всего мгновение, прежде чем пройти в спальню. Тусклый свет звёзд сочился в окно и очерчивал сжавшуюся под покрывалом на кровати фигуру.

«Бедная, ей здесь страшно и холодно», – подумал Чигару и подошёл ближе.

Его тень накрыла спящую. В этот раз Чигару сомневался чуть дольше, прежде чем сесть на край постели. Что-то странное почудилось ему в фигуре Эйны, но он уже наклонялся и тянул край покрывала, чтобы осторожно её поцеловать.

На тёмном сверкнули ободки белков глаз, в лицо пахнуло мясом, и вместо нежной щеки или губ перед Чигару оказалась пёсья морда.

Чигару отшатнулся, но не успел увернуться от влажного языка. Он вскочил, отфыркиваясь и вытираясь, оглядываясь по сторонам. В комнате никого не было видно. И, встряхнув светильники, Чигару убедился, что кроме него и виляющего хвостом мастифа здесь никого нет.

Мерзкое подозрение закралось в душу Чигару, он быстро покинул спальню, пересёк гостиную, но перед выходом в коридор сообразил принять спокойный вид. Вытерся рукавом ещё раз: ему чудились на лице собачьи слюни.

Вышел из комнат Чигару с гордо поднятой головой и независимым видом. Проходя мимо стражников, спросил:

– Кто-нибудь посещал Эйну?

Те переглянулись. Но здесь Чигару всем был известен как друг и почти брат Кайдена, и прикормленные тем стражники ответили:

– Одна из служанок.

– Совсем недавно.

Они не заметили, как сжались у Чигару кулаки. Он степенно зашагал прочь.

«Кайден, ты же говорил, что рахра тебя больше не беспокоит, – мысленно рычал он. – Так зачем ты увёл Эйну?»

Что это Кайден вывел её под иллюзиями, Чигару не сомневался.

***

Всю дорогу до подвальных этажей я думала над предложением Кайдена, но так и не определилась, а когда оказалась у знакомой двери, покалывание в кончиках пальцев, быстро перекинувшееся на всё тело, заставили позабыть обо всём.

Кайден потянул створку двери, но я в волнении толкнула его плечом и просочилась внутрь, в царство стонов и запаха крови.

Наше появление на миг приглушило голоса, а затем на меня обрушились мольбы о помощи и благословения. Глаза же разбегались от обилия красного: красные пятна на ткани, красные полосы на спинах, лицах, руках.

Краем сознания я понимала, что мне только кажется, что их очень много, что новых пациентов всего десятка полтора, и находящиеся дальше в комнате люди уже из выздоравливающих, но ощущение, что это огромный вал пострадавших, кружило голову.

– Ты переезжаешь в мою резиденцию, – безапелляционно сообщил оглядывающийся Кайден. – И с первым же караваном едешь в мой родовой замок к Кунмаэлю.

Но это я услышала будто издалека, потому что сознание, подстёгнутое и захваченное магией, выстраивало алгоритм дальнейших действий.

– Мне нужна вода и заготовки для алхимии, – предупредила я, закатывая рукава платья и выискивая взглядом фартук: в прошлый раз мне такой приготовили, и я надеялась, что в этот раз запасли свежий.

Но в этот раз никаких заготовок не обнаружилось, и я приступила к делу так. Кайден что-то говорил о том, что заберёт меня из замка прямо сейчас, но я отмахивалась, а когда он подхватил меня под руки и попытался увести, резко обернулась и посмотрела ему в глаза.

– Сначала я помогу им, – отчеканила я, сдерживая клокочущую во мне магию. – Я не смогу спокойно спать, если не сделаю этого.

– К утру закончишь? – хмуро спросил Кайден.

Я кивнула и вернулась к ранам на лице и груди девушки, и совсем не заметила, как Кайден увёл служанку, знавшую правду об отравлении Оксинта Апрума.

Собственно, я ничего, кроме ран, которые мне надо залечить, не замечала, и то, как более здоровые слуги устраивали лежаки для других, и слова благодарности, и ласковые прикосновения в знак поддержки, существовали словно в какой-то другой плоскости моего разума.

Целительская магия захватила меня и отпустила лишь в тот миг, когда последняя кровавая рана сошлась, спасая женщину средних лет от боли. Магия отступила, из меня будто выдернули стержень, и не стой я на коленях рядом с устроенной на полу постелью, я бы упала.

Озноб пробежался по спине, дёрнул плечи, и тут же на них опустился тёплый плащ. На этот раз на нём не было ароматов благовоний, и я расслабилась, откидываясь назад и понимая, что Кайден не позволит мне упасть.

Он меня поддержал. Дал отдышаться. И только после этого поднял на руки. Я прижалась к его груди, бархат камзола напомнил маковку Черныша, только был холодным.

– Ты должна больше заботиться о себе, – пробормотал Кайден, вынося меня из комнаты.

В коридоре, хоть он и располагался под землёй, дышалось легче, свободнее.

– Как хорошо, когда не пахнет кровью, – заметила я.

– О да. А ещё лучше, когда ты не выматываешься так при лечении. Тебя нельзя подпускать к больным, а то…

Хрипло засмеявшись, я крепче прижалась к Кайдену, обняла его:

– Всё было в пределах нормы и не опасно для моего здоровья, если хорошо питаться и отдыхать. Думаю, ты прекрасно знаешь об этом, ведь у тебя наверняка есть опыт общения с целителями, действующими в куда более опасной и выматывающей обстановке войны.

– Да, но они – не ты, – просто ответил Кайден.

А я только сейчас сообразила, что невольно перешла на «ты». Не стоило этого делать.

Его губы коснулись моего лба.

– Не стоит, – повторила я вслух. – Нельзя оставлять этих людей без защиты.

– Знаю, – прошептал Кайден, и шелест его голоса смешался с шелестом шагов и одежды.

Он легко взошёл по лестнице со мной на руках и только перед выходом в более обжитую часть замка поставил меня на ноги.

– Я отвезу тебя в мою резиденцию, – пообещал он. – И лично прикажу охранять как самое ценное сокровище.

– И Черныша привезёшь.

– Черныша мы заберём с собой.

Кайден набросил на меня иллюзию, убравшую помятость одежды и пятна крови, и только после этого поднял голову.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза. После чего так же молча направились к выходу.

***

Стук показался громовым. От него будто содрогался весь дом. Я дёрнулась, садясь на кровати, в мыслях уже металось: «Кому-то срочно нужна помощь, я должна встать, накинуть халат, взять арбалет…»

Звук был не таким, как обычно.

Доносились какие-то отдалённые возгласы.

Иные запахи окружали меня: лаванда, а не лечебные травы с примесью алхимии. Другая на ощупь постель и шире моей. Глаза привыкали к полумраку и выхватывали в нём слишком большую по размеру комнату, балдахин надо мной.

Заскулил у кровати Черныш.

Я не дома, а в столице. В резиденции Кайдена.

И он обещал, что его люди меня защитят.

Возгласы внизу сменились топотом ног по лестнице, кто-то забарабанил в дверь. Она была не такой надёжной, как в моём доме, и протяжно поскрипывала.

– Целительница Эйна! Откройте немедленно!

Может, с Кайденом беда, и я срочно ему нужна? Это был довольно вероятный вариант, но я в него почему-то не верила. Зарычал Черныш.

– Открывайте! У нас приказ на ваш арест за отравление герцога Кайдена!